Mie&tte

Все счастливые семьи похожи друг на друга,

каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.

      Подавленная девушка поднималась по лестнице пентхауса, в котором с недавних пор царила вечная напряженность и мертвая тишина. Эти полторы недели были настолько мучительными, что казалось она прошла все девять кругов ада. Всего одна незначительная ссора могла привести к такому исходу. Пара, что живет в этом доме, совсем позабыла о привычных мелочах, что всегда сопровождали их: делить постель и в шутку ругаться из-за одеяла, которые забирали друг у друга, даже если кто-то принесет второе; просыпаться утром и сразу лицезреть возлюбленного, что уже потихоньку просыпался, и одаривать его пробуждающим легким поцелуем; вместе готовить завтрак, пока их дочь бегала по этажам в надежде собраться как можно быстрее и успеть в школу, ведь постоянно забывала все класть на свои места. Девушка скучала по этому и, переступив свою гордость, решила первой пойти на контакт с ним, прокручивая в голове речь, где будет признавать свою неправоту. У нее был повод пойти на такое. Все дело в новости, которую совсем недавно она узнала. Эта новость была такой желанной, что та, как только услышала эти слова, упала на колени и начала молиться так позабытому ей Богу, благодаря его за такой подарок.       Белинда, что так старательно выглядела счастливой для своей дочери и совершенно не огорченной поведением «мужа», впервые по-настоящему улыбалась, глянув на поднос с едой, где возле тарелки с печеньями, которые недавно вытащила из духовки, лежало неприметное письмо. Такие письма Габриэль получал сто раз на дню, и у нее не было в обязанностях относить документы ему, но оно было особенным. Сегодня, как предполагала девушка, должно было все измениться в лучшую сторону и они наконец помирились бы.       План девушки был таков: отнести поднос с едой в его вечерний перерыв. Ей надо было всего пару минут, чтобы отдать все ему. Ничего сложного, вы так не считаете? И она так думает, поэтому со спокойной душой шла туда, в кабинет мужчины, который находился в дальней и неиспользованной части пентхауса.       Преодолевая расстояние, беззаботно идя по хорошо освещенному коридору, думала лишь о том, как начать разговор с ним. Тщательно подбирала слова, изменяя что-то в своей уже готовой речи, над которой думала почти всю ночь. Как только та «съехала» с их комнаты, то перестала нормально спать по ночам. Бессонница мучила ее сильнее, чем раньше, и дабы развеяться и забыться в каком-то деле, избавляясь от навязчивых мыслей, та работала. Как иронично.       — Дорогой? — постучала в дверь, перед тем как зайти, и не услышав ответа, лишь кивнула себе, ведь с самого начала и не рассчитывала на то, что он с ней заговорит не при Кэтрин. — Я принесла перекусить, а то совсем забываешь о еде. — проговорила это нежным голосом, стараясь передать через эти слова ее заботу даже во время ссоры и не увидев, как мужчина поднял голову, обращая свой взор на него, поджала губы, совсем забыв закрыть за собой дверь. — Могу ли я помочь тебе с чем-нибудь?       Мужчина, будучи полностью погруженным лишь в бумаги, что застилали весь стол, даже не обратил внимание на девушку, которая зашла в его кабинет, а лишь отпил уже холодный кофе из своей старой и любимой кружки. Он выглядел напряженно, глаза были покрасневшими и уставшими, и вид был пугающим. Конечно, кто же не будет напряженным в момент, когда твой бизнес висит на волоске от краха, так еще и буквально из-под носа кто-то посмел выкрасть огромную сумму денег.       Когда девушка, все же не дождавшись ответа и внимания от мужчины, подошла ближе к столу, чтобы поставить поднос на край стола, наконец заметила на себе резкий взор пары серых глаз, что бликовали из-за линз очков, скрывающих четверть лица мужчины и слегка улыбнулась, напоминая свой последний вопрос.       — Ты поможешь, если уйдешь. У меня завал на работе, а ты лишь отвлекаешь. — он опустил свои глаза на стол и заметив на краю поднос с едой: еще горячее имбирное печенье, что они как-то ели в своем недавнем отпуске, а так же чашка уже горячего зеленого чая, что девушка всегда приносила ему как замену такого вредного для его сердца кофеина, однако она даже не догадывалась, что там, помимо кофе, так же содержится и крепкий алкогольный напиток бурого цвета, так что чаще он старается все же убедить девушку переделать напиток, дабы скрасить такие моменты хоть одной бодрящей каплей.       Девушка, не ожидав таких слов, на секунду опешила и только открыла рот, дабы высказаться на счет его нахального тона, однако не успела, услышав его слова:       — И оставь этот поднос на журнальном столике, а после, — подняв взгляд на нее, демонстративно оглядел с ног до головы и сделал выводы по ее внешнему виду, сморщил нос и высказать их вслух, — Отдохни. В последнее время ты выглядишь словно труп… Когда ты сама ела в последний раз?       Звучало ли это нагло со стороны мужчины, которому девушка сделала такой заботливый жест, не смотря на все обиды, что в последнее время не давали им двоим спокойно вдохнуть? Непременно… Но не для Габриэля. Не сейчас. Сейчас он лишь злился, а еще больше начал злится после того, как тот уронил из-под руки папку с документами и не выдержав, хлопнул ладонью по столу, от чего девушка тут же поежилась, однако и ей было не до испуга… Она не верила, что любимый человек, что всегда буквально целовал ее руки и лелеял, словно ребенка, сейчас обращался к ней, словно… Да словно к одному из своих рабочих!       По лицу Линды можно было прочитать многое: начиная от непонимания и заканчивая разочарованием. Кто бы мог подумать, что любимый ей человек скажет такое смотря прямо в глаза? Ни одна мышца лица его не дернулась и та была в замешательстве. Ни смотря на ссоры, что раньше случались, они быстро находили способ примирения, не оскорбляя никого. Но что случилось с ним? Она знала, всегда знала, что таким он бывает. На работе. А приходя домой сразу шел к девушке, чтобы наконец поцеловать ее или просто обняться — он находил в ней утешение.       — Габриэль, ты не имеешь право повышать на меня свой голос. — девушка стала серьезной, понимая, насколько ее попытка все сгладить выходит провальной. Он ее не слушает, а смотрит лишь безумными глазами на нее, — Открою секрет, но я человек. У меня есть свойство уставать. Я каждый день работаю, чтобы ты приходил в чистый дом и сразу же направлялся есть мою еду. Я занимаюсь ребенком, помогаю с домашним заданием, а ты! Когда ты в последний раз элементарно укладывал ее?.. И пожалуйста, Габи, прекрати кричать на меня, как на сотрудника. Давай просто поговорим. — так или иначе она понимала, что если продолжить в таком темпе — добром не кончится. Перед нами прекрасный пример отношений, что начали слишком быстро развиваться. Конфетно-букетный период закончился, они открыли глаза… Но продолжали быть слепыми до этого момента. Их семейный психолог предупреждал ни раз. Рано или поздно в их отношениях начнутся одни ссоры, но главное быть сильными. — Габи… Не будем ссориться. Мир?.. — нежно улыбнулась, но оставался неприятный осадок от его слов, — У меня есть важная новость, о которой я молчать не могу… Уже понимаешь, насколько это важно?       Белинда всеми силами пыталась выйти из этого положения и со стороны это выглядело жалко, но что еще делать, когда вы стоите на краю доски, понимая, что в один момент ты можешь потерять и лучшего друга и возлюбленного? Двух зайцев одним выстрелом?       Только протянув руку к чашке с кофе, зацепившись взглядом за строки в одном из последних документов, как не заметив, что не взял кружку, а лишь зацепил ее, переворачивая на стол и тут же переводя туда взгляд, заметил, как жидкость стала разливаться по бумагам, тут же вскочил и стал выдергивать еще чистые папки и документы, раздражаясь еще больше и девушка, что смотрела на него невинным и добрым взглядом, даже не думала, что услышит очередную порцию ругани в свой адрес.       — Твою ж… Линда! , -вскинув взгляд на девушку, не успел дослушать ее и запустил руку в волосы, отбрасывая папки в другой руке на стол с громким хлопком. Вот оно. Она видела его таким лишь однажды — в день дедлайна, когда люди просто не успевали закончить с итоговым выпуском и тогда, казалось бы, самое страшное в поведении мужчины: крики на рабочих, что слышались из любого крыла офиса и разбросанные повсюду клочки бумаги, на которых были изображены, на его взгляд, неудачные страницы годового журнала. Линда помнила такого мужчину. И вот, она встретилась с ним вновь, — Я же сказал тебе! Иди и отдохни! Разве ты не видишь, что здесь происходит и как ужасно складываются мои дела. — сбросив мокрые бумаги на пол, тут же обошел стол и встав напротив девушки, вперил в нее яростный взгляд, смешанный с нескрываемым раздражением, видимым в его руках, а именно, в их временном треморе, — Почему сейчас?! Почему спустя неделю, ты решила зайти ко мне именно сейчас! — плохо пытаясь себя сдержать, мужчина понимал, что находится на крайней точке и рыкнув на девушку, указал на дверь, не замечая теперь испуганного и не менее злого взгляда девушки, что смотрела на него широко раскрытыми глазами, — Выйди. Забери еду и выйди. Выйди пока не стало поздно! , -крикнул на нее последней фразой так, что, казалось бы его крик еще долго будет разносится в стенах этого кабинета и бегая безумным взглядом по ее лицу, старался хоть раз глубоко вдохнуть, понимая, что, возможно, лишь это сейчас поможет ему.       — Не кричи на меня! Из-за твоей ошибки мы поругались в Альпах, а сейчас смеешь винить меня в том, что ты такой криворукий? Видишь ошибки других, но на свои закрываешь глаза! Или ничего, кроме этой горы бумаг, ты не видишь? — девушка, что казалась хрупкой по сравнению с мужчиной, что только что расправил плечи и был еще больше, выпрямилась и со злостью в глазах смотрела на него, — Слишком слеп, Габи, ты слишком слеп. Если ты думаешь, что я чем-то тебе обязана и ты имеешь право кричать на меня — мне жаль, очень жаль, что наши отношения дошли до такого. Я перешагнула через свою гордость, позабыв о причине ссоры. Я пытаюсь спасти наши отношения, но мне кажется, что ты только и добиваешься того, чтобы разрушить все последние надежды… Я права? , — не скрывая своей злости и обиды за его крики во взгляде, смотрела прямо на него. Смотрела так, будто там могла быть хоть малейшая надежда., —Устала. Устала жить в неведение. Хочу знать, о чем ты думаешь, что чувствуешь. Хочу исправить все. Но ты хочешь другого и мне больно от своих догадок… — устало выдохнула, опуская голову, и чувствуя лишь нарастающую ненависть и раздражительность к такому Габриэлю, обошла мужчину и решила для себя быстрее покинуть его кабинет, в надежде исправить неисправимое. Как только та увидела конверт, что лежал возле тарелки с печеньями, к которым Габи так и не прикоснулся, протянула руку к нему и положила в карман халата, надеясь на то, что мужчина не заметил даже его присутствия на подносе.        — Если я такой не идеальный для тебя, если я весь такой плохой — уходи! , — поворачиваясь вслед за девушкой, внимательно смотрел в ее спину и пытался держать себя в руках Хотя… Здесь итак все известно. Здесь и так все понятно, — Похоже, нам будет лучше, если мы расстанемся, разведемся. Не знаю! Но это лучший исход и надеюсь, что уже завтра тебе не придется терпеть такого слепого во всем мужчину, как я, и ты станешь счастливой.        Белинда, которая услышала предсказуемые слова от любимого ей человека, застыла на месте, наблюдая затем, как Габриэль вышел первым из кабинета, громко хлопая дверью…       — Габриэль, ты еще поймешь какую ошибку совершаешь! Ты не найдёшь девушку лучше или похожую на меня, никто не полюбит тебя так, как я, повторяю, никто! Хватит тебе одной дуры, что влюбилась по уши в такого трудоголика, как ты, который не видит ничего, кроме своей гребаной работы! — отчаянно крича ему в след, надеясь, что тот все прекрасно слышит, и стоя посередине кабинета с подносом в руках, как тот вдруг падает на пол и весь сервиз разбивается на мелкие осколки.       Так и закончилась история одной несчастной семьи. Было ли это разумным решением? Отпускать любимых из-за своей слабости?       Вступить в отношения легче легкого, а вот спасти их — уже тяжело.       Но знаете, что еще тяжелее? Осознать в самый последний момент, что ты сделал. Так Габи оставил в своем кабинете самое дорогое. Белинду, которую он боялся потерять. Его Miette.