Имбирный кофе

      Каждое утро, открывая кофейню, Юра перебирал в руке связку ключей, а в голове всё одну и ту же мысль: а как его сюда вообще занесло?       Такого громкого, яркого, с взрывным характером… в эту тихую кофейню. Единственной связью с этим местом была их общая душевность, не более.       В первый месяц, надевая фирменный фартук, Юра думал, что дело явно в том, что ему просто не хватает разнообразия.       Во второй месяц, переворачивая красивую табличку «Открыто» на стеклянной двери, он думал о том, что ему не хватает чего-то нового в жизни. Новый навык, новое место, новые люди…       Спустя три месяца, полноценно кинув звонкой монетой новый навык себе в копилочку, без пяти минут бариста месяца сошёлся на абсолютно другой мысли. Ему просто нужен был отдых. Спокойный, тихий, подпитывающий энергией отдых. И несколько месяцев всё более приятной работы в кофейне даже более, чем подходили. Тихие клиенты, чаще просто сразу же уходящие со своим стаканчиком, чем ненавязчиво болтающие за столиками, приятный глазу интерьер, как и везде, в коричневых тонах, да и в целом Юра уже душевно сросся с этим местом. Благодаря ему, здесь — особая атмосфера, а благодаря особой атмосфере он чувствует себя здесь на все сто процентов на своём месте.       Парень с забитыми татуировками руками, длинными волосами, часто собранными в пучок, и огромным сердцем. На стаканчиках — комплименты, ведь он не в Старбаксе, чтобы писать имена, на лицах клиентов — улыбки, после очередной такой уместной шутки от бариста. Всё как нельзя лучше. Юра мог бы уже абсолютно спокойно назвать эту кофейню своим вторым домом, ведь правду говорят, что по-настоящему хорошая работа там, где ты не живёшь от выходных до выходных. А Юра даже и не думал о скорой субботе, осторожно и не торопясь протирая фарфор чашек. Может, взять смену в субботу?

***

      Время бешено летит, меняя жаркий летний сезон, в который Юра сюда и устроился, на долгожданную осень. Когда, если не сейчас, самое лучшее время для кофеен?       И Юра это понимал, вновь открывая стекленную дверь. А дальше всё по уже исследованному маршруту: фартук, оборудование, музыка, табличка… Такая рутина, конечно, могла бы и надоесть, но точно не тому, кто даже не знал такого понятия до того, как устроился в эту кофейню.       За окном желтеют листья, а люди кутаются в тёплые шарфы, закрываясь каждый в своей личной крепости из музыки и кучи мыслей. Юра любит это время именно потому, что люди задумчивы. Никто больше будто и не живёт по принципу «Здесь и сейчас». Ну, кроме него самого, конечно же.       Осенью смены кончаются как-то особенно быстро, вечер окутывает Питер слишком рано, явно не встречая сопротивления, а окна-фонари всех возможных цветов загораются как по щелчку пальцев, стоит только редкому солнцу спрятать за горизонт последний луч.       Юра уже готовится к закрытию, взглядом провожая пару девушек, так часто заходящих сюда вечерами. Если не изменяет память, то их обеих зовут Аня, а если не обманывает интуиция, то те уже давно вместе, ведь просто нелегально смотреть на подруг с такой любовью и нежностью, держась за руки. Протирая очередной сервиз, Юра мысленно добавляет в осенний плейлист girl in red. Ещё ни разу никто не жаловался на музыку в этой кофейне, и Юре это чертовски льстит, ведь значит, всё-таки, он не зря тратит столько времени на плейлисты и подборки.       Часы громко отмеряют время, приближая закрытие, как вдруг их перебивает дверной колокольчик. Громко, беспардонно, заставляя Юру тут же обернуться к двери, отвлекаясь от намывания чашек.       — Добрый вечер, — ненавязчиво поправляя осенне меню, с какой-то особенно забавной улыбкой не только в голосе говорит парень. Потому что клиент, стоящий сейчас перед прилавком выглядит весьма забавно и даже немного несуразно.       Массивное серое пальто висит на плечах, едва доходя до середины бедра, а охристо-жёлтый шарф небрежно обёрнут вокруг шеи, закрывая не только её и половину лица, но ещё и вообще всего парня до колен-заплаток клетчатых брюк, концами с бахромой прячась под расстёгнутым пальто. И Юре честно интересно, откуда можно взять такой шарф, учитывая, какого посетитель роста. Из-под тёплой ткани торчит только красный от холода нос, а из-под растрепанных ветром коротких волос видны только сверкающие осенним холодом глаза.       В общем и целом, парень сейчас похож на воробья, кутаясь только сильнее в свой шарф, боясь холода даже в кофейне.       — Здравствуйте, — приглушенно звучит из-под всё того же шарфа, но Юра уже привык. Осень такое уж время, что поделать.       Юра понимает, что его трюк работает, когда парень и впрямь обращает внимание на осеннее меню. Красиво выведенные названия и вполне приемлемые цены, в обрамлении нарисованных по осеннему ярких листьев. Пока парень, видимо, выбирал, Юра уже делал ставку, что же закажет парень. Пряный капучино? Тыквенный латте? Может, глясе с кленовым сиропом?       — А Вы можете добавить те же сиропы и добавки в более крепкий кофе? — как-то неуверенно, но не менее заинтересованно спрашивает парень по ту сторону стойки. И тут Юра понимает, что это первый раз, когда его ставки пролетели абсолютно без шансов.       — Конечно, — словно перехватывая неуверенность парня, отвечает бариста и улыбается. Более крепкий? С сиропом? Странно, конечно, но какая разница?       — Отлично, — даже с шарфом на пол лица легко понять, что клиент улыбнулся, довольно щурясь. — Тогда эспрессо с имбирём, пожалуйста.       И вот тут Юра точно был удивлён. Без негативной или позитивной окраски, просто удивлён. Не каждый день перед закрытием забегают такие парни, беря такой кофе. Нестандартно, одним словом. И Юре это нравится.       Спустя несколько минут и пару вопросов, как чек уже оплачен, на стойку ставится стаканчик из крафтового картона, но ещё пока не выдаётся клиенту, а Юра пока лишь улыбается, смотря, как парень ослабляет шарф, и впрямь, тоже улыбаясь. Потому что, наверное, забавно выглядит то, как Юра готовит кофе. Что-то крутя в руках, что-то прокатывая по стойке с сиропами и посыпками, но при этом ничего не роняя и не просыпая. Ловкость рук и никакого мошенничества.       — Подождите минутку, — тут же говорит Юра, замечая интерес в глазах парня, как только бариста берёт в руки маркер.       Обычно он пишет комплименты на стаканчиках до того, как налить туда кофе, но сейчас случай исключительный — он смог взглянуть на посетителя только сейчас, когда ткань шарфа болталась на уровне груди, открывая лицо. Волосы парень растрепал ещё больше в попытках поправить, зато теперь хорошо были видны блестящие, но уже не от холода, а от интереса голубо-зелёные глаза.       — Ваш кофе, — улыбается Юра, отдавая, наконец, стаканчик.       — Спасибо, — улыбается в ответ парень, словно оттаяв от осеннего холода. И если раньше он походил на воробья, прячась от ветра и промозглой погоды, то сейчас скорее смахивает на кота. Такого довольного, почти что домашнего. Но тотчас уходящего к выходу, после первого же глотка из стаканчика. — До свидания.       — До свидания, — как-то странно говорит Юра, провожая парня взглядом.       Это первый и, Юра надеется, последний случай, когда стакан оказался в руках клиента, а тот, кажется, даже внимания не обратил на немного небрежную маркерную надпись.

***

      — Утро доброе, — слышит Юра, почему-то не обратив внимания на опережающий звон дверного колокольчика.       — Доброе, — удивляется Юра, обернувшись, увидев перед собой того самого парня, который вчера зашёл перед закрытием. Так уж сложилось, что люди к ним в кофейню ходили либо с того момента, когда Юра тут ещё не работал, либо бывали здесь всего единожды. А это — случай из ряда вон, что не может не радовать. — Теперь и впрямь доброе.       А дальше лишь тот же имбирный эспрессо, который, Юра до сих пор не понимает, как можно пить. Такой крепкий кофе и такой остро-пряный имбирь…       — Понравился наш кофе? — между делом спрашивает бариста, управляясь с кофемашиной.       — Понравилась подача, — улыбается парень, роясь в карманах того же пальто, явно что-то ища. — И кофе, надо признать, тоже.       — А я уже испугался, что Вы не заметите, — выдыхает Юра, теперь точно зная, что надпись не осталась без внимания.       — Заметил, конечно, но Вы правы, не сразу, — спокойно говорит парень, что-то набирая в телефоне. Может быть, по работе, может быть, друзьям… кто знает. — Отвлёкся на Ваши тату, — так же ровно добавляет он.       — Простите? — переспрашивает Юра, на автомате поправляя и без того опущенные рукава белой рубашки.       — Я говорю, засмотрелся на Ваши тату, — без капли смущения повторяет парень.       И вот тут Юра понимает, что к чему. Перед закрытием, управляясь с посудой, он закатал рукава рубашки. До локтей. До локтей открывая забитую пигментом кожу с, на первый взгляд, не меньше, чем сотней рисунков.       — Спасибо, — улыбается Юра так, что, кажется, за вчерашний вечер и сегодняшнее утро набрался позитива на месяц вперёд. — Ваш кофе.       — Вам спасибо, — и парень вновь смотрит на бариста, тут же выуживая из кармана, видимо, ранее отрытую купюру в сто рублей, недолго думая, кладя её в стаканчик с чаевыми. — И за вчера, и за сегодня, — он пятится на два шага назад к двери. — И за завтра, тоже.       После звона дверного колокольчика Юра ещё несколько минут не может взять себя в руки, довольно протирая и без того чистую стойку.       Во-первых, из-за того, что жизнь щедра к нему на его желания. Новая работа, новые люди… ну, и далее по списку. Во-вторых, его комплимент всё-таки не остался незамеченным. Не мог он не написать, какие у парня прекрасные глаза, хоть это и банально, просто ну не мог не. В-третьих, он улыбался этому «завтра». Ведь теперь ему обеспечено хорошее настроение до завтрашнего утра или вечера, он это точно знает.       Но есть и вещи, о которых он не в курсе. Например то, что этого необыкновенного парня зовут Паша, и что он точно будет ходить сюда очень долго, собирая дома коллекцию комплиментов, написанных Юрой от руки маркером. А ещё то, что на сторублёвой купюре аккуратно цветным карандашом выведены одиннадцать заветных цифр, то, что Юра всё же не опередил парня, оставив свой номер на стаканчике… но о чём-то он узнает скорее, а о чём-то позже. Главное — подождать стоящее за углом завтра и в очередной раз перевернуть табличку «Открыто», а с этим Юра уж точно справится.       Скоро он точно узнает, что в жизни ему не хватало не нового навыка, разнообразия или отдыха, нет. Ему не хватало одного единственного человека.