И ты вернёшься с дождём

У кофейни был аккаунт в Инстаграмм. Сотрудники этого заведения постоянно выкладывали посты и истории. Малейн давно была подписана на аккаунт и теперь с трепетом просматривала каждую публикацию в надежде увидеть ту самую девушку, но безуспешно. Тогда она чаще стала заходить в кафе, по поводу и без него. Пару раз Малейн виделась с ней. Как трепетало её сердце при виде высокой, стройной, тихой сотрудницы кофейни, что с заботой готовит для постоянной клиентки её заказ. Но бейджик всё также отсутствовал, как и смелость Малейн для знакомства с девушкой.

***

Лисия в первый же день хотела начать поиски работы, но для начала стоило бы обзавестись новой сим-картой. Она была поспешно уничтожена ножницами в то самое утро, утро, предвещавшее начало новой жизни. Лисия обратилась в салон связи и получила новый номер телефона, а вместе с тем доступ к интернету. Теперь можно искать и рабочее место, она не питала особенных надежд на успех в первую неделю, для неё невероятным счастьем было бы получить работу в первый месяц пребывания в новом городе. В общем, резюме размещено, начало положено. Весь первый день в городе Х Лисию от реальности отвлекали самые тревожные мысли. Все ли следы он замела? Смог ли он так быстро понять где я? Объявил в розыск? Или стоит под дверью с портновскими ножницами моей мамы с запекшейся, почти черной, кровью на них? Моей кровью. Лисии несколько раз за первый день в новом месте казалось, что он стоит под её дверью и зовёт. Её сердце стучало настолько сильно, что заглушало все звуки вокруг, и только его ритм, бешеный и тревожный, слышала девушка. Она стояла, затаив дыхание, перед тем, как выйти из комнаты и направиться в город. Стояла так долго, что ноги начали болеть. Она выдохнула, наконец обрела решимость, схватила за ручку, вставила ключ… В голове раздался его голос. Сухой, грубый, низкий, пронизывающий тело, словно разрядом тока. Это сравнение для Лисии было не просто словами, шокер оставил немало красных пятен на её теле, но, к счастью, они проходили через дня два. А он наносил новые. Голос за дверью произнёс: «Дорогая, я знаю, что ты там, давай поговорим и помиримся». Предательский голос. Лисия, услышав эту фразу впервые, конечно, согласилась. Спустя шесть кошмарных лет, длившихся вечность, она знала значение этих лживых фраз. Громкий стук в дверь. -Открывай, пока я добрый. Лисию охватил страх, сковал движения и мысли. -Открывай, мать твою. Громкий ядовитый смех, словно кипяток льющийся по коже. Удар по двери. Прямо возле головы Лисии, прижатой к двери, единственной преграде от монстра по ту сторону. Девушку сковал ужас, ноги не выдержали, она упала на пол, закрыла одной рукой голову, другой низ живота, сделала она это рефлекторно, по привычке. Ты же знаешь, что это его никогда не останавливало. Спустя десять минут, пол часа, час – она не осознавала время в тот момент – она наконец пришла в себя. Его здесь быть не могло. Ты спряталась хорошо, он тебя не найдёт, всё в полном порядке. Она окончательно успокоилась. Он не стоял за дверью. Он был где-то в её прошлом, но не здесь. Лисия открыла дверь и смогла выйти в новую жизнь, где ему не было места.

***

Лисия лежит на полу спальни, пока её муж дрожащим голосом общается со службой «скорой помощи». По её ногам струится кровь, боли она почти не чувствует. Страх. Телефонный звонок завершился, а вместе с ним обеспокоенность и забота в голосе мужа. В доме было тихо, слышны были лишь тяжелые вздохи Лисии и шаги мужчины. Он подошёл к ней вплотную, сел, согнув колени, и заглянул в её заплаканное лицо своими стеклянными бесчувственными глазами. Девушка старалась не плакать, она знала, насколько сильно его это заводит, как при виде её слез он начинает наносить удары с новой силой. Так произошло и в этот раз. Раньше он пытался задеть её чувства, поиграть с самыми тонкими и скрытыми надежами и мечтами, теперь же, когда он спустя три года истратил все варианты того, как заставить её душевно страдать, он применял свою силу. В этот раз в его руках оказались ножницы мамы Лисии, что она оставила как скромное наследство дочери. Они были дороги и в денежном, и в душевном эквиваленте. Лисия часто использовала их в работе по дому, создавая вещи для уюта места, в котором проводила целые месяцы, не покидая его. В порыве очередной ярости муж схватил её любимую вещь, единственную, что напоминала о хорошем, о прошлом, о семье. Мужчина схватил Лисию за её длинные светлые волосы, оттянул её голову назад и сильно ударил об стену. Разум девушки затуманился, она и без того не понимала, что в этот раз она сделала не так, но теперь и вовсе не могла осознать происходящего. Лисия ничего не понимала и тогда, когда в руках у него оказались ножницы, когда он начал резать на ней одежду, иногда и вовсе в звериной ярости разрывая её руками или зубами, когда что-то теплое начало струиться по её ногам и полу. Осознание пришло только в больнице, её лечащий доктор сообщил ей, что её детородные органы были очень сильно повреждены в результате колото-резанных ран, хотя врачи смогли всё привести в состояние нормальной работы организма, но к сожалению, теперь она не сможет иметь детей.