ты — мой личный сорт наркотика, Тихая

мне так холодно, можешь меня согреть ? можешь пожалуйста спрятать меня к себе под куртку. нет ? знаешь, это больно. это банально, но это больно. невыносимо слышать твои крики, затуманенным рассудком в снегу я поймаю солнечные блики, ключ от пустоты потерян, но попробуй спасти, попробуй ко мне проникнуть.

Миша выходил из подъезда. Ему дико приспичило закурить сигарету, как в поле зрения попала знакомая особа. Хотелось подойти, но ноги остановились. Такси подъезжало к девушке. — И куда же ты так рвешься? — улыбнулся парень, но потом его улыбка спала. Осознание, что снова к Танку, ударило по голове. Машина уже отъезжала, как бывший вскочил с места и направился быстро в сторону какой-то дешевой иномарки. — Я заплачу пять косарей, если ты сейчас тронешься с места и поедешь за этой машиной, — водитель даже сначала онемел, но стоило ему понять, что может срубить хорошо бабла, открыл дверь, впуская. Миша ухмыльнулся: — Вот и хорошо, а теперь побыстрее, — пришлось ещё ради вежливости выдавить из себя, — пожалуйста. Таксист качнул головой, нажал на педаль газа. Автомобиль выехал вслед, их разделяли жалкие метры. Не было видно, что Аня делает, но так хотелось заметить. Высовываться — делать себе хуже, это сразу понял Миша, стоило ему только выглянуть. Тихомирова будто почувствовала на себе взгляд, повернулась назад, вглядываясь в заднее стекло. — Что-то случилось? — водитель был вежлив. — Нет, просто задумалась, — тепло улыбнулась, чтоб не подавать свою взволнованность. Во-первых, она узнает этот взгляд из миллионных, хотя скорее чувство, которое придает оно. Никто не заставлял себя скукожиться от одного вида глаз. Во-вторых, девушка едет к Тане, с которой её связывает не только общение, но и что-то больше. То, что щекотало её живот, заставляя бабочек оживиться, давно мёртвых притом. Не хотелось потерять такое состояние, будет довольно трудно снова пытаться найти настоящую себя после того, как тебя снова выкинут как куклу. Будешь снова ненужной и брошенной. Тихомирова надела наушники и включила песни. Одна за одной сменялась и у каждой могла бы быть своя история. Конечно, как маленький ребёнок, она начала представлять, чтобы сделала под каждый трек и только в конце поняла. Во всех моих мечтах есть я, дочка и Каширина. Мне не удалось ещё так сильно привязаться к людям, как к ним. Но вот что скажет дочь, когда узнает про Таню? А если ей будет противно и она не примет меня такую, какая я есть? Но как можно не принять маму? Мысли сжирали полностью, но Ане получилось отбиться от плохих. Как никак, Таня всегда будет рядом, даже если кто-то будет против. Не кинет в плохую минуту. Этим они с дочерью очень похожи, значит найдут общий язык. А главное сама Танк будет не против защищать уже двух людей. Сама умрёт, но не даст сделать больно кому-то из них. Как и сама Аня. У них слишком много общего, чем различий. Автомобиль подъезжает к входу в парк, почему приходится снять наушники и попрощаться с водителем. Парнишка понравился ей, но сейчас не стоит забивать голову этим. Оплатив и оставив чаевые, девушка вошла с салона, устремляя глаза в сторону леса. Пахло свежестью, ведь недавно прошёл маленький дождь, заставляя людей по-быстрее прятаться под крышами домов. Идеальная погода, но если ты сидишь дома, а не мёрзнешь на улице. Тело пробил озноб, покрывая мурашками каждый миллиметр. Куда дальше? Я-то помню, где находится здание, а вот Таня? Не думаю, что одноклассница так быстро запоминает путь, притом на пьяную голову. Но я понадеюсь на её память и двинусь в сторону заброшки. Только что-то заставляет повернуть свою голову назад. Девушка оглянулась, пытаясь увидеть в пустоте силуэт человека, но ничего не вышло. Кажется, она сходит с ума, но этого не надо. Голова должна хорошо переваривать информацию, а не давать левые галлюцинации, от которых потом сложно будет избавиться. Разум быстро не выкинет блики. Это и пугало Тихомирову, ибо такие скачки она ловила только под наркотиками, а чувствовать себя снова паршиво ей не хотелось. Пришлось двигаться дальше. Ноги еле-еле шли, ведь очень сильно было холодно, а Тихая быстро замерзает. Если Танк решит пообщаться с ней в такую погоду, придётся умереть на месте от холода. Но, надеюсь, Каширина понимает и отведёт девушку в более менее теплое помещение, если, конечно, не хочет общаться с мёртвым телом. Аня порой корит себя за плохое здоровье, ибо из-за него сложно находится на улице зимой. Руки быстро начинают замерзать, а ноги перестают двигаться. И хоть ты даже оденешься потеплее это не поможет. Температуру будет сложно сбивать, а пить таблетки пачками не мечта, уж точно, потому приходится всё свое Новогоднее настроение прятать в стенах квартиры, благо там отопление есть. Хоть что-то, но спасает, и это уже хорошо. Ученица смотрит на проходящих мимо людей, прячущих свои руки в карманах курток, пытаясь найти тем самым тепло. Осень, а так холодно, словно зимой. Может организм ещё не привык к такой быстрой смене температуры. Или же во всём виновен прогноз погоды, показывающий уже аж целый -1 градус. Срочно искать теплое местечко, где можно согреться, а иначе простудишься. Но всё равно плетётся по изученному ей маршруту, пытаясь поднимать свои ноги выше. Тянется за пачкой, доставая одну сигарету, с ходу закуривая, согревая хоть как-то себя. Внутри огонь разливается, когда дым начинает попадать в лёгкие. Становится куда легче, но потом ей эта привычка точно выйдет боком. Миша плелся сзади, стараясь меньше привлекать к себе внимание, ведь быть замеченным не хотелось. Ужасная игра, где Тихомирова его жертва, а он, как настоящий хищник, охотиться, не показываясь. Если бы на его пути оказалась другая девушка, то та бы вызвала полицию, но бывший очень хорошо прятался. Словно маньяк, он крадётся всё ближе и ближе. Не хочет потерять ученицу из виду, ведь та ускорила свой шаг, увидев что-то вдалеке. Дыхание спёрло, когда голова резко повернулась в его сторону. Парень, даже не успевши понять, что произошло, кинулся в сторону лавочки, чтобы сделать вид, что он обычный прохожий и вообще ни за кем не следит. Это сыграло ему на руку, ведь Аня не успела разглядеть лицо. Девушка остановилась, когда почувствовала чужой взгляд на себе. Он пожирал полностью, заставляя плавиться под огнями холода. Страх потихоньку нарастал, но та пыталась отогнать всё самое плохое, оставаясь всё так же спокойной. Но это была защитная реакция. Я не помню почему, но мне показалось, что кто-то следит за мной. Да, порой у меня есть такая паранойя, но сегодня я испытала её во всю. Глаза прожигали меня, будто вот-вот сделают дырку. Тихомирова зажмурилась, сделала глубокий вдох и пошла дальше. Бывший посидел ещё какое-то время на месте, а потом двинулся за девушкой. В его голову наконец начали приходить воспоминания, где они. Их первая вечеринка, где они познакомились. Парень стоял возле стены, не подавая вида, но пристально глядел на высокую длинноволосую брюнетку. Та выглядела сногсшибательно, привлекла к себе много внимания, заставляя смотреть только на себя. Её глаза выражали доброту, а улыбка сияла на её лице. Но была одна проблема: Тихомирова была под наркотой. Её разум был полностью отдан накротику, почему ученица и подпускала к себе непонятных ей людей. Миша медленно двинулся по направлению к Ане. Ему хотелось познакомиться с столь красивой особой. — Не хочешь прогуляться? — ожидал в ответ отказ, ведь за девушку сражалось очень много мужчин на этой вечеринке. — Почему бы и нет, — хихикнула. Так они и оказались в парке. Их общение полностью перешло во что-то большее, раз девушка повела парня в сторону непонятного дома. Тогда он выглядел ещё нормально, по сравнению с тем, как выглядит сейчас. Тихомирова вела и вела его куда-то наверх. Можно было подумать, что сейчас заведёт его куда-то, а потом убьёт, а тело оставит на заброшке, ведь полицейские сюда редко ходили. Слишком много алкашей, а значит и разбираться с ними надо, но всем лень. Аня села на мягкое кресло, а потом зажгла сигарету. Кент. Неужели даже в тот момент она любила именно эту марку? А вот теперь её и Таня курит. Улыбка не сходила с её лица. Зрачки расширены слишком широко. Страшно смотреть, но Миша тоже был не трезвым. В его организме была, как минимум, целая бутылка коньяка. В тот момент у него были переломные моменты, почему и решил развлечься, но кто знал, что парню так повезёт? Но а вот Тихая всё бы отдала, чтобы вернуться в тот день и послать его нахуй. Так бы не было проблем. Можно сказать, бывший муж передал ей их. После всего того, что с ними было, он не прекратил отвратительно себя вести, наоборот только хуже. Но тогда Аня верила, что это всё пройдёт. Сначала черная полоса, а потом белая. Но только парень променял её на наркотики, почему у него часто случались ломки, из-за которых страдала Тихомирова. Больно вспоминать то, что сломало. Но вот Мишу же не тронуло ничего, потому он с хорошим настроем мог рассказывать всем о том, как они познакомились. Только одной ученице было неприятна эта ситуация, но она молчала, не привлекая к себе внимание. На горизонте появилась Каширина, что вальяжной походкой ступала к однокласснице. Улыбнувшись, девушка подлетела к ней, сжимая в объятиях. — Я постаралась вспомнить дорогу, — победно произносит Таня. Ей хотелось услышать слова гордости, что начнут подливать масло в огонь, заставляя чертей внутри прыгать от счастья. — Ты большая умничка, — и она получит это, ведь правда заслуживает. Аня жмётся к ней, стискивая всё больше. Ухмылка не сходит с лица Кашириной. — Погнали внутрь. — Ага, только если я там не умру, конечно. На улице такой дубак, неужели ты хочешь оставить меня на морозе? — надула губки как ребёнок. — Тихая, порой мне кажется, что ты совсем ещё маленькая. Как тебя можно было так испортить, что ты сейчас мной манипулируешь. Это подняло настроение. Внутренний демон кричал от радости, стоило Танку только сказать столь желанные слова. — Мне всё равно от этого не станет теплее. — А хочешь согрею? — ухмыльнулась. — Фу, о чём ты думаешь, Танечка, — отпрянула от нее, засовывая руки в карманы. Всё же пальцы начали замерзать. Одноклассница лишь рассмеялась, притягивая к себе возлюбленную. У второй очень притягательная мимика, которую Таня любила больше всего. Любое изменение в лице заставляло забыть все проблемы, что были в её жизни, не отводя ни на секунду взгляд. Притягательно красивая. Стоило только взять девушку за талию, как внутри резко разлился огонь по венам. Это было круто, это было великолепно. Никто не мог подумать, хотя как, что Каширина сможет вытворять такие неожиданные фокусы с чужим телом. На щеках виднеется маленький румянец, только вот фонарей тут мало, чтобы разглядеть полностью лицо. Но даже так видно, как сияют чужие глаза. Тихомира смотрела на Танка, как на спасение. Её выдавал взгляд, кричавший о том, как сильно ей повезло. Маленькие звёздочки можно было увидеть в очах. Сама Таня тоже не отставала, показывая полностью свои чувства. Миша стоял и смотрел за деревом. Он видел всё, что происходит. То, как Каширина держит его бывшую жену, как та улыбается, стоит Тане только сказать что-нибудь. Сердце кровью обливается, ревность бьёт по больному, но тот ровно стоит на месте, ожидая чего-то. В его голове начинает складываться пазл, но только потихоньку. — Пошли, пошли, — повторила Танк, двигая одноклассницу к входу. — Ты однозначно ждёшь моей смерти, — выдохнула холодный воздух. Нос уже давно покраснел, а губы подрагивают. — Я просто хочу кое-что показать тебе. — Ладно, пойдём уже. Бывший тоже прошёл за ними. Ему было тяжело смотреть на чужое счастье, но он всё ещё надеялся, что сможет вернуть его. Внутри всё кричало:“Зачем ты поехал?„ Но он не мог по-другому. Интерес убил его, он сам себя погубил. Тихомирова приходила мимо развалин, даже ни разу не спотыкаясь, что означало — она не неуклюжая, как оказалось. Трудно увидеть в темноте что-то под ногами, но ей удавалось нащупать побитое стекло или что-нибудь в этом роде. Ей было интересно, что такого приготовила Каширина. Девушка никогда не делала сюрпризы, разве что написала в первый раз, но не более. Перед глазами стоял маленький столик, а на нём вино. Любимое Ани. Как Тане удалось запомнить, если одноклассница только один раз произнесла и то после бранча. Это удивляло ещё больше. — Садись туда, — указала на мягкое сиденье. — Я сяду тут. Одноклассницы общались о разном. Никто не соблюдал тишину, диалог так и лился между ними, заставляя пространство заполняться смехом девушек. Только один бывший стоял за дверью, хватаясь каждый раз за голову. Он понимал, что это конец. И он сам виноват в этом, а не Тихая. Его вина, только этого мудака. Все воспоминания будто стираются на месте. Все те улыбки и смешные рожицы заменяются на побои. Он открыл наконец себе глаза, понял, что потерял всё из-за своего гнева. Если бы тогда смог смирить ярость. Трудно было от осознания, что всё так быстро закончится. Сейчас бы сигареты, но он выкинул пачку ещё тогда, когда Аня повернулась на него. Зачем ноги несли парня сюда? Чтоб он принял, что их больше ничего не связывает. Сама судьба кричит об этом! Но только он делает из себя глухого, раз не понимает толком ничего. Не верит. Пора бы закончить весь этот цирк, что сжирает только одну девушку. Та борется с тем, чтобы не сбежать от своих чувств, но приходится разрываться и врать. Во благо. Кто бы подумал, что Ане будет сложнее после проекта, хотя должно быть наоборот. Обычно он меняет жизнь учениц в лучшую сторону, но никак не в противоположную. Зато Тихомирова сама нашла себя. Стоп этой клоунаде! Миша понял, что пора закончить всё. Чувства хоть и есть, но они не хотят отпускать. Не дадут сделать в себе дыру под названием:“похороны любви„ Какая там любовь? Между ними ничего нет. Кроме дочери. Которую он всё равно старается игнорировать и не говорить про неё. Считает ошибкой. Но так нельзя, это же твой родной ребёнок! Да ему плевать. Нет ничего важнее его собственного я. Парень двинулся. Эхо его шагов раздался на этаже. Я очень сильно испугалась, когда услышала звуки. Первое, что пришло в мою голову, так это полиция. Не хотелось увидеть участковых, ведь они тут не чаи гоняют. Но, честно, уж лучше было бы, если менты, а не тот, кого мне не хотелось видеть. Каширина сжала руки в кулаки, намереваясь уже налететь. Кого угодно готова терпеть, но не его. Злость закипала внутри, надо было выплеснуть её. Гнев был в двух сразу. Их голодные взгляды встретились, заставляя кожу покрыться мурашками. — Надеюсь, это не входит в твой сюрприз, — шепотом сказала Тихомирова. Её ноги подкосились, когда она увидела это грандиозное противостояние двух сильных людей. А самое ужасное, что они не закончат свой конфликт, пока кто-то не отступит или скончается. Слишком много чести, чтоб отдавать поистине своё. — Я не знаю откуда тут появился этот мудила, — громче крикнула Каширина. Ей хотелось задеть. Но Миша игнорировал слова. Его ноздри раздувались от эмоций, что поглощают изнутри. Ещё чуть-чуть и всем пиздец. Тот подходит ближе, девушкам пришлось отступить назад. Бывший загнал в тупик, спина соприкоснулась со стеной. Воздух в лёгких сперло, Тихая боялась представлять, что сейчас будет. Таня заметила, как одноклассница замялась, потому встала между парнем и Аней. Она же в любой ситуации станет перед смертью за возлюбленную. Ей не страшно, Танк привыкла брать всё на себя, как раньше это делала Тихомирова. Сегодня она должна забрать всю боль на себя. Парня это ещё сильнее разозлило. Он рыкнул, а потом запнулся. Его глаза переметнулись на Аню. Они выражали отвращение, агрессию, но и сожаление?.. Да, ей точно не показалось. Слёзы застыли в его ярко-зелёных глазах, делая их ещё свирепее. Он замахнулся. Раз. Два. Три. Ученица начала считать секунду до того момента, как кулак сломает нос Тане. Девушка уже готовилась к худшему, но не к такому исходу. Тихомирова открыла глаза и увидела кровавую ладонь, а рядом отпечаток. Танк опешила тоже. По ее лицу было видно, что та была готова на удар. — Сука! — крикнул слишком громко Миша. И это не потому, что он чуть не сломал себе руку, не из-за потёртых костяшках. Он морально сжирал себя изнутри. Горячее пламя сжигало сердце полностью. Бывший пошатнулся назад, закрывая вид на свое лицо. Он был слаб, не физически, а морально. Также как и Аня. Парень сам довёл её до такого состояния, а сейчас губит себя. — Будь счастлива, — посмотрел последний раз на Тихую и вышел.

в этом мальчике столько боли – сиди и черпай, хочешь – ложками чайными, хочешь – большим ковшом. пропадешь с ним, поверь, затихнешь убитой нерпой, за любовь получив оплату дрянным грошом. в этом мальчике столько гнева, что бьются вазы, и у каждой второй стены перелом костей. так жестоки его черты и прищур зеленоглазый, как ванильно-нежны при маме и для гостей. в этом мальчике столько грязи – поди, отмыться после встречи с ним нужно будет в семи водах. таким подавай на блюдечке хоть царицу – останется до конца козленочек при рогах.

Но Тихомирова давно ещё отпустила. Не простила, но больше не вспоминает. Такого проеба, как присутствие бывшего мужа, она больше не повторит в своей жизни. Холод. Даже на улице холодно, а в сердце пропасть. Миша идёт домой, стирая всё, что было между ними. Пора начать новую жизнь, с чистого листа, зарисовывая её самыми красивыми красками. Он не должен сделать такую же ошибку, как сделал с Аней. Разбить, уничтожить, а потом заставить заново чувствовать все эмоции. Ужасен. — Пиздец, — на одном дыхании выпалила Каширина. Тихая стояла на месте, можно было слышать её сердцебиение. Оно было настолько сильным и громким, что та даже не смогла что-то произнести. Таня повернулась на неё. — Всё хорошо? — на лице появилась тревога. — Я только что лишилась человека, который отравлял меня. Самое ужасное прошлое наконец забило хуй на меня. Она не верила. Спустилась на пол, села, а потом уставилась на улицу. Были видны маленькие снежинки, что старались быстрее слиться в единое. Красиво. Свет фонаря давал возможность увидеть свои руки, которые она до последнего прятала в карманах дабы согреть. Воздух, выходивший и создававший маленькое облачко, щекотал красный носик. Пальцы зарылись в ворот пальто. Я не верю — была единственная мысль в голове. Сейчас с ней сидит Каширина. Девушка легонько приобнимает за плечи. Даже такая поддержка немного проводила в нормальное состояние, пытаясь вернуть Тихую из мыслей на землю. Смешок вырвался из груди. Наконец! Её радости не было границ. Было желание обнять весь мир, но она потушила его. Ведь он сидел рядом, даже не подозревая этого. — Ты точно заболеешь, — заворчала Танк. — Похуй. Сейчас похуй на всё. — Даже на меня? — хитро улыбнулась. — Ни за что. Тихомирова подвинулась к её лицу, нежно сминая губы в поцелуе. Одноклассница охотно начала отвечать, забирая инициативу полностью себе. Аня с честью передала её, давая понять, что Таня главная. Та улыбнулась, просовывая свой юркий язычок в уста. Они слились в одно целое. Губы, языки, взгляды. Пошло. И в тот же момент романтично.

любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера…

И ученица полностью была согласна с этим. Она готова отдать все свои секундыу жизни Тане. Раствориться, словно сахар в чае. Делить с Танком всё, что у неё есть. Даже дочь. Девочка точно не будет против такого. У неё появится аж целых два близких и родных человека, разве это не радость? Каширина отстраняется: — И всё же я боюсь за твоё здоровье. Бери вино и поехали к тебе. Я вижу, у нас намечается праздник. И она права. Это день, когда она полностью перестала быть зависима от Миши, обретая новую зависимость. Она проиграла Тане. И одноклассница тоже. Они вдвоём повязли в своих чувствах. Таня подаёт руку, чтобы та встала на ноги, но у той они не слушались. Голова гудела от всего, что произошло. По щекам стекали слёзы. Но это было однозначно от счастья. Танк села на колени перед ней, растирая пальмами по лицу. Мой взгляд был туманен. Я смотрела куда-то вдаль, но стоило мне только сфокусировать свое внимание на чужом лице, как я осознала все свои чувства к девушке. Таня увидела это. Она лишь улыбнулась, а потом примкнула к моим солёным от слез губам. Её поцелуй был нежен, как белая роза в саду. Хотелось таить под её руками, расслабляться под губами. — Ты будешь со мной? — разорвав это мгновение, спросила ученица. — Да, — Каширина стреляет глазами наповал. — Даже если у меня будут проблемы? — Даже если у тебя будут проблемы. Тихая бросила обнимать ее, притягивая к себе за шею. Резкий запах парфюма ударил в нос. Теперь её любимый аромат. — Я тебя люблю. — Я тебя тоже люблю, мой личный сорт наркотика, Тихая.

можешь, пожалуйста, меня обнять, можешь, пожалуйста, меня понять, можешь, пожалуйста, меня поднять. ты одна это сможешь сделать. ты это понимаешь ? Только ты одна. это передоз тобой, я прошу не махать шприцом, можешь пожалуйста, хотя бы посмотреть на моё лицо.