Омега

      Уже спустя всего полчаса с того времени, как Атсуму пришёл в сознание, в палату ворвалось двое людей. Парень тут же признал в них брата и лучшего друга. У обоих лица бледнели с геометрической прогрессией нахождения в комнате. — Между прочим, я не так уж и плохо выгляжу, — так гласила надпись в телефоне, предоставленная шокированным гостям. — «Не так уж и плохо»? Атсуму, ты издеваешься? — внутри у Осаму всё закипало при виде такого избитого брата. Сакуса, конечно, обрисовал ситуацию, но чтобы всё так... — Атсуму, мы с тобой только распрощались, и ты сразу же начал искать на жопу приключения, ну как так? — Тоору тяжело вздохнул, глядя на невинно пожимающего плечи друга. — Вот он и показал тебе «как так», — Осаму тихо фыркнул, — А ты? Какого хера ты не следил за ним?! — Осаму грубо схватил Киёми за ворот рубашки, притянув к себе ближе, — Кто-то обещал мне, что будет за ним приглядывать и защищать. Так какого хуя, я тебя спрашиваю?!       Атсуму на пару с Ойкавой смогли оторвать разъярённого Осаму от Киёми. — САМУ ТЫ СОВСЕМ ДОЛБАНУТЫЙ?!!!! КАКИМ БЛЯДЬ ОБРАЗОМ ОН ДОЛЖЕН БЫЛ ЗАЩИТИТЬ МЕНЯ ЕСЛИ МЫ НАХОДИЛИСЬ НА РАЗНЫХ КОНЦАХ ГОРОДА?!!!!!!!!!! — Атсуму яростно строчил и гневно бросал испепеляющий взгляд на брата, которого кое-как сдерживал Тоору, — Если бы не ушибленное запястье, я бы тебе втащил!!!!!! — Атсуму, не многовато восклицательных знаков? — Ойкава даже и не знал, веселило это всё его или печалило. — Слушай сюда, крашеный блондин, — Осаму подошёл ближе к брату, — Вот он, — показал на альфу, что сидел мрачнее тучи, — Именно он перед свадебной церемонией поклялся мне, что будет тебя защищать. И мне глубоко похер как именно он это будет делать, главное, чтобы делал! А, что в итоге? И месяца не прошло, как ты уже лежишь в больнице, избитый до полусмерти. — Ничего не до... — Атсуму только собирался написать ещё одно гневное письмо, как в палату зашли. — Ох, Боже. Я отошла всего на полчаса, а вы тут устроили, — вошедшая женщина поправила каштановые пряди, которые выбились из низкого хвоста и с долей раздражения посмотрела на всех присутствующих, — Осаму, тебя на всём этаже слышно. — Прошу прощения, Ойкава-сан, — тихо буркнул немного пристыженный альфа. — А теперь все вышли, мне надо осмотреть больного, — на своём горьком опыте трое из присутствующих знали, какова Ойкава Йоко бывает в гневе, поэтому все без лишних слов покинули палату, — Атсуму, как ты себя чувствуешь? — женщина аккуратно осматривала горло и ушибы на руках. — Тело ломит и говорить особо не могу. — Ничего, отёк скоро спадёт, и уже часа через три-четыре заговоришь, — Йоко ласково погладила по волосам, — А теперь снимай рубашку.       Атсуму, конечно, было немного неловко, но покорно снял верхнюю часть одежды. Как он и предполагал, под ребром красовался огромнейший синяк, на животе чуть поменьше, не считая множества совсем маленьких ссадин, в которых усыпано всё тело. Чем дольше женщина осматривала пациента, тем сильнее хмурилась. — Хорошо тебя оприходовали, — врач начала осторожно наносить заживляющую мазь на повреждённые участки тела, — Что произошло? — Да так, просто девушку защитил от двух мудаков. — Да ты у нас настоящий герой, — Йоко ухмыльнулась, взглянув на немного стушевавшегося парня. — Не преувеличивайте. — А ты сильно не смущайся, — Йоко снова потрепала по блондинистым волосам, вызвав у парня улыбку, — А теперь, как твоё омежье здоровье? — в миг женщина стала серьёзной, — Только ответь мне честно. — Я в порядке. — А если не врать? — карие глаза опасно блеснули. — Правда. — Хорошо, спрошу по-другому, — женщина, закончив обрабатывать раны, помогла одеться омеге, — Сколько таблеток в день ты пьёшь?       Как же Атсуму терпеть не мог этот вопрос. Просто выворачивало от него. Говорить, да даже врать не хотелось, ведь сам прекрасно понимал, что пьёт больше нормы. — И прежде чем ты мне напечатаешь неверный ответ, — Йоко, взяв телефон из рук омеги, недалеко убрала, — Покажи мне на пальцах, смотря в глаза.       Сглотнув, Атсуму, закусив губу и вздохнув, показал два пальца, немного неуверенно посмотрев на женщину. — Уверен? — в ответ кивнули, — Сделаю вид, что поверила. Но, Атсуму, тебе надо прекращать пить таблетки или хотя бы уменьшить дозу. Твой организм очень истощается из-за этих подавителей, так ты уже не то, что угробишь своё здоровье, ты убьёшь омежью сущность внутри себя, — в ответ Атсуму лишь покорно кивнул. «Ага, прекратишь тут пить, как же», — омега про себя фыркнул, в сознание снова врезалось выражение лица супруга. — Чтож, мой дорогой друг, с прискорбием сообщаю, Вы будете жить, и Вам придётся сдавать сессию, — женщина улыбнулась, увидев скорчившееся выражение лица парня, — Но подержу тебя здесь пару деньков, а потом ещё на пять дней дома посажу. А сейчас тебе надо поспать и хорошенько отдохнуть, а твоих неразлучных друзей отправлю по домам, — Йоко поцеловала в лоб парня и вышла.       На удивление, Атсуму действительно хотелось спать, и чувствовалась огромная слабость, поэтому сразу же отправился в мир грёз, как только голова коснулась подушки.       Проснулся парень от сильной жажды, и только приподнялся, и хотел было налить воды в кружку на прикроватной тумбочке, как почувствовал тяжесть на правой руке. Повернув голову, брови поползли наверх. У постели спал Киёми, положив голову на руки, что покоились на матраце, одна из которой лежала на руке омеги. Атсуму так шокировано и замер. Боже, он не был при смерти, не находился в коме или бессознательном состоянии, так зачем себя настолько сильно изматывать? — Эм, Киёми, — Атсуму аккуратно начал тормошить за плечи спящего мужчину, — Киёми, просыпайся. — Атсуму, тебе плохо? — альфа резко подорвался и обеспокоенно посмотрел на парня. — А, нет. Я в порядке, — Атсуму улыбнулся, — Как видишь, уже говорить могу. Только ты почему здесь? Ты же очень устал, и тебе надо на работу завтра, да и я не умираю. — Я собирался, но сам не заметил как заснул, — альфа устало потёр затёкшую шею. — М, может ляжешь рядом? — Атсуму сам не осознал, что сказал, Киёми выгнул бровь и вопросительно посмотрел, — Ну, тут даже никакого маленького диванчика нет, а на кровати уже лучше, правда она немного тесновата будет для нас двоих, но... — с каждым сказанным словом щёки заливало румянцем сильнее, Атсуму даже сам не понимал какую чушь нёс. — Мы же договорились, я тебя не трогаю, — Киёми улыбнулся уголками рта, — Я пойду, а ты как следует отдыхай, — потрепав волосы, мужчина вышел из палаты. — Да что же ты делаешь со мной? — спрятав лицо в руках, Атсуму со стоном откинулся на подушку, — Как к человеку можно испытывать такие противоречивые чувства?

***

      На протяжении всего больничного Сакуса старался находиться всегда рядом и помогать Атсуму. Блондин уже не выдержал и в последние дни больничного насильно заставлял альфу идти отдыхать, уверяя в своём безупречном здоровье. И всё же, несмотря на ворчание, Атсуму было приятно до чёртиков. Впервые он получал такую заботу и поддержку. В родном доме в свои четырнадцать с половиной справлялся с температурой тридцать восемь и девять наедине с братом и семейным врачом, да и Осаму редко пускал отец, чтобы не заразился. А тут всего лишь пара царапин, но такая забота, омега готов был просто растаять, но те слова Киёми так и не могли заставить расслабиться. И Атсуму толком не мог определиться, что же он чувствует к своему супругу? Скорее всего симпатия, но в то же время и некий страх, может ещё и неприязнь. Вся эта смесь чувств терзала парня уже как недели три. — Хей, принцесса, — на плечо легла чужая рука, заставившая Атсуму отвлечься от своих раздумий, — Знаешь какое сегодня число? — Хм? — блондин сделал вид, будто глубоко задумался и ведёт тяжёлый аналитический анализ, — Ну день рождения моего брата. — А ещё? — Ну если тебе лень посмотреть в календарь, так уж и быть скажу, — Атсуму усмехнулся, — Пятое октября. — Хорошо, — Ойкава тяжело вздохнул, — Если до тебя так долго доходит, сегодня тебе исполняется двадцать, балбес. — Ох, Боже, — Атсуму шокировано замер, накрыв губы ладонью, — А я всё думал, что у нас с Саму разница в две недели... Тоору, ты открыл мне глаза, — под конец блондин уже не сдерживал смех, Ойкава тоже хихикнул. — Раз мы с тобой выяснили, что и у тебя сегодня тоже праздник, тогда вот, — шатен протянул небольшой праздничный пакет. — Тоору, ты же знаешь... — То, что ты не любишь свой день рождения, не запрещает мне дарить тебе подарки, — Ойкава фыркнул, закатив глаза, и внимательно следил за тем, как Атсуму с неподдельным интересом копался в пакете, рассматривая всевозможные виды масочек, прикольный чехол для телефона и ещё пару мелочей, — Я знаю, ты не любишь, когда тебе дарят какие-то дорогие подарки, а так – мелочь, но приятно. — Тоору, спасибо. — Не за что, принцесса. — Пользуясь статусом именинника, запрещаю тебе называть меня принцессой хотя бы сегодня, — Атсуму раздражённо закатил глаза, — До сих пор не могу понять, почему ты так меня называешь. — Да ты же смазливый, как принцесса, — пожал плечами Тоору, усмехнувшись. — Что... Железная логика, да и кто бы говорил. — Ой, хорош умничать, — Ойкава начал ерошить волосы друга. — Не трогай волосы! — на манер шатена начал кричать Атсуму. — Ах ты говнюк! — как и ожидалось, эти двое парней начали беситься, стоя почти посередине коридора, но им на это было малость фиолетово. — Хей, а это случаем не Шоё, — Атсуму, остановившись, чтобы перевести дух, заприметил рыжую кубышку. — Да, только что за хмырь рядом с ним? — тут уже и Тоору насторожился.       Оба парня не спускали глаза с парочки, что не дойдя до них десяти шагов, рассталась. Хината, немного смутившись, подошёл к парням, поздоровавшись. — Атсуму-сан, с Днём Рождения, — рыжик лучезарно улыбнулся и протянул свёрток. — Спасибо, Шоё, — Атсуму ласково взъерошил огненные кудри мальчишки. — Чиби-чан, а что это за парень с тобой был? Что-то я не припоминаю его в списке твоих знакомых, — оба омеги вопросительно уставились на Хинату. — Эм... Ну, это парень с моего потока, зовут Кагеяма Тобио. — М, Тобио... — Атсуму задумчиво протянул, будто пробовал имя на вкус. — И вы типа друзья? — Ойкава как-то недоверчиво просмотрел на младшего. — А нет, просто знакомые, — Хината немного замялся, отведя взгляд, покраснев. — Знаешь, Шоё, просто знакомые с потока так друг на друга не смотрят, — в подтверждение слов Атсуму, шатен кивнул, — Тоору тебе наглядный пример. — Хей! — Не возмущайся, это просто констатация факта, — Атсуму отмахнулся, — Шоё, ты прямо на все сто двадцать процентов уверен, что только знакомые? — Ну, — Хината протянул, разглядывая паркет, — Может и не совсем... — А теперь поподробнее, — Ойкава протянул, хитро прищурившись. — Ну для него мы просто знакомые, — рыжик тяжело вздохнул, — Для меня тоже. Ну может чуть-чуть нравится, — уже как-то тихо и смущённо добавил младший омега. — А вот это уже интересно, — Атсуму усмехнулся, разглядывая стушевавшегося друга. — Надо будет поговорить с этим Тобио, — кивнул своим мыслям Ойкава, размышляя. — Согласен, — поддакнул второй. — О нет, прошу, — рыжик взмолился, — Вы так один раз поговорили, и теперь ко мне все боятся подходить. — Зато никто не обижает, — отрезал Атсуму. — Ну ладно, потом разберёмся с этим Кагеямой, — Ойкава слегка передразнил и обратился уже к блондину, — Где отмечать будем ваш с Осаму праздник, и когда он придёт? — А, он меня послал, — буднично ответит тот, пожав плечами. — В смысле? — Ну я утром ему написал и спросил, где будем отмечать, но он лишь сказал, что уже подготовил для себя компанию, а мы ему не нужны. — Совсем охренел, — выдохнул Тоору, а блондин согласно закивал, — Ну и ладно, отметим втроём, верно Чиби-чан? — Угу, только как же я отдам подарок Осаму-сану? — Перебьётся, — шатен раздражённо фыркнул, — Раз его не устраивает наша компания, то и без подарков останется. — Так нельзя, — рыжик отрицательно замотал головой. — Да ладно. Заеду домой и передам подарки. — И охота тебе будет туда тащиться? — Хей, Тоору, не забывай, у меня теперь есть моя малышка, поэтому сильно не затруднит. — Хорошо, но передай от меня этому засранцу пару ласковых, — Атсуму усмехнулся и пообещал выполнить просьбу друга.       Обговорив, компания решила не сильно заморачиваться и пошла в самое ближайшее кафе после пар. — Ну что ж, поднимаю этот бокал за нашу с Шоё любимую занозу в заднице, за тебя, Тсуму, — уже уютно устроившись в плетёном кресле, Ойкава толкал тост, держа бокал красного сладкого вина. — Я всегда знал, Тоору, у тебя мастерство в красноречие развито до максимума, — Атсуму лишь шире улыбнулся и чокнулся бокалами с друзьями. — А чего это ты всё один бокал цедишь? — Ойкава внимательно смотрел на друга. — Я за рулём, — напомнил тот. — Попросил бы своего супруга забрать тебя, — Тоору хитро прищурился. — Не надо. У него на этой недели завал, уже третий день приходит ближе к полуночи. Не хочу его беспокоить. — Мило, — шатен улыбнулся, — Кстати, помнишь, когда Осаму на него набросился в больнице? — в ответ кивнули, — Так вот, когда мы все втроём вышли, он перед нами извинился, за то, что не смог защитить тебя.       Внутри у Атсуму всё скрутило в тугой узел. Извинялся? За какой-то пустяк? Ну подумаешь, побили, не в первый раз уже, так зачем нужно из-за этого так сильно волноваться? Сердце пропустило удар, внизу живота разлилось тепло. За него волнуются. За него вечно волнуются. И ни брат, ни друг, а человек, с которым Атсуму знаком не больше месяца. Щёки предательски залило румянцем. — О-хо-хо, — Тоору хитро протянул, — Ну надо же, наконец неприступный Мия Атсуму смутился. — Заткнись, — буркнул парень, отвернувшись. — Какая интересная реакция. Уж не влюбился ли ты в своего супруга? — этот вопрос Ойкавы заставил что-то внутри омеги надломиться. Влюбился? Кто? Он? — Это было грубо, Ойкава-сан, — фыркнул Хината, нахмурившись. — Хей! Почему же грубо?       Атсуму перестал слушать маленький спор Ойкавы и Хинаты и погрузился в размышления. Влюбился? Ну Киёми очень заботливый, красивый, у него милые кудряшки и эти ониксовые глаза, затягивающие своей тьмой, крепкие руки с музыкальными пальцами, на которые Атсуму готов был залипать (втайне, конечно), еле видная улыбка, которая показывалась на бледном аристократическом лице, каждый раз, когда Атсуму шутил свои несмешные (по словам Осаму) шутки. Влюбился? Да ну нет. Бред и только. — Земля вызывает Атсуму, эй, — перед глазами пощёлкали пальцами, и блондин очнулся. — О, вы уже закончили спорить. — Ага, победила дружба, — Шоё улыбнулся. — И всё же...       Так под непринуждённую беседу день подходил к концу. На часах было уже без двух минут восемь. Атсуму подъехал к двухэтажному дому и сразу же скривился, уж больно противные воспоминания ассоциируются с этим зданием. Припарковавшись на обочине, Атсуму как можно незаметнее начал красться на задний дворик, именно там он с Осаму решил встретиться. — Хей, полудурок, ты гд... — Атсуму, осматривая пожелтевший пейзаж, окружающий его, повернул за угол кирпичной кладки, как сразу же развернулся обратно, вжавшись в стену спиной и прижав руку ко рту. — Т-ты слышал? — выдохнул Осаму, подставляя сильнее шею. — Тебе показалось, — пробурчал Суна, продолжая покусывать чувствительную шею, вжимая в стену альфу и заставляя тихо постанывать в тыльную сторону руки. — Ринтаро, сейчас должен брат приехать, — Осаму аккуратно оттолкнул парня, заставляя того раздражённо цыкнуть – прервали на самом интересном. — Вечно он всё портит, — всё также раздражённо бурчал альфа.       А вот за такое Атсуму сейчас ой как хотелось врезать Суне, но всё же смог удержать себя от опрометчивого поступка. — Ладно, я пошёл, — Ринтаро чмокнул в щёку парня, — Позже напишу, — в ответ кивнули.       Тут и Атсуму зашевелился, отлипнув от стены, встал рядом с углом дома и притворился, будто только сейчас подходит. — Атсуму, — Суна поприветствовал парня кивком, в ответ омега немного растерянно улыбнулся и махнул рукой в знак приветствия. — Какие люди, — фыркнул Осаму, усмехнувшись. — Да, да. И тебе привет, Саму, — также ухмыльнулся блондин, подойдя ближе к брату. «Такие беспалевные», — Атсуму фыркнул, разглядывая слегка красного брата с растрёпанными волосами, взгляд упал на шею, которую альфа потирал, пряча засосы. — А, это тебе, — Атсуму протянул парню два пакета, — От Шоё и Тоору. Кстати, Тоору попросил передать тебе пару ласковых. — Ох, я польщён, а за что комплименты от Ойкавы? — усмехнулся Осаму, взяв подарки. — За то, что променял нас на Ринтаро, — наигранно обиженно пробурчал Атсуму. — До сих пор не жалею об этом. «Твои засосы тому подтверждение», — усмехнулся своим мыслям Атсуму, — Там, кстати, и от меня кое-что есть, — омега смущённо пробурчал, потерев затылок. — Ну надо же, чем я заслужил твоё снисхождение, аж раскошелился на подарок, — Осаму прищурился протянув. — Ой, заткнись! — смущённый парень послал брата, заставляя того рассмеяться. — Ладно, у меня тоже для тебя есть кое-что, — взяв аккуратный свёрток, что до этого покоился на лавке, протянул омеге. — О нет, после прошлого раза я поклялся никогда не принимать от тебя подарков, — Атсуму сразу же побледнел и завертел головой, отойдя от брата на два шага. — Ой, да ладно тебе. Один раз пошутил, — фыркнул тот. — Ну конечно, не тебе же на девятнадцатилетие подарили фаллоимитатор, и ладно если бы обычный, но нет, сука, светящийся! До сих пор не понимаю, где ты его откопал. — Своих секретов не выдаю. — И не очень хочется их узнавать, — Атсуму вздрогнул, — До сих пор с дрожью вспоминаю, как Тоору орал с этого. Он мне это припоминал полгода, а всё из-за тебя! — Осаму, уже не сдерживаясь, смеялся в голос, — Ну только посмотрите, ему смешно, говнюк. — Тсуму, клянусь, в этот раз никаких резиновых членов не будет. — Надеюсь. Ладно, поехал я, с Днюхой, Саму, — Атсуму стукнул кулаком в грудь брата, немного смущённо пробурчав. — С Днюхой, Тсуму, — на манер брата ответил альфа, — Купи себе хоть торт. — В кафе наелся, — отмахнулся тот, идя уже в сторону машины.       Распрощавшись с братом и сев в машину, заведя мотор, Атсуму, выехав на трассу, погрузился в свои мысли. Любит ли он Киёми? Омега фыркнул. Чёртов Тоору, из-за него теперь сиди и философствуй. Да даже если бы и любил, даже если допустить, что и Киёми испытывает те же чувства, вся эта милая сказка рухнет под натиском вторичного пола. Атсуму сильнее сжал руль. Как только вскроется правда и Киёми узнает о том, что его супруг никакой не бета, а стопроцентный омега, тут же и забота, и ласка закончатся. Останется так знакомое Атсуму презрение. Почему-то от осознания этого, сердце больно сжалось. — Пиздец, — выдохнул омега, положив голову на руки, стоя на светофоре.

***

      Тихо зайдя в квартиру и закрыв дверь, Киёми позволил себе тихо вздохнуть. Ох уж эти некомпетентные работники. Из-за их: "ой, не заметил эту ошибку", "простите, Сакуса-сан, не увидел" – приходится уже самому сидеть допоздна и доделывать важные документы, и это ещё не брать во внимание сделку с конкурирующей компанией. — Поувольнять бы к чёрту половину офиса, — зло прорычал мужчина, снимая верхнюю одежду.       Сакуса только собирался идти в ванную, как заметил приглушённый свет с кухни. Встав на входе, альфа увидел, как Атсуму, стоя в пижаме, тихо что-то себе бурча под нос, разрезал шоколадный торт. Почувствовав чужой взгляд на себе, омега обернулся. — О, Киёми, я не слышал, как ты вошёл, — Атсуму облизал палец, выпачканный в шоколадной глазури, — Торт будешь? — Буду, но, Атсуму, почему ты до сих пор не спишь? — Сакуса бросил взгляд на время, полпервого ночи. — А, не спалось, — Атсуму растерянно пробурчал, отведя взгляд. Киёми вздохнул, не поверив ни разу. — Я сейчас переоденусь и приду, — увидев кивок супруга, Сакуса пошёл в спальню и, сменив деловой костюм на домашние штаны да футболку, вернулся на кухню. К этому времени Атсуму уже разложил по тарелкам десерт, а в кружках был налит чай. — Сильный завал на работе? — Атсуму немного неуверенно подал голос, слегка обеспокоенно смотря на мужчину. — Даже не спрашивай, не хочу сейчас думать об этих идиотах, — раздражённо пробурчал тот, — Лучше расскажи, как у тебя день прошёл. — Да ничего необычного, — Атсуму отпил чай, — До трёх были пары, потом в кафе посидел с Тоору и Шоё, затем заехал к брату и домой. Вот и всё. — Ах да, чуть не забыл, — Киёми положил на стол, рядом с рукой омеги красный футляр, перевязанный белой лентой.       Атсуму с любопытством посмотрел на предмет, а после, распаковав, увидел браслет из розового золота с вставками из сапфира, от увиденного парень так и замер. — С Днём Рождения, Атсуму. — А... Откуда ты... — Узнал про твой праздник? Атсуму, как-никак я твой супруг. Стыдно было бы, если бы я не знал, — Киёми застегнул браслет на запястье парня и улыбнулся, — Тебе идёт. — А, м... Спасибо, — Атсуму, смутившись, начал разглядывать скатерть, немного сжавшись.

***

      И всё же Атсуму ненавидел свой день рождения. Конечно ему очень приятны поздравления и подарки друзей, но четырнадцатилетние тяжело забыть, оно давит практически всегда, но в особенности в этот день. Иногда хотелось просто не существовать, так было бы легче. Так Атсуму никогда бы не увидел испуганный взгляд матери со слезами, презренный взгляд отца. Ничего бы этого не было. И всё из-за этого чёртого дня.       Атсуму проснулся весь в холодном поту. Присел и начал приводить дыхание в норму. Именно сегодня снятся кошмары, чёрт бы побрал это всё. Второй кошмар подряд, ну это уже ни в какие ворота. Резко стало очень страшно, темнота в комнате начала давить, усиливая панику. Атсуму зажмурился и пытался вспомнить хоть что-нибудь, что могло отвлечь или успокоить. В голову врезался феромон зернистого кофе. Омега шокировано раскрыл глаза. — Как так... — Атсуму неверяще просипел. С чего бы его сознанию представлять запах Сакусы? Атсуму даже не успел подумать над ответом, как почувствовал всем нутром, ему срочно надо почувствовать эти феромоны, и не просто пощекотать обоняние, а зарыться в сам источник. А вот от таких мыслей Атсуму залился краской. Парень хотел было проигнорировать этот необъяснимый порыв, но проснувшаяся сущность омеги начала бунтовать, и Атсуму послушно поплёлся в сторону зала, надеясь, что альфа ещё не спит. — Только уменьшил дозу таблеток, так сразу понеслось, — рассерженно пробубнил себе под нос парень, а после, поглубже вздохнув, постучал и заглянул в комнату через приоткрытую дверь, — Киёми, ты спишь? — Атсуму, что-то случилось? — охрипший голос заставил проснуться совесть, всё-таки разбудил. — Ам, понимаешь, тут такое дело... — Атсуму встал на пороге комнаты, переменаясь с ноги на ногу и теребя край рубашки, — М-можно мне лечь с т-тобой?       Киёми включил ночник и нахмурился, в сонный мозг информация поступала с затормаживанием. — Т-ты ничего такого не подумай, — Атсуму отрицательно завертел головой, — П-просто... Твои феромоны, они... они успокаивают.       Наконец проснувшись, Киёми увидел, в каком состоянии был его муж: мелкая дрожь била тело, лицо бледное, а глаза на мокром месте. — Конечно, ложись, — мужчина немного отодвинулся влево, освобождая место.       Атсуму тихо подошёл к дивану и лёг рядом. Феромоны кофе сразу же окутали, паника вместе со страхом моментально отступили, уступая место усталости и сонливости. Атсуму, уткнувшись в шею альфы, сразу же засопел. — Спокойной ночи, Атсуму, — Киёми приобнял парня, уткнувшись в блондинистую макушку и так же как и его супруг, сразу же уснул.