Увы, я голограмма...

Ветер обдувал его комнату холодной утренней свежестью. Проснувшись из-за испуга от очередного кошмара Ибо устало посмотрел на часы, которые ярко-зелёными буквами показывали "5:49". Сон уже давно не приносил должного отдыха как раньше. Встав с кровати он подошёл к окну и вдохнул осеннюю свежесть. "Чёрт, последняя." — подумал про себя Ибо доставая из пачки и закуривая сигарету. Только курение давало шанс забыть свои проблемы хотя бы на минуту. Горький дым постепенно заполнял лёгкие и нервозность полностью уходила. Почти не выдыхая он постепенно расслабился и уставился на вот-вот готовое заплакать небо. Как же Ибо хотел заплакать, но к сожалению не мог... Докурив и выкинув окурок в окно, парень лег обратно в кровать и уставился холодным взглядом в потолок, дожидаясь нужного времени. Ровно в 6:30 на пороге его комнаты появилась женщина, одетая в строгий деловой костюм и пальто, волосы были уложены в небрежный пучок. Ей было всего 39 лет, но глубоко лежащие под глазами синяки добавляли ей минимум лет 5. Это была мать Ван Ибо, Ван Фэянь. Каждую ночь она отчаянно плакала в соседней комнате, думая что её сын ничего не слышит. Думала что он не замечает постоянно красных глаз матери. — Ибо! Ты опять здесь накурил. Я же тебе говорила, если меня не стыдишься, то кури буть добр на улице! — проговорила она строгим раздражённым голосом. — Хорошо, мам. — даже не поворачивая голову в её сторону сказал он. — Как спалось? — чуть потеплевшим голосом спросила Фэянь. — Нормально, я пошёл собираться. — вставая с кровати и проходя мимо матери сказал Ибо. — Давай, я ухожу на работу, буду поздно. Завтрак сам себе приготовишь. — быстро проговорила она в спину сыну. Услышав хлопок входной двери подросток облокотился о края умывальника и подняв голову посмотрел на своё отражение. Лицо ничего не выражало, абсолютно ничего. Но ситуация внутри была значительно хуже. Внимательно всматриваясь в свои же разбитые глаза, которые больше никогда не будут блестеть так как раньше. — Давай, соберись! Ещё один день, ещё один. Пожалуйста! Последний день, обещаю! — Почти переходя на крик бил себе одну за одной пощёчину Ибо. Руки безбожно снова начали дрожать. Почувствовав прояснение от жгучей боли из-за сильно сжатых запястий и впивающихся в ладони ногтей. Плеснув пару раз в лицо ледяной водой и вытеревшись полотенцем парень вышел и ванной комнаты и поковылял в сторону кухни. Насыпав в ладонь горсть таблеток он подросток запил её водой. Там было несколько разных препаратов, начиная от обычного цитрамона и заканчивая успокоительными и антидепрессантами. Их он пил каждый день. Парень заварил крепкий кофе и выпил его несколькими большими глотками. Жгучая жидкость обожгла полость рта, но Ибо это даже нравилось. Ему нравилось чувствовать физическую боль в отличие от ментальной. Только так он мог почувствовать что действительно жив и не находится во сне или галлюцинации.