Листопад

В их доме всем заправляет Эви. Даже в спальне Пенни. Ведомая смутными понятиями о том, как, собственно, надо воспитывать детей, Эви пытается поддерживать порядок, застилать кровати и не оставлять скоропортящиеся продукты вне холодильника. И, уж конечно, она не допускает в дом никакого мусора. Поломанные вещи отправляются в урну, хоронятся в безразмерных чёрных пакетах, а на их место покупаются новые. Так быстрее и проще, кроме того, надёжнее - не приходится опасаться, как бы они не подвели снова, в самый неподходящий момент. В рамках дома Эви безжалостна и неумолима. Но гараж... Когда она обнаружила в первый раз, что с ним сделала Пенни, было много шума. Потом улеглось. Эви совсем не такая, как воспитатели и няньки в детском доме. Эви такая, как никто, и при всех её недостатках Пенни знает, что никогда не попытается убежать. Она любит её - и любит их дом со всеми его укромными уголками. Взрослые так многого не замечают - Пенни могла бы наводнить их жилище всеми своими находками без труда и не делает этого только из уважения к приёмной матери. Но гараж... Эви не заходит туда иначе как затем, чтобы забрать машину. Сложно сказать, из-за чего именно, но Пенни нравится думать: вовсе не потому, что ей противно. Просто она уважает границы. Границы в их общем пространстве пролегают не для того, чтобы разделить, но для того, чтобы можно было время от времени переступать их и обнимать, ластиться. Без них Пенни, может быть, не смогла бы. Иногда она любит хорошенько побыть одна. Но ещё больше - любит сломанные вещи, с которыми возится в гараже. Она собирает их по кусочкам, возвращает им прежнюю форму - сначала клеем и скотчем, нитками, шурупами, всеми подручными средствами, а потом и вовсе магией, которая срывается с кончиков её пальцев и вдыхает какую-то иную, чем прежде, настоящую жизнь в обломки разбитой чашки, тельце порванной куклы, стул с треснувшей ножкой. Все эти вещи в чём-то становятся немного Пенни - а она запоминает их навсегда и аккуратно расставляет на верхнем этаже гаража. Не знает зачем - не то чтобы они когда-либо могли ей понадобиться, просто как-то жалко выгонять их на улицу. Пенни знает, каково это - без дома. Более того, она знает, каково это - быть разбитой и сломанной. И только в гараже, только когда никто не видит, только когда она делится своим неподкупным, нетребовательным пониманием с вещами и снова собирает их воедино, так вот, только в такие моменты волосы её, собранные за спиной в аккуратный хвостик, от серомышиного скромного цвета переходят к настоящей ведьминской рыжине. Но об этом никому не обязательно знать. Может быть, она расскажет Эви, когда будет готова. В конце концов, именно Эви научила её не только устанавливать границы, но и переступать их - время от времени. Всё чаще и чаще.