На краю

POV: Миражанна Отдаленные крики людей неприятно резали слух. И кому там не спится? Опять Эльфман и Эвер ссорятся что ли? И как эта парочка до сих пор не разругалась в конец? Я лениво перевернулась на спину и неожиданно для себя осознала, что я лежу не в своей кровати. Стоп, что? Не поняла. Я резко села и растерянно оглядывалась по сторонам. Вокруг меня был один сплошной лес. Какого Демона? «Экзамен, Сердце Чернокнижья, Акнология, Зереф… — услышала я Ее голос где-то вдалеке. — Ты вообще ничего не помнишь?» Слова Демона будто пробудили меня ото сна. Сотни воспоминаний прошлого дня яркими картинками сверкали перед глазами. Вот мы прибываем на остров, сражение с братом и Эвергрин, разговор с Лексосум, магия Зерефа, битва с Акимой, Мастер Аид, Акнология, моя вторая сущность, взрыв… И как только я могла забыть про все это? О Боги, а где сейчас Эльфи и Лисс? Где Лексус? А остальные? Сколько же времени я была в отключке? Подождите, а как я вообще умудрилась выжить? На мне даже повреждений не так много. Вот только тот удар… Я просто не могла его пережить. Да и остальные тоже. Но те голоса… Тут точно кто-то еще есть. Нужно проверить. Я быстро поднимаюсь на ноги. Перед глазами все плывет, а ноги просто отказываются держать. Я опираюсь на соседнее дерево, пытаясь сохранить равновесие. Такое ощущение будто я неделю не вставала с кровати. Чем дальше, тем все страннее и страннее. Аккуратно делаю пробный шаг вперед, затем второй. Вроде даже не так все плохо. Медленно, но я все же иду в сторону голосов. Удивительно, но все деревья зеленые, повсюду цветы, словно на дворе лето, а не конец осени. Я же точно помню, что деревья вовсю осыпали свои золотые листья на землю. — Миражанна! — раздается смутно знакомый голос где-то рядом, и я тут же оборачиваюсь. Передо мной стоит женщина точь-в-точь похожая на Биску, но старше. Я удивленно замираю. Что происходит? — Мира! Ты жива! Отлично. Эй! Я нашла еще одну! — О, Миражанна! — из-за кустов появляется мужчина напоминающий Альзака и подходит к нам. — Рад, что и ты жива. — Что происходит? — непонимающе спрашиваю я. — Кто вы? — Ты разве не узнала нас? — грустно улыбается женщина. — Это же мы — Биска и Альзак. — Этого не может быть, — качаю я головой. — Мы одного возраста, но вы выглядите старше. Мужчина и женщина печально переглядываются, а затем сочувствующе смотрят на меня. Я хмурюсь. Что-то в их взгляде мне не нравится. И очень сильно. — Миражанна, — осторожно произнесла волшебница, — это и правда мы. Я знаю, что мы изменились, но для нас прошло семь лет. — Что?.. — Идем с нами, — Альзак аккуратно взял меня под руку. — Мы все объясним. Я не сопротивлялась. Желание узнать, что происходит, было сильнее чувства гордости. К счастью, не прошло и пары минут, как мы оказались на залитой солнцем поляне. Тут и там ходили люди со смутно знакомыми лицами. Некоторых я узнала, а других видела впервые. Может новички? Здраво рассудив, что узнать, кем являются эти незнакомцы, я смогу позже, я начала внимательно высматривать сестру и брата. И Лексуса. Многие лежали на кушетках, обмотанные многими слоями бинтов, скрывающими даже лица. Найти кого-то конкретного было проблематично. Вдруг среди людей мелькает знакомая белая макушка и почти сразу исчезает в одной из палаток. Лисанна. Не долго думая, я отпускаю руку Альзака и, не отрывая взгляда, иду вперёд. Облегчение заставляет меня улыбаться почти как умалишенную. Сестра жива. И скорее всего Эльфман и Лексус тоже. Я оказываюсь права. В палатке меня встречает радостная Лисс и тут же заключает в объятия. Я смеюсь и лишь сильнее прижимаю сестру к себе. Следом появляется Эльфи и тоже обнимает нас своими огромными руками. Так мы и стоим несколько минут, счастливо улыбаясь и наслаждаясь моментом. Когда же мы отпускаем друг друга, то я замечаю, что все это время мы были не одни. В палатке сидят все Громовержцы и Лексус. Улыбка на моем лице становится только шире. С ними тоже все хорошо. — Ну вот и Принцесса вернулась. Теперь все на месте. — смеётся Бикслоу, подходя ближе и быстро обнимая меня. Я пропускаю кличку мимо ушей. Не важно. — Отпусти ты её, Бикс, — причитает Эвер. Парень недовольно закатывает глаза, но все же разжимает крепкие объятия. Я делаю шаг в сторону и тут же оказываюсь в руках девушки. Длится это всего пару секунд, но мне этого хватает. Моя улыбка становится еще шире. Я оборачиваюсь и мой взгляд пересекается с Фридам, и мы киваем друг другу. Он не такой эмоциональный, как остальные, поэтому на большее я не рассчитываю. Я отворачиваюсь и наконец вижу его. Лексус стоит в паре шагов от меня и с едва заметной улыбкой наблюдает за нами. Сейчас, когда между нами нет ссоры, а вокруг только хорошие и родные для него люди, он полностью расслаблен. И от этого очень красив. — Привет, — немного неловко говорю я, делая шаг к нему. — Привет, — негромко отвечает парень. Он не двигается с места. Вместо этого он раскрывает руки, будто приглашая меня в свои объятия. И я принимаю это приглашение. Знакомые сильные руки нежно обнимают меня, и я расслабленно выдыхаю. На мгновение все в мире исчезло. Остались только мы. Кажется, все вокруг всего лишь плохой сон. Кошмар, который развеется, стоит мне открыть глаза. Но этого не происходит. Я открываю глаза, но все остается как было. Мы не оказываемся ни в Магнолии, ни в Тартаросе. Мы все так же стоим на чертовом острове, среди знакомых людей, часть из которых успели прожить полжизни пока мы спали. — А что вообще произошло? — доносится до меня голос Нацу. Я непроизвольно оборачиваюсь. — Когда вы все взялись за руки, а Акнология почти ударил по вам, я получила силу вашей дружбы и веры и привратила ее в магическую энергию, — произносит незнакомая девочка, выходя на опушку леса. Я непроизвольно сделала шаг в ее сторону. От нее веяло странной, почти неосязаемой энергией. На мгновение мне даже показалось, будто ее не было. Она словно призрак или видение. Но как такое возможно? — Ваши мысли позволили активировать одно из трех сильнейших заклинаний Хвоста Феи — Сферу Феи. Это магия, которая защищает гильдию от любого зла. Заклинание абсолютной защиты. В итоге вы все были «заморожены». С того момента прошло семь лет. — Так значит Первая спасла всех нас? — с радостной улыбкой говорит Макаров. Первая? О чем он говорит? Я бросаю взгляд на Лексуса, пытаясь понять, понимает ли он, что тут происходит, но тот, кажется, не меньше меня удивлен. Мои глаза возвращаются к девочке. Первая. Ее молодость, странная энергия и эта уже давно вышедшая из обихода одежда… Нет, быть такого не может. Она просто не может быть ей. Мавис Вермилион, Первый Мастер Хвоста Феи, жила сотню лет назад. Как она оказалась здесь?! — Нет, — с улыбкой говорит девушка, — я — лишь бесплотный призрак. Я пожертвовала всем остатком своей силы, чтобы преобразовать вашу. Твердая и крепкая дружба способны сотворить чудо. Рядом слышатся пораженные вздохи, и я, с неожиданностью для себя, понимаю, что один из них мой. Умерев сотню лет назад, эта девушка все еще обладает силой, чтобы не просто колдовать, а подчинять волшебную энергию двух десятков живых магов. Это и есть Первый Мастер Хвоста Феи? Страшно даже представить, какой силой она обладала при жизни. Вот почему эта гильдия одна из сильнейших в Фиоре. Мавис Вермилион, Хейдс, Макаров — они все Богоизбранные Маги. А сколько в гильдии других волшебников, с магией не уступающей им? Ни одна другая гильдия никогда не обладала такой силой. — Гильдия стала просто прекрасной, Третий, — добродушно улыбается волшебница, а в следующее мгновение она растворяется. Ушла. А все мы так и стоим, пораженно глядя на место, где только что перед нами стояла девушка, подарившая нам семью еще задолго до нашего рождения.

***

Путь до Магнолии показался мне вечностью. Корабль плыл слишком долго. Каждую секунду мне хотелось разбежаться и выпрыгнуть за борт, а там обернуться птицей или рыбой и дать деру. Быстрее вернуться в цивилизацию и забыть про Тенрю раз и навсегда. Встретиться с Сейрой, Коннлой и остальными. Вернуть все на круги своя. Вот только рука Лексуса держит крепко. Я непроизвольно оборачиваюсь на парня. Он безмятежно спит на кровати, будто совершенно не волнуясь, как изменился мир за семь лет. И откуда в нем столько нервов или равнодушия к происходящему? Почему он так спокоен?! Но вместо того, чтобы спросить, я лишь едва заметно улыбаюсь и устраиваюсь поудобнее, кладя голову ему на грудь. Размеренное дыхание парня успокаивает, а тихий ритмичный стук сердца убаюкивает. Так бы и уснула. Но стоит мне закрыть глаза, как я вновь оказываюсь на Тенрю, а надо мной возвышается Акнология, собираясь меня убить одним ударом. Я резко открываю глаза. Уснуть мне сегодня не удастся. И завтра тоже. И потом. Неизвестно, сколько меня будут мучить кошмары, но то, что это продлится больше пары дней, я знаю точно. Так было всегда. Подобные события всегда возвращаются ко мне в ночи, не позволяя мне забыть ужасы битв. Еще немного поворочавшись, я все-таки поднимаюсь, оставляя Лексуса одного. Парень будто и не замечает, что рядом больше никого нет. Он бесшумно переворачивается на другой бок и обнимает рукой подушку. Я непроизвольно улыбаюсь. Это даже мило. Ночное небо встречает меня россыпью тысячей звезд. Яркие, завораживающие и такие далекие. Вроде и кажется, что протяни руку и дотянешься до любой, но нет. Там, где живут звезды, нет места людям. Прохладный ветер заставляет меня поежиться, но я тут же привыкаю. Мысли о звездах плавно переходят к Духам, а следом к Кайлу и в конце концов к Тартаросу. Внутри все сжимается от мысли, насколько все могло поменяться. Прошло семь лет. Столько же, сколько я сама там провела, успев вырасти и повзрослеть. Пусть Демоны живут сотни лет и не стареют, но там все же есть те, для кого время не стоит на месте. Эмбер, Кайл и Фрея. Они уже больше не дети. Боги, Эмбер и Кайл уже и вовсе старше меня будут, а малышке Фреи должно быть где-то девятнадцать. Такие взрослые. А я все та же. От этой мысли я вздрагиваю. Я все пропустила. Опять. Я не видела, как растут мои родные брат и сестра, но надеялась, что увижу хоть взросление названных. Но снова нет. Опять происходит что-то, что держит меня вдали от семьи. Так я и простояла до самого рассвета, а когда из кают начали показываться сонные головы согильдийцев, поспешно скрылась в своей. Там, на удивление, было пусто. Лексус успел куда-то уйти. Может это и лучше. Никого видеть не хотелось. Не прошло и часа, как раздался многократно усиленный голос Мастера Макарова. Мы почти на месте. Я по привычке пробежалась взглядом по помещению, подмечая не оставила ли что-то из вещей. Пусто. Тут ничего моего нет. Правильно, так и должно быть. У меня попросту не было вещей. Я так спешила убраться с острова, что оставила все свои пожитки там. Но, опять-таки, так даже лучше. Ничего больше не будет напоминать мне об острове и Акнологии. Знакомые улицы Магнолии встречают нас приветливыми улыбками и радостными криками людей. Все как всегда суетятся, но стоит им посмотреть на нас, как они тут же замирают, будто призраков увидели. Но это и неудивительно — все считали нас мертвыми. И вот сюрприз: смерть оказалась не такой уж и сильной. Во всяком случае, уступить Хвосту Феи ей пришлось. Неторопливой процессией мы проходим по знакомым улочкам, но на повороте к гильдии сворачиваем в другую сторону к выходу из города. Я, как и многие, непонимающе смотрю на ребят, но те лишь кратко говорят: «Переехали.» И все. Ни причин, ни подробностей. Я бросаю хмурый взгляд на идущего рядом Лексуса, но тот понимает не меньше. Видимо, ему тоже ничего не успели рассказать. Или и вовсе не хотели. Лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать. Надеюсь только, что там не все так плохо. И в который раз за последнее время я оказываюсь не права. Все плохо. Очень плохо. Нас встречает старое, покосившееся здание, похожее на сарай. Скорее всего, это и был сарай, пока Хвост Феи не решил устроить тут свою гильдию. От покосившейся вывески с названием меня передергивает. Как они умудрились довести некогда сильнейшую Светлую Гильдию Фиора до такого? Что тут должно было происходить? И словно ответ на мой вопрос из здания доносится незнакомый детский голос: — Я буду драться! Оставить все как есть будет позором для Хвоста Феи! А следом раздается другой, грубый и противный мужской: — Вы давно уже в позоре… — Стой! — кричит кто-то. — Вам теперь никогда не сравняться с нами! Все внутри меня буквально вздрогнуло. Я непроизвольно делаю шаг вперед, как и остальные, но нас успевает опередить Нацу. С поразительной скоростью он оказывается впереди в толпы и влетает внутрь. Слышится вскрик боли, но то голос незнакомца. А дальше я просто не успеваю соображать. Вместе с остальными мы оказываемся внутри. Там стоят чужаки со странными знаками и оружием. И все они направлены на наших ребят, что стоят в другом конце зала. Я вижу их одновременно, испуганные и пораженные лица, вижу слезы Макао и ужас в глазах мальчика так похожего на Ромео, но намного старше. Скорее всего, это и есть он. Тоже вырос. Мои глаза возвращаются к амбалам. Их оружия направлены прямо на мальчика. Те слова… Это Ромео кричал. Он собирался драться с ними. А они только и рады были самоутвердиться за счет ребенка. Неожиданно перед глазами возникает совсем другая картина. Эльфман, Лисанна и я стоим напротив разъяренной толпы, жаждущей не то изгнать нас, не то убить. Мы были так же беззащитны и так же напуганы, но готовы сражаться до конца. Как загнанные в угол мыши. Волна гнева застилает мне глаза и, прежде, чем я успеваю подумать, моя рука уже сжимает горло стоящего рядом чужака. Я вижу страх в его глазах, но мне плевать. Он заслужил то, что с ним будет. Никто не может вредить Хвосту Феи. — Злая Искра, — сквозь зубы произношу я и со всей силы ударяю его другой рукой. Яркая вспышка пронзает грудь мужчины. Слышится сдавленный вскрик, а уже в следующий момент незнакомец пробивает собой противоположную стену. Рядом слышится возня, и, обернувшись, я понимаю, что остальные последовали моему примеру. Вспышки заклинаний разбрасывают чужаков в стороны. Кому-то из них удается подняться, а кого-то уже выносят. Я едва заметно улыбаюсь. Хоть что-то не поменялось. — Ребята! — А вот мы и вернулись! — Выпивка! Ура! — А вот и мы! — А наша гильдия всегда была такой маленькой? — Ух ты, как здорово! — Мы вернулись домой! Голоса стоящих рядом волшебников смешиваются в один. Все радостно смеются и улыбаются, приветствуя старых знакомых, которые все еще не верят своим глазам. — Вы… вы… ребята… — наконец произносит Макао, прижимая руку ко рту и прерывая неожиданную неловкую паузу. И в этот самый момент в себя приходят и другие. Нас тут же обступают старые друзья, обнимая со слезами на глазах. Все плачут от счастья, и впервые за день я спокойно выдыхаю. Теперь все хорошо. Я вернулась домой. В один из них, по крайней мере.

***

Родные стены дома заставляют меня улыбнуться. Кажется, здесь совсем ничего не изменилось за эти семь лет. Те же растения повсюду, те же светлые тона, та же мебель. Всё такое знакомое и родное… Я осторожно провожу рукой по пыльным перилам лестницы. Неприятное ощущение песка под пальцами возвращает меня в реальность, и я мотаюсь головой, прогоняя наваждение. Вот теперь все так, как должно быть. Я вижу старую пыльную мебель, мертвые цветы, отпавшую со стен и потолка краску. Сюда вряд ли кто-то заходил, а тем более убирал, последние лет пять, если не шесть. — М-да, — тянет Лисанна, печально оглядываясь вокруг, — тут работы на недели две. — Если не больше, — хмыкает Эвер, отряхивая диван. В воздух тут же поднимается большое облако пыли, заставляя девушку кашлять. — Да ладно вам, — смеётся Эльфман, за что тут же получает обиженный взгляд девушки. — Немного уборки, немного магии и все — дом будет как новенький. Я неопределенно пожимаю плечами. С одной стороны брат прав и большой проблемы тут нет, но вот с другой… Как мы тут собираемся жить? — Кстати о магии, — задумчиво произносит Бикслоу. — А вы, ребята, не можете немного поколдовать своими превращениями и сделать все, как было? Я тихо хмыкаю. — Это не так работает, Бикс, — качает головой сестра. — Мы можем менять вид реальности, но не её суть. — Простыми словами: стоит нам хоть на мгновение перестать контролировать трансфигурированный предмет, как он тут же вернётся в свою истинную форму, — подробнее объясняю я под печальные вздохи ребят. — Это закон нашей магии. В ином случае, маги Трансфигурации и Превращения были бы непобедимы. В ответ Бикслоу лишь неопределенно пожал плечами. Ещё немного простояв в гостиной, мы разошлись по своим комнатам, чтобы оценить объёмы утерянного. Стоило мне переступить порог своей комнаты, как я не смогла сдержать потрясенного вздоха. Все было точно таким же, как и в день отъезда. Комната выглядела абсолютно нетронутой ни временем, ни чем бы то ни было. Какого Демона? Почему чары не развеялись? Я же точно помню, что почти все здесь я изменяла при помощи магии. Ничего не понимая, я провела рукой по воздуху, используя заклинание анализа. Ничего. Никакой магии. Но тогда получается, что кто-то заменил все на точно такие же вещи. Что за бред? Кому это нужно? Медленно обойдя комнату, я придирчиво осмотрела все вещи. Одно отличие все же нашла. Шкаф. А точнее его содержимое. Тут не было моей одежды. Скорее всего ее выбросили по причине старости и ветхости. Обидно. Я возвращаюсь к рабочему столу и внимательно все осматриваю. Тут тоже есть небольшие изменения: бумаги аккуратно сложены одной стопкой, канцелярия стоит вместе, а не разложена в зависимости от частоты использования, коробка с письмами… Стоп, что? Что за коробка? Ни разу её не видела до этого. Я тут же беру коробку в руки и быстро пробегаюсь глазами по содержимому. Внутри не меньше пяти, а то и больше, десятков писем. И на всех одна короткая подпись: «Миражанне». Кто-то все это время писал мне письма? Но зачем? Они же думали, что мы мертвы? Значит кто-то все семь лет ждал моего возвращения? Внутри разливается приятное тепло, и я беру в руки первое письмо. «Дорогая Миражанна, Прошло три месяца с тех пор, как мы узнали о вашем исчезновении. Все на взводе, но никто не теряет надежды вас найти. Коннла каждый день проверяет радары, хоть и понимает, что остров не появится из ничего. Он, кстати, стал частым гостем Тартароса. Мард Гир дал ему и Джейсу допуск в гильдию. Удивительно, правда? Что же касается Сейры, то тут сказать сложно. С того самого дня, как Коннла рассказал о тебе, она не выходила из комнаты. Она никого не пускает и делает вид, будто её с нами больше нет. Боюсь, у неё депрессия. Только прошу не вини себя в этом. Думаю, у тебя возникает вопрос почему я пишу тебе, если уверен в твоей смерти. Честно говоря, не знаю. Это создаёт видимость, будто ты тут. Будто ты просто уехала. Я не жду ответа или чего-нибудь другого. Нет, я знаю, что этого не будет. Я просто хотел поговорить, как в старые добрые времена. Не скучай, где бы ты ни была. Шакал». Слышится тихий всхлип, и я, неожиданно для себя, понимаю, что это я плачу. Наскоро утерев слезы, я открываю следующее письмо. «И снова здравствуй, Мира. Прошло полгода и, думаю, ты хочешь узнать, что произошло за это время. Не буду много говорить и тратить твоё время, поэтому сразу к делу. Сейра ушла. Вчера вечером она покинула Куб, и мы понятия не имеем, куда она делась. Мард Гир спокоен, но остальные этим не отличаются. Не хочу нагнетать, но я чувствую, что что-то грядёт. И хорошего в этом предчувствии мало. Буду держать в курсе. Шакал». Моему удивлению нет предела, и я тут же вскрываю следующий конверт. «Миражанна, У меня плохие новости. Не хочу тебя расстраивать, но ты должна знать. Сейра вернулась к тому, с чего начинала. Только теперь охота ведётся на всех, кто так или иначе поддерживает Зерефа или Акнологию. За последние две недели нам пришло четыре сообщения о стычках с ней. Не выжил никто. Я пытался говорить с Мард Гиром, но он молчит. Видимо, решил дать ей то, чего она так жаждет. Отмщение. Платы за твою жизнь. И, знаешь, я её полностью поддерживаю. Больше года я смотрю вокруг и понимаю, как твоя смерть все изменила. Тартарос будто застыл. Последний раз такое было восемь лет назад, когда вас всех ещё не было с нами. Мы точно так же существовали, подобно статуям, замеревшим во времени. Менялись столетия, строились и рушились империи, а мы лишь наблюдали, изредка принимая участие. Но с вами все стало иначе. Ты, Эмбер, Кайл и Фрея вдохнули жизнь в нашу гильдию, дали нам повод существовать. Благодаря вам мы изменили свои взгляды, осознали ошибки. Нет, не думай, что мы были наивны. Мы всегда знали, что придёт день, когда вы покинете нас. Люди все же не вечны. Но будь уверена: мы делали все, чтобы его отсрочить. И даже «Пять Элементов» были ничем иным, как способом вас защитить. Мы хотели, чтобы вы научились себя защищать, достигли максимума и стали практически непобедимыми, и не нашли другого способа оправдать такую нагрузку, кроме как секретной миссией. Прости, что не сказали раньше. Мы не хотели, чтобы вы чувствовали себя флюоритовыми статуями в сейфе. Как бы то ни было, мы облажались. Тебя больше нет. Это, наверное, самая ироничная шутка судьбы на моей памяти. Ты погибла, сражаясь с монстром, о котором мы так много тебе рассказывали и к «встрече» с которым так долго готовили. Боги не перестают удивлять. Что-то я заговорился. Это письмо получилось на удивление очень длинным. Не буду больше тебя задерживать. Все ещё твой верный друг, Шакал». По мере чтение внутри все сжималось сильнее и сильнее, а на последних строчках стало почти невозможно дышать. Признание Демона выбило почву из-под ног. Получается вся моя жизнь была ложью? Не было никаких заданий? Никакого риска? Это все было лишь способом защиты? О Боги, почему они раньше не рассказывали? Как им удавалось скрывать от нас правду так много лет? Так много вопросов и так мало ответов. Словно в бреду я начала открывать одно письмо за другим. Слова Шакала плыли перед глазами, врезаясь в сознание отдельными фразами, но я не сдалась. «… Сейра покинула страну…», «… Кёка вернулась…», «… Коннла приходил…», «…Эмбер и Кайл объявили о романе…»… Коннла вернул Сейру…», «…Фрея поглотила ещё одного Ангела…», «… Эмбер уничтожила бунтующую гильдию…», «… новые Магические Игры…», «…Кайл посещал Мир Звездных Духов…», «… семь лет со дня твоей смерти…», «… я скучаю…»… Я жадно впитывала каждое слово, не обращая внимания ни на что вокруг. Горячие слезы ручьём текли по щекам, собираясь на подбородке и крупными каплями падая на парламент. К счастью, чернила были волшебные и не размокали, сохраняя изначальный вид. Дочитав последнее письмо, отправленное по моим расчётам в прошлом месяце, я, словно под гипнозом, аккуратно сложила все конверты по порядку и убрала их в нижний ящик стола. Не хотелось бы их потерять. Кое-как поднявшись, я на негнущихся ногах подошла к зеркалу и с опаской посмотрела на себя. Да уж, ну у меня и видок. Красные заплаканные глаза, мокрые дорожки слез, на голове гнездо, одежда порвана, множество бинтов и мелких ссадин. Нет, так дело не пойдет. Нужно срочно что-то менять. Я не покажусь на людях в таком виде. Взяв необходимые вещи, я направилась в ванную. Тут, к моему ужасу, семь лет не прошли мимо, из-за чего все было не в лучшем состоянии. Даже помыться не получится. Я печально вздохнула, выходя обратно в коридор. Где в этом городе можно принять душ, а лучше ванну? Не в море же идти в самом деле! Остаётся только один вариант. Не самый приятный, к слову. Публичная баня. Кучи людей, шум, никакой приватности… Бррр. Но и выбора у меня особо нет. Когда спустя три часа я появилась на пороге гильдии, меня ждал неприятный сюрприз. Точнее недовольное лицо Мастера Макарова. Нет, причиной тому стала не я, что меня немного успокоило. Все дело было в Сумрачном Черте. Эта не так давно образовавшаяся на территории Магнолии гильдия успела взять под контроль не только весь город, но и Хвост Феи. У последнего сильно не ладилось с деньгами из-за отсутствия сильных магов, а в следствии чего и прибыльных заданий. Им пришлось неоднократно влезать в долги. И вот теперь настал момент, когда вернуть занятые деньги у наших ребят просто не было возможности. Сумрачный Черт это прекрасно понял, но идти на уступки отказался и, что хуже, решил поиздеваться над и так пострадавшими за все семь лет волшебниками. К счастью, мы успели вовремя, но долга это все равно не отменяет. — Нам нужно решить этот вопрос сегодня, — сказал Мастер Макаров, задумчиво гладя в окно своего кабинета. — Мы не можем позволить Сумрачному Черту и дальше переходить границы. — И какое решение Вы видите, Мастер? — заинтересованно спрашивает Эльза, скрещивая руки на груди и с явным азартом глядя на старого волшебника. — Переговоры, — просто отвечает тот. — Слова тут ничего не решат, — закатываю я глаза. — Они четыре года издевались над Хвостом Феи и вряд ли остановятся. Да, теперь нас больше, и мы куда сильнее, но закон на их стороне. Мы должны им кучу денег. — И что же предлагаешь ты? — с неменьшим интересом спрашивает меня Эльза. Я неопределенно пожимаю плечами. На лице девушки появляется хитрая улыбка. Она определенно поняла меня. — Мы не будем с ними драться, — отрезает Мастер Макаров, на что мы недовольно закатываем глаза. — Мы постараемся все решить мирным путем и… — И если не получится, то не оставим от их гильдии камня на камне, — перебивает молчавший до этого Лексус. Я хмыкаю, наблюдая за недовольным лицом Макарова. Вряд ли он рад скорой битве, а уж в том, что она будет, я уверена на все сто процентов. Ни они, ни мы сдаваться не собираемся, а значит исход спора решит бой. — Когда выдвигаемся на «переговоры»? — усмехается Алая, поднимаясь на ноги. — Сейчас, — как ни в чем не бывало отвечает Мастер и без лишний слов направляется к двери. Мы послушно следуем за ним. Слишком мрачное для Магнолии здание Сумрачного Черта неприятно режет глаз. Не знай я наверняка, я бы могла усомниться в их принадлежности к Светлым Гильдиям. Уж больно они смахивают на Темную. Внутри нас встречает неопрятно одетый мужчина с гнездом черных волос на голове и сигаретой в зубах. Стоит ли говорить, как я не люблю запах табачного дыма? Вонь, да и только. Незнакомый волшебник проводит нас к кабинету Мастера, то и дело оглядываясь на нас и будто проверяя, идем мы за ним или нет. Думает сбежим? Бред. Стоит нам переступить порог, как я тут же кривлюсь еще больше — внутри воняет еще хуже. Мы будто находимся в огромной пепельнице. И как этот чудик умудряется здесь еще и работать? Кстати, о последнем. Мастер Сумрачного Черта представляет собой очень смешную картину. Черные кучерявые волосы во все стороны, большие габариты, противное лицо, похожее на свиную морду, ярко-розовые круглые очки и такого же цвета рубашка. Фу. И это нечто четыре года отравляло жизнь Хвосту Феи? — Мастер Макаров? — ничуть не удивляясь, спрашивает мужчина. — Что же занесло вас в мою скромную гильдию? — Да вот, — добродушно отвечает старик, — пришли долги обсудить. Мои ребятки сказали, что задолжали вам кучу денег и пришла пора их возвращать. Но вы сами должны понимать, в каком положении сейчас Хвост Феи. У нас просто нет средств, чтоб вернуть их вам сегодня. Не думайте, что мы не собираемся вам возвращать деньги, но подождите еще месяц-другой. — Вы думаете, что можете просто так прийти и просить нас об еще одной отсрочке? — с насмешкой спросил Мастер Банабостер. — Мы и так дали вам достаточно времени. Либо платите сейчас, либо мы покажем вам, почему нас называют сильнейшей гильдией Магнолии. Я тяжело выдыхаю, глядя на этого напыщенного идиота. В нем магии не больше, чем в Вулкане. И это он решил «показать» нам, кто тут главнее? Даже смешно. И видимо, так подумала не одна я. — Время платить по счетам, говоришь? — холодно произносит Мастер Макаров, поднимаясь со своего места. — Прекрасно. Давай тогда считать, кто кому что должен. — Вы четыре года издевались над нашей гильдией, — подхватывает Эльза. — Вы поносили светлое имя Хвоста Феи, — добавляет Лексус. — И наконец вы заставили наших друзей страдать, — в тон проговариваю я, чувствуя, как на подушечках пальцев покалывает от магии. — Вы задолжали нам куда больше, — подводит итог Мастер Макаров, и в этот самый момент я ощущаю чудовищный всплеск магии. Он невероятно зол. — Девиз Хвоста Феи: «Возвращать долги с лихвой». Что ж, пришло время вернуть нам должок. И, прежде чем кто-либо успевает среагировать, кулак Богоизбранного Волшебника впечатывает неожидавшего такого развития событий волшебника в стену. Далее все происходит очень быстро. Я вмиг меняю облик на Халфас и бросаюсь на магов в коридоре, а Эльза и Лексус идут дальше. Назвать это битвой у меня получается с большой натяжкой. Даже безмозглые лесные твари дают больший отпор, чем эти «маги». И как только у них получалось запугивать наших ребят все это время? Спустя не больше десяти минут все закончилось. Испуганные маги бежали сломя головы, боясь даже обернуться в нашу сторону. Я только довольно усмехнулась. Вот же трусы. Внутри разлилось приятное тепло. Давно я не чувствовала этот азарт. Нужно будет как-нибудь попросить Мард Гира дать мне какое-нибудь задание повышенной сложности. Для тренировки, так сказать.

***

«Мира, жду тебя завтра на нашем месте. Коннла» В сотый раз перечитав краткую записку, я все-таки отложила ее в сторону. Отец как всегда краток и лаконичен. Странно, что он вообще ее прислал. Было бы куда проще использовать связную сферу, а не присылать почтового ворона. Но о вкусах не спорят. — Когда отправляемся? — спрашивает Лексус, не отрываясь от каких-то важных бумаг. Макаров скинул на него кучу работы, из-за чего свободного времени у парня почти не осталось. — Мы? — усмехаюсь я, подходя к нему и садясь на подлокотник кресла. Взгляд тут же вырывает обрывки текста из документов. Накладные на новое здание Хвоста Феи. Фу. — У тебя разве не много работы? — Много, — кивает парень, — но все это можно отложить. И в подтверждение своих слов Лексус кладет бумаги на рядом стоящий столик, и тут же притягивает меня к себе. Чувствуя, как теряю равновесие, я смеюсь, а уже через секунду оказываюсь на коленях парня. Его руки обнимают меня, а губы накрывают мои. Я не сопротивляюсь, сразу же отвечая на поцелуй. Сидеть с ним вот так намного приятнее, чем решать все эти важные вопросы. — До острова лететь почти сутки, — спустя пару минут задумчиво говорю я. — Если мы хотим успеть до полудня, то нужно отправляться сейчас. «Сутки, — эхом отдается у меня в голове. — Уже завтра я увижу Коннлу.» Я прерывисто выдыхаю, переводя взгляд к окну. Мы не виделись семь лет, хоть для меня прошла всего неделя. Он, должно быть, сильно изменился. Интересно, а каким он стал? Насколько постарел? Перед глазами появляются лица ребят из гильдии. Семь лет оставили неизгладимый отпечаток на них. Они повзрослели, поменяли взгляды. И Коннла, должно быть, тоже. А вдруг за семь лет он перестал чувствовать связь между нами? Что если он уже не считает меня своей дочерью? Смогла бы я это принять? Думаю, да. Не потому, что перестала любить его. Нет, это совсем не так. Просто для его же блага. Он семь лет считал меня мертвой. Такое выдержит не каждый. Видимо, мои мысли отразились на лице, потому как в следующую минуту Лексус произнес: — Ты боишься этой встречи? Я неопределенно пожала плечами. Боюсь ли я увидеть Коннлу? Нет, я этого хочу больше всего. Боюсь ли я увидеть его равнодушное лицо и услышать, что ему на меня теперь все равно? Да. — Дело не в страхе, — наконец говорю я. — Просто… Что если он больше не считает меня своей дочерью? Я имею в виду, для него прошло семь лет. Сложно представить, что он пережил за это время. — Не бойся, — негромко отвечает Лексус, сжимая мою руку. — Вас связывают сильные чувства, чтобы просто так взять и все забыть. — Ты не так понял, — качаю я головой. — Меня не было слишком долго. Семь чертовых лет. Это даже дольше, чем мы с Коннлой были на тот момент знакомы. Что если те годы стали для него всего лишь этапом жизни, а теперь у него другая… Все другое. — Странно, но о Сейре ты так не волнуешься. Я резко разворачиваю голову к нему, распахивая глаза от ужаса. Не волнуюсь о Сейре? Что он только что сказал? — Никогда. Больше. Так. Не. Говори. — цежу я, поднимаясь на ноги и отходя к окну. — Я знаю, что она все это время делала. Шакал писал мне письма, где описывал их жизнь без меня. Сейра всегда была главным героем его историй. — Извини, — быстро произносит парень. — И что же она делала? — Мстила, — коротко бросаю я. Воображение тут же рисует яркие картинки битв. Кровь, боль и крики. Все как нужно. Когда-то и я так делала, но это было слишком давно. До Хвоста Феи. Я хмыкаю неожиданной мысли. А ведь и правда: до Хвоста Феи я была способна на все виды жестокости. Мне всегда было плевать, кто передо мной, если у меня был прямой приказ. Я убивала и магов, и монстров, и простых людей. Всех, кто не нравился или не угодил Мард Гиру. И это было так… нормально. Даже смешно. Сейчас я бы так не смогла. Хвост Феи изменил меня до неузнаваемости. Лексус молча кивнул. На какое-то время повисла неловкая пауза. Я повернулась к окну. Город ничуть не изменился с тех пор, как я стояла здесь в последний раз. Те же каменные здания, горшки с цветами, тут и там снующие люди. Интересно, а кто-нибудь из них помнит меня? Например, тот же булочник из соседней лавки. Семь лет назад мы даже иногда говорили. Я невольно перевела взгляд на пекарню. Ставни гостеприимно раскрыты, а у двери беззаботно играют дети. Вот их я не помню. Скорее всего, они появились на свет уже после нашего исчезновения. Даже странно это осознавать. Я не постарела ни на день, а кто-то уже успел обзавестись семьей. — Я предупрежу деда о нашем уходе, — сказал Лексус. Я кивнула. Да, надо бы это сделать. И Эльфману и Лисанне тоже стоит сказать. Послышался скрип закрываемой двери. Ушел. Я шумно выдохнула и покачала головой, прикрывая глаза. Странное чувство внутри не давало мне покоя. Что-то беспокоит меня, но понять что именно, я не могу. Такое ощущение, будто все это просто сон. Кошмар, который никак не заканчивается. Кажется, стоит лишь захотеть, и я проснусь в своей кровати в Тартароссе и буду дальше думать, как вернуть отношения с Лексусом. Придет Сейра, и мы с ней поговорим. Она скажет мне что делать дальше. И все будет хорошо. Но… Но как бы я ни пыталась, что бы не делала — ничего не работало. Не в силах стоять на месте и просто жалеть себя, я быстро иду в комнату к сестре и кратко говорю, что уезжаю на пару дней. Она удивлена, но, видимо заметив мое состояние, решает промолчать и спокойно кивает. Думаю, она понимает мои чувства. Будь у нее шанс вновь проснуться в Эдоласе, она бы им воспользовалась. Эльфмана я не нахожу. Скорее всего, он ушел куда-то с Громовержцами. Возможно, это и к лучшему. Вряд ли он промолчит, как Лисанна. У него будет много вопросов, ответы на которые я пока дать не могу. Не могу же я в самом деле сказать ему, что отправляюсь на встречу со своим названным отцом. Он такого не поймет. Здраво рассудив, что сестра ему все объяснит лучше меня, я наскоро собираюсь. В зеркало смотреть не хочется, но я решаю, что стоит. Девушка там так похожа на меня, вот только этот загнанный взгляд… Такого у меня не было никогда. Я коротко усмехаюсь. Надеюсь, привыкать к нему не придется. Стучать в дверь Лексуса приходится пару секунд. В какой-то момент мне даже кажется, что в квартире никого нет, и я уже даже собиралась уйти, как дверь все-таки открывается и на пороге появляется ее хозяин. Я окидываю парня недовольным взглядом. Хоть он и полностью собран, меня так и разрывает от желания сделать ему колкое замечание за то, что так долго не открывал. Как-никак я дама, и он вполне мог впустить меня и собираться дальше. — Я уже собирался выходить, — Лексус поднимает руки вверх, будто прося прощения. — Да, я заметила, — немного сердито проговариваю я и, резко развернувшись на месте, делаю шаг к выходу. Вот только мне это сделать не удается. Рука парня тут же ловит мою и тянет назад. Я недовольно фыркаю и зло смотрю на Дреяра. Что он делает? Мы же опаздываем. — Что с тобой, Мира? — хмуро произносит парень, внимательно разглядывая мое лицо. Я лишь закатываю глаза. И что он от меня хочет добиться? — Ты вся на взводе. Что произошло? — Ничего, — фыркаю я, но оттолкнуть его не решаюсь. Слишком свежи в памяти события экзамена. — И поэтому ты выглядишь так, будто готова разорвать меня на куски? — усмехается Лексус. Я недовольно поджимаю губы. И почему он такой проницательный? Вместо ответа я отвожу глаза в землю. Сказать мне и правда нечего. — Я понял, — тянет парень спустя минуту, с едва заметной улыбкой. — Миражанна, посмотри на меня. Ты же сама знаешь, что несмотря на пропущенные годы Коннла все еще помнит и любит тебя. Родители никогда не забывают своих детей. — Откуда тебе знать? — сдавленно спрашиваю я, отводя глаза. — Жизненный опыт, — легко пожимает плечами парень. На его лице добродушная улыбка, но глаза печальные. Странно. Что не так? «Иван Дреяр бросил Лексуса еще ребенком, а после попытался отнять магическую силу, от которой зависела его жизнь,» — тут же напоминает мне Демонесса. Мои руки сами собой сжимаются в кулаки, а желание ударить себя растет с поразительной скоростью. Я ною о том, что боюсь, что Коннла возможно отрекся от меня, человеку, чей отец сделал это уже давно. Лексус остался сиротой при живом отце. Он рос в гильдии под присмотром деда, всегда зная, что его отцу плевать на сына. Нет, даже не так. Его отец без сожаления готов убить его ради магии и власти. Но даже не смотря на это он стоит передо мной и убеждает меня в том, что все родители любят своих детей. О Боги, позвольте мне провалиться сквозь эту чертову землю! Я молча обнимаю парня, утыкаясь носом в его грудь. Лексус немного удивлен, но все же обнимает меня в ответ. Не знаю, сколько мы так простояли, но когда мы пересекали городскую черту, солнце уже начало опускаться за горизонт. Чтобы пересечь материк и залив требовалось по крайней мере полдня. А плюс время на передышку и еду. Демон, слишком долго. Но несмотря на это мы спокойно отрываемся от земли, оборачиваясь парой воронов. Ветер тут же ловит нас и несет на встречу свободе. Я делаю глубокий вдох, на мгновение закрывая глаза. Вдали от земли и людской суеты все так спокойно и легко. Минуты превращаются в часы. Силы постепенно оставляют наши и без того ослабленные семилетним сном тела, но мы не сдаемся. Суша сменяется водой, а та вскоре вновь уступает земле. И вот наконец мы приземляемся среди дикого леса. Я вмиг становлюсь собой, немного настороженно оглядываясь вокруг. Остров полон Духов и многие из них не так добры, как кажется. Однако, вокруг никого нет. Мы совершенно одни. Я спокойно улыбаюсь, ощущая привычную древнюю магию в воздухе. Дышать здесь в сотни раз проще, чем в Фиоре или во всем Земном крае. Там слишком много людей и их техники. А здесь только дикая, необузданная сила природы. Мы неспеша шли по едва заметной тропинке, как я помню, ведущей прямо к нужной поляне. Тишина леса умиротворяла. Все вокруг казалось необычайно спокойным и загадочным. Вековые деревья, блестящие на солнце паутины, хруст веток за спиной и отборные ругательства… Я недовольно оборачиваюсь на источник шума и закатываю глаза. Лексус стоит над небольшим испепеленным участком травы и гневно сверлить его взглядом. Я хмыкаю. И вот зачем он решил идти со мной? — Этому громиле не помешало бы поучиться самоконтролю, — слышу я шёпот откуда-то сверху и резко поднимаю глаза вверх. Там, на одной из веток, сидит маленькое зелёное существо с большими крыльями, чем-то напоминающими листья деревьев. Дух. — Если он так реагирует на безобидного паучка, то я даже боюсь представить что он делает с себе подобными. — И не говори, Сису, — отвечает ей второй голос. Как не пытаюсь, но найти обладателя у меня не выходит. Видимо, он надёжно спрятался в кроне. — А может проучим его? Давно мы не веселились. Я поджимаю губы, переводя взгляд на все еще недовольного Лексуса. Он не слышал ни слова из того, что только что говорили Духи, а потому все так же самозабвенно рассматривает что-то в траве. Я возвращаюсь взглядом к маленькому существу. Давно я не видела их. В Фиоре остались лишь единицы, как и на всем континенте. Мало кто захочет жить в месте, где кишит людьми. И если б только людьми. Не знаю, как дела тут обстояли эти семь лет, но когда-то почти все Духи жили здесь. Этот остров идеально подходит такому маленькому народу. — Кажется, тебя тут собрались проучить, Лексус, — смеюсь я, глядя на удивленное лицо парня. Сверху слышатся не менее поражённые вздохи, а затем к нам слетает один из Духов. Он зависает напротив моего лица и внимательно разглядывает, будто стараясь понять, что за создание перед ним. Я отвечаю таким же пристальное взглядом, но спустя пару секунд не выдерживаю и смеюсь, протягивая руку к маленькому Духу. — Демон, — как-то слишком обречённо выдыхает он, а затем, видимо, собирается дать деру. Но прежде, чем он успевает сделать хоть что-то, я быстро произношу: — Полудемон вообще-то. И вам бы не помешало поучиться вежливости. В другой раз может так не повести. — Думаешь нас это испугало? — смеётся волшебное создание. — Ты не первый Демон, пришедший к нам, и будешь не последним, кого мы уничтожим. Гроуберг принадлежит Духам. — Очень самонадеянно, — закатываю я глаза. — Только вот мы пришли сюда с миром. Без оружия. И насколько я помню, вы нам не можете причинить вред. — Твоя сила и есть оружие, — отмахнулся Дух. — Да и ты Демон, а он — Дракон. Вы — наши кровные враги. Я тяжело вздохнула. Вот же повезло. Встретить на пути яркого сторонника защиты старых устоев. Я думала, что такие уже перевелись. Видимо, жизнь в лесу оказывает непоправимый след. — Успокойся, Рори, — произносит второй Дух, спускаясь к нам. Она выглядела точь-в-точь, как её друг. — Она же сказала, что никакой угрозы нет. Королева не будет рада твоему негостеприимству. — Тогда пусть королева попробует охранять остров всю жизнь, — гневно отвечает Дух. — А уж я посмотрю, какой вежливой будет она. — Остынь, — неожиданно строго произносит девушка-Дух и, прежде чем я или её друг успеваем среагировать, одним взмахом руки отправляет его в ближайшее дерево. Слышится глухой удар, а следом приглушенный вскрик. — И не смей говорить о Её Светейшестве в таком тоне. Иначе в следующий раз это будет не дерево, а пасть химеры. Ответа не последовало. На какое-то мгновение у меня даже возникла мысль, что маленькое создание могло погибнуть от удара, но её тут же опровергло появление Духа. Вид у него был, конечно, немного помятый, но жить будет. — Что же касается вас двоих, — обернулась к нам Дух. — Что привело вас сюда? — Меня сюда позвал отец, — честно ответила я. Смысла скрывать правду особо не было, да и учитывая, что Духи знают, когда им врут, я лишь все сделаю хуже. — Когда я была ребёнком, Гроуборг был нашим местом. Я приходила сюда, чтобы без страха помедитировать и побыть с собой наедине. В других местах выпускать Демонов опасно. — Сама с собой разговариваешь? — неожиданно спросил подходящий ко мне Лексус. За время диалога я уже успела забыть, что он тоже здесь. Я бросила на него сердитый взгляд. — Естественно, мне же больше заняться нечем, — язвительно ответила я. Дреяр коротко усмехнулся, но затем вмиг стал серьёзным. Я покачала головой. Никогда не привыкну к этим его шуткам. — Здесь два Духа. Люди их увидеть не могут, но вот другие волшебные создания — да. В том числе и Драконы. А будь ты немного усерднее в тренировках, то может и сам бы смог их увидеть. — Мне и без мелких летающих тварей живётся неплохо, — хмыкнул Лексус, недовольно обводя взглядом поляну. Думаю, мои слова про тренировки его задели, но я сделала вид, что не заметила. — Сказала крылатая ящерица, — фыркает Дух, но нападать не спешит. Это уже неплохо. — Что же касается вашего тут нахождения, то можете идти дальше. Я уже встретила другого человека в конце тропы. Думаю, это и был твой отец. — Спасибо, — киваю я. Значит Коннла уже тут. Нужно бы поспешить. — Я не сделала ничего, за что меня можно было бы благодарить, — отмахивается девушка. — Но помни: стоит вам только подумать о чем-то, что навредит острову, я не посмотрю, что вы безоружны. Я коротко киваю. Не то, чтобы я боялась маленького Духа, но в одном она права — это их земля. При желании они способны заставить сражаться не только деревья, но и землю и даже воду. Духи прочно связаны со стихиями, а значит противники из них еще те. Даже вспомнить того же Кайла. По силе он едва уступал Демонам Тартароса при том условии, что он ребенок. Мы ускоряем шаг и спустя пару минут выходим на знакомую поляну. За семь лет здесь практически ничего не изменилось. Только та статуя в центре… Ее там не было. С каждым шагом очертания фигуры становятся все четче, а когда я оказываюсь совсем близко, то и вовсе замираю от осознания. Мое лицо, волосы, тело… Это я. Кто-то вырезал мою статую. Эти детали, цвета, тонкие линии… Такая кропотливая и неописуемо прекрасная работа. Она словно живая. Если б я не знала, то подумала бы, что это дреада, Дух Деревьев, которая решила показаться людям. Я аккуратно касаюсь рукой улыбающегося лица и происходит то, чего я не ждала совершенно — деревянная я оживает. Я тут же отдергиваю руку, отступая назад и с замиранием сердца наблюдаю за статуей. Она безмолвно смеется, а затем начинает танцевать, кружась и делая пируэты. Усыпанные белыми цветами волосы-лианы красивыми волнами струятся по ее плечам, то и дело взлетая вверх, а лиственное легкое платье подчеркивает каждое движение девушки. Она совсем не смотрит на нас с Лексусом, находясь в своем маленьком мире. Такая беззаботная, живая… и счастливая. Я смотрю на не менее пораженного Дреяра. Он не отводит взгляда от другой меня, ловя каждое ее движение. Оно и понятно — такой меня не увидеть. Такой я никогда и не была, наверное. Всегда было много дел, проблем и обстоятельств, которые не позволяли мне быть… собой. А иногда этого хотелось. Когда-то я бы все отдала, чтобы танцевать на этой поляне вместо нее. — Мира… Я застываю. Этот голос… Такой знакомый и родной. Перед глазами тут же появляется его обладатель, и я против воли всхлипываю. Коннла. Медленно, словно заколдованная, я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с отцом. Он смотрит прямо на меня, не мигая и не двигаясь. Так, словно пытается запомнить каждую деталь, каждое движение, жест. Так, словно я сейчас пропаду, растворюсь, подобно видению, вновь оставив его одного. Мои руки дрожат, а ноги отказываются делать хоть шаг. Я не могу сдвинуться с места. По щеке стекает слеза, и я не сдерживаюсь. — Отец… Мой голос словно пробуждает его ото сна. Мужчина делает шаг, а затем второй и третий, и вот уже со всей силы обнимает меня, со всех сил прижимая к себе. Я не сопротивляюсь. Совсем наоборот, я лишь крепче хватаюсь за него, так, будто от этого зависит моя жизнь. А может от этого и зависит моя жизнь. Кажется, стоит мне хоть чуть-чуть расслабить хватку и все — он исчезнет, а я вернусь на остров к Акнологии. Но этого не происходит. Мы стоим так очень долго и, даже когда отпускаем друг друга, я по-прежнему чувствую руку Коннлы на своих плечах. Мой взгляд натыкается на Лексуса, стоящего на другой стороне поляны. Он с улыбкой наблюдает за нами, не желая подходить ближе и что-то испортить. Думаю, будь у него возможность, он бы и вовсе ушел, оставив нас двоих наедине. За семь лет многое произошло, и нам нужно бы наверстать упущенное. — Здравствуй, Лексус, — кивает Коннла, махая рукой парню в знак приглашения присоединиться к нам. Где-то с секунду Дреяр мешкает на месте, рассуждая, стоит ли принимать приглашение, но все-таки подходит. Отец тут же протягивает ему руку, и тот с улыбкой пожимает ее. — Здравствуйте, Мастер Коннла, — немного скованно произнес Лексус в ответ. — Вы совсем не изменились за семь лет. — Изменился, — усмехнулся Коннла, качая головой, — еще как изменился. Только сейчас до меня дошло, что я настолько ушла в свои мысли, что даже не заметила, как изменился Коннла. Мне было немного не до того. Но сейчас мне стало интересно. Я сделала шаг назад, отходя от мужчины, и окинула его придирчивым взглядом. И правда не поменялся. Тот же стиль, те же движения, лицо… Лишь морщин прибавилось. — Что это? — спросила я, решая перевести тему. Коннла и Лексус посмотрели в указанном направлении. Там, среди цветов, сидела деревянная статуя и с улыбкой плела венок, будто совсем не замечая происходящего рядом. — Твой памятник, — немного печально произнес мужчина. Я непонимающе посмотрела на него. Памятник? То есть, мы сейчас стоим на моей «могиле»? — Когда ты исчезла, мы с Сейрой, да и с остальными тоже, долго не могли найти себе места. Мы искали вас, пытали тех, кто мог что-то знать, наказывали виновных. Но все это не приносило нам покоя в душе. Мы не могли найти себе места, и все шло к одному. Сейра помешалась на своей мести, а я на поисках. Мы сходили с ума. И тогда появился Мард Гир. Он понимал наше горе, не пытался нас остановить или запретить что-то делать. Но он дал совет. Сказал, что нам нужно сходить туда, где ты была счастлива, чтобы немного успокоиться. И оно сработало. Нам стало лучше. Я помню, как мы с Сейрой стояли здесь, погруженные в воспоминания о тебе, и в какой-то момент мои эмоции взяли верх над разумом и магия против моей воли создала ее. Такую, какой я помнил тебя. Она стояла как живая. Словно просто замерла на месте ради шутки. Мне хотелось увидеть, как она побежит, как будет веселиться. Так думала и Сейра. Хватило одного ее касания, и она ожила. И в тот момент мы оба почувствовали, что нам стало лучше. С того дня мы часто приходили сюда, чтобы поговорить с тобой, вновь увидеть твой смех и радость. Все это создавало видимость, будто ты еще жива. С каждым его словом дышать становилось все труднее. Они семь лет верили, что я жива. Они ждали меня. — Коннла… — охрипшим голосом говорю я и вновь обнимаю отца. Я не вижу, но знаю, что он улыбается. — Теперь я здесь. Я больше никуда не уйду. — Знаю, дорогая, — кивает волшебник, лишь сильнее обнимая меня. В этот раз мы отпустили друг друга куда быстрее, хоть и с небольшим желанием. Лексус все это время не произнес ни слова. Я поймала его взгляд и улыбнулась. Я была благодарна ему за то, что он рядом в такой момент. — Полагаю, больше в ней нужды нет, — негромко произнес мужчина, направляя руку в сторону девушки. Та, впервые за все время, встрепетнулась, будто проснувшись, и, поднявшись, направилась к нам. «Больше в ней нужды нет,» — эхом отдалось в сознании, и я испуганно посмотрела на отца. Неужели он собрался ее уничтожить? Она же так прекрасна! Невероятное творение магии. Да, она напоминает ему о плохих событиях, но уничтожать ее — кощунство. И, посмотрев прямо в ее глаза, я в этом убеждаюсь снова. Они живые. Она живая, реальная. Это не просто кусок дерева, это волшебное создание. Уничтожить ее — значит убить. — Нет, — качаю я головой, — позволь ей жить дальше. Не знаю, что именно сделала Сейра, но теперь она живая. Гроуборг — ее дом, а Духи станут друзьями. Она была создана из боли и горя, так пусть живет ради счастья. И будто в подтверждение моих слов девушка широко улыбается, а затем тянет ко мне руку, зовя за собой. Я усмехаюсь, беря ее руку в свою и следуя за ней. Мы покидаем поляну, направляясь куда-то вглубь леса. Сзади слышатся шаги Коннлы и Лексуса, и я немного расслабляюсь. Они рядом. Вскоре мы выходим к небольшому пруду, вокруг которого цветут сотни, а может и тысячи, невероятно красивых цветов. И среди них резвятся Духи. Я слышу незнакомую мелодию, голоса и смех. Сотни маленьких созданий летают повсюду и не обращают на нас никакого внимания. Я завороженно смотрю на все это не в силах произнести ни слова. Поселение Духов. Еще никому не удавалось увидеть хоть одно. — Кого ты привела к нам? — слышу я чей-то голос совсем рядом и, посмотрев в сторону звука, встречаюсь глазами с мужчиной-Духом. Он был куда больше остальных, да и выглядел совсем иначе. Немного устрашающе. Наверное, это Дух-защитник. Деревянная я указывает на меня, а затем на себя и поселение. Говорить она все-таки не может. — Вы и правда одинаковые, — хмыкает Дух. — Но это ничего не меняет, Азалия. Им нельзя тут находиться. — Вы назвали ее в честь цветов в ее волосах? — удивилась я. — У нее не было имени, — пожал плечами мужчина. — Кто-то оставил ее в лесу несколько лет назад, не помнящую ничего ни о себе, ни о мире. Мы забрали ее к себе. — Спасибо вам, — кивнула я. Если так подумать, то он прав — ее оставили в лесу умирать. Да, они не знали, что она живая, но это ничего не меняет. — Что ж, я не хочу вас больше беспокоить. Увидеть деревню Духов — лучшее, что могло случится с кем угодно. Я никогда этого не забуду, но и не расскажу никому, — мужчина благодарно мне улыбнулся. Я глубоко втянула воздух и повернулась к Азалии. — Больше тебе не нужно ждать никого. Твоя жизнь здесь и сейчас, среди них. Пусть хоть кто-то из нас будет по-настоящему счастлив. Девушка улыбнулась моим словам и прерывисто обняла, почти сразу же отпуская и исчезая за деревьями. — Позаботьтесь о ней, — едва слышно произнесла я, прежде чем тоже уйти. На обратном пути Коннла и Лексус еще долго расспрашивали меня о том, что произошло возле озера, но я молчала, отвечая односложно. От меня о поселении Духов никто не узнает. Я дала слово и ради них я его сдержу.

***

Покинув Гроуборг, мы отправились в Тартарос. Во время дороги у Коннлы неожиданно появились срочные дела и ему пришлось покинуть нас. После долгого прощания и обещание вскоре встретиться вновь, мы с Лексусом продолжили путь. Плутогрим встретил нас знакомой вибрацией, радостно приветствуя и будто желая обнять. Думаю, если бы он мог, он бы так и сделал. Во всяком случае после короткого обмена магическими волнами, мы направились дальше. Замок ничуть не поменялся. Разве что более обшарпанным, но это мелочи. Я с широкой улыбкой смотрела, как в его окнах отражается закат, и как он принимает сказочный вид. Так волшебно… Внутри было все так же темно, как и раньше. Редкие канделябры выхватывали из тьмы одинокие предметы. Не сказать, что это помогло, но хоть что-то. — Назовите себя, — раздается громкий холодный голос со стороны лестницы. Все внутри меня сжимается от мысли, что я его не узнаю. Но энергия, которую я ощущаю, знакома мне слишком хорошо. — Ты не узнала меня, Эмбер? — с ухмылкой говорю я, делая шаг вперед. — Неужто забыла, как я выгляжу? Я вроде как не поменялась за семь лет. Мои слова эхом отражаются от стен, наполняя комнату. Я не вижу девушку, но определенно знаю, что она все еще стоит на месте. Не знаю, что она чувствует в этот момент, но надеюсь, что это не горечь от моего возвращения. Иначе это было бы чертовски неприятно. — Кису, это шутка такая? — неожиданно произносит волшебница дрогнувшим голосом. Раздаются шаги, и вскоре она появляется перед нами, недоверчиво глядя то на меня, то на Лексуса. — Если Сейра или Шакал узнают, что ты призвал их из мира мертвых — ты труп. А они узнают об этом, помяни мое слово. Я едва заметно улыбаюсь, чувствуя, как на глазах выступают слезы. Она так выросла. Это больше не непослушный подросток, а красивая молодая девушка. Я не могу сдержать себя и в упор смотрю на нее, стараясь запомнить каждую деталь. Она стала заметно выше, черты лица четче, прибавилось шрамов. Длинные серые волосы собраны в замысловатую прическу, так не свойственную Эмбер, а с виду грозная броня подчеркивает каждый изгиб. Но самое главное — взгляд. Серьезный, цепкий и… взрослый. Даже забавно. Когда-то я постоянно говорила ей, что пора взрослеть, а теперь, увидев ее такой, отдала бы все, лишь бы вернуться назад. — Он бы не стал этого делать, Эмбер, ты и без меня знаешь, — качаю я головой. — Каким бы лицемерным и эгоистичным он не был, ему не чуждо сострадание. Это и правда мы. — Вы умерли, — немного истерично смеется девушка и делает шаг назад, качая головой. — Мы видели то, что осталось от острова. Черт, да от него ничего не осталось! Тебя здесь нет. Это просто видение. Последние слова немного ударяют по самолюбию, но я не подаю вида. — Ты любишь рисовать, но скрываешь это, — быстро проговариваю я. — Ты до ужаса боишься змей и поэтому никогда не принимала их обликов. Ты знаешь о целительстве все и… Я вижу, как на ее глазах выступают слезы, а затем происходит то, чего я не ожидала совсем: Эмбер обнимает меня. На мгновение я застываю в нерешительности. Никогда прежде я не видела, чтобы она показывала свои чувства, а что уж говорить об этом… Но от того этот момент становится ценнее. Я с радостью обнимаю ее в ответ, чувствуя, как намокает от ее слез моя рубашка. Однако сейчас это не важнее, чем пылинка под моими ногами. — Эмбер, что здесь? — раздается незнакомый мужской голос. Кайл. — Ты не поверишь… — дрожащим голосом отвечает девушка, делая шаг в сторону и открывая меня взору парня. — Мира вернулась. — О Священные Боги Мастрелеса, — пораженно выдыхает парень, за секунду преодолевая расстояние и заключая меня в объятия. — Миражанна, как же я рад, что ты жива и невредима. — Если не отпустишь, я могу и помереть, — весело смеюсь я. Кайл издает тихий смешок и все-таки отпускает меня, отходя на пару шагов назад. Теперь я могу рассмотреть его. Он изменился куда сильнее Эмбер. Стал выше на голову, если не больше, и крупнее раза в два. Волосы стали короче и топорщились ежиком во все стороны, появились высокие скулы, а из глаз исчезла вселенская печаль. Сейчас там кипела жизнь и энергия. Кому-кому, а ему время явно пошло на пользу. — Ты возмужал, — с улыбкой говорю я, глядя то на одного, то на второго. — И ты, Эмбер, тоже стала выглядеть куда старше. Время вас не пощадило. — Чего не скажешь о тебе, — ухмыляется парень. — Ты выглядишь в точности как семь лет назад. И это при том, что тебе уже сколько? Двадцать семь, если я не ошибаюсь? — Да, должно было быть где-то так, — киваю я. — Но знаешь, я бы с радостью отдала все, чтобы вернуться назад. Эмбер и Кайл понимающе кивают. Думаю, они бы тоже этого хотели. Хотя бы ради меня. — Здравствуй, Лексус, — слова парня вырывают меня из мыслей, и я понимаю, что немного улетела. — Рад, что с тобой тоже все хорошо. — И тебе привет, Кайл, — кивает в ответ Дреяр, пожимая руку парня. — Эмбер. — Лексус, — парочка обменивается вежливыми кивками, и девушка вновь поворачивается ко мне. — Нам нужно идти. Остальные должны узнать, что ты жива. Я согласно улыбаюсь. Мне не терпится увидеть других обитателей замка. Лестница, коридор, поворот, второй, третий, дверь — и вот мы уже стоим в Зале Собраний, а на нас смотрят почти два десятка удивленных глаз. Я не могу поверить своим глазам. Они почти все здесь. Вся моя семья. — Миражанна?.. — слышу я голос Мард Гира. Я поворачиваюсь к нему и широко улыбаюсь. — Мы вернулись. Демон резко поднимается со своего места, не отрывая от меня удивленного взгляда. Впервые на моей памяти я вижу на его лице настоящие эмоции. Даже странно. Чтобы убедиться, что он не камень, мне пришлось фактически умереть на семь лет. — Сестренка Мира! — слышу я незнакомый женский голос, а в следующий момент меня буквально смело в сторону. Я из последних сил удержалась на ногах. Это было сложнее, чем кажется — удержать на себе кого-то твоей комплекции не так просто. — Ты жива! Бросив удивленный взгляд на Мард Гира и увидев его снисходительную улыбку, я аккуратно отстранилась от незнакомки, внимательно рассматривая девушку. Длинные темные волосы, фарфоровая кожа, фиолетовые бездонные глаза. Прерывистый вздох вырывается против моей воли. — Фрея? Это правда ты? — девушка с улыбкой согласно кивает, и я, будто от удара, делаю шаг назад, прикрывая рот рукой. Я помню ее двенадцатилетней девочкой, а теперь это взрослая девушка. Сколько ей сейчас? Девятнадцать? Я была всего на год старше, когда отправилась на Тенрю. О Боги, мы же теперь почти ровесницы. Даже думать об этом сложно, не то что принять. На моих глазах выступают слезы, но я тут же их смахиваю. Не хочу больше плакать. И точно не при всем Тартаросе. Не то, чтобы я их боялась или стеснялась, просто это и правда лишнее. — Ты так выросла… — Семь лет прошло, — пожимает плечами девушка. — Зато ты ничуть не изменилась. — Это только внешне, — отмахиваюсь я. — Битва с Акнологией… — Не будем пока о грустном, — прерывает меня Мард Гир, подходя ближе. — У нас еще будет время все обсудить. А сейчас мы будем праздновать. Я согласно киваю, улыбаясь шире. Он прав. У нас будет еще много времени, чтобы поговорить, рассказать свои истории. А сейчас нужно наверстать упущенное время. — Дай хоть посмотреть на тебя, Миражанна, — смеется Шакал, подходя совсем близко и улыбаясь во все тридцать два. зуба Я смотрю на него и внутри все сжимается. Его письма сами собой появляются перед глазами, и я с трудом сдерживаю слезы. — Шакал, — выдыхаю я и, вопреки собственным ожиданиям, сама обнимаю Демона. Тот в ответ лишь смеется и крепче прижимает меня к себе. Мы стоим так буквально пару секунд, а затем отступаем, но не перестаем смотреть друг друга. Неожиданно в голове всплывают моменты с острова Тенрю, и я с ухмылкой произношу: — Знаешь, я, наверное, никогда не перестану благодарить тебя за то, что ты заставил меня учить Магию Превращений. Как оказалось, даже Акнологии не так просто драться с тем, кто не уступает ему в размерах. — Лучше благодари Фралмонта, — смеется Шакал, кивая в сторону. Я смотрю туда и вижу Демона Превращений. Он с легкой улыбкой наблюдает за нами, а когда наши глаза встречаются, кивает мне. Я тут же киваю в ответ. На этом наше общение и заканчивается. Фралмонт холоден к людям, но это не мешает нам поддерживать хорошие отношения. — Но я рад, что эта ящерица в кои-то веке нашла себе соперника подстать. — Я смогла продержаться лишь пару минут, — качаю я головой. — До этого истратив половину сил на бои с Сердцем Чернокнижья, — как ни в чем не бывает напоминает Лексус, привлекая к себе внимание. Я бросаю на него недовольный взгляд. И кто его за язык вообще тянул? История Хейдса и Сердца Чернокнижья — последнее, о чем я хочу говорить. Как-никак, некоторые люди там были мне не безразличны. Следующие минут десять проходят незаметно. Все Демоны поочереди приветствуют меня и Лексуса и поздравляют нас с возвращением. От постоянной улыбки мое лицо начинает сводить, но я не обращаю на это внимание. Радость внутри пересиливает любую боль. — Мастер, а где Сейра? — наконец произношу я, когда Кёка перестает расспрашивать меня и переходит на Лексуса. Парень явно не был особо этому рад, но делать ему нечего. — В своих покоях, — негромко отвечает мужчина, а потом, быстро осмотрев зал, говорит: — Иди к ней. Она должна знать, что ты жива. Я понимающе киваю и незаметно покидаю помещение, оставляя Лексуса наедине с Демонами. Он не хуже меня знает, что произошло на острове, а потому пусть отдувается. На моем лице снова появляется глупая улыбка. Скажи мне кто-нибудь пару лет назад, что я приведу кого-то в Тартарос и без опасений оставлю его наедине с семьей, я бы сказала, что человек явно сошел с ума. Темные коридоры гильдии кажутся мне бесконечными. Кучи поворот, дверей и лестниц. И зачем так много? Неужели замок всегда был настолько большой? Это же так неудобно. Однако, стоит мне оказаться перед дверью Демонессы, как весь путь мне кажется даже слишком коротким. Будто секундным. Разве так и должно быть? Неожиданный трепет застал меня врасплох. Неужели я настолько боюсь встретить Сейру? Да нет, бред какой-то. Она — мой самый близкий человек в мире. Я без единой мысли доверю ей свою жизнь. Отчего же я тогда так боюсь ее увидеть? Перед глазами появилась старая, почти забытая сцена семилетней, — уже четырнадцатилетней, — давности. Здание Совета Темных Гильдий, маленькая девочка сидит и ждет Демона в своей комнате. Могла ли она тогда знать, как изменится ее жизнь? И если бы да, то не изменила ли она решения? Этим вопросам я вряд ли когда-нибудь найду ответы. Странное наваждение не давало здраво оценивать ситуацию. Глубоко внутри я понимала, что все так, как и должно быть, но все так же не могла сделать ни шагу. О Боги, какая же я все-таки трусиха! И, как по закону жанра, именно в этот момент дверь покоев открылась и в дверном проеме появилась Сейра. От одного взгляда на нее все внутри меня сжалось. Это была она и не она одновременно. Вроде все то же. Та же прическа, схожая одежда, лицо. Вот только взгляд совсем иной. Холодный и равнодушный. Такой же, как и при нашей первой встрече. Хотя нет, холоднее, намного холоднее. Ее безэмоциональный взгляд медленно поднимается к моему лицу и, стоит нашим глазам встретиться, как всего на мгновение, но что-то меняется. Маленькая, едва заметная искра вспыхивает глубоко внутри багровых глаз, оживляя в голове образ смеющейся девушки. Когда-то ее глаза всегда были полны света и эмоций. Когда-то они были живыми. — Сейра… — едва слышно произношу я, не в силах оторвать взгляда от Демонессы. Мой голос эхом отражается от стен, звуча слишком громко и непривычно. Находящаяся в своих мыслях Сейра вздрагивает, а затем снова смотрит мне прямо в глаза. Ее до этого безэмоциональное лицо хмурится, а глаза сужаются, придирчиво рассматривая меня. Я через силу улыбаюсь, боясь произнести хоть один звук, дабы ничего не испортить. Теперь я хоть вижу, что она меня узнает. — Что за Демон? — удивленно спрашивает девушка, гневно сверкая глазами. — Кто бы ты ни был, сейчас же сними это обличие, или, видят Боги, я убью тебя прямо на месте. — Это я, Сейра, — качаю я головой, беря Демонессу за руку, — Мира. Глаза девушки широко распахиваются, и она делает шаг назад, закрывая лицо рукой. — Это невозможно, — отчаянно произносит она, стараясь сохранить спокойствие, хоть ее глаза говорят об обратном. Там, одна за одной, проступают эмоции, заставляя потухшие глаза светиться. Моя Сейра возвращается. Я быстро смахиваю выступившие слезы, глубоко втягивая воздух. Весь страх, что преследовал меня все это время исчез. Рассыпался, оставляя внутри лишь теплое чувство спокойствия. — Нет ничего невозможного, — пожимаю плечами я, повторяя любимую фразу Сильвера. — Но как?.. — Оказалось, убить Хвост Феи не может даже Акнология, — широко улыбаюсь я. Очень медленно Сейра протягивает руку и, будто боясь, что я сейчас исчезну, дотрагивается до моей щеки. От этого прикосновения по моему телу пробегают мурашки, и я тут же кладу руку поверх ее. — Мира… — Мама… И в этот момент мир вокруг нас исчезает. Все становится призрачным, почти нереальным. Есть только я и она. И нам больше ничего и не нужно. Одним резким движением я изо всех сил обнимаю Сейру, чувствуя как обжигающие слезы стекают ручейками по щекам. Девушка тут же крепче прижимает меня к себе, начиная всхлипывать. Ноги перестают держать нас, и мы оседаем на землю, не отрываясь друг от друга ни на секунду. И впервые за очень долгое время я чувствую себя полностью спокойной и счастливой.