Свита мыльной королевы

-Документы? -Конечно -Ждите. Слабо слышится как стопка бумаг пугающе-слаженным действием передаются вглубь каморки за окошком регистратуры В КПП невероятно душно. Свет здесь синеватый, холодный, мигающий, что делает здание тусклее, чем здешняя погода. После ужесточения законов Инадзумы попасть в страну стало труднее, хотя куда уж там, оказывается и невозможное возможно. Именно из-за этого тонкие скамейки, стоящие вдоль стены, полностью забиты уставшими путешественниками и мореплавателями. Возможно из-за большой концентрации таких людей здесь и пахнет соответственно: потом и морской солью. Кокоми приходится сжать губы и отвести взгляд, чтобы не думать об их судьбах. Работа превыше всего. -Ждите. Следующий.- грубо отталкивая Кокоми и почти вжимая ее в стену, вперёд нервно протискивается высокий мореплаватель. Он пахнет водорослями и грязью -Документы. -Какие?- с раздражением уставше цедит он -Следующий. -мужчина упрямо тупит взгляд, но явно не собирается уходить, а только ближе пристраивается к окну регистратуры. Лампа раздражающе мигает и потрескивает. Ее свет ярко-белый, как в комнате для допроса -Следующий.- Он слабо хмурится и недобро скалится. Проходит пара минут и он почти не моргает. Стоит и злобно сжимает кулаки, игнорируя настойчивое «следующий» Кокоми видит, как он медленно краснеет. Как крылышки его ноздрей расширяются. Он озлобленно мажет кулаком по стене, чуть приподнимая подбородок -И вы считаете, что это нормально? Так нагло держать бедных людей! Да как вы смеете так измываться над нами!-Кокоми вжимается в стену. Вот бы не повернул голову, вот бы..-Вы, чертовы козлы! Нет вы не люди, вы - твари! Вам все равно, что мы гнием здесь неделями, да?- после этого звучит что-то между «козлы» и «черти» и ряд других изощренных оскорблений. Толпа сзади начинает громко шептаться, а Кокоми только сильнее прячет лицо в волосах -И вы верите, что ваш устаревший строй и прогнившая политика хоть как-то поможет стране? Мерзавцы и трусы - вот кто вы!- толпа бесстыдно переговаривается в полголоса, здесь становится непривычно-громко -Следующий.-Голос остается беспристрастными и все таким же стальным -Ну уж нет! Какая от вас вообще может быть эмпатия?- он делает секундную лиричную паузу, -Хотя да, -он злобно улыбается, зыркая своими поросячьим глазками - даже те, которым было на нас не все равно, они нас брос..- О нет.. …он повернул голову в сторону Кокоми и резко замолк, прекратив даже свою активную жестикуляцию. Толпа сзади стала тише, не поняв почему агитатор оборвал свой бурный поток оскорблений. Становится ещё тяжелее дышать. Кокоми почти задыхается -С-Сангономия? - Его темные зрачки уменьшились, а голос дрогнул и даже охрип. Толпа окончательно замолкла и уставилась на девушку. Воцарилась могильная тишина. И только лампа продолжала глухо потрескивать Когда они были немного моложе, то она вдохнула в них запретную надежду. Столь сладкую и далекую. Но когда она забрала ее, они задохнулись. -Следующий.-разрывая тишину -Что вы здесь делаете?-он плотностью проигнорировал настойчивую фразу.-Почему? Почему вы нас бросили? Она ждала и боялась этого вопроса. Даже глотку сковал холод. Кокоми только сильнее вжалась в стену, не прекращая зрительный контакт. Она почти не моргала. Кровь остановилась. -Почему?- Он посмотрел куда-то сквозь неё. Взгляд потерял осмысленность, а руки обмякли и опустились. Мужчина выглядел потерянно. А жестокая толпа ждала только зрелищ и тихо перешёптывалась Лампа неизменно мигала и потрескивала. Сейчас казалось, что даже громче, почти оглушительно. Пальцы заколотило мелкой дрожью. Кокоми почувствовала себя загнанной в угол. Перед глазами расплывалось и она пыталась не моргнуть, чтобы отсрочить очередную истерику. Господи верните документы быстрее и дайте уйти пожалуйста Мужчина грубо схватил ее за плечи, вновь глядя ровно в глаза. Его пальцы были холодными и крепкими -Почему? Почему? Почему?-Каждое новое слово звучало резче и громче.- Почему почему почему почему?-Он начал ее трясти.- Почему?-Срываясь на крик.-Почему?-С его тёмных глаз полились слёзы, грубо стекающие по подбородку. -За что вы так с нами? - Взгляд Кокоми стекленел. Апатия? Паника? Потерянность? «Действительно, почему?» Вина. Она оседала неприятным сладковатым привкусом на языке. Кокоми не чувствовала и не слышала то, как он ее трясёт, как кричит, как до боли пронзительно всхлипывает. Все замедлилось? Или время вовсе остановилось. Слёзы исчезли, осталась только тупая непрекращающаяся боль, ноющая где-то под рёбрами. Даже кажется, что все, кто на неё смотрит немного отшатываются назад, будто им мерзко находится рядом. Ее продолжают трясти, но Кокоми слишком устала, чтобы что-то предпринимать, так что она просто повисает тряпичной куклой и безжизненно мотается в неприятных крепких руках. Она чувствует только то, как ей мерзко и больно быть собой. Вся одежда тяжелеет, когда она чувствует взгляды людей : потерянные, обречённые, просящие, прикованные к ней одной. И теряется. Теряется среди разбитых душ и мечт. Теряется среди осколков себя и останков прошлого. Господи как же погано. Здесь душнее, чем она думала сначала. Кокоми правда ненавидит задыхаться. Ненавидит, но вновь и вновь задыхается, пытаясь не плакать и желательно вообще не дышать «Королевы ведь молчат, когда им больно? Так же правильно?» Хочется только зажмурить глаза, а открыв, увидеть, что все живы и что ей не приходится возвращаться так: Предателем и по мнению окружающих и на самом деле. Чтобы бросить страну и развивать другую, но так, украдкой, что ещё противнее Но Работа превыше всего? Наверное нужно ей это напечатать на блузке. Мол, «новая философия бесчувствия потерянного человека». Лирично и жалко «А Бледный взгляд тускло освещает темень, Прошу, позвольте ей остаться тенью»- Саркастичный голос, лелея, перебирает ее старые стихи с издёвкой и напыщенной драматичностью. Господи, как же все погано Но Кокоми верит, что когда-то все будет правда неплохо Ведь кроме веры ничего не остаётся Она теряется и смотрит окно. Плюшевые тяжёлые облака такие родные и красивые… Небо.. И только оно циклично. Ему все равно на то, что происходит здесь. «Простите. Ваша надежда оказалась бездарностью» - от этой мысли на губах почти появляется горестная ухмылка, но Кокоми пресекает это. «Забудь, девочка-пыльца… …ты же всегда так делаешь?»

***

Классические каблуки Циньсинь мнут грязь и слякоть. Перед уходом с острова Рито, Кокоми предусмотрительно «ободрала», (как выразилась бы элита Циньсинь) клён и вот уже в руке красовалось пару ослепительно-красных листов. Возможно, когда она вернётся, то подарит их Нин Гуан? У леди по-аристократичному болезненная в своей бледности кожа и контрастные алые глаза, так часто переливающие сарказмом и насмешкой. Ей будет не хватать этой по-своему своеобразной особы, а эти пронзительно-красные листы всегда будут напоминанием… …Напоминанием чего? Того, что она не одна? Но так это ведь будет ложь. Она одна. Одна во всем мире. И ей никто не поможет Напоминанием, что она не из этой страны? Забавно, что прожив несколько лет в Ли Юэ, ежедневно прокручивая то, как эта страна приятно приняла ее, «напоминания» можно считать плохим знаком. Или попыткой вновь в чем-то убедить себя? Кокоми вглядывается в клён, аккуратно перебирая его во влажных пальцах. Она решительно не думает о том, что произошло в КПП. Просто не думает, ведь знает одно: просто не надо. И это правда, ведь без них легче. Ключицы слегка побаливают. Видимо, синяков не избежать. Особенно учитывая то, что ее кожа и так вся покрывается мелкими ссадинами от незначительных ушибов. «Почему?»- голос скребёт мысли, как ногтями по стеклу. Он рассеивается, оставляя шлейф негодования и смущения. Но она же не смо.. …Она обещала об этом не думать. Не думать и вовсе забыть Ах да Багаж завезут в новый дом, а вот ее саму обязывают явиться к Сёгуну. Малоприятно. Она прячет листья и в маленькой сумке и посильнее стискивает документы в пальцах. Все обязано пройти хорошо. Ведь в этом ее работа?

***

Охрана у замка надменная и строгая. Одним словом - неприятная. За мгновения до того, чтобы быть проткнутой копьем она аккуратно подсовывает им под нос документы. В ответ,на их лицах на долю секунды мелькает холодная усмешка, пропитанная снобской неприязнью. Должно быть их осведомили о «приезде дипломата из Ли Юэ». Действительно, кто бы мог подумать, что им окажется некогда лидер главного сопротивления главе государства, враг народа, и дальше по титулам. Тянет на среднюю комедию Замок огромен. Сейчас он кажется ещё больше, ведь она никогда не подходила к нему настолько вплотную. Кокоми вышагивает по ступенькам старательно, с грацией. Только бы не оступиться Она изящно проскальзывает по лестничным пролетам, стараясь не смотреть на лица членов комиссии Тенре. Их маленькие глазки смотрят с подозрением и пронзительностью. Настолько, что хочется поежиться. Их что где-то учат такому? Тогда бы это объяснило поведение.. -Ах уже дошла..- шепотом пролепетала Кокоми Но едва подняв голову вверх, потеряла дар речи. Здание будто нависало над Сангономией. Золотые вставки глянцево переливалась плавленным звездным блеском. Чароитовые знамёна колыхались на ветру. Этажи, казалось, растворялись где-то в облаках, а над самым верхом кружили беспокойные молнии, то и дело отзываясь лихорадочным блеском во вставках. Очередная вспышка ослепила ее и вернула к реальности. Скоро будет дождь

***

Вздохнув пару раз и стиснув покрепче документы, Кокоми устремилась к дверям. Все будет неплохо Все просто должно так быть Хотя что может пойти не так? Райден Сёгун ее не убьёт, не может, не имеет права Ведь так? А в этой стране действуют правила? Все точно будет хорошо? Не прерывая раздумий, Кокоми схватилась за ручку двери, но резко одёрнула ее, как от кипятка, когда услышала знакомый голос: -…и исходя из этого почему же ты не собираешься меня пускать? Надуманные причины не в счёт. Господи Шиповник? Или следует сказать «Госпожа Яэ»? Шиповник… Такой титул она приобрела спустя пару месяцев их общения. Кокоми даже чувствовала, что они они могут стать хорошими друзьями, несмотря на несогласия в религии, но судьба всегда считает иначе. Судьба вообще когда-нибудь считала не иначе? Точно не в случае Кокоми -Я не считаю нужным пускать лишних людей в царство эвтюмии.- отрезала Баал. Раздался изящный цокот каблуков, за которым остаётся шлейф ее особенного всепоглощающего аромата. Она пахнет свежестью и озоном, как перед грозой. -И с каких пор я «лишний человек»?- Ее голос как всегда безупречен. Льющийся и лукавый с вечной щепоткой высокомерия. Кокоми готова поспорить, что даже алые, точно как бутон шиповника, вставки ее наряда за все годы не побледнели ни на каплю. -Я не в настроении для таких разговоров.-Цокот каблуков резко смолкает -Разве у таких кукол, как ты бывает настроение?- даже сквозь закрытую дверь чувствуется ее ледяная ухмылка -Не нарывайся, Яэ.- цедит сквозь сжатые зубы -Это ещё нужно подумать кто тут нарывается.- лелеет слова -Не зли меня.- отрезает -Так ты же не умеешь.- Издевательский и все такой же раздражающе-спокойный голос. -А ты, видимо, не умеешь вычленять суть предложения. Просто не нарывайся.- ее напряжение чувствовалось через стену -И что же ты сделаешь?-на едком выдохе Резко зацокали каблуки. Послышался секундный свист. Воздух сотрясся от толчка. Этого хватило, чтобы дверь открылась на миллиметр. Кокоми неосознанно подставила каблук, чувствуя на спине неодобрительный взгляд кого-то из охраны. Открывшаяся картина была поразительна: Шиповник стояла, прижатая спиной к стене и тяжело дышала. К горлу жрицы было прислонено копье. На ее губах растянулась лукавая усмешка. В лиловых глазах блестят огоньки неуместного веселья. Ярко-розовые, точно лепестки шиповника, волосы были слегка растрепанны. Она выглядела преступно-красиво. Удивительно, даже в такой ситуации старается смотреться изящно. Ладони Баал сжимают рукоять копья особенно крепко. Ее фигура властно возвышается над Яэ. Взгляд - обжигает надменным холодом. Волосы - темный пурпур и лепестки фиалок. Волна энергии от ее безукоризненной стойки разлетается в стороны, расползается, как ток по воде. Кажется, Яэ совершенно не пугает опасность своего положения. Ходит по лезвию ножа, не меньше. «Взгляд, осанка, ледяная гордость. Все так привычно, что даже скучно»» Жрица ухмыляется и с присущем ей самолюбием говорит: -Ну что убьёшь меня?- с издёвкой поднимая руки, «защищаясь»-Думаю, твоя хозяйка будет не очень рада узнать, что самый близкий ей человек умер-склоняя голову набок и выдерживая паузу добавляет: -из ныне живущих, конечно Райден слегка пошатнулась. Ещё секунду назад, рука державшая копье была крепче стали, а сейчас ее пробивала мелкая дрожь. В фиалковых глазах проблеснул ослепительно-лиловый и Яэ, явно удовлетворившись результатом, отвела ее руку от своего горла и выскользнула из своих «оков» -Ах да, Мы заставили ждать нашего многоуважаемого дипломата. -Жрица уперлась своим тяжёлым взглядом в Кокоми, будто зная сколько она здесь стоит. Взор Райден был устремлён куда-то далеко. Наверное, дальше чем позволяют видеть стены. Но секунда и она резко обернулась, а ее глаза померкли, как небо после заката. -Госпожа Сангономия, у нас с вами отвратительный вкус на женщин.- ее губы растянулись в дурманящей улыбке. Кокоми неприятно проткнуло шпилькой шиповника. Сангономия стыдливо потупила взгляд и кажется смогла вздохнуть только когда прикусила внутреннюю сторону щеки. Яэ смотрела все так же невинно, но твёрдо Она точно шиповник. Если ее коснёшься или попробуешь влезть в ее личное, увидеть больше, чем дозволено то тебя обязательно уколет -И все же, какое негостеприимство с нашей стороны!

***

Здесь тяжело пахло гвоздикой, было сухо и холодно Переговоры прошли странно и быстро. Да и переговорами назвать их сложно. Сегун Райден держалась отрешенно и задумчиво. В полумраке ее глаза даже казались чёрными. Она просто стояла, гипнотизируя взглядом пол, изредка возвращаясь к диалогу, который закончился так же странно, как и начался: -…ах да, переговоры будут проходить с Кудзе Сарой. - Кокоми кажется, что она бледнеет, хотя с ее кожей куда ещё? -Но думаю, вы нашли общий язык, так что это не будет проблемой.- поощрительно хлопнув в ладоши с неуместной лёгкостью произносит жрица. Она выглядит все так же загадочно и лукаво. Что, в детстве не учили держать язык за зубами, а только держать лицо? Кокоми воровато прячет взгляд и кивает. Закусывает язык, кажется до крови. Хотя будто бы следовало ожидать чего-то другого -Сангономия,- голос Райден стальной и тяжелый. -Запомни: это моя страна и здесь действуют мои правила. -она властно поднимает голову, как бы случайно смотря на Кокоми сверху вниз. Ее глаза отсвечивают далёкими молниями. От неё веет злой чистой силой и навязчивым предгрозовым запахом.-Давай на этот раз обойдёшься без глупостей? Кокоми упирается в этот взгляд. Нет, не мимолетно, а ровно глаза в глаза. Сангономия чувствует сладковатый привкус смерти на языке, но не отводит глаза. Нельзя. Очи заворожённо стекленеют, по волосам пробегает ток. Пальцы пронзает холодом да и тело сжимается. Кокоми дышит обрывочно и сбивчиво, на большее не способна. Это конец? Их прерывает тихий смешок. Яэ виновато прикрывает рот рукой, все так же безупречно улыбаясь. -Будешь запугивать наших дипломатов? Отличный способ остаться вообще без международных отношений. - Эи смотрит на неё ещё мгновение, после чего переводит безэмоциональный взгляд на Яэ, безмолвно нагоняя ужас. Мико тихо скользит к выходу. Оборачивается и тихо поманивает Кокоми пальцем. Сангономия поддаётся, и, безвольно, точно марионетка, плывёт за жрицей -Зайду вечером.- растворяется в тишине. Кокоми кажется, что Райден незаметно кивает, а Яэ начинает ухмыляться чуть ярче.

***

-Тебе наверное кажется, что я самый жестокий человек в мире, не так ли?-жрица безмятежно плывёт рядом. Вопрос, кажется, оказался риторическим, так что Мико без доли смущения продолжает: - Вынужденные меры. Кокоми понятливо усмехается. Над ними - графитовое небо с рваным плюшем облаков. Цокот каблуков уносит их в розовое царство сакур. Силуэт Яэ овеян мягком ореолом свечения. Простор для больной фантазии романтиков. -Для тебя выводить людей на эмоции никогда не было «вынужденной мерой».- Кокоми чувствует себя рядом чисто и прозрачно. В ее работе это огромный минус. -Рассказывай- Сангономия невольно улыбается. Все же счастье может быть заразным Они близки. Как минимум были, а по ощущениям и остались. Их дружба всегда казалась чем-то естественным. -Она верит, что способна обвести меня вокруг пальца.-Яэ ядовито усмехается, заправляя за ухо выбившуюся прядь. -Как жаль, что я не настолько глупа Кокоми продолжает ждать, но Яэ, кажется, считает, что сказала достаточно и сверхдостаточно, так что так же безмятежно молчит. Сангономия не страдает навязчивостью, так что тактично кивает и начинает новую тему: -Здесь слишком много изменилось пока меня не было? -А что, надеешься, что Инадзума застыла во времени? -Вопросом на вопрос? Проседаешь. -Опрометчиво красть мои фразы.- ее глаза посверкивают яркой лавандой и чем-то наигранно-зловещим. Кокоми чувствует, как собственное лицо трескается от улыбки. Яэ с теплотой смотрит на Сангономию -Так что-то изменилось?- повторяет -Наверное, только ты.- Яэ пожимает плечами -Льстиво. -Да, я умею -И все же, я по тебе скучала, шиповник. -Мико приторно улыбается. Кокоми правда скучала. По высокомерному взгляду, сарказму и разговорам ни о чем. Да просто по ней. -Я тоже. Как же можно не скучать по главному гостю этого мракобесия- сокрушительная улыбка и в Глазах Мико сверкают острые блики Лицемерка, Предательница, лживая с головы до пят Этим и красивая