Ревность

Он появился в лагере около трёх месяцев назад. Когда точно – Дэрил не помнил. Теперь тюрьма принимала всех выживших, поэтому новые люди появлялись довольно часто. Молодые и старые, женщины, мужчины, старики и дети…, их было много. Нелюдимый охотник больше времени проводил в одиночестве, сторонясь дружественных посиделок во время обеда или ужина, вечером возле костра – он всегда был в стороне. Дуглас, так его звали. Дуглас Купер. Высокий брюнет, с чуть виднеющейся щетиной и проседью на висках, крохотных очках, он сразу влился в коллектив. За коротких три месяца, даже Рик стал доверять ему. Общительный, улыбчивый, отзывчивый, добрый, смелый, он сразу стал душой тюремной обители. Казалось, он мог быть везде и сразу одновременно. Бывший ветеринар, он стал помогать Хершелю, чем завоевал его доверие. Храбрый, отчаянный, готовый прийти на помощь, Граймс практически сразу стал брать его на вылазки, ставить на дежурства, сообщать ему о планах группы. Но больше всего Дэрила бесила его связь с Кэрол. Что у них было, он точно не знал. Кажется, они были знакомы ещё в мирной жизни. По тюрьме ходили разные слухи, кто-то говорил, что он первая любовь Пелетье, кто-то, что любовник, кто-то, что просто школьный друг. А Дэрил чувствовал себя последним придурком, когда стоял и, развесив уши, жадно впитывал всё новые слухи. Как баба. Но, заставить себя не интересоваться этой парочкой он не мог. Он сгорал от ревности. Он ненавидел этого очкастого придурка. Он видел их очень часто вместе. Практически постоянно. Теперь, за обедом, Кэрол не сидела рядом, она сидела вообще на другом конце стола и глупо хихикала, слушая шутки этого напыщенного индюка. Она больше не выходила встречать его после вылазки. Не вглядывалась в окна приехавших машин, ища взглядом охотника. Она выбегала навстречу ему и обнимала. Крепко, кидалась ему на шею, поджимая ноги. А он каждый раз смачно целовал её в щёку. От таких нежностей его передёргивало. От одного только вида тошнило. Он старался, как можно быстрей отчитаться перед Риком и тут же уйти подальше, от этой показушной нежности. Она больше не приходила к нему в камеру, не заводила непринуждённых разговоров. Не просила советов или помощи. Теперь у неё был Дуглас. Образованный, мать его, хрен, с вечно перемотанными скотчем, дужками очков. День за днём, они всё больше сближались. Они всё больше времени проводили вместе. Он был постоянно рядом с ней. Не отходил ни на шаг от неё. Как жвачка, прилип к заднице, теперь не отлепишь. Он даже посещал её занятия с детьми, рассказывая маленьким спиногрызикам, как правильно защитить себя от ходячих. Дэрил с вышки часто наблюдал за ними. Они всегда держались за руки, он обнимал её, целовал. Дарил цветы, указывал на звёздное небо ночью, что-то тихо шептал на ухо. Она заливалась смехом. Неужели она счастлива с ним? Неужели, она с ним? Очередное дежурство раздражало частым смехом, доносящимся с улицы. Кэрол с Дугласом стояли, прямо возле входа на вышку и о чём-то мило беседовали. Мест им, что ли, мало, чтобы зажиматься. Дэрил сплюнул прямо на бетонный пол и сел, прижимаясь спиной к ледяной стене. Всё это бесило, вызывало отвращение и ярость. Он чувствовал, как внутри растёт огромный комок злости, который пеленой стелет всё перед глазами. Эта парочка, словно красная тряпка для быка, раздражала его неимоверно. Представляя, как он прикасается к её коже, целует, он усилием воли справлялся с безумным чувством гнева. Он сдерживался, чтоб не спустится и не набить морду, этому грёбанному ветеринару. Услышав скрип двери, Дэрил подскочил и встал напротив. На вышку зашла Кэрол с каким-то рваным, засаленным пакетом в руках. Протягивая его, она слегка улыбнулась: - Ужин. Охотник фыркнул и указал пальцем на пол. Раньше она на подносе еду носила. Ждала, пока он поест, сидела рядом, что-то рассказывала. А потом забирала всё, уносила на кухню. Теперь, стало быть, пакеты. Теперь, видимо, времени нет на разговоры. Внизу её ждут. - Дэрил, что с тобой? – Кэрол несмело сделала два шага вперёд и тут же остановилась, увидев злой взгляд охотника. - Иди, - он хмыкнул, - тебя ждут. - Дуглас? Не переживай, он сегодня разрушенную часть ночью патрулирует. Он уже ушёл. «Чтоб его сожрали там…» - Понятно, - Дэрил вопросительно посмотрел на женщину, - ты что-то хотела? - Нет, - она прикусила нижнюю губу, - то есть да, - сделала ещё один шаг вперёд, - я поговорить хотела. - Чё случилось? - Не знаю, даже с чего начать. Может быть, лезу не в своё дело, но ты в последнее время какой-то странный. Даже Рик заметил. - Кому какое дело? На вылазки езжу, дежурю, всё путём. - Дэрил… - Уходи. - Это…, - женщина перешла на шёпот, словно боялась озвучить свои слова, - это из-за Дугласа? - Пффф, вот ещё. Кэрол улыбнулась: - Знаешь, мы с ним были знакомы со школы. Я его когда-то любила. Но, судьба как-то сложилась криво. Наши дороги разошлись. А тут он. Представляешь. Выжил. Так же, как и я, потерял всю семью. У нас так много общего. - Я даже не знаю, поздравить, что ли тебя с этим? Или чё? Мне это не интересно. - Да? Прости, я подумала…, хотя, ладно. Извини, - Кэрол пожала плечами, - я пошла. Когда женщина уже подошла к двери и, схватившись за ручку, собиралась открыть её, Дэрил метнулся к ней: - Подожди. - Что? - У вас с ним всё серьёзно? Если бы кто-нибудь знал, насколько ему было трудно из себя выдавить эти слова, ни за что бы не поверили. - Я не знаю, что ты имеешь в виду. И может ли сейчас быть что-то серьёзно вообще. - Кэрол, хватит всякую херню нести! – он вспылил, сжимая кулаки, - ты можешь просто ответить да или нет. - И что после этого? - Чё? - Ну что потом будет? Что Дэрил? Прости…, я слишком долго ждала. Она снова сжала ручку двери пальцами. - Стой, - он грубо схватил её за запястья, заставляя повернуться к себе лицом, - ты можешь кое-что ему передать? Слово в слово…, - он провёл пальцами по её шее вверх, запуская в волосы на затылке. Сжал серые пряди в кулак, заставляя женщину запрокинуть голову, - ты… МОЯ. Кэрол закрыла глаза, невольно приоткрыв рот. - С каких это пор? – практически бесшумно, лишь двигая губами, прошептала она. - С этих самых. Отодвинув ворот майки вниз, он поцеловал её в ключицу, прокладывая мокрую дорожку вверх по шее. Перед губами он резко замер, разглядывая её напряжённое лицо: - Если я, ещё хоть раз, увижу вас вместе… Она открыла глаза и мутным взглядом посмотрела на него: - Убьёшь? - Уйду. - Навсегда? - Навсегда. - Это условие? - Это приказ. Кэрол вздрогнула, когда почувствовала, как его горячие, влажные губы настойчиво накрывают её, сухие и дрожащие. Уверенно, смело прижимая её к твёрдой обшарпанной стене, он крепко сжал узкие плечи, стягивая тонкие бретели. - Подожди, - она вяло дёрнулась и тут же замерла. - Что? – прохрипел он, не прекращая тянуть вниз тонкую ткань. - Я так не могу. Мне нужно поговорить с ним. Я быстро, - она улыбнулась, натягивая майку обратно. Расправив складки, Кэрол посмотрела на него, кивнула головой и ушла. Тонкий луч рассветного солнца осветил ссутуленную фигуру. Мужчина, сидевший рядом с жёлтым рваным пакетом, крутил в руках стрелу, рассматривая яркое оперение. Нахмурив брови, он прислушивался к шуму, доносившемуся со двора. Люди просыпались и выходили на улицу. Постепенно тюрьму наполняла, ставшая в последнее время привычной, суета. Кэрол так и не пришла. Он прождал её всю ночь, так и не притронувшись к ужину. Напрасно он это затеял. Напрасно. Выставил себя полным придурком. Идиотом. Понятно было, что она выберет заботливого, внимательного, разговорчивого, романтичного очкарика, а не его. Нелюдимого, резкого, грубого. Он может дать ей всё, что только пожелает её изнеженная душа, он – ничего. Может быть, так даже и лучше. Обозвав себя последними словами, он поднялся, закидывая стрелу в колчан. Сейчас он пойдёт в камеру, соберёт манатки и свалит на месяц в лес. От этого хоть будет польза. Открыв дверь, он замер, увидев перед собой Кэрол. Женщина стояла с подносом в руках и широко улыбалась: - Я завтрак тебе принесла. Она зашла в помещение и поставила поднос на пол: - Прости, что так долго. Я просто думала. - И что решила? - Я передала Дугласу твои слова. Кэрол подошла к охотнику и положила ладони на плечи: - Я твоя. Проходящая мимо вышки Мэгги, три раза моргнула, крепко зажмурилась, а потом ещё минуту тёрла сонные глаза, глядя на то, как Дэрил, на улице, при свете солнца, у всех на виду, прижав Кэрол к стене, целует её. Да так, что даже ей, стало жарко. Решив, что неприлично так нагло глазеть, девушка, широко улыбаясь, пошла в камеру, вспоминая по пути, остались ли у них на складе двуспальные матрасы.