21:00 время незабываемых воспоминаний.

Тарталья просыпается на кровати в кабинете Чжун Ли, в самом дальнем углу комнаты, что закрывал поставленный боком к стене шкаф, единственным источником света является одна лампа, устремленная куда то в стену. Чжун Ли сидел напротив на стуле, скрестив руки на груди, по-хозяйнически закинув ногу на ногу. — Проснулся наконец-то, а то я уже думал будить тебя пульверизатором. — Усмехается Чжун Ли, наблюдая за удивленным и даже в какой то мере испуганным Тартальей. Тарталья было хотел уже дернуться в попытке сбежать из кабинета старшего, но он даже двинуться не успел, как сильные, массивные, черные руки с желтыми прожилками, что словно светились, прижали его обратно к кровати, рыжий тут же нахмурился, он ведь знал, что ему ничего не грозит. Ну, вернее, Чжун Ли его не убьет и не прибьет до смерти, это он знал наверняка. — ты пытаешься шутить? Если так, выходит совсем не смешно. — цедит Тарталья, хватая за плечи мужчину, пытаясь оттолкнуть от себя. — Тарталья, я, хоть и отдал Сердце Бога, я все еще обладаю огромной силой и увы, как бы ты не хотел, к твоему сожалению, ты даже на миллиметр меня не сдвинешь, — серьезным тоном проговорит Чжун Ли, а Тарталья мог в его словах услышать усмешку. Чайльд давно научился читать скажем так между строк и понимать не по лицу настоящие эмоции Чжун Ли. Моракс приблизился к лицу Чайльда и это было слишком для самого Чайльда, он буквально ощущал его горячее дыхание своим лицом, в особенности губами, что словно обжигало их, сушило, заставляя невольно облизнуть губы, а осознание того, что Чжун Ли это увидел, заставляло температуру тела подскочить, горько сглотнув, а щеки предательски наливались румянцем. — Чжун Ли, ты слишком близок, — рыжий пытался проговорить это максимально серьезно, ровным голосом, но его голос предательски дрожал, от чего даже на таком серьезном, без единой эмоции на лице, Чжун Ли не скрываемо ухмыльнулся, видимо, его очень забавляла эта реакция и попытка скрыть свой прекрасный голосок. Чжун Ли даже решил ему помочь. Он еще немного наклонился, все это время, он нависал и до сих пор нависает сверху, но теперь, жадно, напористо и мокро он впивается в губы Тартальи, тот сильно опешив, сначала попытался вновь оттолкнуть Чжун Ли, не понимая, что произошло и почему тот себя так ведет, но его тело реагировало на это само по себе, Чайльд даже не заметил, как начал отвечать жадно на поцелуй, а воспользовавшись моментом, а именно когда Чайльд сладко от прикуса нижней губы промычал, Чжун Ли пустил в ход язык, начиная исследовать его рот, прям как путешественник Тейват, небо, десна, кромка зубов, ничего не остается без внимания многотысячелетнего бывшего Архонта, после этого «путешествия», Чжун Ли принялся сплетать языки под сладкие и тихие стоны Тартальи, что уже постепенно забивал на то, что хотел выбраться из лап Чжун Ли и убежать, а Тарталья Младший уже очень сильно требовал ласки, но вместо этого, Чжун Ли надавил коленом на бугорок на штанах светловолосого, что вызвало у последнего сдавленный вздох. Чайльд давится слюной, он не успевает сглатывать и слюна предательски стекает по уголку губ, по щеке вниз, впитываясь в белые простыни. Тарталья начинает уже поглаживать плечи Чжун Ли, пока тот уже во всю оглаживает его тело, талию, бедра, и грудь, все через одежду, но даже так, волна удовольствия второго заставляет дрожать и уже гореть, надеясь, что его скоро наконец возьмут. — Чжун Ли. — Скулит Тарталья ему в губы, последние силы и воздух уходят в сказанные слова — пожалуйста… Чжун Ли неохотно отстраняется от желанных губ, протягивая за собой ниточку слюны, что все еще соединяла их губы, после чего которую он слизал, беря за аккуратные, тонкие бедра Чайльда, Чжун Ли убрав свою ногу с вставшего члена Аякса, а колено уже было все испачкано в предэякуляте, как и штаны и нижнее белье рыжего. — Посмотри на себя, Тарталья, ты так истекаешь смазкой, а стоило мне немного надавить на твой член и глубоко поцеловать. И это Предвестник Фатуи? — язвительно и с фальшивым, но очень реалистичным огорчением говорит Чжун Ли, запуская руку под серый пиджак, оглаживая голую, бархатную, гладкую и молочную кожу, а под мозолистыми пальцами ощущались шрамы, большие, потому, чтоб лицезреть, Чжун Ли вырывает пуговицы, а не расстегивает их, слыша треск ткани. Чайльда немного обижали слова Чжун Ли, но черт, как же он возбуждался с них. Тарталья бы никогда не подумал, что такое будет его заводить, а желание умолять его уже взять и оттрахать как последнюю блядь будет все расти. Чайльд, не нашел ничего, как бы мог ответить тому, а из его раздумий вывели укусы и поцелуи шеи, Чжун Ли кусался сильно, почти прокусывая бедную, нежную кожу до крови, вылизывая, но это не было извинением, за сильные укусы, что будут очень долго украшать шею Тартальи как бусы на шее девушки. Чжун Ли опустил руки на штаны Чайльда, предварительно скинув с него пиджак и так же сорвав пуговицы на рубашке, кинул уже испорченные тряпки на пол, принялся расстегивать его ремень, расстегивать ширинку, оттягивать резинку боксер, что вызвало довольный стон у Чайльда. — Ты так и будешь все делать медленно? — вдруг прорезается голос у Тартальи, когда Чжун Ли медленно стягивает штаны и боксеры с того. Это вызвало у Чжун Ли усмешку и звериный оскал. — Так хочется уже быть оттраханым, моя лилия? — .не говори это так, словно мы обсуждаем погоду. — вновь заливается краской и отворачивает голову, пряча лицо в ладони, что очень не понравилось Мораксу и тот, в ту же секунду, резко стягивает с него штаны вместе с боксерами, кидая их куда то на пол, он оглядел обнаженное тело Чайльда, его тело было эталоном красоты, и почему он не взял его раньше? Мог бы не мучиться самоудовлетворением, что все равно не спасало особо. В отличии от Чайльда, Чжун Ли был полностью одет, за исключением фрака что он повесил аккуратно на свое кресло. Чайльд был безумно красив, все же, Чжун Ли умеет выбирать себе партнера и явно собирается сделать Чайльда партнером не на одну ночь и заниматься не только сексом, но и дарить, или вернее учиться дарить любовь и заботу, хотя ранее, видимо, у него неплохо получалось. Чайльда ведёт, сквозь пелену возбуждения, он смотрит расфокусированным взглядом на Чжун Ли, который грубо опускает Тарталью на пол, а сам усаживается на край кровати, свесив ноги с ее. — Будь хорошим мальчиком, иди ко мне. — Чжун Ли жестом указал между своих ног, а Тарталья опешил, но на четвереньках подполз к Чжун Ли, потеревшись щекой о внутреннюю часть бедра, смотря тому в глаза. — Ты же знаешь, что делать? Чайльд кратко и робко кивнул, потянувшись дрожащими руками к ширинке Бывшего Архонта, с горем расправляясь с ней, выпустив из ткани боксер колом стоящий член, что был очень крупным, с выпирающими венками, аккуратной розоватой головкой, что блестела из-за истекающего предэякулята. Слыша одобрительный выдох, Чайльд обхватил ладонью член, начиная водить по нему рукой. Пока его не упрекают, значит делает все правильно. После столь долгих движений рукой, он прильнул губами в головке, начиная оцеловывать ее, заходить ниже, целовать выпирающие венки. Чайльд должен признать хотя бы сам себе, что ему безумно нравится это, но он никогда не делал минет, но и девственником его нельзя назвать, ему делали девицы минет, потому, старается делать так же, как и делали это ему. В рот погружает головку, посасывая ее, вылизывая языком, рисуя незамысловатые узоры на ней, заходя дальше, глотая глубже. Чжун Ли все это время не сводил с него глаз, с прищуром от удовольствия и сжатыми зубами выдыхая судорожно и когда уже простых махинаций Тартальи было мало, Чжун Ли сжал его пряди рыжих волос на его затылке своей крепкой рукой удерживая на месте. — Дыши через нос, — кратко проговорил тот, после чего толкнулся глубже и насадил на свой член, надавив на затылок. Лицо рыжего стало красным, на глазах выступили слезы, это было слишком, но он послушно дышал через нос, надеясь, что скоро его отпустят, а рвотный рефлекс не заставил себя долго ждать, из-за чего Тарталья начал нервничать. Не хотелось ведь испортить их секс таким вот…образом. Чжун Ли резко отстранил того от своего члена, головку и губы Тартальи соединяла ниточка слюны, после чего она оборвалась. Чжун Ли чуть не дошел до оргазма чисто из-за таких неумелых, но все равно хороший махинаций рта Тартальи с его членом. Даже для самого Бывшего Архонта это было удивительно. — Поднимайся, — Проговорил тот, сам встав и обойдя того, подошел к столу своему, начиная рыться в одном из выдвижных шкафчиков, пока Тарталья все еще краснея и стесняясь вставал уже в попытке взять свои вещи, но его шлепнули по руке, а тот нахмурился из-за этого. — Я, вроде, сказал просто подняться, почему ты своевольничаешь? — Резкое раздражение в голосе Чжун Ли заставляло сглотнуть. — Вставай в колено-локтевую на кровати, ко мне своей задницей. — Чайльд был шокирован такими словами, сейчас перед ним не тот Чжун Ли, что был с манерами, рядом с ним изголодавшийся мужчина, который лишь внешне выглядит как (его) Чжун Ли и собиравшийся его трахнуть. Исполнив просьбу, Чайльд очень смущался, разводя ноги в стороны, прогибаясь в спине, стоило ему повернуть голову в бок, на столько это возможно, как он видит с каким желанием Чжун Ли смотрит на его задницу, облизываясь, как довольный кот, что то держа в руке. Чжун Ли словно прочитал все по его лицу. — Это масло с экстрактом глазурных лилий и слайма, — Показав украдкой ему бутылочку, после чего длинными, изящными пальцами открыв ее, заставив крышку упасть куда то вниз, на пол, вылив хорошее количество себе на пальцы и нежную кожу меж двух ягодиц, от чего тот слегка затрясся, было масло прохладным, немного неприятно. — Не сжимайся. Это лишь заставило напрячься, сжимая в руках простыни, Тарталья волновался, его сердце колотилось как бешенное, будто рискуя остановиться в один момент, одна рука легла на ягодицу, из-за чего издав оханье, Чайльд слегка поерзал, ему слишком было стыдно, но и очень хотелось. Вторая рука ребром прошлась между ягодиц, после чего Чжун Ли устал растягивать момент, утыкаясь сразу двумя подушечками пальцев к единственному девственному месту Тартальи, вводя легким рывком два пальца на одну фалангу, от чего второй простонал, закусив свою губу, обрывая стон на середине, начиная ими двигать плавно, медленно водя по вторую фалангу, разводя их в стороны, оглаживая нежные стенки, после вводя по третью фалангу, начиная двигать ими внутри сильнее. Ноги дрожат у рыжего, пока одну из его ягодиц нагло и бесстыдно сжимают, иногда даже разрешая себе шлепнуть, вызвав стон и пока его последующие стоны не стали жадными, он так и двигал пальцами. — Видела бы тебя твоя семья, Чайльд, — фыркнул нижний и это вновь вызвало усмешку. Чайльд рад, что об этом никто не узнает, особенно его семья и Фатуи. — Заткнись и заканчивай уже, — Рычит сквозь зубы рыжий, когда пальцы были вытащены, второй почувствовал себя пусто, но длилось это не долго, в его растянутое колечко мышц уперлось что то горячее и на много крупнее тех же пальцев, Чайльд сразу понял, что они подобрались к самому сладкому. Положив вторую уложив так же на ягодицу Чайльда, Чжун Ли хватило пару мгновений, чтоб резко толкнуться в нутро полностью, Чайльд вскрикнул, ему было больно, но не так сильно, спасибо хоть какой то растяжке. Внутри рыжего было очень горячо, мокро, а как он сжимал его член, Чжун Ли еле сдерживается чтоб не начать втрахивать того. Далее они уже оба молчали, вернее больше не говорили, а лишь стоны Чайльда и вздохи Чжун Ли были слышны, на пару с шлепками, которые спустя время начали раздаваться по кабинету. Чжун Ли двигается быстро, от чего Чайльд даже вдыхать не успевает, порой из-за нехватки воздуха тот лишь хрипит. Из-за частых и громких стонов тот, чего и добивался Чжун Ли, охрип. Заканчивают они к глубокой ночи, Чайльд, как только кончил, вырубился сразу же, он слишком устал, даже Чжун Ли не дождался, а тот, с усмешкой кончил глубоко внутрь рыжего. Укрыв его одеялом, аккуратно сложив его одежду на край кровати, Чжун Ли прибравшись уселся обратно за работу, а когда зашла Ху Тао, лишь руками разведя попросил остаться сегодня на ночь на работе, а та покачав головой с улыбкой ушла домой, оставив ключи Чжун Ли.