Вкушая плоть убитых мною...

      Очнувшись в темной комнате, девушка оглянулась. Как только глаза привыкли к мраку, стало ясно, что ее оставили на алтаре. В трапезной больше некуда положить человека. Либо алтарь, либо стол. - Разве свечи здесь когда-то гасили? – Сквозь сон произнесла Таг. Острие алтаря угрожающе нависало над ее лицом, так что пришлось вставать. - Нет, но свечи нужно менять, уж такова их природа. Все со временем приходит в негодность и все со временем нужно менять. Иначе тьма никогда не закончится. – Санион вставлял свечи в подсвечники. - Неожиданно слышать слова про негодность от некроманта. Однако, какое милое сравнение, признаюсь, я даже удивлена, что ты не убил меня. Когда мы виделись в последний раз... – Не успела данмерка закончить мысль, как мужчина перебил ее громким звуком. Серебрянный подсвечник с грохотом упал на пол. - Это было в прошлом, не стоит держаться за то, что уже нельзя изменить. Важно лишь то, что нам необходимо Чадо... Возможно, я займу твое место в будущем. – Горечь была столь ощутима, что можно было почувствовать привкус металла. - Не вышло? - Не вышло. Намира уберегла тебя даже на своем алтаре, мне остается лишь принять это. Как голова? – Неожиданная учтивость еще сильнее указала на то, как альтмер пытается уйти от темы. - Уже намного лучше, спасибо. Не буду тебе мешать, мне все равно нужно идти. – Девушка прошла трапезный стол, но резко ее взяли па руку. Эльф смотрел на нее как на провинившегося ребенка. - Чадо, позволь напомнить, что если ты не приведешь в следующий раз хоть кого-то на угощенье, то мы имеем право поужинать тобой. Это все, что я хотел сказать, доброй дороги. – Отпустив руку, Санион вернулся к подсвечникам. - Это случится только если Госпожа позволит. А ты и без меня знаешь, что один только Хогни способен обеспечивать нас на года вперед. Его кровожадность куда больше, чем он сам. Если ты не способен привести хоть кого-то свежее недели, то это твоя проблема, а не моя. – Закончив разговор на своих условиях, девушка вышла, не слушая ответа.

***

      Войдя в Маркарт девушка сразу попала на торговую площадь. Тишина и только стражники, патрулирующие улицы. Осознав неловкость, с какой путники входят в города без факелов, Тагетис поспешила к лавке Лисбет. Подойдя к двери, эльфийка несколько раз дернула ручку. Никакого толка. Если хозяйка спит, то скорее всего не услышит, как к ней в дверь ломятся. Ключ был утерян при побеге от изгоев, а другой попросить еще не успела. Другого варианта не было, придется заночевать в таверне Серебряная Кровь.       Была лишь одна небольшая загвоздка, которая смущала. Муири. Прошло несколько дней с тех пор, как данмерка ошибочно предстала перед девицей как ассасин из Темного Братства. Не имея возможности обсудить это со своей наставницей, Таг не храбрилась пойти одной, нет. Нужно было все обдумать и уже тогда точно понять, как действовать дальше. Меньше всего хотелось раскрыть свою ложь и подставить бедную девушку в беде. Помощь в делах мести всегда вознаграждается, особенно в Маркарте.

***

      Муири проводила свои дни очень тихо и скромно. Днем она занималась алхимией, а по ночам проводила ритуал для призыва Матери Ночи. Но с тех пор, как ассасин вышел на нее сам, надобность в последнем отпала. Теперь, когда можно спать спокойно, зная, что негодяй-предатель скоро будет мертв, а бывшая подруга составит ему компанию, девушка немного поуспокоилась.       Но чем дольше Муири видела данмерку, скрытую убийцу в таверне, тем сильнее в ее сердце закрадывалось смутное сомнение. Словно что-то было не так. Но откуда же ей знать, как на самом деле проворачиваются убийства? Нордка успокаивала себя мыслью о том, что данмерка - это просто посыльный, что узнает все необходимое и передает в другие руки. Это оправдывало ее неожиданное отлучение из Маркарта на пару дней. Значит, все шло как надо.       Стараясь не забивать себе голову ненужными мыслями, девушка заказала ужин в комнату и ушла. Разложенные всюду меха еще отдавали запахом елей и костров. Казалось, что невозможно избавиться от запаха Виндхельма. Все напоминало о прошлом романе, меха еще веяли прохладой. Конечно, в Маркарте не было повально жарко, пока камень не нагреется. Но водопад, делящий город на две половины, неплохо справлялся.       Усевшись на каменном стуле, девушка в очередной раз задумалась над тем, правильно ли она поступает. Кажется, словно ее поступок не имел уверенности. Словно не совсем правильно убивать тех, кто тебя подставил. Но для прожившей столько лет в Виндхельме девушки, она уже успела перенять нордское понятие чести. А честь – это не пустой звук. Голос в ней был уверен, что месть обидчику - обязательная мера. Но что если стража узнает о контракте с Темным Братством? Ей грозила недюжинная опасность. Возможно, что сейчас даже большая, чем в момент покупки человеческих останков у какого-то некроманта. Теперь в городе есть человек, что может рассказать об этом маленьком секрете. Но стоит ли Братству так поступать? Нет, ведь это противоречит их работе. Стараясь не закапываться в рассуждения еще больше, Муири принялась перечитывать новую формулу, что планирует показать Ботель. Легкий стук в дверь оповестил о том, что горячий ужин готов. - Ваш заказ, открывайте.       Девушка хотела было подойти, но что-то спугнуло ее. Голос. Он не принадлежал хозяйке или ее семье. Это был незнакомый мужской голос.

***

      Войдя в родные охотничьи угодья, Тагетис быстро осмотрела посетителей. Местная стража, пьяницы и путник. Ничего особого, хоть и была одна деталь, не дающая покоя. Мужчина, уходящий от комнаты Муири, уносил поднос с едой обратно на кухню. - Эй, вы что, наняли кого-то? – Будничный тон часто располагает людей к беседе. Таг умело пользовалась всеми благами коммуникации. - Да, на время. Ничего такого, разносит заказы и выкидывает буйных. – Хозяин натирал пивную кружку с таким усердием, словно она была ему дороже остальных. - Ладно уж, есть может комната свободная? - Нет, гостей на удивление много, ни одной койки не осталось. – С сожалением в голосе и улыбкой во взгляде мужчина полировал кружку. Не часто выпадала возможность заселить все комнаты, денег с них вышло прилично. А прибыль – всегда приятно. - Что прикажешь мне теперь делать? Мне всего на одну ночь, неужели совсем ничего? – Получив отрицательный ответ, данмерка смирилась и покинула таверну. Ничего больше не оставалось, кроме как заявиться в конюшню.       Оставив за спиной шумную и светлую таверну, Тагетис поспешила за городские ворота. Шарахаться в потемках – признак подозрительного члена общества. Не имея желания запятнать свою репутацию, данмерка любезно выкупила факел у патрульного. Как мало нужно, чтобы быть добропорядочным гражданином.       Покинув стены города, девушка поспешила к знакомым конюшням, где она впервые вкусила прекрасное пряное мясо. До сих пор это воспоминание откликается в ее сердце с особым теплом и трепетом. - Беннинг, открывай! – Серые кулачки стучали в толстую деревянную дверь с такой силой, что, кажется, содрогалась земля. - Сиськи Дибеллы, что ты ломишься в такой час? Почему ты не у Лисбет? – Сонный бретонец стоял в нижней рубахе, чуть озябший от ночной прохлады. - Впусти, я все объясню. – Войдя в теплый дом, говорить стало проще. – Я потеряла ключи от лавки, так что не могу попасть к Лисбет. К ней стучать бесполезно, там сон крепче, чем стены города. В таверне наплыв, мест нет. Так что ты был ближе всех. - Чадо, ты теряешь хватку. Но, помимо этого, еще и вежливость, я ожидал хотя бы спасибо. Но будет лучше, если ты поблагодаришь меня… иначе. – Не ожидая ответа, Беннинг приобнял девушку за талию. Несмотря на то, что еще десять минут назад он сладко спал, теперь же бретонец был готов на любые виды утех. Прижав Чадо к себе, в нос ударил запах можжевельника.       Опешив от столь резкой перемены настроений, Тагетис в ступоре смотрела на своего собрата по обеденному столу. Ходят слухи, что все поклонники даэдра любят устраивать оргии, но, на самом деле, специфика отличается от каждого даэдрического принца в отдельности. Не для всех телесные наслаждения - это главная цель. Намира покровительствует каннибалам, но и против утешения плоти ничего не имеет, так что данмерка стояла в нерешительности и смущении. - Что ты делаешь? – Кое-как выдавив из себя слова, эльфийка мысленно перебирала все события минувших дней. Как она относится к человеку перед ней? Может ли она позволить ему так поступать с ней и ее телом? Эти вопросы наводнили разум Таг ровно до тех пор, пока что-то холодное не уперлось ей в шею. - Ничего плохого, Чадо. Но у меня есть одна небольшая просьба, чтобы загладить твой поздний визит, что скажешь? – Рукоять небольшого кинжала была видна в его руке при свете скромной свечки неподалеку. - Что ты хочешь? – Холодный металл остужал голову, но вызывал мурашки по телу. - Ты ведь помнишь, мы едим не только готовое, но и сырое мясо. Знаешь, что я люблю больше всего в сыром виде? Вкус крови. Металлический солоноватый привкус, горячая и яркая. Разве есть что-то вкуснее, чем плоть и кровь? Я скажу тебе, что усиливает любые вкусовые ощущения – настрой. Твоя нежная серая шея такая аккуратная и тонкая, что, если я просто… просто немного полосну тебя, Чадо? – Мужчину чуть ли не трясло от переизбытка эмоций. Казалось, что он вынашивал этот план так долго, что уже успел представить все детали процесса в мельчайших подробностях, столь точных, что можно было сойти с ума. - Если ты полоснешь меня, то я могу умереть, Беннинг. Я не думаю, что наша Госпожа будет рада такому исходу событий. Да и разве ты близок к вампирам? Или может ты где-то подхватил вампиризм? – Стараясь держать себя в руках, Тагетис пыталась отойти, уже сожалея о выборе в пользу конюшни. - Лишь небольшая царапина, Чадо… Тебя это не убьет, даже не вызовет обильного кровотечения, всего лишь царапина и пара капель… Это немного, поверь мне… – Мужчина уже не слушал доводы и возражения, теперь его мысли были поглощены видом клинка у нежной шеи. Не удержавшись от соблазна, бретонец дернул руку, оставив яркую полосу на серой коже.       Игнорируя жалобный стон данмерки, Беннинг принялся слизывать кровь с раны, возбуждаясь от одного только вкуса. Все мысли смешались и больше не имели веса. Казалось, что хватит и одного только пореза, но когда сознание чуть прояснилось, мужчина обратил внимание на тихие стоны на ухо. Данмерка облокотилась всем телом на собрата и уже просто смирилась с происходящим. Звуки, вкусы, запахи, ощущения ее слабых ручонок на своем теле, все это стало причиной, по которой Беннинг подхватил девушку на руки и унес в спальню.

***