Label

             Он отстранился сделав два шага назад, свет от фонарей пал на его лицо обнажая на мокром месте глаза, густые реснички склеились но лицо безэмоциональное. Возможно он перебрал с алкоголем, а возможно что-то произошло, что пробило его на такие эмоции. Пока я метался от "спросить" или "сделать вид, что не заметил", губы сами по себе проронили "ты плачешь?". Он вытер их рукавом зелёного худи, который вылез из под чёрной куртки, шмыгая носом. Мне не хотелось, чтобы от моего любопытства он как-то засмущался но всё же так и получилось.       —Мне стыдно, перед тобой....—хрипловато ответил прикрывая лицо рукавом.       —Почему?—обеспокоенно вглядываясь.       —То, что ты продолжаешь верить в меня, когда я тебя не раз подводил...—голос с дрожью пронёсся по моему обнажённому сердцу при виде такой душераздирающей картины.       —Чонгуки...       У меня невольно поднялась рука к его щеке. Он опустил свою вниз внимательно наблюдая за моей, после чего я не выдержав прикоснулся кончиками пальцев к его коже и резко отдёрнулся осознавая насколько мои действия являются не обдуманными и рискованными. —"Что ты делаешь Чимин?!"—остановил себя моментально положив в карман своей тёплой серой толстовки пылающую руку.       —Пошли? Вон магазин!—развернулся к маленькому зданию.       Мы не проронили и слова идя на обратном пути. Время пролетело быстро с учётом того, что я всё это время витал в своих мыслях будто и вовсе сам иду. Чонгук, так же само молча шёл рядом смотря в разные стороны но только не на меня. Переступив порог послышался с гостиной пьяный бред ребят, которые уже здорово напились за это вроде бы короткое время. Намджун, пошёл на кухню, чтобы сделать себе кофе но перепутал упаковки насыпав заварное, отпив пару глотков, после чего пару минут выплёвывал перемолотые зёрна в урну на кухне. Юнги, начал объяснять Тэхёну, одну из формул высшей математики, а тот всё время твердил "да отстань ты, я тупой как валенок!"; не смотря на это я бы никогда не предположил, что Тэ глуп, просто умеет вовремя включить дурочка, Хосок включил музыку на своём телефоне показывая хореографию Джину, который что и пытался повторить некоторые движения и ударившись ногой об уголок дивана. Мы переглянулись с Чонгуком неловко улыбнувшись. Никто не обратил внимание на наш приход, точнее увидели нас, но будучи увлечёнными более интересными вещами так же быстро забили.       —Не хочешь пойти наверх и собрать журавлей?—предложил я понимая, что в этой суете мы будем лишними.       В магазинчике помимо продуктов стоял стенд с всякой канцилярией, среди других оригами ему больше всего понравились "журавлики", поэтому с большой инициативой он купил эту детскую забаву. Мы поднялись наверх совсем забыв о том, что я даже кровать не застелил, так мчался к другу на встречу. В этот момент до меня дошло, что за всё время как Чонгук жил со мной я ни разу не слаживал постель то есть, это делал он и от чего мне стало до жути неловко за свою невнимательность в такой элементарной вещи. Пока парень вытаскивает напитки с пакета на пол рядом с кроватью я быстро исправил ситуацию с постелью, присаживаясь на мягкий светло коричневый плед. Чонгук, присел поодаль от меня на краю протягивая мне бутылку "сидра" попутно положив между нами упаковку оригами. Снизу слышатся весёлые крики и смех ребят, которым и без нас довольно хорошо. Отпив пару глотков напитка, положил между ног, сидя в позе будды раскрывая упаковку, пока он открывает стеклянное пиво.       —Они разного цвета!—удивился вытаскивая содержимое.       —Ого, я думал только голубого.—отпив немного, приняв мою позу.       —Вот инструкция.—положил между нами на плед.       Разноцветные листы оказались больше, чем я мог предположить. Слаживая жёлтый цвет, пока Чон возиться с голубым окончательно выдохся.       —У меня не получается...—скривившись опустил руки беспомощно посмотрев на Чонгука, который улыбнулся на моё капризное поведение.       —Что у тебя не получается?       Отложив в сторону свой журавлик, протянул руку к моему тем самым наши пальцы на мгновение соприкоснулись и он быстро забрал моё оригами. То ли от выпивки, то ли от самого прикосновения его тёплых длинных пальцев меня начало лихорадить моментально бросая в жар. В горле пересохло делая пару глотков алкоголя наблюдая со стороны как он пытается понять где я налажал. Такой сосредоточенный Чонгук, похож на предпринимателя, могу поспорить надень на него чёрный классический костюм и оголив у ключиц рубашку то я бы без раздумий набросился на него прямо здесь и сейчас. —"Чимин, что за разврат?!"—сам подумал, сам себя ввёл в краску, опуская вниз веки от смущения.       Перед глазами всплыли фрагменты оголённого торса парня попутно поднимая глаза на его фигуру. Стало ещё жарче не смотря на открытое окно в спальне. Я снял с себя толстовку оставляя белую майку.       —Смотри я понял где ты не правильно согнул.—подвинулся ко мне ближе указывая пальцем на помятую мною жёлтую бумагу.—Вот тут.       От выпитого напитка стало сложнее сфокусироваться, заставляя немного нагнуться и прищуриться, чтобы рассмотреть причину лажи.       —Ага, я понял.—поднял глаза вверх устанавливая зрительный контакт на очень рискованном расстоянии для моего не самого соображающего состояния.       Он смотрит на мои пухлые губы прикусив свою нижнюю. Нет больше сил сдерживаться; похоть, которая готова в любой момент сорваться не думая о последствиях движет моим телом. Это была до жути хреновая идея, оставаться наедине, выпивая и слаживая чёртовые оригами к которым у меня нет дела. Приглушённый слух бешеным сердцебиение и затуманенный разум поддались искушению понемногу сокращая расстояние наших уст. Инициатор — я, а парень лишь сидит не отводя взгляда от моих уже приоткрытых губ. Мне не нужно разрешение на поцелуй, ведь я не спрашиваю продолжая тянуться к нему. Не скажу, что он сопротивляется и вроде бы даже сам не против, ведь всё ещё не отстранился и не сказал "прекратить".       —Чимин, ты мне нужен!—раздался голос снизу Хосока, который поднимается по лестнице.       Резко отстранившись назад делая глотки напитка из-за пересохшего горла, наблюдая как Чонгук протёр лицо руками, развернувшись на парня, который уже поднялся.       —Чем помочь?       Я не спешил вставать с кровати рассчитывая на продолжение, после ухода друга. Знаю, что если это произойдет я буду жалеть но лучше жалеть о том, что не упустил возможности, когда этого желаешь больше, чем кислорода в лёгких.       —Пошли, Тэхёну плохо. Переведя взгляд на Чонгука, увидел, что он улыбнулся.       —Я закончу, иди.       Вставая с кровати помчался вниз по лестнице к другу в ванной комнате. Я злюсь на то, что парень не контролирует себя во время употребления алкоголя но не слишком из-за того, что он всё таки мой лучший друг. Открыв двери вошёл внутрь видя как он сидит, перед унитазом извергая жидкость. Захлопывая за собой деревянную дверь, положил возле него бутылку воды, присаживаясь рядом на белую плитку, облокатившись головой на холодную стенку.       —Ты будешь тут торчать?—сделал передышку Тэ.       —Как я могу бросить друга, который молится на толчок.—протирая от усталости глаза.       Прикрыв веки на минуту, чтобы немного отдохнуть и перевести дыхание от произошедшего ранее сам не заметил как задремал под прекрасные звуки, которые уже привычны для меня от Тэхёна. Этот парень никак не научиться тому, что нельзя мешать алкоголь тем более понижать градус, продолжая заливать в себя всё подряд, будто верит в чудо, которое не в силах перевариться в его молодом организме. Резко раскрыв глаза осознавая, что отключился увидел Тэхёна, который облокотился на стенку так же само как и я задремав. —"Я ещё не спал на полу в своей ванной."—протираю шею, которая онемела.       Вставая с пола, решил не будить парня посчитав, что от силы поспал двадцать минут но выйдя из ванной увидел, что с окна светит рассвет и следа от друзей нету. По видимому они прибрались за собой разойдясь по домам. —"Может кто-то остался спать в моей спальне?"—протёр лоб, после чего проморгал пытаясь взбодриться. С надеждами поднялся не спеша наверх но никого не оказалось.       —Чонгук...—стало грустно от одной мысли, что парень так и не дождался меня.—Можно было как бы разбудить...—плюхнулся на кровать с закрытыми глазами.       Открыв веки увидел над собой повешенных на белой нитке журавликов, которые плавно двигаются из-за сквозняка с открытого окна. Голубоватый сделан аккуратно, а мой же из-за многочисленных попыток напоминает меня во время похмелья, такой же помятый, что с жалостью не взглянешь. Они будто в действительности летают, создавая атмосферу лёгкости и свободы, которой так сильно не хватает этому тихому домику. Вот ещё одна вещь, которая будет мне напоминать о Чонгуке. —"Так ароматно пахнет..."—учуял цветочный запах со стороны окна.       На подоконнике стоит в стеклянной вазе стебель "мальвы", не сложно догадаться, что единственный кто мог преподнести такой подарок, — это Чонгук. —"Так этого не хватало..."—растаял от таких приятных мелочей.—"Когда он только успевает?!" В глаза бросила записка под вазой. —"Опять он будет благодарить?"—робко улыбнулся привыкнув к тому, что он вечно просит "прощение" или говорит слова благодарности, вспомнив последнюю записку. Но записка оказалась не такой маленькой как на первый взгляд, скорее как письмо. Раскрыв увидел огромный текст, после чего решил присесть на кровать, вникая в предложения написанные его красивым почерком.

“ Чимин. В этом письме хочу рассказать тебе правду, ту самую которую не скажешь в глаза. С самого начала я питал к тебе огромное восхищение как к парню, который показал, что искусство может быть не скучным, даже по-особенному чарующим, только тебе удалось изменить моё стереотипно подростковое мнение. По ходу нашего общения я стал замечать за собой, что ты мне интересен, то есть изначально дело было только в твоём образе "мотылька" и причине ухода из балета, постепенно переростая к самому тебе, которой скрыт за маской вплоть до того, "почему ты не любишь авокадо?". Я обещал себе, что никогда не влюблюсь в тебя, но когда я был с тобой, мы слишком сильно смеялись осознав, что поддался. В этом случае я проиграл, ещё задолго до нашей встречи узнав, что ты влюблён в другого. Знаю, что в моём признание нет никакого смысла но мне хотелось, перед отъездом хоть в таком нелепом виде написать об этом. Сейчас, когда я сижу на твоей кровати и пишу, это светя фонариком телефона, вспоминаю мамины слова: "Ты полюбишь человека больше всей своей жизни. Но это не тот, с кем ты её проведёшь...". Мне жаль, что я скинул на тебя бремя и не переживай за меня. Как и обещал я не вернусь к веществам начав жизнь с самого начала в другой стране. Только у тебя получилось изменить меня, точнее я сам захотел измениться, чтобы быть лучшей версией для такого как ты и спасибо тебе за это.

Прощай... „

      —Чонгуки...—прошептал доставая с кармана телефон наберая его номер.—Возьми, возьми прошу!—поднялся на ватные ноги, шагая туда сюда в ожидании ответа сквозь нескончаемые затяжные гудки. —"Намджун, должен знать где он!"—с дрожью в руках нашёл его номер.       < Да, Чимин. >—сдержанно ответил старший.       —Где Чонгук, он рядом с тобой?!—протороторил быстро.              < А... Чонгук, по идеи... >—задумался.—< Он должен быть уже на вокзале. >       —Через сколько он отравляется на автобусе?!—спустился вниз бегом обуваясь.       < Через двадцать.... пять... примерно минут. >       —Почему он трубку не берёт?—вылетая за порог помчался в сторону вокзала.       < Не знаю, сейчас... он забыл его на диване между подушками. Стой ты бежишь к нему?! >—опешил услышав мои тяжёлые вздохи от быстрого бега.       —Да!—после чего отключил звонок, пробегая улицу держа телефон в руке.       Мысль, что ещё один человек, которого я люблю улетит в другую страну придаёт мне сил с новыми рывками ускоряясь. Время на часах шесть утра, людей нету, только машины изредка проезжают обгоняя меня. Каждую секунду просматривая время на телефоне по ходу бега, ловил себя на мысли, что успею; никогда прежде не мечтал о том, чтобы оно остановилось, а лучше отмоталось назад в тот период, когда мы сидели напротив друг друга и я смог бы признаться в своих чувствах, смог перебороть свой страх быть отверженным и тогда бы не мчался со всех ног к парню, который через пять минут уедет на автобусе в Париж, а после сядет на самолёт в неизвестном направлении. Как же я был глуп, что не прислушивался к Тэхёну, который открывал мне глаза на истину полностью разуверившись в самом себе и то, что способен любить и быть любимым в одно время. Виднеется вывеска "Вокзал" под ней стоит множество автобусов на парковачных местах, разных марок и цветов, какие-то уже отправляются в путь, какие-то стоят в ожидании своего времени. Переводя дыхание, посмотрел на часы телефона увидев, что прошло уже двадцать шесть минут и резко оторвался от земли подбегая к автобусам, которые гудят от мотора, проходя таблички с надписями городов.       —Париж... Париж... Париж...—проговариваю про себя, будто читаю молитву попутно отдышиваясь и хлюпая мокрыми кроссовками не раз натыкаясь во время бега на лужи, после вчерашнего дождя.       —Молодой человек, что-то ищете?—спросил водитель выглянув из-за салона.       Мужчина, старше сорока лет и с густыми усами, довольно дружелюбно поинтерисовался.       —Париж! Париж ищу!       —А он уже должен отправиться.—посмотрел назад, как я увидел чёрный автобус, точнее его заднюю сторону, которая выезжает с этого места в двадцати метрах от меня.       —Вот чёрт!—погнался в след за ним, как не заметил между машинами авто, которое как раз развернулось на меня успев притормозить, прямо у моих оцепеневших на месте ног.—Простите, простите!—испугавшись не произошедшего столкновения и так же не забыв о своей цели помчался дальше под крик водителя. Автобус, выехал на пустую дорогу ускоряясь, когда я со всех ног мчусь за ним.       —Чонгук! Чонгук!—запыхавшись уже не в силах бежать всё равно продолжаю.—Чонгук...—ватные ноги настолько болят, что не способны передвигаться замедляясь в скорости.       Смотря с полной безысходностью на машину, которая становиться всё меньше и меньше остановился, отдышиваясь. В глазах стало кружиться, ведь до этого мне не приходилось бежать столь выматывающий марафон на тошак.       —Чон Чонгук, ты не имеешь права уезжать, после того что мне написал!—крикнул в след надеясь, что до него дойдёт но это вряд-ли.       Так я и остался в полнейшем одиночестве стоять на пустой дороге, смотря в след уезжающему парню, который понятия не имеет, что его чувства взаимны. Ещё никогда я так не был сам на себя зол, за свою осторожность в проявлении чувств; почему я не могу быть как Тэхён, который может с лёгкостью послать или признаться в чувствах? Почему я не могу быть как Юнги, поставить для себя цель и добиться её? Почему Хосок, смог перебороть намного тяжелее сложившуюся ситуацию с "меткой", а я не могу признаться в своих чувствах, будто после этого меня публично казнят? Джин, сумел рискнуть и теперь живёт счастливой жизнью. Намджун, стал примерным старшим братом и его отношения с Чонгуком, наладились, чем я хуже? Тем что всё время распускаю нюни и только потеряв, что-то или кого-то начинают по истине ценить и жалеть. Так же было и с Юнги, возможно признайся я ему мог бы и раньше обратить внимание на Чонгука, который свалился мне на голову со своими историями о цветах, нездоровой любовью к холодному чаю с мятой, записками и письмам будто вернулся из восемнадцатого века и просто тем кто делает меня по особенному счастливым, придавая уют не только в доме но и в моём сердце.

***

      Придя домой, закрыл дверь на щеколду еле добравшись до дивана плюхнувшись как безжизненная кукла.       —Утренняя пробежка?—съязвил Тэ, выходя из кухни с двумя ароматными чашками кофе.       —Тэхён...—посмотрел на него с полными глазами слёз.—Он уехал...—дрожащей губой проронил я.       —Чимин...—положил он на столик кофе, присаживаясь рядом.—Кто уехал?—приобняв меня так, что я пал на его грудь зарываясь носиком в мягкий светлый свитер.       —Чонгук...—всхлипывая проронил.       Его имя отразилось эхом в моей груди создавая дичайшие боли, сжимая и разжимая лёгкие, которые не способны перевести дыхание не поспевая за бурей эмоций, которые выплёскиваются с каждой секундой всё больше и больше. Мне хотелось верить, что это всего лишь временная любовь, которая притупляется со временем как и с Юнги, но оказалось всё намного сложнее и тяжелее, будто к моей печали прибавили пару усилителей, разрывая на части. Прежде Тэхёну, не приходилось видеть меня в этом состоянии, даже я не мог предположить, что могу так взахлёб рыдать по кому-то так сильно, что вокруг глаз начнёт печь от частого вытирания солёных, горячих слёз. .