Ликвидатор

Иной мир Стоя на пороге дома охотника, Ливон отметил: степень неловкости каким-то необъяснимым способом смешанная с враждебностью, достигла всех возможных пределов, следующим шагом будет открытая агрессия. «Прошло меньше минуты, мы успели обменяться только дежурными приветствиями, а мне уже хочется уйти отсюда, а ему – закрыть за мной дверь. Хорошее начало, ничего не скажешь». Но, преодолев неприятные ощущения, лев спокойно произнёс: - Нам нужно поговорить. Кирк изогнул бровь, тень ироничной улыбки тронула губы, но упираться не имело смысла: чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат. Холодным взглядом оборотень пригласил Ливона в комнату, не сказав при этом ни слова. Лучшего способа заставить незваного гостя чувствовать себя нежелательным собеседником вряд ли можно было найти. Гостиная представляла собой шикарно обставленную комнату. Тёмно-коричневая мебель крупными пятнами разбросана по бежевому, ворсистому ковру – два кожаных кресла, диван с кучей мелких подушек, изящный журнальный столик и тумба, на которой идеально ровными стопками покоились какие-то бумаги. Одну из стен занимала TV-панель, на другой - прибиты открытые полки, на которых стояли фотографии. Окно - от пола до потолка - пропускало солнечный свет, не ограничивая его шторами, таковые просто отсутствовали. Обстановка никак не соответствовала представлению о хозяине. «Но я мало знаю его», - мысленно поправил себя Ливон и, не дожидаясь приглашения, сел в кресло, расположенное ближе к окну. С таким, как Кирк, не стоило ходить вокруг да около, нужно сразу приступать к делу, иначе увеличивается вероятность быстро разозлить хозяина дома, ничего не добившись. - Мне жаль твоего брата, прими искренние соболезнования, - пауза длилась всего пару секунд, - но я пришёл не за этим – нужна твоя помощь. - Если хочешь нанять меня, то лучше поищи другого охотника за головами, - констатация факта, не содержащая ни одной эмоции. Ливон удивлённо посмотрел на мужчину и не в силах противиться соблазну, спросил: - Почему? - Я не обязан ничего объяснять, - резко выдал Кирк, затем чуть смягчившись, добавил, не меняя интонации, - не принимай на свой счёт, но я не хочу иметь никаких дел с кошками. - Но ты сам из семейства кошачьих. Льву показалось, что глаза пумы чуть потемнели, более ничего не выдало чувств. - И что это меняет? Мне чужды отношения, вытекающие из родственных связей и кровных уз. Логические обоснования не помогут, нужно действовать интуитивно. Ливон пытался уловить в голосе оборотня эмоциональный оттенок, за который можно зацепиться и выстроить схему дальнейшего разговора, но равнодушие тщательно скрывало суть. Лев тяжело вздохнул, предчувствуя провал, но отступление не в его правилах. - Я здесь не за этим... Я пришёл просить, чтобы ты возглавил стаю твоего брата, - слова прозвучали быстро, неприятным осадком опустившись на сердце охотника. Кривая ухмылка скривила губы Кирка, он хмыкнул собственным мыслям, но вслух произнёс: - Это как же хреново у тебя обстоят дела, если пришлось опуститься до такого, - во фразе прозвучала горькая, но объективная оценка всех участников сторон. Ливон поразился проницательности пумы, уверенность в правильности выбора подтвердилась, но легче от этого не стало. Между тем брюнет продолжал: - Зачем ты пришёл, твёрдо зная, что я буду против? Юлить и уворачиваться не имело смысла: - Зло подобралось слишком близко, меня тревожит судьба стаи, и я продолжаю верить в чудеса. Вновь необъяснимый смешок со стороны оборотня. - Но в них не верю я… А что касается зла, то перед тобой яркий его представитель, - слова звучали, как аксиома. - Думаю, разговор окончен: я не согласен, и тебе пора. Кирк поднялся с кресла, тем самым подчёркивая свои намерения. Ливон медленно встал, ища зацепку. Ему не хватало самой малости: взгляда, жеста, вещи, факта, чтобы лучше понять человека, сидящего перед ним, понять и начать действовать. Мужчина бросил взгляд на фотографии, расставленные на полках. - Можно узнать, кто они? - Все те, кого я поймал и отдал в руки правосудия, но есть и те, кого просто поймал… Внезапно всё встало на свои места, шестым чувством лев ощутил, кто перед ним и что он испытывает. Интуиция стала логикой. В который раз правильный выбор поразил очевидностью. - Они здесь, как живое напоминание такому страшному чувству, как месть. Так? Тень удивления на доли секунды промелькнула в чёрных глазах, но этого было достаточно. «Ты молод и горяч, тебя ещё можно зацепить, несмотря на всю боль и опыт прошлого», - сделал вывод Ливон, не сводя проницательного взгляда с брата Демьяна. - Как думаешь, почему я пришёл именно к тебе? - Мне это не интересно, - равнодушно произнёс Кирк, лениво облокотившись о дверной косяк. «Хорошо, упрямец, я всё равно тебя задену», - мысленно решил Ливон. - На роль вожака есть достойные кандидаты, и они смогут, но мне этого мало, - в глазах охотника промелькнула искра интереса, лев продолжал, - я хочу, чтобы не просто могли, а сделали это частью себя, вросли плотью, слились кровью и отдались разумом. Мне нужен тот, кто способен именно на это. И Демьян был таким. Кирк пустым взглядом уставился в окно. - Но я – нет. Лев воинственно посмотрел на пуму: - Лжёшь. Всполох злости в глубине чёрных глаз обжёг Ливона, быстро сменившись отчуждённым смирением. - Ты не знаешь меня. Ты не знаешь, каким я был, каким стал. Чем жил, что отпустил, а что не смог, – спокойный тон, но почему каждое слово напоминало рык. – И зачем мне лгать тебе? - Чтобы отгородить себя от возможной боли. Дело не в кошках, дело в том, кто ты и кем для тебя был Демьян. Ты до сих пор казнишь себя. Ты отдалился от людей потому, что так проще нести бремя, но так ты не отпустишь никогда. Я не знаю подробностей прошлого, но одно знаю точно – он простил… простил давно. Чёрные глаза застыли, не выражая эмоций. В эту минуту Кирк был как никогда близок к своей звериной сущности. - Ты тоже делаешь это. Ливон удивлённо уставился на оборотня, молча требуя объяснений. Охотник не заставил себя долго ждать: - Мари… или я не прав? Лев явно недооценил брата Демьяна. В одну секунду разговор потерял смысл, но это не было провалом. Мужчина посмотрел на оборотня с печалью. - Ты мастерски умеешь причинять боль, как и Моран. При упоминании ликвидатора Ливон ощутил, как изменился вектор силы. - В нашем мире происходит что-то очень плохое. Я думаю, новый враг, умный, сильный, опасный и безжалостный, стремится уничтожить всё то, что создавалось веками, стремится изменить уклад нашей жизни. И я уверен, он причастен к смерти Демьяна. Лев наблюдал за реакцией собеседника, на лице охотника не дрогнул ни один мускул, Ливон горько улыбнулся. - Согласившись, ты мог помочь не только нам, но и себе, сохранив самое дорогое, что было у твоего брата – его стаю... И ещё я надеялся - ты станешь первым, кто захочет отомстить за его смерть. Но, похоже, я ошибся, слишком доверившись мнению Демьяна, - вызов брошен, вопросы остались без ответов, теперь всё решит время. Ливон покинул дом охотника, не попрощавшись. ************* Земля Берк не мог уснуть, ворочаясь в постели с боку на бок. Наконец, ему это надоело, ликвидатор накинул халат и вышел на террасу. Холодный воздух взбодрил тело, но течение мыслей изменить не удалось. Память, не обращая внимания на старания хозяина, возвращала к сцене на кладбище, неся с собой болезненные ощущения. Моран закрыл глаза. Фарион была живой, слишком живой по сравнению с остальными. Она проникала в его мысли, в его чувства, каким-то странным образом найдя брешь в многовековой броне. Перед глазами Берка возник детальный образ Джули, усердно вытирающей слёзы и извиняющейся за срыв. А затем она с надеждой посмотрела на него, коснулась руки и тихо произнесла: - Пожалуйста, пойди к Сейме. Ты нужен ей. Я не смогла помочь, Иван тоже, остался ты. Она послушает, иногда мне кажется, она ждёт именно тебя. Берк устало потёр лоб. В этом вся Фарион: сначала рыдает у тебя на груди, ты утешаешь, надеясь на разговор, который прольёт маленький луч света на ситуацию, но она ловко переводит стрелки и, не дождавшись твоей реакции, ускользает.