Lovesick.

— Ты ведь знаешь.. — шатен тяжело вздохнул, зарываясь ладонью в уже чуть отросшие волосы. Девушка напротив слушала, то и дело поправляя очки на глазах, или же щёлкая ручкой по блокноту. — Что я ничего не могу с собой поделать. Твои эти сеансы не помогают, и ты это знаешь. Ты просто выкачиваешь из меня деньги, Лура. Психиатр наконец-то вникла в разговор, поднимая взгляд на постоянного посетителя её кабинета. Конечно, она ему не помогает. Никто не помог. А если и пытался.. его находили либо с пулей во лбу, либо по частям разобранным в мусорных мешках. Человек перед ней просто не хотел принимать тот факт, что он взаправду сумасшедший. — Если я сделаю что-то не так, то погибну. Смысл мне тогда напрягаться, Митчелл? То, что Онисим тебя сюда привёл, совсем не означает, что я помогу тебе. Ему тоже лучше не становится. Я — херовый психиатр, признаю. — пальцы коснулись оправы очков, чтобы и вовсе снять их, положив на стол. — А ты — мать его преступник. — Этого я не отрицаю, но я не сумасшедший! — он буквально вскочил с кресла, нависая коршуном над бедной девушкой, что вжалась в кресло. Он сейчас убьёт её?. Да. Она в этом буквально уверена, пока он не отступает, кидая на кофейный столик конверт с деньгами. — В понедельник, как обычно, в четыре. — Зелёные глаза пронизывают Луру, пока не скрываются за дверью. Она выдыхает, дрожащими руками закрывая лицо руками. «Во что только я ввязалась?». В пучину, из которой выход только в мир Иной — сам дополняет разум. Тяжёлые шаги стучат по ламинату, старший сын Митчеллов скалится, хрустя пальцами (дурная привычка). — Я не могу себе никак помочь.. Не могу помочь себе.. — чуть ли не виноватым тоном шепчет Сэмюэль, а в голове эхом разносится голос демона, что сделал его таким. — Просто признай, Сэм, ты безумен. — ехидно, чуть ли не посмеиваясь шипит белоглазый. — Не я в этом виновен, а ОН. Я пытался, но у меня не очень-то получилось. — бросает в пустоту, покидая здания. Последний учебный год слишком хорош и плох одновременно, странно однако. Ещё и Фог надоедает.. ——— Двумя днями ранее. ——— — Ты опять днями пропадаешь не пойми где, Сэм! Я же волнуюсь, твои сёстры волнуются, Онисим в конце концов! Тебя никто не мог найти.. — устало выдохнул Фоглет, протягивая любимому стакан горячего крепкого кофе. Они хоть и пара, да та, которой бы все завидовали.. Сэм лишь делал вид, что он его парень. Так нужно было, сделать вид, что они — примерная пара счастливой, в будущем, семьи. Роли свои играли хорошо, но.. омега заигрался, по-настоящему влюбившись. Идиот. — У меня уже который день из-за этого бессонница.. Ракьят, вообще-то волнуется тоже! — Я знаю, я целыми днями где-то пропадаю, и из-за этого ты не можешь спать. Я в курсе. — недовольно пробурчал, глотнув обжигающего горло напитка. — А был я у Кроу с Мией, ясно? Да и про Рака я знаю, из-за него я и вернулся. — при упоминании имени Рака глаза Сэма как-то по особенному заблестели, уголки губ поднялись, даже щёки зарумянились. — — Ты начинаешь меня раздражать. — прорычал Фоглет, смотря на подонка снизу вверх. Он слишком многое о себе возомнил. — А что ты мне сделаешь? — с действительно заинтересованным лицом спросил шатен, стуча указательным пальцем по стенкам кружки. — Ничего? После этой фразы его брат как с цепи сорвался. Кружка с кофе была выбита из рук альфы прямо ему на грудную клетку. При воспоминании того дня грудная клетка резко запекла. Следы от ожогов до сих пор регинерируется. «Я чуть всё не сломал, перегнув палку.» Ему повезло, что Фоглет его полюбил, иначе бы его сдали полиции.. омега ведь тоже В КУРСЕ о ТОМ, ЧТО сделал старший Митчелл. ——— «Начало учёбы. Неделя только началась, а я уже пришёл к нему домой. Осенняя ночь приятно тихая. Ни ветра, ни шелеста листьев. Дома тихо, свет погашен. Лучше времени не нашлось бы, иначе меня бы просто выгнали.. И к чертям, что то, что я делаю — противозаконно. — Маленький дурачок.. — с улыбкой, как у влюблённого идиота, Сэмюэль поставил одну ногу на фундамент, выступающий из-за обычной стены, руки схватились за подоконник — Нужно ведь было закрывать окно. Буквально минута — и я уже ногами стою на полу, без обуви, естественно. Я же не хочу, чтобы меня заметили. Я вижу его и, Боже, сердце стучит как бешеное. Ракьят такой красивый, когда спит.. Каждую ночь так охраняю его сон. Забавно, ведь меня ни разу ещё не поймали. Сажусь на край кровати, жар прилил к лицу. Ещё бы ближе.. Но я не могу, иначе проснётся. А жаль.. Даже жаль, что ты никогда меня не поймаешь. А я ведь столько работы проделал. Убирал подальше от тебя весь мусор в виде альф, что тянули к тебе свои грязные руки или же кидали похотливые взгляды. Животные. К счастью, их нет больше. Был ещё случай, когда тебя смел фотографировать кто-то вроде меня, отвратительно. Фотографии я перекинул себе, а телефон, с которого снимали, разбил. Знал бы ты, Ракьят, как много твоих фотографий на стенах моей комнаты.. Ты недавно так дружелюбно со мной общался и даже не подозревал о том, насколько сильно я влюблён в тебя, насколько хочу тебя. Даже не заметил, как лёг рядом. Ты безмятежно и крепко спишь.. прекрасен даже во сне. Я слишком одержим тобой. Я немного ревнив, немного эгоистичен. Но, ты ведь знаешь, что всё в порядке, правда?» Последний штрих ручки. Сэм прижал к себе свой дневник, вдыхая запах одеколона гаммы. Да, этот идиот специально взял одеколон Ракьята и пикал на страницы. Он псих, но никогда не признает этого. Он просто влюблён — вот его оправдание. Зеленоглазый смотрит на фотографии возлюбленного на стене. Дыхание неестественно участилось, Он, пожалуй, правда безумен. От любви. Он ЗАВИСИМ, и без Рака, без его голоса, красивых глаз, без прикосновений к нему, без стражи его сна.. Он умрёт. «Я просто не в себе.» ——— — Почему вы вдруг меня увольняете?! — сегодня в кафе горничных очень шумно. Ракьята увольняют, буквально без причины. Шум привлекает внимания полицейского-омеги, что сидит за одним из столиков, но виду тот не подаёт. Мэттью проблем не нужно.. Он и так лишь практикант, так что наблюдает, не вмешиваясь. — Ты слишком долго не приходил. Разговор окончен, можешь уходить, решение уже окончательное. — продолжает директор, протягивая Раку последнюю зарплату и пакет с формой. — Я ведь писал, что присутствовать не смогу! Вам в смс должно было прийти от меня сообщение! Вы проверяли почту? — всё также рыча, кричит на директора, еле сдерживаясь, чтобы не швырнуть или не пнуть что-нибудь. — Сообщение? Ничего подобного не было. — в свободной руке волшебным образом оказывается телефон, в который мужчина тычет пальцем, прежде чем ткнуть экраном прямо в лицо недавно работающего тут омеги. — Вот, как видите, ничего нет. — Что.. — нужно было сейчас видеть это растерянное лицо. Он действительно в шоке. Как это так? Он ведь точно писал.. — Но я.. — До свидания. Хорошая рабочая смена. Уволенный с работы Ракьят стеклянными глазами смотрит в пустоту, дрожащими руками сжимая ручки пакета. Хочется расплакаться. Рядом, как всегда, оказывается Сэм. — Я ведь говорил, что он плохой человек.. — принимает омегу к себе в объятия, поглаживая любимого по спине. Он действительно рад, что может успокоить парня. Взгляд переходит на витрину, за которой директор пересчитывает деньги. Деньги, что Митчелл лично вручил ему в руки пару часов назад. Гадкая улыбка расплывается по лицу. «Мне правда доставляет удовольствие то, как ты пытаешься что-то построить, но я это разрушаю.» ——— — Ты где подраться успел?! — с долей укора и беспокойства спрашивает Рак, глядя на израненного после, очевидно, драки, Сэма. — Я сейчас сбегаю за аптечкой, прошу, подожди! — бросает напоследок Ракьят, тихо покрывая матом придурка за его спиной. Спирт обжигает раны, альфа шипит от боли, омега вздыхает, снова читая первому нотации. Но, что приятно, предмет обожания больного на голову ублюдка действительно о нём волнуется и заботится. Боится за него. Сэму нравится это. Он специально провоцирует Онисима, ищет новых ударов, а затем идёт к любимому. Митчелл любит пугать Рака, только ради того, чтобы увидеть, как этот же человек заботится о нём. ——— «Я никогда не уйду». Это были последние слова Сэма, которые Рак услышал, прежде чем воткнуть тому нож в рёбра и рвануть куда глаза глядят. Он бежит в городском парке, в одной пижаме, ночью, петляя меж деревьев и боясь обернуться. «Этот Митчелл — больной ублюдок!! Не связывайся с ним!» — кричал тогда Лак — «Давай заберём от него Кэр и уедем, прошу». Как же он жалеет, что не послушал тогда. Лак не был параноиком, он хотел уберечь брата и дорогого ему человека. Сэм и вправду оказался больным на голову. Он буквально выкрал Рака, держал в свободной от отца квартире более суток, нёс бредни про любовь. Гамме никогда не было так страшно. Сердце колотится прямо в ушах, он прячется в кустах. Уверен, недоманьяк бежал за ним. И оказался прав, рядом послышались шаги. — Играть с демоном в прятки? Умно, дорогой, очень умно. — тяжело дыша хрипит альфа, он явно еле держится на ногах. Рана сильно кровоточит. — Я знаю, ты тоже играешь в игры, но.. — резкое затишье. Не успевает парень выходнуть, как его за лодыжку вытягивают из кустов, прижимая к мокрой от недавнего дождя земле. Он не выдерживает и всхлипывает. Затем ещё и ещё. Нет, рыдает навзрыд. Ему страшно. Он хочет домой, но больше никогда туда не попадёт. — Ты продолжаешь в них проигрывать, а я в них хорош. — губы смыкаются на лбу нижнего, взгляд шатена смягчается. — Даже слишком хорош. ——— Пришлось ампутировать ему ногу, но я ничего не мог поделать, он слишком часто пытался сбежать. Сейчас он спит, а я здесь. В больничной палате, где находится мой отец. На самом деле, я его почти не знаю, ведь рос с мамой. Она отсудила меня у папы.. Но, я и рад. Неужто.. Томас мне безразличен? Совсем-совсем? Но он мой родной отец, это ведь неправильно. Но мне всё равно. Может быть, поэтому, я отключил его от аппаратов только что?. — Прости, отец.