Викторион

На следующий день, когда Виктор упражнялся с Элландрией на клинках, снова и снова парировал серию ударов ― рубящий, колющий, рубящий ― к ним явился Данриель. ― Элландрия, Виктор, ― поприветствовал он. ― Простите, что прерываю, но я по делу. Может ли человек мне помочь? ― Так же, как в прошлый раз, да? ― уточнила Элландрия. ― То есть, как это называется…никак! Весь город ведь слышал, как сильно ты помог самому себе убить ведьму. Ты все сделал сам. Ты ― герой. Данриель то ли действительно удивился, то ли попытался удивление изобразить. ― А я-то думал, вы мне благодарны, ― сказал он. ― Если бы я тогда рассказал правду, у вас бы сейчас отбоя не было от эльфов, жаждущих воспользоваться твоим человеком. Но раз так… Дело ваше. Только запомните, что бы не случилось, даже не пытайтесь просить о помощи меня! Данриель круто развернулся и ушел. ― Вообще-то, ― сказал Виктор, ― я был бы не прочь ему помочь. Честно. Но уже, видимо, поздно. ― Да, ― бросила эльфийка, ― уже поздно! ― Элландрия… ― замялся Виктор. ― Я бы, как тебе сказать… ― Говори, как есть. Не мямли. ― Я бы хотел посмотреть на драконью гору. Побывать в городе Арлендэле, я столько о нем слышал. Мы можем отправиться туда? Элландрия задумчиво поглядела на лезвие меча. Наступила неловкая пауза. ― Так мы можем? ― робко повторил вопрос Виктор. ― Можем отправиться в Арлендэль? ― Да, ― отозвалась она. ― Почему бы и нет. Отправимся сегодня же. ― Сегодня же? ― Он, признаться, на согласие-то толком не рассчитывал. Просто решил испытать удачу. А тут и да, и сегодня же. ― Ты что-то имеешь против? ― Нет. Конечно, нет! ― Вот и отлично, ― заключила Элландрия. ― До города идти четыре дня. Приготовь себе самое необходимое, и выходим. До Арлендэля ведет безопасная тропа, поэтому особо не жди приключений. Виктор закивал, не согласный с ее последним утверждением. Быть может, они не встретят по дороге ведьм и не попадут в корни растений, но они отправятся к драконьей горе, а это ― самое что ни есть приключение! Вскоре эльфийка и человек отправились в путь. Пейзаж постоянно сменялся и не переставал удивлять Виктора. Усеянные вереском возвышенности, густо заросшие сорняком, крапивой, полынью и папоротником лощины, хвойные плоскогорья. Один раз Виктору и Элландрии пришлось идти по лабиринту из толстых веток, перепрыгивая с одной на другую. Также им по дороге встретился лес, состоящий из крупных, ростом с эльфийку, грибов и цветов. Виктор уже думал, что впечатлиться сильнее просто невозможно, но потом он увидел Арлендэль ― город неописуемой красоты, а рядом с ним драконью гору и понял, как был не прав. На свету гора переливалась всеми цветами радуги и поблескивала, точно самый огромный на свете драгоценный камень. Стволы всех деревьев в городе были белого цвета со светло-желтыми листьями. Архитектура Арлендэля в корне отличалась от Каталлона. Скажи кто Виктору, что оба города построили эльфы, ― он не поверил бы. Если в Каталлоне при строительстве в первую очередь полагались на простоту форм и удобство, то здесь, в Арлендэле, во главу угла ставились роскошь и изощренность. Эльфы клана Лексгрин носили длинные золотистые, сливавшиеся с пейзажем волосы и удивительно походили друг на друга. Встретил гостей Диалан и сопроводил их до массивного дерева. Внутри все стены были в изящных, замысловатых орнаментах. Часть смыслов, вложенных эльфами в узоры, Виктор приблизительно уловил, часть ― осталась для него совершенной загадкой. Мебели в помещениях было много, из белого дерева с изящной резьбой. Виктору и Элландрии выделили по отдельной комнате с гардеробом. Диалан дал гостям переодеться с дороги и пригласил к себе домой, чтобы познакомить с семьей. Виктор не придал большого значения наряду. Выбрал первый попавшийся под руку кафтан из белой ткани с позолоченными манжетами и сапоги из мягкой коричневой кожи. Он застегивал последнюю пуговицу кафтана, когда зашла Элландрия. В золотистом платье, подчеркивающем ее фигуру, с расшитой бриллиантами диадемой на голове. Виктор ахнул. ― Что случилось? ― нахмурилась Элландрия. ― Я перемудрила с нарядом, да? Как знала, что стоит выбрать голубое… ― Нет, все хорошо, ― успокоил ее он. ― Просто… ты такая красивая. Никогда не видел тебя в платье. ― Спасибо. ― Губы Элландрия растянулись в полуулыбке. ― В платьях я чувствую себя неуютно. Но в Арлендэле, кто бы ни придумал эти правила, принято переодеваться. ― Мой кафтан вроде тоже ничего, но как по мне великоват. Неужели среди эльфов нет… ― он хотел сказать «коротышей», но передумал, ― …невысоких? ― Почему же, есть. Дети. Оба стояли перед огромным, на всю стену, зеркалом. ― Не трогай, ― предупредила Элландрия, заметив, что Виктор потянул к ней руки. ― Хорошо, ― сказал он. ― Я просто хотел поправить тебе сзади волосы. Они, это, слегка растрепались… ― А. ― Эльфийка поджала губы. ― Прости, я так груба с тобой. ― Справедливо груба. ― Не всегда справедливо, ― возразила она и добавила робко: ― Поправь мне прическу, пожалуйста. Виктор аккуратно прикоснулся к ее волосам ― таким мягким и шелковистыми ― и пальцами, как гребешком, выпрямил. ― Теперь идеально, ― улыбнулся он. ― А могу я поправить твою прическу? ― Мм… мою? ― На мгновение он смутился, затем кивнул. ― Да. Элландрия стала убирать его волосы со лба. ― Посмотри, ― сказала она, ― тебе идет, когда волосы зачесаны назад, но у тебя они еще слишком короткие… ― Эльфа из меня сделать хочешь? ― Мне не нравится, что они торчат у тебя во все стороны, ― объяснила Элландрия. ― Выглядит ужасно неряшливо. Если ничего не сделать, с таким тобой просто стыдно появляться! Не двигайся. Эльфийка открыла шкаф и достала оттуда диадему. Снова пригладила человеку волосы и водрузила украшение на голову. ― Вот так уже лучше. ― Ты шутишь? ― не поверил Виктор. ― Да я выгляжу нелепо! ― Ничего не нелепо. Хуже чем было, быть не может. Пошли!