Гиацинт

Они познакомились, когда были совсем детьми. Их мамы разговорились на детской площадке и уже через неделю семьи встретились на совместном ужине. Мальчики сразу нашли общий язык и казалось, что никогда в жизни не ругались. Делились игрушками и заначками сладкого, прикрывали друг друга перед родителями, часто устраивали совместные ночевки, а потом как-то внезапно и полюбили. Сынмину было 13, когда Хенджин смело подошел и оставил мокрый поцелуй на щеке; а потом также отважно предложил встречаться, от чего младший покраснел, но отказывать не стал. Хенджину было 15, когда Сынмин впервые согласился на более взрослые поцелуи. Они сидели в комнате старшего и смотрели «Маугли», когда Ким неуверенно подвинулся ближе и предложил парню сделать еще один шаг в отношениях. Сынмину было 18, когда Хенджин красиво подготовил спальню, чтобы их первый секс прошел в приятной атмосфере. Оба готовились к этому целый месяц, чтобы все было идеально и ничего им не помешало. Они ждали этого момента так долго, что всю ночь не могли оторваться друг от друга. Хенджину было 20, когда Сынмин предложил им съехаться, ведь взрослая жизнь почти наступила, пора выбираться из родительского гнезда. Они долго подбирали квартиру, чтобы это никак не мешало их учебе. Они знакомы целую вечность. Их отношения всегда были примером для подражания, но...Когда каждый день такой же, как предыдущий, та самая искра, которая загорается в сердца в самом начале…совсем гаснет. Но была ли эта искра изначально? Настоящая ли это любовь? Сынмин смотрит на часы и нервно грызет кончик карандаша. Мысли совсем спутались, а от непонятных чувств хотелось хныкать. Его смена уже закончилась, но он продолжал сидеть в магазине. Слова некого Ян Чонина въелись в голову. Неужели правда приедет? В самом деле хочет просто подружиться? Да и кто он вообще такой? Чэрен выходит из кладовки и от испуга подпрыгивает на месте. — Ты чего еще тут? — девушка проверяет кассу, записывая что-то в тетрадь. — Я боюсь, — Сынмин смотрит на открытую переписку со своим парнем и неуверенно набирает смс. — Чего ты боишься? Идти домой? — Чэрен смотрит на улицу. — Там же еще светло. — Да нет, я... — Епти мать, глянь туда. Что за красавчик, — девушка тихо пищит в кулак, замечая у магазина высокого парня. — Это, кажется, за мной, — Ким вздыхает и нажимает «отправить». — Я тебе завтра все расскажу. Напарница смотрит, подозрительно сощурив глаза. Парень виновато улыбается, спеша на выход. На улице легкий морозец из-за дождливых дней и прохладный ветерок норовит забраться под одежду, чтобы полностью окутать. Сынмин останавливается рядом с парнем, сжимая лямку портфеля в руке. Тот смотрит изучающе, широко улыбаясь. Сердце екает и ноги окончательно врастают в асфальт. Щеки краснеют и ответная улыбка вырастает на губах. Оба неловко хихикают. — Выглядишь мило, цветочный мальчик, — Чонин открывает для парня дверь, помогая залезть в машину. — Вы можете звать меня по имени, а то прозвище звучит слишком сладко, — младший носик жмурит, от чего у Яна смех вылетает. Усаживаясь за руль, старший заводит машину, выезжая на трассу. За окном магазины мелькают так быстро, что Сынмин не может уловить хоть одно название. — Я надеюсь, ты не против, если мы немного изменим свой курс? — Чонин включает музыку, делая ее еле слышимой. — О чем вы? — повернув голову к старшему, парень скользит по венозным рукам, затаив дыхание. — Да вот подумал, что после трудового дня тебе бы захотелось в отдаленное от людей место, — Ян улыбается, следя за дорогой. — Хотите отвезти меня в лес и убить? — Сынмин улыбается широко, как только слышит смех парня. — Ты нравишься мне живым куда больше, чем мертвым. Просто посидим у моря. — У меня все еще есть парень и это не свидание. — Как скажешь, цветочный мальчик, — Чонин поворачивает голову, подмигивая. У моря оказывается слишком прохладно для летнего времени года. Пара постелила плед недалеко от воды и Сынмин принялся вытаскивать еду из большой корзины, пока старший убежал до машины. Почувствовав холодный предмет на своем лице, Ким пугается, отодвигаясь в сторону. Чонин посмеивается, крутя бутылку вина в руке. — Вы же за рулем, — парень снимает обувь, усаживаясь в позе лотоса. — Не бойся, я выпью всего немного, — усаживаясь рядом, Ян закидывает пару виноградинок в рот, разбираясь с пробкой. — И можешь говорить со мной неформально. Сынмин кивает, наблюдая за парнем. Легкий ветер обдувал лицо и нос улавливал запах костра. На душе было так легко, что хотелось петь и долго смеяться. Давно младший не ощущал такого спокойствия, как и давно не заводил новых знакомств. Расправившись с бутылкой, парень разлил вино по бокалам, протягивая один Киму. — За знакомство? — кажется, улыбка совсем не сходила с красивого лица. — За знакомство. За разговорами проходит вечность, но оба готовы проболтать еще столько же. Младший давно допил бутылку вина, в то время как Ян позволил себе лишь один бокал. Парни уже лежали на спине, рассматривая звезды на небе. Вся былая неловкость сошла на нет, а Сынмин продолжал слушать истории из детства старшего. Повернув голову, Ким стал рассматривать профиль парня. Его губы продолжали двигаться, а глаза были похожи на полумесяц, когда тот смеялся. Чонин больше не казался таким пугающим, а неудачная шутка при первой встрече уже не оставляла таких сильных ощущений в памяти младшего. — Это очень плохо, если я хочу тебя поцеловать? — кажется, мозг совсем отключается из-за алкоголя, ибо слова вылетают быстрее, чем можно подумать о последствиях. Старший поворачивает голову, внимательно рассматривая парня. Легкий смешок вылетает изо рта и Ян нависает сверху, облокачиваясь на одну руку, а второй поглаживая мягкую щеку. — Нет, это очень хорошо, — опустившись ниже и прошептав в самые губы, — Потому что я хочу поцеловать тебя очень давно. Сынмин опускает ладони на шею старшего, притягивая к себе. От холодных пальчиков мурашки пробираются под самый череп, а винные губы дурманят разум. Разомкнув губы, Чонин запускает свой язык в рот младшего, обводя верхний ряд зубов и щекоча нёбо. Прогнувшись в спине, младший невольно стонет, а потом от испуга раскрывает глаза. — Постой… — Ким слегка отдергивает парня, продолжая испугано хлопать глазами. — Что такое, цветочек? — погладив младшего по волосам, Чонин смотрит обеспокоено. — Я же сейчас…о боже, — приняв сидячее положение, Сынмин опускает голову на колени, вцепившись в свои волосы руками. — Так нельзя, это чертова измена. — Эй, посмотри на меня, — придвинувшись ближе, старший устраивается на коленях рядом с Кимом. — Ну же, взгляни на меня, Сынмин. В глазах щиплет больно и горячие слезы скатываются по щекам. Гул в ушах давит на виски, а ком в горле почти выворачивает всю еду наружу. Парень поднимает глаза, сжав губы в тонкую полоску, чтобы не зарыдать в голос. — Тебе понравился вечер? — Чонин старается не дышать, обхватывая ладонями щеки парня и стирая слезы. Кивок. — Тебе понравилось общаться со мной? Кивок. — Ты чувствовал себе хорошо, пока целовался со мной? Кивок. — Скажи мне, цветочный мальчик… — оставив чмок на лбу младшего, Ян слегка улыбается. — Ты тоже почувствовал это, когда мы только встретились? Кивок. — А ты чувствовал такое когда-нибудь со своим парнем? Сынмину хотелось сразу же громко возразить на такой глупый вопрос, но его глаза расширились, когда осознание опустилась на плечи. Сейчас все прошлые годы казались такими бессмысленными. Мысль о потраченном времени басила в голове, не дав возможности нормально проанализировать ситуацию. Взгляд потух и то самое люблю вдруг оказалось таким…пустым. — Цветочный мальчик, я дам тебе время подумать над этим. А сейчас поднимайся, я отвезу тебя домой. В квартиру идти совсем не хотелось. Чонин давно уехал домой, позволяя младшему подумать обо всем на свежем воздухе. Алкоголь давно выветрился, а дыра в сердце стала еще больше. Подняв голову вверх, Ким замечает, что в их окне горит свет, значит старший еще не спит. Похлопав себя по лицу, Сынмин решается наконец зайти в подъезд, ведь его «я немного задержусь на работе» затянулось. Всё происходит слишком быстро. Лифта ждать не приходится. Дверь поддается с первого раза. Старший появляется в прихожей моментально. И сердце стучит как не в себе. — Почему так долго? — облокотившись о стену, Хенджин наблюдал за тем, как младший развязывает кроссовки. — Да там проблемы возникли, помотали знатно, — разобравшись с обувью, Ким встает ровно, одаривая парня фирменной улыбкой. — Ты пьян? — Хван подходит ближе, держа руки в замке. — Нам сегодня заносили вино на дегустацию. Жена одного из наших поставщиков решила открыть винный магазин, надо будет купить бутылочку, — чмокнув парня в губы, Ким обходит его, шлепнув по попе. — Что у нас на ужин? — А к кому ты садился в машину? Сынмин тормозит слишком резко, как и его сердце. Глаза бегают по полу, а слюна становится слишком вязкой. Парень разворачивается, склонив голову. — Ты приходил сегодня? — К кому ты садился в машину, Ким Сынмин? — Хенджин смотрит тяжелым взглядом, от чего горло иссыхает. — Хозяйка не успела проверить новых поставщиков, поэтому попросила меня после смены съездить к ним и всё глянуть, — вскинув брови, младший для убеждения натягивает игривую улыбку и с прищуром смотрит. — Неужели ревнуешь? Хван поначалу взгляда не меняет, а потом глаза закатывает и уходит на кухню под громкое «больно надо». Тяжело вздохнув, Сынмин проводит рукой по волосам, пытаясь успокоить сердце. От внезапной смс парень пугается, но заглянув в телефон, улыбка сама собой появляется, а тепло проникает в самые кончики пальцев. Неизвестный: «Спасибо за вечер, цветочный мальчик».