Потерявши голову, по волосам не плачут

      Тэхён крутил на безымянном пальце золотое кольцо, задумчиво уставившись себе в чашку. С того дня все пошло не так, как должно было. Он это почувствовал уже тогда, сидя около кушетки и наблюдая, как дежурный врач обрабатывал руку Сонхи. Следил за выражением лица женщины, и его охватывало какое-то гадкое ощущение, имя которому он не мог тогда дать. Долгие два месяца Тэхён сам себе не хотел признаваться насколько плохо ему было внутри с момента, как Хэми исчезла из его жизни. Потому что он сам принял такое решение, а значит совершенно точно не должен быть подавлен или удручен.       Поначалу ее отсутствие никак на нем не сказывалось. Он довольно спокойно и почти безразлично принял этот факт. Тэхён перестал приходить с работы раньше и стал еще больше внимания уделять своей девушке, как и планировал. Он заботился о женщине, отвозил в больницу на перевязки, буквально кормил с ложечки и укрывал одеялом по ночам. Однако Тэхён никак не мог понять, почему все эти вещи не делали его жизнь радостнее, хотя и должны были, в его понимании.       Сонха не могла работать рукой некоторое время и потому взяла на работе больничный, а вынужденный постоянно приезжать к ней домой Тэхён, в итоге, предложил переехать к нему жить насовсем. Сонха без раздумий согласилась, однако поставила свое условие. Она хотела, чтобы Ёнтан прошел обучение у кинолога и какое-то время пожил в другом месте. Она объяснила это страхом и стрессом, чему Тэхён охотно поверил и принял безропотно, радуясь, что женщина не порвала отношения с ним из-за случившегося. К тому же с агрессией собаки нужно было что-то делать, он и раньше об этом думал. И, когда Тэхён отдал пса в кинологический центр, оплатив его содержание там на месяц с возможным продлением, долгожданное событие произошло. В тот вечер Тэхён организовал романтический ужин, на котором подарил те самые парные кольца. Лежа в кровати и прижимая спящую Сонху к себе, мужчина впервые осознал, что даже после этого долгожданного события в жизни он счастливее почему-то так и не стал. Тэхён мог улыбаться, делать радостный вид, но оставаясь на едине с собой счастье от переезда Сонхи и сохраненных отношений с ней не чувствовалось совершенно.       Легче не стало даже тогда, когда он помирился наконец с родителями. Тэхён решил сообщить матери и отцу, что он живет с женщиной, которая в будущем возможно станет его женой, и познакомить их с Сонхой. Несмотря на все тревоги, встреча прошла замечательно. Сонха хорошо сошлась с его матерью. Они обе рассыпались в комплиментах друг к другу, женщины нашли сто и одну тему для беседы, у них совпали интересы в увлечениях и даже в мыслях они сошлись. Он же просидел молча почти весь ужин, думая о том, что вполне мог бы сейчас быть дома, баловаться с Ёнтаном и слушать джаз, допивая баночку вторую пива. Это стало третьим знаком для него.       Его дни всегда заканчивались одинаково, но теперь их не разбавляли даже маленькие радости в виде музыки или вечерних пробежек с Ёнтаном по парку. Сонха была очень чувствительна к звукам и просыпалась буквально от любого шороха, поэтому Тэхёну приходилось бесконечно выслушивать упреки. Отказаться пришлось и от совместного просмотра фильмов, Сонха не любила смотреть «глупые мелодрамы», считая это занятие пустой тратой времени. Вместо этого в доме появился бар с дорогим алкоголем и еще одна гардеробная. Тэхён совсем перестал слушать джаз. Частично из-за Сонхи, но по большей части из-за того, что музыка напоминала ему о Хэми, а следом за воспоминаниями приходила боль от ее гнусного поступка. Разочарование запятнало образ девушки и служило рычагом для все больших заблуждений Тэхёна. Он думал о том насколько его девушка лучше, умнее, красивее и самодостаточнее, но все это больше походило на уговоры самого себя не сожалеть о сделанном выборе.       Совместный быт и жизнь с Сонхой также вносили свои коррективы. Его мнения никто не спрашивал, мебель переставлялась, картины перевешивались или вовсе снимались, менялся привычный распорядок. Это было больше похоже на то, что Тэхёну снова пятнадцать и он живет с родителями, а точнее с матерью, не дававшей ему спокойно дышать. И вроде бы он сам это выбрал, и даже готов был мирится с подобным, однако гадкое чувство неправильности не проходило. Похоже, он сильно заблуждался, думая, что когда у него появится семья он автоматически станет счастливым. Как раз таки все стало еще хуже, чем было. На четвертую неделю он начал скучать по тому времени, когда жил один с Ёнтаном.       Необратимость процесса изменений в нем стала заметна отчетливее, когда он случайно увидел Хэми, переходящую дорогу на зеленый свет. Тэхён тогда, сидя в машине и видя девушку прямо перед собой, внезапно ощутил насколько сильно ему ее не хватало. Как бы он хотел вновь почувствовать то тепло и уют в душе, когда она была рядом и ела острые куриные крылышки у него в гостиной, слушая его глупые шутки и смеясь. Сердце забилось слишком быстро, а ладони вспотели. Тэхёну хотелось узнать, как она живет без него теперь, он порывался даже выйти из машины или дать ей знать, что он прямо тут, у нее под носом. Но этот нелепый порыв суматошных чувств пресек здравый смысл. Зачем ему водиться с таким человеком как Хэми? С ее стороны натравить Ёнтана на Сонху было, как минимум дерзко, а как максимум тянуло на заявление в полицию. Он тогда поступил очень даже щедро, не став этого делать. Пока он проматывал все это в голове, Хэми ступила на тротуар и вошла в толпу людей. Тэхён чуть не свернул себе шею, высматривая ее фигуру, и дернулся от звука сигнала. Красный уже давно сменился зеленым, и водители сигналили ему, наверняка ругаясь про себя последними словами. Машина тронулась с места, однако мыслями он еще долго блуждал возле Хэми, ощущая давящую пустоту в душе и скатившееся в пропасть отчаяния настроение. Когда они проводили время вместе, в его жизни не было места грусти и унынию. Рядом с Хэми Тэхён не чувстовал себя «не таким» тихим, как нужно было, «не таким» внимательным, как кому-то хотелось. Ему было спокойно и хорошо. Он был счастлив, свободен. Последнее мужчина осознал на следующий день, проматывая в памяти все прошедшие дни этого месяца и не находя там ничего, что заставляло бы его искренне улыбаться. Тэхёну понадобилась еще пара дней, чтобы понять, что и до встречи с Хэми все его дни были почти такими же. И только от нее он чувствовал безграничную поддержку, уважение и… любовь.       Ровно через два месяца, сидя за столом, в кафе около работы Сонхи и делая очередной глоток кофе, Тэхён опять заметил за собой раздражение. Оно дергало его уже давно, словно надоедливый маленький ребенок, повторяющий одну и ту же фразу. А раздражать его стало все подряд. На работе или дома, в ресторане или кровати, ему не было покоя. Занятие сексом перестало приносить удовольствие, и в последние дни он стал оправдываться усталостью, занятостью или плохим самочувствием, что злило Сонху, а его раздражало еще больше. Пища постоянно казалась безвкусной, люди — идиотами, а подушка — камнем.       Сейчас женщина рассказывала о чем-то, но Тэхён не слушал. Его внимание было приковано к ее губам и глазам, жестам. Казалось его раздражало в ней все, даже то, как она поправляла многочисленные браслеты на своих запястьях. Яркость и броскость теперь казались вовсе не уникальностью, а безвкусием, показывая лишь желание выделиться. Сморгнув пару раз, Тэхён сделал над собой усилие и опять попробовал затолкать чувства внутрь, однако они прорывались все равно. Очевидно, чаша переполнилась и вся неудовлетворенность должна была прорваться рано или поздно наружу. Тэхён еще раз посмотрел на свое кольцо и несколько раз прокрутил его на пальце, порываясь снять прямо сейчас. Бесполезный кусок металла словно показывал ему, что жить в придуманном мире — совсем не сладко, а идеализировать и бесконечно оправдывать людей — глупое занятие. — Я так устала от нее, ты не представляешь, — Сонха поднесла ладонь к виску и облизнула губы. — Ты говорил, что сможешь взять один выходной на следующей неделе?       Тэхён оторвал взгляд от парного кольца на своей руке и посмотрел на Сонху. Однако он не успел ничего сказать, женщина не стала ждать его. Ответ Тэхёна ей не требовался. Создавалось ощущение, что она с таким же успехом могла болтать сама с собой часами. — Тогда давай поедем куда-нибудь. Эта промозглая весна совсем в депрессию меня введет. Может полетим в Египет? Или нет, давай лучше в Лос- Анджелес! Знаешь, я бывала там в… — Я не смогу взять выходной, — голос Тэхёна был грубее обычного. — Почему? — Женщина была явно удивлена его отказом. И недовольна. — У меня намечается командировка, — он говорил и чувствовал некое подобие удовольствия, отказывая ей, руша планы, которые Сонха настроила у себя в голове.       Но ведь это не должно происходить? В отношениях, где двое друг друга искренне любят, не могло быть место мелочной мести? А Тэхён именно мстил. Отыгрывался на ней за ощущение ненужности и неважности. Понимание этого временно отрезвило. Тэхён вот-вот уже готов был пойти на попятную, чувствуя вину за подобное поведение, ругая себя за безчувственность и плохие мысли, готовый убежать обратно в свой выдуманный и безопасный мир, обмануться в очередной раз, но Сонха поспешила и решила надавить самым действенным оружием — чувством жалости. — Тебе на меня совсем плевать или ты не слышал, о чем я говорила сейчас? Как ты можешь быть таким бесчувственным?! Мне плохо, я грущу, а ты говоришь мне такое… — Сонха смахнула несуществующие слезы в уголках глаз, отвернувшись от него к окну и окатив наступившим молчанием, которое должно было показать Тэхёну насколько глубоко он ее ранил.       Иногда его удивляло, насколько она была похожа на его мать. Они обе, не получив желаемое, всегда начинали упоминать о своем здоровье, давили на чувство вины, долга и заставляли его чувствовать себя злодеем. И если от матери он еще мог терпеть подобное наплевательское отношение к себе и своим чувствам, то от второй половинки, с которой собирался провести остаток жизни — нет. Весь этот спектакль возымел совершенно противоположный эффект. Тэхён будто увидел наконец все со стороны. Ему настолько надоело быть несчастным, насточертело всегда оправдываться и идти по любому поводу навстречу, что он внезапно осознал нежелание и дальше так жить, потому что знал — все может быть по другому. Он заслуживает большего… — Да, мне на тебя совершенно плевать, как, собственно, и тебе на меня. — Тэхён смотрел на Сонху и ничего не чувствовал. Любви не было, она не смогла вырасти в его сердце за все проведенное вместе время. — Поэтому нам нужно все это прекратить. Так дальше не может продолжаться. — Что ты такое говоришь? — Глаза Сонхи расширились от испуга, она наконец поняла, к чему он клонит. Ее слова не возымели над ним никакого действия, и она решила моментально сменить тактику. Некогда, всегда безропотно ведущийся на ее манипуляции, покорный мужчина вдруг перестал идти на контакт. — Я не это имела в виду! — Тэхён прямо на ее глазах снял с пальца кольцо и положил на середину столика. Сонха лихорадочно думала, как ей удержать его и, как на зло, не смогла сказать ничего лучше, чем: — Я была неправа, Тэ! Если ты не сможешь взять выходной — ничего страшного! — Перестань, — Тэхён говорил спокойным тоном, видя, как Сонха приходит в отчаяние. Могло показаться, что она и правда его сильно любит, раз так старается удержать, но теперь он понимал, что это не так. Это была не та любовь, которую он бы хотел. — Давай на этом и закончим наши отношения. — Не поступай со мной так! — женщина повысила голос, из-за чего несколько посетителей обратили на них внимание. — Ты не можешь вот так меня бросить! Вспомни, как хорошо нам было вместе, Тэ! Как мы были счастливы… — Хорошо все это время было только тебе. — Тэхён встал, внимательно глядя женщине прямо в глаза, размышляя над тем, что совершенно не чувствовал никаких угрызений совести. Он говорил правду. С радостью обманываясь и каждодневно поддерживая радостный вид, Тэхён тратил свои внутренние запасы сил, однако сейчас восполнить их ему было негде. Хэми ушла из его жизни. Он прогнал ее сам. — Я дам тебе пару дней, чтобы съехать, а сам поживу в отеле. Надеюсь, когда вернусь, то не застану тебя в своей квартире.       В отель Тэхён не поехал, нужно было сначала забрать некоторые вещи из квартиры. Собрав себе смену одежды на три дня и приборы личной гигиены, он выкатил небольшой чемодан в холл. Оглянувшись назад, Тэхён заметил, что у стены больше не стояли мисочки Ёнтана. Очевидно и тут Сонха постаралась, намереваясь избавиться от пса со временем. В своем доме он был словно чужим, и сам дом казался всего лишь стенами с потолком и полом. Без Ёнтана и Хэми здесь было пусто, до ужаса холодно и одиноко. Внутри поднялась буря, захотелось напиться. — Чимин, ты сейчас свободен? Хочу выпить. — Он набрал друга спонтанно, разумно рассудив, что Чимин остался для него единственной возможной поддержкой на этот момент. — Тэтэ! — голос Чимина прозвучал непривычно расслабленно и тягуче, меняясь в интонации. — Я тебе всегда рад, дружище, ты же знаешь! — Ты что пьян? — Тэхён даже удивился насколько бывало их желания совпадали.       Он сейчас хотел бы пить до беспамятства, пока ему не станет все равно на пустой дом и такое же пустое будущее, а Чимин похоже уже это делал, так что ничто не могло им помешать пережить личные трагедии вместе. А в том, что у Чимина так же произошли какие-то изменения в жизни, причем не в лучшую сторону, Тэхён не сомневался. Последний раз Чимин напивался после окончания экзаменов, на третьем курсе, когда узнал, что его девушка ему изменяла, а родители как раз проходили через развод и дележку имущества. — Ну, если только чуть-чуть. Давай, захвати чего-нибудь покрепче, я тебя жду!       В квартире у Чимина было темно. Над кухонным столом горело всего несколько лампочек из подсветки, а жалюзи были опущены. В коридоре стояла пара пустых бутылок от коньяка и мартини, а в спальне сильно пахло перегаром. Похоже Чимин пил не первый день, начав свой марафон с вечера пятницы. Тэхён разулся и, не заботясь о том, куда поставить ботинки, просто бросил их там. Сняв носки и вложив их в обувь, он босиком прошел в просторный зал, приятно шоркая босыми ступнями по ковру. — Я взял наш любимый виски и упаковку пива для тебя на завтра. — Тэхён даже смог улыбнуться, видя друга полулежащего на диване, укрытого пледом. Его грела мысль, что он не один такой несчастный и что у него все еще есть к кому прийти в случае вот таких вот срывов. — А чего только мне? Оставайся у меня на ночь, завтра вместе будем опохмеляться. — Чимин захмелело вытянул руки навстречу, принимая пакеты и устраивая их поближе к себе. — С чего начнем? Сначала выпьем за встречу или поболтаем о том о сем? — Он пододвинул к усевшемуся с ним рядом Тэхёну стакан сладко-терпкого мартини со льдом. — Не знаю, — честно ответил Тэхён, раскачивая кубики льда в стакане и глядя на них задумчиво. — Мда, похоже у тебя тоже неделя не задалась, Тэ. — Чимин приобнял его за плечи и с важным видом закачал головой. — Ну, тогда, мой единственный и верный друг, давай выпьем! Разговоры могут подождать…       Они нажрались в хлам. Так никто из них еще не пил. Тэхён совершенно отключился, помня на утро только смутные отрывки. В какой-то момент, наверное, когда они прикончили ту бутылку виски, привезенную Тэхёном, Чимин предложил попеть в караоке, и они сорвались в бар, где горланили и танцевали на нетвердых ногах, шатаясь в обнимку с девушками хостес под какую-то слезливую песню Селин Дион, и пили, пили, пили. Заснули они там же за столиком, под мерцание огней и с тамбуринами в руках. Тэхён проснулся от боли в мочевом пузыре и пока ходил отлить, немного протрезвел. Потом смог с пятой попытки вызвать такси и каким-то чудом заставить Чимина пойти с ним. На улице уже рассвело и холодный апрельский воздух буквально выбил весь дух из тела. Затолкав Чимина на заднее сиденье, Тэхён уселся рядом с ним, уложив ноги друга себе на колени. В голове его звенела мысль, что он чертов предатель и мудак. Не оправдал доверие Хэми, по идиотски растоптав ее чувства. Предал Ёнтана, фактически променяв его на непонятные отношения с Сонхой. Обманывал себя… Ни по одному из пунктов не было ему оправдания. Он проебался по всем фронтам и как теперь быть совершенно не знал. Вчера Тэхён ушел от боли и осознания всего произошедшего с помощью выпивки, сегодня же все это дерьмо его догнало и, словно грузовик на больших скоростях, сбило, раздавив под собою. — Открой и мне одну, — голос Чимина был необычайно хриплым. Мужчина вышел к нему из спальни в помятых спортивных штанах и пайте, почесывая макушку. Волосы его торчали в разные стороны.       Тэхён молча достал из упаковки банку пива и открыл, передавая другу, усевшемуся напротив. Был уже полдень, окно Тэхён открыл, не в силах терпеть вонь перегара. Они просидели так за кухонным столом минут пятнадцать, молча потягивая пиво и глядя каждый в свою точку. Первым нарушил тишину Чимин: — Помнишь, я тебе рассказывал про ту напористую девчонку? Ну, ту, которая на меня буквально запрыгнула?       Тэхён отвлекся от процесса самобичевания и начал сосредоточенно вспоминать, а потом кивнул, переведя взгляд на Чимина. — Так вот… Она беременна… — Чимин обреченно вздохнул и залпом допил в два глотка болтавшееся на дне банки пиво. — Ребенок точно от тебя? — зачем-то уточнил Тэхён, не веря ушам. Чимин кивнул и взъерошил на затылке волосы, выказывая полное отчаяние. — И что ты теперь будешь делать? — Тэхён с жалостью посмотрел на полностью разбитого друга. Он знал насколько Чимин дорожил собой и своей свободой, а потому для него это должно было стать серьезным потрясением и лечь на его не готовые к подобному плечи неподъемным бременем. — А что я могу? — Мужчина пожал плечами, поджав губы и протянув руку в сторону. Тэхён понял его без слов и подал еще одну банку. — Придется жениться. Родители настояли… — Не представляю тебя примерным семьянином. — Тэхён хотел бы сказать что-то более утешающее, но сейчас слова просто терялись у него в голове. — Ты думаешь я себя вижу в этой роли?! — Чимин хмыкнул и увел взгляд в сторону. — Блять, я же не смогу сдерживать себя в сексе… Да и менять подгузники тоже не стану! — Он как-то нервно хохотнул, видимо действительно представляя себе это действо в недалеком будущем.       Между ними опять повисла тишина. Чимин думал, как будет справляться со всем грядущим, А Тэхён с облегчением понимал, что мог бы вляпаться и сам в нечто подобное. Нет, он все еще хотел семью и детей, он был бы не прочь менять подгузники и готов был посвятить всего себя только одной женщине, вот только ею должна была быть не Сонха… Тэхён вопреки всему тут же представил Хэми. С тяжелым вздохом он опустил голову на стол и уткнулся лбом в прохладную поверхность. — А я кажется сошел с ума… — протянул он, зажмурившись сильнее. — Давай поконкретнее, я не Нострадамус, Тэхённ-и, — Чимина развеселили его действия. Друг ободряюще похлопал по плечу. — Вчера я расстался с Сонхой и теперь медленно слетаю с катушек, скучая по студентке Сеульского университета искусств, которая была уборщицей у меня в квартире. — Тэхён поднял голову, обреченным взглядом уставившись на Чимина, пытаясь найти в друге хоть капельку сострадания. — Так, а в чем проблема-то? Я не понимаю. В том, что она уборщица или в том, что ты жалеешь о расставании с Сонхой? — Чимин ободряюще улыбнулся ему, отставляя банку с пивом в сторону. — Я намного старше ее, Чим, — голос Тэхёна звучал совсем обреченно. — По сравнению со мной она еще ребенок совсем. Как я могу… — Ага, значит дело в студентке. И? — Чимин даже хохотнул от такой, как ему казалось, глупой причины не начинать отношения. — В последнюю нашу встречу, я ее… обидел. Прогнал и сказал больше не возвращаться, — это вышло уже совсем глухо, и Тэхён потер лоб. — О-у-у-у, — протянул друг, неловко почесав нос, — это ты похоже зря сделал. Насколько я тебя знаю, Тэтэ, ты не способен на такое отношение к женщине, разве что должно было случиться что-то совсем из ряда вон выходящее. — Она натравила Ёнтана на Сонху. Тот прокусил ей руку. Я вспылил и ляпнул лишнего. — Лишнего? — Чимин сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. — Что конкретно? — Упрекнул ее чувствами ко мне. Она мне еще не призналась, но я все понял и так. Уж слишком очевидными они были. — Тэхён напряженно сжал банку пива в руках. — Какой же ты олень, Тэхён, честное слово! — Чимин разочарованно замотал головой и поджал пухлые губы, цокнув затем языком. — А ты не допускал мысли, что девочка не виновата в этой ситуации? Знаешь ли, твой пес покладистым характером никогда не отличался. Вечно, сколько помню, он кусал твоих подружек. Да и Сонха у тебя была той еще штучкой, если судить из нашей с ней встречи тогда в ресторане.       Тэхён вдруг замер, боясь пошевелиться. Слова Сонхи можно же было легко проверить, достаточно было запросить видео с камер наблюдения на посту охраны. — И чего ты так остро отреагировал, я не понимаю? — Чимин очевидно решил, что, как и в его случае, здесь уже ничего невозможно было изменить, а потому еще раз похлопав Тэхёна по плечу ушел в душ, оставив друга одного.       А Тэхён, после разговора с другом, понял почему так поступил. Он хотел сам оборвать непонятные отношения с Хэми, потому что понимал, что не мог быть ей ни кем больше, кроме как хозяином квартиры, в которой она убирается. Тэхён отрицал свои чувства к ней, из-за дурацкого навешанного миром понятия приличий, подходящего возраста и нелепой верности не стоившим ничего отношениям с Сонхой. Прячась в зоне комфорта, он не хотел что-то менять, позволив своему единственному счастью уйти. Даже Ёнтан и тот оказался умнее его!       Тэхён допил свое пиво и встал из-за стола. Крикнув Чимину через двери ванной комнаты, что ушел, он надел пальто, обулся и решительно вышел из квартиры с надеждой на лучшее. По дороге домой, он заехал в кинологический центр и забрал, наконец, своего пса. Не выпуская Ёнтана из рук и вытерпев все продолжительные вылизывания собаки, он сел в машину. Радостное предчувствие чего-то хорошего поселилось в груди, заставляя его сердце биться немного быстрее обычного. Он ехал с определенным планом и впервые чувствовал себя полноценным человеком, готовым нести ответственность за свою жизнь.