Каждый сам выбирает

На стрельбище начали одна за другой греметь автоматные очереди и дырявить очередную мишень. Особо много стрелять Иварелла не давала, боеприпасов пока что было и так мало. Но в тоже время она очень внимательно следила за каждым бойцом, за его точностью, тем, как он умеет обращаться с оружием, за повадками, цеплялась за проявления характера и запоминала заинтересовавших её вехиконов. Через некоторое время все солдаты опробовали новое оружие и более менее привыкли к нему. Дальше Иварелла собрала всех и начала по очереди выводить солдат из строя.  — Так, ты, ты, ты тоже.....хмм...ещё вот ты..... В итоге собралось немало солдат, которых она отделила от остальных и указала подождать в углу. Когда же сортировка закончилась она позвала их с собой в арсенал. — Так, у вас я так поняла самые нестандартные характеры,— окидывая из взглядом, пояснила техножрица,— Ты любишь взрывы, ты не прочь хоть сейчас устроить резню, а ты вообще псих с маниакальными желанием убивать, как только тебя вообще терпят. Может это вирус, может производственный брак, неважно, для вас заготовлено особое оружие. С этими словами она с улыбкой достала из ящика огнемёт и карозийную пушку и кинула их одному из бойцов. — Развлекайтесь)Тут похоже на любой вкус найдётся ствол. Как выберите себе что-нибудь, идите к остальным. Техножрица вернулась к остальным вехиконам, приписала каждому оружие, объяснила принцип действия и способ применения....долгий и не особо интересный процесс. А в конце спросила: — Вы как с оружием ближнего боя? Есть при себе? — Оно всегда с нами,— ответил один из вехиконов, раскрывая перед собой когти. — Не густо. С мечами управиться сможете? Хотя бы раз в руках держали? — Да как-то не приходилось. — Наш командир отличный мечник,— вспомнил другой вехикон,— он может нас научить, но зачем? — А что вы будете делать, когда ксеносы подойдут к вам вплотную или тупо патроны кончатся?— спросила в ответ Иварелла,— Когтями вы можете их разрезать эффектно, но не эффективно. Не суть. Кто ваш командир? — Его зовут Блэкаут. — Такой высокий, с красными глазами и какими-то лопастями на спине? — Да. Он сейчас в медотсеке, если не ошибаюсь. — Тогда готовьтесь, как только я наклипаю достаточно мечей, будете тренироваться, а пока, вы все свободны. Оружие получили практически все вехиконы, для остальных же вооружение было бы готово в ближайший день, может в полтора. Солдаты разошлись, а Иварелла неспешно пошла к медотсеку. Дойдя до него она сразу окинула взглядом весь отсек, но там был только Нокаут и Сельендис, которая, приобняв медика, сидела на его коленях. Они о чём-то шептались и посмеивались. Поначалу техножрица удивилась такой картине, но на этом корабле она уже успела увидеть вещи и более странные. — Эй, голубки, не видели Блэкаута,— с лёгкой улыбкой спросила фемка. — Он ушёл к себе минуты четыре назад,— не вставая с места, ответил ей медик. — К себе — это куда? Конкретно знаешь? — Да, но..... — Не против, если я украду его на время?— спросила она вехиконку. — Если только ненадолго,— ответила та, с улыбкой погладив коготком подбородок медика и встав с его колен. Нокаут с недовольным лицом встал и пошёл к выходу. — Да не дуйся ты так,— подбодрила его Иварелла,— Успеешь ещё пофлиртовать. — Пошли уже,— проворчал Нокаут и повёл её к каютам экипажа. Через минуты две они вышли в длинный коридор и Нокаут указал ей пальцем на одну из дверей. — Последняя дверь справа, там каюта Блэкаута. Техножрица в своей манере поблагодарила его и пошла к двери, а медик поспешил вернуться в свой рабочий отсек, правда, отнюдь не за работой. Подойдя к двери, Иварелла протянула руку, чтобы постучать, но дверь автоматически открылась от её движения. — Блэкаут, ты тут?— спросила она, войдя внутрь. Но в отсеке было темно, единственным источником света был включенный монитор, на котором была поставлена на паузу видеозапись. Иварелла присмотрелась, на видео было какое-то гумоноидное существо с красной накидкой на голове и оно сидело на плече Блэкаута. Но это мало заинтересовало техножрицу и она пошла обратно. Быстрым шагом выйдя из каюты, она тут же наткнулась на летуна и ударившись об него, упала на пол. — Вот ты где, я как раз тебя искала,— потирая затылок сказала Иварелла,— Дверь сама открылась и зашла посмотреть, там там ты или нет. — И чем я могу помочь?— спросил Блэкаут, протягивая ей руку и помогая встать. — Вехиконы говорят, что ты отлично управляешься с мечом. Так? — Вполне, а что? — Нужно будет обучить и их. Сможешь это сделать? — Махать мечом — дело не хитрое, пока не встретишь другого мечника. Вехиконы быстро учатся, думаю, за день можно будет обучить их основам, а дальше — дело практики. — Хорошо как освободишься, ищи меня в мастерской. — Тогда пошли. — Тем лучше. Она отвела его в свою мастерскую, где уже собрала несколько экземпляров оружия ближнего боя. — Так, что за меч у тебя?— поинтересовалась Иварелла. На что Блэкаут отсоединил винт и сложил его в меч. — Так вот зачем тебе эти лопасти,— подметила она для себя,— Отлично, моя работа в принципе похожа на эту. Она подошла к рабочему столу и стянула тент с какого-то продолговатого объекта. Это оказался меч, длинною в половину меча Блэкаута. Но не обычный, а цепной. Лезвие работало по принципу бензопилы. — Ну-ка, оцени,— кинув ему оружие. Летун схватил меч за рукоятку, осмотрел, изучил, покрутил в руке, ради интереса надавил на выпирающую из рукоятки деталь и от этого лезвие меча закрутилось. — Хочешь, чтобы я обучил вехиконов владению этим? — Именно. Сможешь? — Почему именно такая конструкция? Почему не обычное лезвие? — Заражённые могут обходиться без большей части своего тела. Помнится, я как то раз отстрелила одной твари голову под корень, а она только сильнее взбесилась и продолжила переть на меня, махая всеми конечностями. Обычным мечом ты сразу разрежешь ксеноса, а его половинки всё ровно с некоторой вероятностью до тебя долетят и избавят от лишних деталей. А с такой пилой упор будет именно на удержании заражённого на расстоянии от владельца. Да и повреждения такое лезвие наносит значительно больше, не режет, а разрывает. Как сделаю достаточное количество, начинай их тренировать. Им пригодится. * * Ближе к середине дня была получена карта местности и Санудвейв с Блэкаутом обсуждали возможные пути нападения. На голопроекторе была высвечена карта и красными точками были обозначены места, где возможно было самое большое скопление противников или же какой то важный объект. Особенно Саундвейва интересовал один большой и круглый зал. — Почему именно этот?— интересовался Блэкаут. — Сигнал от сообщения, которое мы недавно получили, исходил рядом с ним. Туда смог проникнуть только один дрон, и то не надолго. Всех остальных сбивали к подходам этого помещения. Там явно что-то ценное, или кто-то. Помещение напоминает тронный зал и возможно, там восседает королева. Если даже не так, то мы всё равно узнаем много нового о рое, например, как они смогли с нами связаться. — Если там и правда королева, то её будут защищать нескончаемой живой толпой. Я сильно сомневаюсь, что мы сможем ей противостоять.........Есть ещё какие-то данные георазведки? — Это на данный момент всё, что есть. Вся местность полна всевозможных ходов и лазеек, обследовать каждый дроны не могут. — Нам нужно как-то выманить их оттуда, или хотя бы отвлечь. — К ядру вёл ещё один проход — основной. Я сопровождал туда Мегатрона во время войны, но на корабле нету этих данных, а в разрушенном городе едва ли удастся найти его самим. Обдумав его слова, Блэкаут пошёл к выходу. — Куда ты идёшь,— спросил его капитан. — Нам понадобиться помощь, того, кто уже не раз спускался к ядру и знает город получше нас с тобой. Оптимуса, как приказывал Блэкаут, содержали отдельно от остальных заключённых и летун, каждым своим походом к нему, ненавязчиво продвигал предложение встать на ровне с армией десептиконов и совместными усилиями вернуть планету к жизни. Посеянные семена согласия уже давали ростки и сейчас было время собрать плоды. Когда Мегатрон заразил ядро Кибертрона тёмным энергоном, тем самым подчинив себе, Оптимус со своим отрядом смог пробиться туда и именно тогда он получил матрицу лидерства, в которой была заключена частичка искры Праймуса, тогда же он стал Праймом. Но ядро уже было повреждено тёмным энергоном и для восстановления оно должно было отключиться на многие десятки тысяч лет. Всё это к тому, что Оптимус отлично знал все проходы к ядру, ведь в конце концов, с ним часть самой планеты. Дойдя до отсека Оптимуса, Блэкаут указал стражникам, что они свободны и убрал блокировку с двери. Прайм сидел внутри, прижавшись спиной к стене, свесив голову и положив одну руку на приподнятое колено. Увидев летуна, он поднял на него взгляд и сказал: — Мне больше не о чём поведать тебе. — Я здесь не за историями из прошлого,— протягивая ему руку,— Нам пора вершить будущее. На мостик Блэкаут вернулся с Оптимусом, который, как и по пути туда, собрал на себе удивлённые взгляды вехиконов. Безразличием отличился только Саундвейв, впрочем, как обычно. Он отвлёкся на управление крейсером, ему доложили о каких-то неполадках в моторном отделении, а в это время Блэкаут ввёл Прайма в курс дела. Рассказал, с чем, как, и где они столкнулись, что нужно делать, что планируется сделать и так далее. Многое из этого он уже рассказывал во время их приватных бесед, но сейчас он уже более подробно останавливался на каждом из пунктов. Когда же к обсуждению подключился Саундвейв, вместе с Оптимусом они нашли на карте города то самое место, где должен был располагаться основной проход к ядру. Это место было недалеко от крепости Иакона и получилось так, что десептиконы зря проплавили огромную воронку в коре планеты, ведь совсем рядом была дверь. Но и из этого можно было извлечь выгоду. По итогам планирования было решено, что основной костяк вехиконов, под командованием Оптимуса в качестве проводника, спуститься именно по этому проходу, который, конечно, для начал надо было откопать из под завалов, и отвлечёт на себя всех заражённых в округе. В тоже время Блэкаут со своей небольшой группой, постарается пробиться в тронный зал и оставить от него только выжженную землю. План требовал некоторых доработок, но в целом был готов и пора было приступать к его исполнению. Первым делом Немезида взяла курс к тому самому местe, которое подсказал Оптимус. А в это время на борту начали готовиться к высадке вехиконы. Собирать экипировку, заряжать боеприпасы в ленты и обоймы, наряжаться в экзоскелеты. Когда Блэкаут покидал мостик с Праймом, он заметил, что плечо той его руки, которую в последнем сражении отрубил Мегатрона, всё ещё работает с перебоями. — Тебе надо починить руку,— предложил летун. — И так сойдёт,— отмахнулся Прайм. — Не будь упрямым, Оптимус. Ты отлично понимаешь, что это необходимо. — ........Где мои автоботы? — В тюремном блоке....те, кто выжил. Ремонт и правда был необходим и летун отвёл его к ГАлану, понимая, что Нокаут если и возьмётся за починку лидера автоботов, то скорее навредит ему, нежели поможет. Оставив Прайма у медиков, через некоторое время летун пошёл к тюремным блокам. Заключённые автоботы более менее привыкли к новой обстановке и если раньше пытались найти способ выбраться из клетки, то теперь смирились, что такой возможности сейчас просто нет. В компании Рэтчета Сейбер наконец образумилась и затопила горе в потоке злобы и желания отомстить. Чтобы не дать ей обдумать, спланировать и в итоге совершить какую-нибудь глупость, Рэтчет пытался завести с ней разговор при любом подходящем случае. Она это понимала, но всё равно не выбрасывала из головы задуманное. Главным другом обоих стало терпение, которое вознаградило их сегодня, когда пришёл Блэкаут и отключил лазерную стену их клетки. — На выход,— приказным тоном сказал летун. — Куда?— не двигаясь с места, спросила зеленоглазая. В её голосе можно было проследить затаённую злость, Блэкаут был вторым десептиконом на борту, чьей смерти она желала больше всего. — К своему командиру, или надеялись просидеть тут без дела до самого конца? Оба автобота встали и вышли из камеры. Рэтчет прошёл безразлично, но Сейбер одарила летуна таким взглядом, будто была готова хоть прямо сейчас убить его голыми руками. — Хочешь что-то сказать?— поймав на себе её взгляд, спросил Блэкаут. — Скажу, когда приставлю нож к твоему горлу,— с отвращением выговорила фемка и пошагала дальше, но недолго. Блэкаут стоял сбоку, он в один миг сложил малый винт на руке в клинок и приставил его к горлу автоботки, чем естественно остановил её. — Смелое заявление. Рэтчет сразу же обернулся на звук раскрывшегося клинка и инстинктивно попытался выдвинуть собственные, но наручники не позволяли. Блэкаут чуть наклонился к самоуверенной хранительнице и убедительным голосом прояснил ей одну вещь. — Марселий, как и я тогда, пожалел тебя и не дал завянуть в пустой клетке. Своей жизнью ты обязана ЕМУ, но это не помещает отобрать её МНЕ. Меня не волнует, как ты относишься ко мне, но покуда ты на этом корабле, у тебя три пути: быть солдатом и не порочить это звание, либо ржаветь в камере, либо умереть. Это понятно? —......Понятно,— через стиснутые денты ответила фемка, всё с таким же полным ненависти и озлобленности взглядом. Блэкаут убрал клинок и, указав следить за ним, повёл их к Оптимусу. К их приходу Галан уже исправил все неисправности в руке Оптимуса, и не только в руке. Как объяснил медик, неполадки возникли из за халатности медика, который проводил операцию по присоединению руки. В случаи с Праймом Нокаут просто не особо заморачивался на счёт качества оказываемой медпомощи. После окончания процедуры ремонта, Оптимус встал, подвигал рукой, если раньше для каждого движения нужно было сконцентрироваться, то сейчас конечность стала намного отзывчивее и проще в управлении. В скором времени крейсер долетел до предполагаемой точки и своими гравизахватами начал разгребать завалы над сокрытым проходом. Он представлял из себя очень, очень, очень длинную сеть почти вертикальных прямоугольных тоннелей, ведущих на многие километры в глубь. При этом тоннель был достаточно большим, чтоб в него без труда могла в ряд проехать колонна танков или втиснуться транспортный корабль средних размеров. Разбор длился не так долго, как изначально предполагалось, но примерно столько же, за сколько почти затвердел жидкий металл в оставленной Немезидой воронке в земле. А значит, пора выступать. В прогревающие двигатели челноки один за другим начали погружаться солдаты в новом и полном обмундировании и готовые показать, на что они способны на самом деле. Вместе с ними должны были вылететь и автоботы. Оптимуса и Рэтчета приписали ко второму отряду вехиконов, под командному Цирусу, но Сейбер, как назло, попала к Блэкауту, о чём летун не медля поспешил возразить при первой встрече с Саундвейвом на мостике. — Зачем ты приписал ко мне эту автоботку? — Нет нужды в том, чтобы все три автобота были в одной команде,— объяснил капитан,— Может они и перешли на время на нашу сторону, но не стоит доверяться им полностью. — Даже если три автобота могут представлять для нас угрозу, я предпочту взять с собой второго автобота, этого медика. — Медик не представляет угрозы и если Оптимус вдруг вздумает совершить какую-нибудь глупость, то он отговорит его от этой затеи. Но девчонка.....ей терять нечего и она наоборот, поддержит и подтолкнёт его даже на самый самоубийственный поступок. — Тогда может стоит вовсе оставить её корабле? Я не горю желанием брать на опасное задание ту, кто не будет слушаться приказов и при первом удобном случаи сама пустит пулю нам в затылок. — Задание крайне опасное и в этом вся суть,— голос связиста стал более тихим и коварным,— Это отличная возможность избавиться от неё. Ведь в перестрелке мало кто заметит потерю одной автоботки в зубах одного из сотен заражённых. Я изучил все записи на корабле, в которых она побывала и точно могу сказать, что учитывая её характер и нынешнее положение, она точно кому-нибудь попадётся. Те же вехиконы, кто всё-таки заметят её отсутствие — вряд ли будет огорчены этим. — Хмм.....коварно. — Ты сам сказал, что при первом удобном случае она сама пустит пулю в затылок каждому из нас. Так ответим ей тем же. * * * Сразу после погрузки первые два челнока вылетели из ангаров, а в след за ними с полосы вылетели несколько истребителей и перехватчиков — вехиконов летунов, для сопровождения их до пункта назначения. Третий челнок, в котором и был отряд Блэкаута, должен был выступить чуть позже, когда первые два залетят в тоннель, что произошло довольно быстро, так как крейсер был над этим самым тоннелем, в окружении высоченных небоскрёбов. Оба челнока залетели внутрь и продолжили полёт дальше. Во многих местах проходы были частично завалены, так что приходилось продвигаться быстро, но предельно осторожно. Хоть и прожекторы были включены на полную, но они не могли показать всё, что скрыто в пучине темноты впереди. Под руководством Оптимуса, который подсказывал куда и когда сворачивать по запутанным тоннелям, транспортники спустились примерно на километр под землю, после чего развернулись носом обратно к далёкому выходу и приземлились. После чего один из пилотов по рации сообщил "пассажирам". — Дамы и господа, мы совершили посадку чёрт знает где, температура за бортом — - 20 градусов, погода — крайне облачная. Удачного отдыха и остерегайтесь местных жителей. Парочка подобных фраз была в запасе каждого пилота, таким образом они подбадривали солдат перед предстоящим сражением, ведь за время полёта голову может посетить не одна дурная мысль о мрачном будущем. Сообщение пилота по рации услышали все вехиконы и в ответ послышался их смех, а после, створки десантных отделений открылись, откуда выбежали вехиконы и сразу же начали готовиться к глухой обороне. Из всевозможных обломков, что валялись повсюду, они с помощью сварочных аппаратов быстро соорудили несколько рядов баррикад и вышек, на которых расположились солдаты с тяжёлым вооружением. Всё это солдаты старались делать как можно тише, чтобы преждевременно не привлечь к себе внимание местных обитателей. Но когда рубеж обороны был достроен, Цирус приказал отключить любые источники света и отправил двух вехиконов, чтобы они уже в полный голос заявили о приходе гостей и заманили заражённых прямо к засевшим в ожидании стрелкам. Добровольцы не сразу, но нашлись и выступили вперёд, за баррикады. Они продвигались с опаской и предельной осторожностью, подсвечивая каждый тёмный угол светом фонарей. На стенах, потолку и в полу частенько виднелись дыры, похожие на пробоины, оставленные после попаданий пушек. Углубившись ещё немного, они расслышали какие-то звуки, эхом доносившиеся из одной из пробоин в стене. Один из солдат подошёл и заглянул внутрь. Дыра была шире изнутри и вела куда то вниз, а на стенках виднелись отчётливые следы зубов и когтей. Теперь было понятно, кто проделал эти дыры. Хотя даже представлять не хотелось тех тварей, что могли прокусить такой слой металла. Посвятив фонарём, вехикон ничего не смог разглядеть внизу и высунул голову обратно, зацепившись виском об острые края дыры, от чего его коммуникатор сорвался с приёмника и, вместе с каплями энергона из раны, упал в дыру, со звоном ударяясь об стены. Через секунд 10 коммунникатор всё-таки долетел до дна и вслед за этим послышалось негромкое шипение. — Нашёл куда уронить,— упрекнул второй вехикон. — Без тебя знаю,— отмахнулся первый и уже было отошёл от дыры, но вспомнил одну вещь,— Погоди, они ведь реагируют на радио-сигналы. — И? — Что "и"? К ним туда мой коммуникатор свалился, свяжись со мной и они найдут по сигналу тебя. Второй вехикон включил своё устройство связи и связался с сокомандником, а судя по заметно более громким звукам, что начали доноситься из дыры, на звонок явно кто-то хотел ответить. Ещё несколько секунд и вехиконы начали отчётливо слышать, как за стенами что-то скребётся и начали нервно водить оружием из стороны в сторону, подсвечивая фонарём одну дыру за другой и пытаясь понять, откуда попрут твари. Вдруг они почувствовали порыв ветра, который усиливался с каждой секундой. Хотя на такой глубине под землёй не должно быть ветра, да ещё и исходящего из глубины. Если только.....оттуда не приближается что-то очень большое и быстрое. Солдаты включили свои тепловизоры и увидели огромное тепловое пятно далеко перед собой. Пятно, которое словно красная волна двигалась к ним, а из волн торчали большие айсберги. Как несложно догадаться, волны были мелкими ползучими заражёнными, а айсберги — чем-то побольше, с чем не хотелось бы столкнуться. Ещё секунда и рой заражённых почувствовал свежий энергон, маленькие струи которого застыли на виске одного из вехиконов. Разом послышались сотни визгов и рёвов, что выражали жажду своих хозяев. А те два солдата так и стояли на месте как вкопанные, безразлично наблюдая за надвигающейся толпой, пока ещё один рёв, намного громче всех остальных, не привёл их в чувства. — Ох зря мы сюда сунулись,— выдавил один из вехиконов. — Однозначно,— поддержал другой. — Бежим?— понемногу отходя назад, предложил первый. — Без оглядки,— без колебаний согласился второй. Оба одновременно трансформировались и что есть мощности движка погнали обратно, объезжая коварные ямы и неровности дороги. По пути они не забыли оповестить о своих подвигах остальных вехиконов и предупредить их. В свою очередь уже они оповестили об этом Немезиду и из ангара вылетел последний челнок с диверсантами на борту и отправился ко второму проходу в недра, проделанному мельтаганом. Вслед за этим по приказу Саундвейва из носовых пусковых установок вылетели три торпеды и сделав круг, полетели за челноком, обогнали его и устремились ко дну кратера, в котором ещё изредка бурлили остатки на половину остывшего металла. Через минуту торпеды долетели и словно капли дождя свалились в красное озеро, а через ещё секунду, они достигли дна воронки и прогремел взрыв, который взорвал её твёрдое дно, тем самым открыв проход к тронному залу. Раскалённая масса на подобии водоворота начала стекать в холодные тоннели и застывать там. Благо металла в воронке уже было совсем мало и не достаточно, чтобы полностью затопить там всё и сделать непроходимым. Челнок благополучно залетел в воронку и взял курс к трону королевы заражённых. Но в этом случае пробираться приходилось не по просторному тоннелю, а по пещерам, которые не особо подходили для безопасного полёта. Тем не менее челнок сблизился с пунктом назначения так близко, как мог, после чего завис в воздухе и начал открывать шлюз, так как приземляться было некуда. — Ближе не могу вас высадить,— объяснил пилот,— Отсюда придётся пешим ходом. — И на этом спасибо,— ответили трое вехиконов и закинули за борт десантные тросы, по которым все спустились на твёрдую землю, на застывший слой металла, блестящий под светом прожекторов корабля. Как только все выгрузились, челнок затянул обратно тросы и закрыл створки. — Удачи вам. Я буду ждать вашего запроса снаружи,— сообщил пилот, после чего развернул машину и улетел обратно. Оставаться одному под землёй, на вражеской территории, было слишком опасно. Десантники же проверили оружие, сверились с картой местности и потихоньку выдвинулись в путь.