Неспящие

      Старинные часы показывали ровно полночь, а это означало только одно — настало время призраков.       Эмма устало наблюдала за пламенем одинокой свечи устроившись на старом диване. Пока огонёк освещает пространство вокруг неё — она в безопасности. Но на сколько её хватит?! Вот уже третий день ей приходится ютиться в этом заброшенном доме, где приходится вздрагивать от скрипа сухих половиц или от качающейся деревянной оконной створки. Запустение овладело этим местом напитав его враждой и опасностью, и пусть днём она находится за его пределами, вечером ей приходится возвращаться обратно снова и снова. «Чёртовы съёмки, будь они не ладны» — мысленно сокрушалась Эмма, сминая подол белоснежного платья и неотрывно следя за покачивающимся пламенем.       Гадалка предостерегала её держаться подальше от этого места, но она посчитала это забавным приключением, что заставит кровь быстрее циркулировать в венах и принесёт дозу адреналина. Хм. Боевая стрела и «призрак» тут же выбили её из колеи, хотя она и старалась держаться при друзьях и остальной части команды, но оставаясь одной позволяла страхам завладевать собой без остатка.       Последние голоса смолкли давным-давно, подступающая темнота липким коконом сжимала в своих объятиях, сдавливала горло лишая возможности позвать на помощь. Немногочисленные портреты, что остались целы, следили за каждым её движением. В их поблекших глазах читалось злорадство и больное любопытство. Словно теперь была её очередь делить с ними ужасную игру, что припас для них всех этот мрачный дом с его ловушками и секретами. — Как же хочется сбежать, — в отчаянии прохрипела девушка, лишь бы разогнать гнетущую тишину.       Она представила, как: срывается с места, перепрыгивает через две ступеньки, оказывается в холле и отворяет дверь. И подставляет лицо холодным потокам дождя, которые смоют все страхи. А потом… Потом услышит позади себя характерный стук, она слишком отчётливо его помнит, чтобы ошибиться. Но обернуться уже не успеет, стрела вонзится в спину застряв в рёбрах, и она упадёт на раскисшую землю пятная траву горячей кровью. Вязкая жижа примет её холодное тело в свои объятия, а за ней навеки закрепится заголовок газеты «Призрак невесты нашёл свою смерть в проклятом доме…» — Нет! — Эмма соскочила с дивана, пламя дрогнуло, но не погасло. — Так я сойду с ума.       Её тень задёргалась словно в агонии, казалось к ней тянутся чьи-то руки, но то были тени деревьев за разбитым окном. Голые ветки уныло скреблись о стены дома, словно молили их впустить внутрь, словно там, снаружи, было ещё страшнее, чем здесь. Ветер стенал раненой птицей выкрикивая проклятия и подначивая призраков выйти из укромных уголков.       По спине холодной змеёй заскользил пот, тело лихорадило, мысли путались. Нужно во что бы то ни стало выбраться из этой комнаты.       Эмма бросила взгляд на свечу, та оплавилась и вот-вот была готова потухнуть. Она прикрыла за собой дверь, не беспокоясь о случайном пожаре, быть может, так будет даже лучше. Раз сгорел её дом, то пусть и сгорит это чёртово место с его призраками и ловушками.       Эмма очутилась в тёмном коридоре без единого источника света. Она отчётливо помнила, как выходила из комнаты погибшей девушки в которой остановился Рэй, назвав её уютной. Во всяком случае Эмма хотела надеяться, что призрак дочери иллюзиониста не навредит ни ей, ни друзьям. Прошлой ночью она разговаривала с ней во сне, который был слишком похож на явь.       Скрип сухих половиц вывел Эмму из раздумий. Подбодрённая мыслями о Амелии, она уверенно зашагала к двери Рэя.       Стук в полной тишине прозвучал, словно гонг созывающий демонов из преисподней. Дыхание участилось, руки взмокли, подгоняемая поднимающейся паникой она вновь застучала по деревянной двери.       Послышались приглушённые шаги, поворот ручки и в открывшемся проёме на неё смотрели уставшие глаза Рэя. — Бессонница?! — проговорил он, отступая назад. — Призраки, — выдохнула Эмма, прикрывая за собой дверь.       Комнату освещала лишь одинокая свеча, тени затаились по углам, но безмятежность Рэя опустившегося в кресло, странным образом успокаивала.       Эмма подошла к окну и про себя подметила, что деревьям до неё не дотянуться. Затем бросила взгляд на парня.       Силуэт Рэя тонул во мраке комнаты, белая рубашка помялась, словно от долгих попыток провалиться в сон, а глаза помутнели и стали равнодушны. — Кажется только мы не смогли найти путь в царство Морфея? — нарушила тишину девушка, осматривая старинное убранство. — Похоже на то, — на лице Рэя возникла слабая улыбка. — Не думал, что причиной моей бодрости станут монотонные звуки старого дома. Если честно, то после длительных съёмок меня должен одолевать сон, но все эти скрипы и завывания напрочь лишают рассудок отключаться от происходящего. — Меня тоже, — девушка опустилась на край постели. — Если не возражаешь, я бы посидела с тобой до рассвета. — Буду рад твоей компании, — в глазах парня блеснул огонёк свечи. — Тем более я задолжал тебе желание. — Неудобно вышло в прошлый раз, вся эта ситуация с Томасом, — Эмма отвела взгляд. — Мы поговорили и оба согласились с тем, что не подходим друг другу, — Рэй смахнул с лица пряди волос. — Он и сам стал догадываться, что в моём сердце есть место только для одного человека. И этим человеком был не он. Жестоко говорить кому-то, что он тебе безразличен, но давать ложную надежду ещё хуже. Надеюсь наши встречи на съёмках укрепят нашу дружбу, а не сведут её на нет. Я успел прикипеть всем сердцем к нашей компании. — А как же тот самый единственный человек? — девушка улыбнулась, поправила подол платья. — Я думала место есть только для одного! — Это правда, есть та, кто повелевает моим сердцем или то сердце само тянется к ней…       Эмма не смотрела на него, ей отчего-то стало неловко и тревожно одновременно. И совсем неожиданно накатилась сонливость, чему она была несказанно рада. Но возвращаться назад в свою комнату отчаянно не хотелось. — Можно занять часть твоей шикарной кровати? — смущённо спросила Эмма, проводя рукой по белым простыням, похоже Рэй позаботился и заменил старые на новые. Она даже наклонилась к подушкам ощущая приятный запах лаванды, который должен послать ей самый чудесный сон. — Располагайся, кто-то из нас просто обязан быть бодрым с утра, боюсь только во время съёмки я неминуемо засну, — пошутил Рэй, удобнее устраиваясь в кресле. — Но как верный рыцарь я буду охранять сон прекрасной принцессы, которой дал клятву всегда быть рядом и защищать от любой угрозы. А теперь спи, и пусть дождь за окном послужит тебе колыбельной.       Эмма удобно устроилась на широкой постели под тёплым покрывалом. Откинув длинные пряди, она смотрела в чётко вырисовывавшийся профиль Рэя, а на душе было приятно, что рядом есть тот, кто не допустит, чтобы призраки побеспокоили её покой. Даже деревья за окном перестали скрестись, а начали что-то нашёптывать, вторить ветру. Похоже парню удалось договориться с мрачным домом, и девушка пожалела, что не догадалась прийти раньше. — Рэй.       Парень тут же обернулся, а Эмма протянула к нему руку и ухватившись за его прохладные пальцы, сжала. — Спасибо, что стал частью моей жизни, — пролепетала она, словно маленькая девочка, или таковой она себя и чувствовала в этот момент, но нисколечко не стыдилась этого. — И спасибо, что приютил. — Глупости, — губы Рэя дрогнули, медленно растянулись в ласковой улыбке. — Для тебя всё что угодно. — Ах, — девушка удивлённо ахнула и спрятала лицо в подушку. Ситуация была до нелепого глупой, что она не удержалась и хихикнула. — Прости, похоже я всё-таки схожу с ума.       Приподнявшись она вновь взглянула на своего напарника по съёмкам, тот по-прежнему держал её за руку и не думал разжимать пальцы. — Тогда давай сделаем это вместе, — не отрывая от неё глаз он наклонился к руке и оставил лёгкий поцелуй.       Эмма была не в силах разорвать зрительный контакт, ощущая, как разряд из мелких иголочек разносится по телу с головы до пят. — Я… — девушка прикусила губу. — Я… — Не отвечай сейчас, не спеши, — Рэй отпустил её руку из своей, откинулся в кресле.       На мгновение Эмма почувствовала досаду. — Завтра наступит новый день, — продолжил парень, не спуская с неё взгляда серых глаз. — И тогда ты дашь мне ответ, и, каков бы он ни был, я, как доблестный рыцарь, приму его.       Он вновь улыбнулся и ей стало легче дышать. — А теперь засыпай прекрасная принцесса, — прошептал он и Эмма послушно опустила голову на подушку, глаза начали слипаться, а её тело будто уносилось куда-то прочь в невероятном полёте.       И последнее, что она успела запомнить — нежный поцелуй на щеке от влюблённого рыцаря.