***
Блондинистая женщина вышла из огромного здания, остановилась около входа, прервавшись на чей-то звонок. Номер был незнакомый, скорее просто не был забит в телефонную книгу. — Алло? — Добрый вечер, Мария Владимировна, не ошибаюсь? — Верно, это я. — Извините, пожалуйста, если я помешали вам. Я генеральный директор телеканала «Пятница» — Николай Борисович Картозия, помните меня? — Николай Борисович, вас невозможно забыть, — с улыбкой произнесла Мария. — Хах, это да. Кхм, мы с коллегами хотели бы Вас за счёт телеканала «Пятница» пригласить на одно мероприятие. Хэллоуин. Вы согласны? — Смею предположить, что раз Вы мне звоните с приглашением, значит мероприятие действительно стоящее. — Безусловно. — М-м, хорошо. Кто-нибудь ещё будет? — Конечно. Мы пригласили одну гостью, — мужчина пустил смешок, — только вот она не совсем гостья. Приглашены желающие в норме допустимого количества, блоггеры, артисты, Вы, Мария Владимировна как знаток этикета и Поэзии Моды, ещё Татьяна Полякова, Мари Буше и ваши подопечные из реалити-шоу «Пацанки». «Маш, почему нет?» — говорил женщине внутренний голос. — От такого предложения грех отказаться. Хорошо, Николай, я согласна. — Отлично. Мы вышлем вам на электронную почту адрес, время и правила проведения. — Буду ждать. До свидания, Николай. — До свидания.***
Звонкая трель звонка громко раздалась по комнате, полной тишины, и прервала от работы. В пространстве царила тьма, только экран включённого ноутбука подсвечивал женское, безэмоциональное лицо, взгляд был сосредоточен на экране, но переключился на телефон. Изящная ладонь наконец-то взяла в руки гаджет, отвечая на звонок. Женщина знала, кто звонит. — Добрый вечер! Всё выполнено. Теперь Вы согласны? Женщина усмехнулась, отвернувшись назад на спинку стула. — Как и договаривались. — Отлично. Тогда… до встре… Женщина сбросила вызов, прерывая говорящего, затем отложила телефон обратно на стол. Из неоткуда в её руке появилась сигарета, и она мигом её закурила, полностью расслабляясь. На лице держалась усмешка. «Посмотрим, какая ты, Третьякова Мария Владимировна», — казалось, в темноте сверкнули глаза цвета моря, оставляя голубой свет.