Белые птицы

- Кладите ее сюда, скорее!- произнес нежный женский голос директора детского дома.       Маленькая Розали, которой было всего два года, уснула в игровой комнате, все еще держа в руке свою любимую куклу, которую назвала Бэтти. Воспитательницы укладывали других девочек спать и совсем потеряли из виду такую крохотную Розали, что даже не заметили ее отсутствия в кроватке, стоящей в самом углу небольшой комнаты.       Это была комната только для девочек. Детский дом был небольшим и стоял поодаль от города: местные жители ближайшего городка не радовались соседству с сиротами, потому очень грубо время от времени обращались с ними, когда девочки и мальчики выходили из приюта на уроки в город. Конечно, они могли бы учиться исключительно в приюте, используя книги и компьютеры, но преподавателям и учителям было важно, чтобы дети научились общаться со взрослыми и получать нужную им помощь. Но каждый раз какая-нибудь напыщенная женщина, стоящая за прилавком магазина не упускала возможности отпустить какую-нибудь гнусную шутку, вроде "Да что ты можешь? Ты же сирота!". Каждый выход в город заканчивался одним и тем же. Никто их не принимал всерьез, как отдельных личностей.       В приюте жили 7 девочек разного возраста и 4 мальчишек, которые то и дело носились по двору и играли в стрелялки и войнушки. Девочки же учились вышивать, готовить, прибирать дом, ухаживать за цветами и животными.       На территории, по которой с невероятной скоростью носились мальчики, стоял огромный дом- это был приют. Это было здание XX века, чудом уцелевшее в период войн и разногласий. Оно выглядело как усадьба старинного рода, который давно ее покинул. Новый хозяин, который открывал в этом здании больницу для раненых солдат, а затем для сирот, оставшихся после войны. Оно было длинным, двухэтажным, имело два крыла, центральный вход, впереди которого возвышались толстые колонны, сохранившие на себе следы от осколков, старые деревянные окна, которые каждую зиму продувались ветрами и замерзали при низких температурах. В левом крыле никто не жил с момента обрушения второго этажа до первого: жилые помещения остались лишь в правом крыле, где расположилась кухня, общая ванная и три спальных комнаты по десять мест в каждой. В одной спали мальчишки, которые по полночи буянили, и только под утро засыпали, во второй комнате жили девочки, которые перед сном любили пообсуждать как прошел их день и что нового они узнали. В левом крыле, с обрушенным этажом, расположился хлев с коровами, козами, гусями и утками, которые прекрасно себя чувствовали, живя под крышей, в тепле и уюте.       У всех детей были разные занятия, в силу разницы в возрасте. Более старшим девочкам учителя преподавали более сложные уроки, а более младшим, а их было больше, учителя часто преподавали уроки всем вместе, а иногда и вместе с мальчиками, хотя у мальчиков программа и учитель были другими.       Этот день начался, как обычно: мальчики неохотно вставали в 8 утра на завтрак, невыспавшиеся, сонные с взъерошенными волосами они спускались на завтрак. Учуяв запах жареного бекона и яичницы, они быстро сбежали вниз и заняли свои места в столовой. Девочки уже сидели на своих местах и с нетерпением ждали, когда же им подадут вкуснейший завтрак.       На самом деле, не смотря на бедность здания, внутри дом выглядел современным: электроплита, современный холоднильник, телевизор в каждой комнате и компьютер общего пользования в библиотечной комнате. Детям позволено выходить в интернет и искать нужную им информацию по учебе, а так же общаться в социальных сетях. Каждому ребенку был дан простой современный телефон, чтобы при походах в город ( а они совершались под присмотром воспитателя или самой старшей воспитанницы) дети были на связи.       Это был теплый летний день, у детей были каникулы, никакой учебы, докладов и контрольных работ- только прогулки, свежий воздух и наслаждение жизнью. Мальчишки как обычно после завтрака переоделись в привычную одежду и побежали на улицу играть в стрелялки. Девочки, во главе с самой старшей, Ангелией, отпросились в город, приобрести что-то новое из одежды. Девочки и в правду давно не обновляли гардероб. Директор, Мисс Софье, она прибыла из франции, с радостью отпустила девочек при нескольких условиях: они всегда будут на связи и потратят ровно столько, сколько нужно. То есть только на одежду. Каждой девочке поставили ограничение в 4 вещи гардероба и девочки были отпущены в город, но конечно, они не забыли о Розали, которая мирно сидела у воспитательницы на руках и теребила ее косу. Девочкам было приказано купить ей платье, новые колготки, пару туфель и какую-нибудь игрушку, чтобы малышка повеселела.       Последнее время малышка все чаще пребывала без настроения и в каком-то капризном состоянии: часто хныкала, плакала, капризничала и требовала то, что она сама не понимала. Она часто находилась на руках у воспитательницы Натали, что успокаивало Розали в считанные минуты. Она часто называла ее мамой и Натали не понимала, почему она так привязалась к ней, как к матери, но не была против этого.       Девочки ушли в город и в доме стало пусто. Кухарка Елена уже прибирала после завтрака кухню, мыла посуду и убирала остатки в холодильник, думая о том, что приготовить детям на обед. Каждый день она что-то выдумывала, а если не хватало продуктов, ходила в город сама или отправляла слесаря- все равно он часто ничего не делал, пребывал в скверном настроении и иногда прикладывался к бутылке самодельного вина, который ударял ему в голову и он шел развлекать детей сценками из разных спектаклей, в которых он когда-то играл. Его звали Антон Викторович, когда-то он был актером в местном театре, играл со своей труппой различные спектакли, но здоровье давало о себе знать, и все, что он мог это выполнять каку-то мелкую работу. Он попал в приют случайно- его увидел владелец приюта на улице в дождь. Антону Викторовичу некуда было идти, дома у него не было- театр был его домом- и ему приходилось побираться на улице, тогда хозяин взял его под свое крыло, выделил ему небольшое помещение под обсутройство комнаты, выделил ему материалы и интсрумент, и с тех пор Антон Викторович следит за зданием, как за своим домом: чинит, красит, пилит, ремонтирует, пока силы еще есть. Вот и по вечерам, когда наваливается бессилие и отвратительное настроение, он прикладывается к бутылке и устраиваем детям представления на свежем воздухе. Детский смех пробегает по всей территории детского дома