дико бесит наивняк

             

сметана band — очки-сердечки

              веронику таня «приветствует» с кулака — в своих манерах. мажет костяшками по скуле, зло смеётся и тянет руку к светлым волосам. выплёвывает насмешливо:               — ты хоть сдачи дай, терпила.               каширина крепко сжимает ладонь на затылке [очередной] своей жертвы и оттягивает длинные пряди, заставляя васильеву прогнуться в спине. и прогнуться — в принципе.               ника непроизвольно скулит, но храбро ловит взгляд тани и держит зрительный контакт: жаль, поздно вспоминает передачи по national geographic — там всегда твердят, как опасно смотреть хищникам в глаза.               — какая прелесть, — продолжает издеваться каширина, — сейчас обоссусь от страха.               следом прилетает удар по рёбрам, и вероника невольно сгибается пополам, но почти сразу пружинит обратно. опрометчиво. танк, самодовольно улыбаясь, снова ждёт жалобного стона и тихого «отпусти», но получает лишь вымученную улыбку с запекшейся кровью в уголках губ.               — хули ты лыбишься?               в каждом слове, в каждой интонации тани ника слышит шаблонного буллера — задиру, на деле боязливую, потерянную и одинокую. таких убивают добротой, не силой.              

***

              веронике быстро дают прозвище — васька. как район в петербурге, думает пацанка, или деревенский кот.               — не, ты скорее мышка, — лаурита беззлобно смеётся, переворачивая вилкой свой завтрак, — или клубок ниток. а кошак — танюха, играет с тобой, мучает, царапает, но не рвёт.              

***

              веронике от тани достаётся ещё не раз: васильева засыпает в синяках и ссадинах, но на утро снова улыбается, зная наверняка — такая реакция раздражает обидчика куда сильнее.               позже, ближе к финалу, каширина признаётся без камер: злилась искренне и била в полную силу, но не чтобы размазать, а чтобы вылепить — что-то стойкое и пробивное из хрупкого, болезненного и податливого.               расхерачить розовые очки, встряхнуть за плечи и прокричать у самого уха: жизнь — мясорубка, и каждый может укусить, растоптать, пройтись танком. надо быть готовым.               таня убеждена: такие, как васька, долго не живут. тогда же, без камер, объясняет — хотела закалить и [пере]воспитать. превратить в характер приторный компот.               — получилось? — скорее, у тебя.