поцелуи с табачным дымом

утро было не очень добрым. родители ругались с 6 утра, поэтому мне даже не понадобился будильник. надев штаны, рубашку и кардиган, я быстро пошла в школу. зайдя в кабинет, я очень удивилась. Крис сегодня не было, а Прокофьева так и пилила меня своим взглядом, намекая что мне крышка. и вот уже собиралась она подойти ко мне, как прозвенел звонок. в мыслях было только одно: боже, я спаслась. — дети, здравствуйте. записываем отсутствующих. как я вижу, новой девочки нет? что-ж, досадно. кого ещё нету?-поинтересовалась преподавательница. — Васильева тоже нет,-промямлила отличница с 2 парты. я погрузилась в свои мысли. и всё-таки, где же Крис? что за недомолвки между нами и её резкая пропажа? — Соколова, отвечай говорю!-злилась учительница, пока класс смеялся из-за моей невнимательности. — извините, можно вопрос повторить? — ты издеваешься? класс засмеялся ещё больше. меня это не волновало, единственным минусом в этой ситуации было то, что преподша написала замечание. получив «заветную» запись в дневник, я залезла в телефон. сразу обратила внимание на то, что Крис была в сети. любопытство одержало своё, я решила ей написать. ответ не заставил долго себя ждать. на моё «ты куда пропала?» девушка ответила «не твоё дело». честно говоря, у меня появилась некая обида на Желточенко. вчера мы поцеловались на платформе, а сегодня это не моё дело? супер. наступила «долгожданная» перемена. я специально пошла в туалет, чтобы отсидеться там и не попасться никому на глаза. на холодной плитке до сих пор остались пятна крови, моей крови. вспоминая как меня избили тогда, когда я потеряла сознание и лежала в кровавой луже час после конца уроков, на душе становилось тяжелее. мой взор невольно пал на мои руки, на которых даже из под белоснежной плотной рубашки были видны следы надругательств девочек надо мной. резко дверь открылась. в туалет забежала Прокофьева, вся в слезах. впервые её вижу такой. — сука, почему? ПОЧЕМУ?-со всей дури кричала стерва школы, зарываясь руками в свои волосы. я осторожно выглянула из кабинки, в которую забежала как только услышала шаги. картина была ужасная: Ксюша, вся заплаканная, сидела у раковины, с лезвием в руках выводила «рисунки» на запястьях. — скотина такая, блять, я скажу папе, его мать быстро вышвырнут с должности. будет до конца своей жизни корку хлеба есть на завтрак, обед и ужин,-пискнула девушка и на эмоциях пнула мусорку ногой. теперь на полу в женском туалете можно было обнаружить кучу салфеток, использованной туалетной бумаги и прокладки. Прокофьева ушла из туалета, я вышла после неё. аккуратно, незаметно, чтобы живой дойти до кабинета. любимая мятная жвачка оставляла приятный осадок во рту, пока урок тянулся вечность. наконец прозвучало заветное: «записываем домашнее задание» и это означало что скоро я буду дома. выбежав с кабинета после звонка, я помчалась со всех ног к остановке. буквально в пару метрах от ворот школы разворачивалось страшное зрелище: группа парней окружили девушку, смеялись и таскали её за волосы. — какой же гнилой этот мир! вот уроды,-думала я, решив пойти на помощь девушке. подойдя к группе людей, я была в лёгком шоке. девушка которую избивали - это была Ксю. как говорится, всё возвращается бумерангом. — шалава! пока Макс играет на матчах, ты на трибунах сосёшься с другим!-кричал самый борзый из парней. тогда до меня дошло: в туалете Прокофьева плакала из-за парня, а сейчас он подослал к ней своих дружков, чтобы поиздеваться. — вот же тряпка! сам-то не пришёл,-думала я. и тут я задумалась: стоит помогать стерве или нет? все-таки она столько дряни мне сделала, но с другой стороны - ей нужна помощь, и физическая, и моральная. ничего лучше мне в голову не пришло, чем подойти к парням, посмотреть на обидчицу и показать ей фак. — ты получила по заслугам, сучка,-сказала я, повернулась в противоположную сторону и пошла.