пусть лишь для них двоих будет вечный, ледяной январь

кир себя чудовищно чувствует впервые за пару месяцев. за ночное катание по Питеру он поплатился в виде простуды и температуры, которая не спадает уже дня так два уж точно. все его развлечения, как кажется, на не малый период, это наблюдение за снегом за окном особняка и глупое втыкание в телефоне. леша не приходит, потому что гречкин старший его даже на порог дома не пускает 'нечего детдомовцам делать в моем доме. это не приют'. сегодня снег сильнее обычного, отец кира уехал на важное мероприятие, которое вообще никак нельзя пропустить. как и всегда. все мероприятия важнее единственного сына. приподнявшись, пробежался глазами по полкам, он наткнулся на книжку, которую ему когда-то давал леша, утверждая, что она замечательная и точно покорит его, а может и привит любовь к чтению. потрепанная, старая, страницы жёлтые, обложка в пыли и была оклеена скотчем, края которого в некоторых местах почернели и задрались. он открыл её, бежав глазами по строчкам. не замечая ничего рядом, он улегся обратно под плед, предварительно заперев дверь в свою комнату. книга завлекла и парень пропустил, как пролетел час, два, и на часах уже было без пяти минут девять. оставалось буквально пара десятков страниц до завершения истории, но его оторвал злосчастный стук в окно. голуби - подумал он. нет, он был уверен, ведь охрана была у входа в дом, да и жил он на втором этаже. стук повторился снова, но более настойчивый. нехотя встав, он подошёл к окну и резким движением руки, отодвинул тёмные шторы, открыв себе вид на небольшое окно. замерзший, с трясущимися руками, набекрень надетой шапкой и расстегнутой, поношенной курткой, на него уставился лешка, глупо улыбаясь. кир поспешно открыл окно: - пизда у вас тут охраны, будто украдут тебя - ты как залез сюда, придурь - у тебя за домом есть дырка под забором, не замечал? кир лишь приподнял бровь и отошёл от окна, впуская мальчишку в комнату. тот сел на подоконник, снял обувь и куртку, до этого закрыв окно, ведь холодно. неприлично холодно. в чем была проблема создать вечный май? - для чего ты пришёл? мой отец тебя убьёт, если хоть узнает, что ты проник в его дом.. - да-да, я знаю, ведь я детдомовский прошмыга, - он завалился на кровать в обнимку с красным рюкзаком, который пережил, кажется, елизавету вторую. кир посмотрел за окно, чтобы открыть тайну проникновения в его комнату, ведь не по воздуху он поднялся. всё оказалось проще некуда. выдвижная лестница. как он оттуда не кувыркнулся? придурок. его придурок. он сел рядом с мальчишкой, который вовсю рассматривал книжку, которую читал кирилл. - вижу, ты увлёкся.. - да не то слово наверно поэтому он и был тише обычного, будто подменили. - ах, вот че я пришёл то.. - он закопошился в рюкзаке и протянул пластмассовую коробочку, открыв которую, кир обнаружил клубнику. не особо много, но для декабря это было ахуеть. - ты откуда достал это..? - у деда мороза попросил) - я серьёзно.. - я тоже. попробуй тоже письмо написать) глаза кира напоминали больше монеты по пять рублей. леша будто борзянки объелся. саркастичный, наглый. не привычно для обычного забитого макарова. - да ладно тебе, че ты так уставился? гречкин молчал. у него не было ни слов, ни мыслей, ни догадок. - ладно, я купил её у какого-то приезжего парня, пока искал тебе подарок. сидишь тут как принцесса в башне, а папаша тебя охраняет - сколько? - один килограмм - я имел ввиду сумму - если это для тебя важно, то это была моя новая кофта кир был восхищён, ведь для него ничего подобного не делали ни в жизни, ни в мечтах. он подскочил, вытащил несколько своих толстовок, и всучил их засранцу, что сразил его сердце. - позволь спросить: нахуя..? - ты и так мерзнешь, дурак, ещё и на меня тратишься - но признайся, тебе ж понравилось.. леша опустил глаза в пол, а кир, сев перед ним на колени, совершил попытку заглянуть в его небесные глаза, взявшись за подбородок, опустил его лицо к себе, нежно соприкоснувшись губами.