waiting for a love like this

если честно, он даже не может с точностью сказать, каким именно чудом доживает до выходных. после разговора с хенджином в пятницу его настроение подскакивает вверх, и он становится чересчур активным, берясь за каждое возможное дело, которое может потянуть время. он договаривается встретиться с ребятами в субботу в общежитии, весь вечер пятницы упорно борется с остатками конспектов на следующую неделю, как следует готовится к семинарам, чтобы показать себя хорошим учеником после того, как выпал из университетской жизни почти на неделю, так что время для него за всеми этими приготовлениями и правда идет довольно быстро. он даже не открывает их переписку, что считает своим личным достижением. в субботу днем джисон забирает его из его корпуса общежития на машине, и они вдвоем едут до другого корпуса, чтобы завалиться к сынмину в комнату и устроить в ней тотальный беспорядок, к полному неудовольствию младшего. стоит феликсу как следует устроиться на пассажирском сидении и пристегнуть ремень, джисон тут же поворачивается к нему. лицо выражает негодование. — почему ты весь светишься? ты разве не сидел за конспектами весь вчерашний день? — подозрительно интересуется он, и феликс даже немного теряется, не зная, стоит ли отвечать. — сидел, — вместо подробностей отвечает он, отворачиваясь к окну. румянец понемногу трогает его лицо. джисон, он видит краем глаза, только сильнее щурит глаза. — это тебя так механики вокала развеселили? он прыскает. — джисон, нет, — со смехом отвечает в итоге феликс, понимая, что джисон не сдастся, — просто завтра вечеринка, и я в предвкушении. — от вечеринки. ты, — с сомнением говорит он, выруливая с парковки, — в предвкушении. что-то точно должно случиться… — ну джисон! — ну не может быть все так просто! феликс в ответ только закатывает глаза. — обещаю, что ничего не случилось. и у него есть причина так говорить. он хорошо знает джисона и почти на сто процентов уверен, что если он просто скажет ему, что на вечеринке его ждет долгожданная встреча с одним очень важным для него человеком, старший сможет сложить два и два и догадаться, что речь идет про его так называемого «кавалера». а это означает только то, что он постарается применить все свои дедуктивные способности для того, чтобы выяснить, кто же это. и, скорее всего, его поиски окажутся успешными, а догадки — правильными. феликс вздыхает. — я сделаю вид, что поверил тебе, — хмыкает джисон после недолгой паузы, корпус нужного общежития уже показывается в лобовом стекле, — но у меня есть предположение, что ты наконец-то помирился со своим кавалером. ох, джисон знает феликса так же хорошо, как и феликс его, не так ли? — возможно, — увиливает феликс, — а может и нет, кто знает. — я все равно докопаюсь до правды… — ворчит джисон, и машина останавливается, когда он наконец вписывается в свободное место между двух других автомобилей на крохотной парковке. — я расскажу тебе завтра, будь уверен. и больше они эту тему не поднимают после того, как джисон смеряет его пронзительным взглядом и напоминает, что он обязательно вспомнит об этом завтра, если что-то пойдет не так. феликс может только тяжело вздохнуть. он не любит врать джисону, но то, что он делает сейчас, так это скорее «недоговаривает», так что все в порядке, и старший наверняка может потерпеть еще один день. по крайней мере, феликс в этом уверен. комната сынмина встречает их типичным вылизанным порядком и свежим воздухом из открытого окна. любовь младшего к проветриванию помещений не раз становилась поводом для шуток, но феликс не может сказать, то его так уж сильно это раздражает, особенно сейчас, когда на улице весна и воздух снаружи чистый и приятный. комфортный вечер в окружении близких друзей, а в особенности чана, делает его жизнь лучше. они заказывают доставку, ставят какую-то уморительную комедию на фон, поставив чей-то ноутбук на подоконник, играют в монополию долгих несколько часов, и ему удается хорошенько отвлечься от всех ненужных мыслей. — это нечестно! — с визгом чонин кидает в хохочущего сынмина свою фигурку, банкноты под его коленками разлетаются, и это вызывает смех у всех собравшихся вокруг, — я собирался забрать водохранилище! — все честно, малыш, — снисходительно отвечает ему сынмин, отдавая деньги банку в лице чана, который с такой же маленькой улыбкой отдает ему карточку водохранилища, — кто успел, тот и съел. чонин издает странный отчаянный звук и отворачивается от всех, чем вместо сочувствия вызывает только очередной взрыв хохота. феликс мягко смеется, обводя всех взглядом и думая только о том, как же ему повезло с людьми вокруг и как же он сильно их всех любит. под конец вечера от количества полученных эмоций он чувствует себя абсолютно выжатым, а диафрагма болит от того, как сильно он смеялся все то время, что чонин пытался выторговать у сынмина свое любимое водохранилище. к тому моменту, как джисон довозит его обратно до его корпуса общежития и они прощаются, все, чего ему хочется — это упасть лицом в подушку и проспать примерно неделю. но когда он забирается под одеяло, разморенный теплым душем и нормальным ужином, то вспоминает о завтрашней вечеринке. на его счастье, даже мысли о скорой встрече с хенджином не могут напрячь его достаточно, чтобы он почувствовал себя бодрым, поэтому он проваливается в сон, довольный и счастливый.

***

вы:

хенджини

джини

хенджин

хен

хенджин

хенджииииииииииииин

ты так и не написал, придешь ли ты на вечеринку(

не брать (даже если хочется): ой прости пожалуйста совсем вылетело из головы с этой работой( да, я приду часам к девяти у тебя все хорошо?

вы:

теперь да ;)

не брать (даже если хочется): я рад увидимся вечером

вы:

:((

а где?

не брать (даже если хочется): ого как мы заговорили эх милашка

вы:

:))

он откладывает телефон со вздохом и еще раз придирчиво окидывает взглядом свое отражение в зеркале — в этот раз обходится без истерик, и он собирается вполне спокойно, конечно, звонит чану по видеосвязи в процессе, чтобы удостовериться, что выглядит хорошо, но в целом его настроение можно назвать приподнятым. даже не дав ему должного выбора, джисон просто ставит его перед фактом, что заедет за ним, как и в прошлый раз. он не может ему сопротивляться. сынмин на заднем сидении снова отвлеченно смотрит в окно, джисон снова начинает рассказывать какую-то уморительную историю, дороги пустые, из динамиков доносятся звуки последнего альбома твайс, так что он расслабленно откидывается на спинку сидения и не может сдержать улыбку. сердце колотится в предвкушении того, что сегодня, наконец-то, произойдет. — эй, вы не против, если мы заедем за минхо? — интересуется джисон, отлипая от телефона на светофоре, — он оставался у чана вчера, так что тут недалеко. сынмин безразлично пожимает плечами, а феликс только согласно кивает, потому что никогда не против общества старшего. тем более, что они бы все равно увиделись на вечеринке. но кое-что его все-таки немного смущает. — а ты чего весь светишься? — подозрительно передразнивает он недавнюю фразу хана, и джисон почти сразу же заливается краской, — помирился со своим кавалером? — феликс! феликс принимается хихикать. джисон яростно пялится на дорогу, словно это поможет его заткнуть. — если я чего-то не знаю, ты всегда можешь мне рассказать, — сладко напевает ли, — особенно если произошло что-то интересное… — ладно-ладно, — джисон вздыхает, — возможно мы с минхо- ну- встречаемся? феликс слышит, как сынмин на заднем сидении давится только-только открытой водой. — что? — севшим от шока голоса переспрашивает младший, — встречаетесь? — так и знал, — хмыкает феликс, — я рад за вас обоих. главное, пожалуйста, не берите пример с чанчонов и не пытайтесь сожрать друг друга у всех на виду, тогда мы будем спокойны… — да за кого ты нас принимаешь?! — встречаются… — все еще не может поверить сынмин. — за кого-то, кто наконец-то дорвался, — феликс качает головой, — ладно, я обязательно выпытаю у тебя подробности, когда у нас будет на это время. через пять минут к ним присоединяется минхо, заваливаясь на сынмина с таким уставшим лицом, словно он вместо отдыха всю ночь разгружал вагоны с углем, чем тут же заслуживает нытье со стороны младшего. — чан вчера потащил меня в качалку, — жалуется ли, когда они снова двигаются с места, — и я зарекся больше никогда в жизни с ним не разговаривать. — все настолько плохо?.. — у меня болит каждая клеточка тела, — ноет он, — я встал с кровати только с четвертой попытки, а этому хоть бы хны! — хен, еще бы, мы же не раз в неделю ходим в зал! — возмущенно поясняет джисон. — а ты вообще молчи, предатель! я пошел туда только потому, что ты сказал, мол, тренировки с чаном совершенно не жесткие! — но это так! ты просто никогда не тренировался с чанбин-хеном, видимо! они оба фыркают и отворачиваются каждый к своему окну, заставляя и феликса, и сынмина попытаться подавить рвущийся наружу смех. дальше едут в тишине. дом уена встречает их привычной обстановкой — громкой музыкой, веселыми людьми, расслабленной атмосферой и им самим, с улыбкой вышедшим встречать их в коридор. чон здоровается со всеми очень тепло, но феликса обнимает крепче всех, много раз называет их «котятами» (даже не смотря на то, что минхо старше его на целых два года, он все равно не имеет ничего против), и как обычно напоминает правила поведения в чужом доме, которые они все слышали уже миллион раз. пока старшие и младшие, включая присоединившегося к ним чонина, о чем-то продолжают разговаривать с хозяином дома, феликс начинает нервничать. он чувствует, как в груди заходится сердце, взгляд невольно блуждает по толпе людей в середине танцпола, но одного конкретного лица он все никак не может разглядеть. — эй, ты в порядке? — недоверчиво интересуется чонин, невольно прослеживая взглядом движения его глаз, когда феликс вздрагивает от неожиданности. — да, — неуверенно отвечает он и пытается выдавить из себя улыбку. ее, впрочем, недостаточно, чтобы убедить чонина хоть в чем-то, — все хорошо. — ждешь кого-то, да? я так и знал, что ты спрашивал не просто так. феликс оборачивается — остальные уже разошлись кто куда, только уен остался в дверях со своим стаканом, продолжая встречать прибывающих людей. он наклоняется к чонину с виноватым лицом. — нин, прости, но я пока не могу рассказать тебе, что к чему, — извиняется он, но ян только отмахивается рукой. — забей, я знаю, что ты ждешь хенджина, — усмехается он, и у феликса душа уходит в пятки, — расслабься, я никому не говорил. видимо, я единственный могу сложить два и два, верно? — ты просто негодяй, — с улыбкой журит его феликс, — как ты догадался? — чуйка, — он пожимает плечами, — а еще чани-хен рассказал. — вот предатель! — от шока он даже не может как следует возмутиться, но лицо чонина такое забавное и хитрое, что он физически не может злиться на младшего, — ничего больше не буду ему рассказывать… — ну ладно тебе, не обижайся на него, он правда держался до последнего, но я слишком волновался за тебя! — у меня все под контролем! — возражает феликс, чувствуя, как горят кончики ушей. — почему тогда не рассказывал никому? знаешь, мы бы восприняли это нормально. ну, думаю, джисон бы повозмущался, что он тот еще плохой парень, но остальные- — я был неуверен… — в нем? ну неудивительно- — нин, — строго перебивает его феликс с таким серьезным лицом, что чонин мигом замолкает и обращает все свое внимание на старшего, — не говори такого о нем. я был неуверен в себе, поэтому ничего вам не говорил. телефон в кармане вибрирует. и стоит феликсу увидеть уведомление от хенджина, как лицо само расплывается в маленькой улыбке, заставляющей чонина хихикнуть. — он правда нравится тебе, да? — феликс смущенно кивает, — поверить не могу, прошлая вечеринка была почти ровно неделю назад, и там ты заявлял нам с сынмином, что ненавидишь его… — он, — он краснеет еще гуще, — совсем не такой, каким кажется. — ладно, я не имею никаких прав на то, чтобы осуждать тебя, — чонин подводит итог разговору, пожимая плечами и похлопывая его по руке, видя, с каким усердием феликс пытается не смотреть в телефон, — но я все еще жду подробного рассказа обо всем, ладно? это дико интересно! — хорошо-хорошо! — все, не облажайся, хен! и плавно выскальзывает из коридора, видимо, в поисках выпивки. феликс глубоко вздыхает и, наконец, открывает переписку. не брать (даже если хочется): я на месте феликс?

вы:

прости, меня отвлекли

ты уже тут, да?

не брать (даже если хочется): угу хоть уен и сказал что людей будет немного их все равно много так что мне пришлось немного спрятаться один какой-то очень настырный парень даже попытался взять у меня автограф

вы:

ого, не знал что ты настолько популярный

не брать (даже если хочется): о боже перестань очевидно он сделал это на спор как будто сам не знаешь как ко мне боятся подойти буквально все

вы:

ладно предположим знаю

в любом случае

мы так и будем переписываться?

не брать (даже если хочется): ммммм а есть что-то, что ты бы хотел сделать? внезапно даже для самого себя феликс вспыхивает, на секунду застывая, но тут же снова принимаясь печатать.

вы:

ДА

КОЕ-ЧТО ЕСТЬ

НАПРИМЕР

ПОГОВОРИТЬ ВЖИВУЮ ЧТОБЫ ТЫ НЕ МОГ КИДАТЬ В МЕНЯ ЭТИМИ ДУРАЦКИМИ НАМЕКАМИ

Я ЧТО ЖЕЛЕЗНЫЙ ПО-ТВОЕМУ???

— кто знает, кто знает… — феликс весь покрывается мурашками от того, как близко звучит бархатистый голос, почти сразу же разворачиваясь, чтобы увидеть перед собой мягко хихикающего хенджина, — привет, милашка. феликс кладет руку на сердце, показывая, что действительно испугался, и почти шутливо бьет старшего по плечу. — ты меня напугал, — негромко говорит он. им везет, что они все еще достаточно близко ко входу, чтобы музыка не заглушала их речь, — и я не возьму свои слова назад. — а что такого я сказал? — абсолютно невинно интересуется хенджин, кивая ему в сторону танцпола и протягивая свою руку. феликс берется за нее с дрожью в груди, невольно замечая, как же сильно отличаются их ладони по величине, — просто спросил, что ты хотел сделать такого, что нельзя сделать по переписке. он все еще смотрит на их переплетенные пальцы, сглатывая. — ликс, все в норме? — м? — феликс вскидывает голову и теряется в заботливом взгляде, которым одаривает его хенджин, — да, все отлично. — если что-то не так, мы всегда можем уйти в более тихое место, ты же знаешь? — да, конечно… они проходят еще несколько шагов, и феликс неловко тянет старшего на ближайший свободный диванчик в небольшом отдалении от колонок, чтобы они могли нормально поговорить. а когда садятся, снова замечает, что не он один нервничает — хенджин начинает нервно притопывать ногой, видимо, надеясь, что это не сильно заметно. это заставляет его хихикнуть. хенджин все еще не отпускает его руки, сердце феликса тает. — в общем-, — начинает он, бессознательно поглаживая чужую ладонь большим пальцем. у хенджина руки очень мягкие и гладкие, так что это действительно успокаивает его, — как ты мог заметить, все осталось, как прежде. — а с этого момента поподробнее, — хмыкает старший и двигается ближе. щеки феликса моментально заливает румянец. боже, он ведь никогда не был таким стеснительным! он пытается сопоставить слова в цельные предложения в своей голове, чтобы не ударить в грязь лицом. обычно, признания давались ему куда легче. давно надо было привыкнуть, что с хенджином у него никогда не бывает «обычно». он снова тяжело сглатывает скопившуюся от волнения слюну и поднимает взгляд — хван все еще смотрит на него нежно, не торопя и не пытаясь надавить, чему феликс, если честно, очень благодарен. — в общем, — снова говорит он, и хенджин ласково пихает его в коленку, закатывая глаза, — эй, если ты будешь меня перебивать, то я ничего не скажу! — о, так весь смысл в том, что я и так все знаю, — смеется он, — просто хотел услышать это вживую. — ты просто невыносимый, реально, — бормочет феликс, хенджин мягко поглаживает его ладонь, и от смущения слова в голове младшего просто путаются в кашу. — прости, милашка, — хмыкает он, — можно тебя поцеловать? — нет, пока я не закончил, — дрожащим голосом отвечает он, — и кто- кто вообще спрашивает о таком вслух? — кто-то, кто уважает твое личное пространство, — язвительно отвечает он. — это сбивает настрой! — настаивает феликс. хенджин снова состраивает смешное лицо, закатывая глаза, — и это несмешно! — я не знаю, как тебе, — он придвигается ближе, феликс затаивает дыхание от того, каким красивым старший кажется ему сейчас — немного на нервах, держащий его руку в своей, — а мне никакой настрой это не сбивает. давай же, я знаю, что ты хочешь меня поцеловать, так что просто скажи уже… феликс ворчит что-то неразборчивое, резко подаваясь вперед, но хенджин вовремя распознает его маневр и аккуратно останавливает его, откидываясь назад. — эй, нечестно! — нечестно мухлевать, — журит он феликса, — феликс, всего три слова, ты же уже говорил мне такое, что поменялось? — три слова поменялись, — с краснющими щеками бормочет он, и хенджин почти подскакивает на диване, пальцы подрагивают от волнения, — доволен? — очень. и феликс может поспорить, что видит взволнованные фейерверки в чужих глазах после такой простой фразы. он уверен, что «три слова» поменялись в его голове еще несколько дней назад. и, может, он торопит события, но все его краши всю его жизнь проходили максимум за неделю. и сейчас он на грани того, чтобы просто бесстыдно признаться хенджину в любви из-за того, как он с ним обращается, даже несмотря на то, что лицо горит от румянца, а руки в чужих ладонях дрожат. — ладно… — он вздыхает, — прости, что тяну время, я не знаю, почему так нервничаю… — феликс, все в порядке, — с таким же вздохом отвечает старший, — я не буду на тебя давить. если ты не хочешь чего-то говорить, я не смогу тебя заставить. — дело не в этом, — ноет феликс. он откидывается на спинку дивана, чувствуя, как хенджин крепче переплетает их пальцы, второй рукой ненавязчиво дотрагиваясь до его предплечья. тишина, нарушаемая негромкой музыкой и приглушенными разговорами, затягивается. — господи, никогда в жизни так не нервничал, — он закрывает лицо свободной ладонью, — я ведь реально тебя люблю, только почему-то безумно сложно сказать об этом, когда ты продолжаешь так на меня смотреть- хенджин расплывается в улыбке. — «так» — это как? — нежно спрашивает он, феликс чувствует, как он тянется, чтобы отстранить руку от его лица. — вот так, — феликс сглатывает, когда его лицо оказывается в чужих ладонях. — ну, — хенджин хмыкает, его пальцы мягко обхватывают подбородок феликс, сам он придвигается еще ближе. феликсу кажется, что еще чуть-чуть, и его просто размажет по дивану от бесконечных чувств, — просто я тоже тебя люблю, что уж поделать. и сначала феликс вздрагивает, не понимая, что произошло и что означает его «тоже» но потом… — боже, какой же я идиот, — со смехом ворчит он, — я не хотел делать это так. — прозвучало очень обыденно, мне понравилось, — феликс чувствует теплое дыхание на своей щеке, веки невольно опускаются, — заставляет думать, что ты уже привык к этому. — мне кажется, что никогда не привыкну. хенджин хихикает. — теперь я могу тебя поцеловать? — да, пожалуйста, — просит феликс, и чужие мягкие губы беспрекословно накрывают его. ему кажется, что хенджин пытается передать все свои чувства через один единственный поцелуй. потому что другой причины, почему это ощущается так ласково, так аккуратно, так тепло и так много, он просто не может придумать. ему кажется, что хенджина и в самом деле не существует, потому что то, насколько бережно он держит его лицо в своих ладонях, почти заставляет его прослезиться от счастья и какого-то необъяснимого и глупого чувства, заставляющего коленки подрагивать. хенджин отстраняется первым — с маленьким чмоком, все еще не отпуская его лица. — хорошо? феликс может только кивнуть. он уверен, что если сейчас попробует встать, то просто упадет обратно. решая, видимо, добить его, хенджин мягко целует его в кончик носа, заправляя волосы за уши. — хочешь пойти выпить? — да, мне бы сейчас не помешало, — хенджин хихикает, но послушно поднимается с дивана, протягивая ему руку. и феликс второй раз за вечер переплетает их пальцы, на этот раз чувствуя себя намного более уверенным. это оказывается совсем нестрашно. и пока хенджин с сосредоточенным лицом пытается найти хотя бы одно темное пиво среди всех запечатанных бутылок, феликс сам поднимается на носочки, чтобы прижаться к его губам своими, обнимая за шею. хенджин, конечно, больше секунды стоит в шоке, но быстро приходит в себя, коротко лижет его нижнюю губу, заставляя приоткрыть рот, руки мягко опускаются феликсу на талию, ласково, но крепко сжимая. феликс думает, что неплохо было бы открыть окошко. когда он отстраняется, дрожа, кажется, еще сильнее, чем раньше, хенджин не пускает его, притягивая к себе вплотную. — что это было, милашка? феликс шкодливо прячет лицо у него на груди. — возможно, небольшая месть, — хенджин кидает на него непонимающий взгляд, — ты говорил, что хочешь посчитать, сколько раз я скажу, что ненавижу тебя, прежде, чем сказать что-то противоположное… — ой, — он снова закатывает глаза, — я же знаю, что ты говорил это несерьезно. к тому же, — хмыкает хенджин, наклоняясь и снижая голос, — я думаю, что справился замечательно, потому что с того разговора не прошло еще и недели. — конечно, сколько угодно считай это своим личным достижением, — шепчет феликс, взгляд бегает по чужому лицу, — я правда тебя люблю. — я знаю, — самодовольно отзывается хенджин, оставляя маленький поцелуй на его губах, — я тебя тоже. и феликс почти готов закрыть глаза, когда прямо позади них раздается жуткий звон. он поворачивается первым, и от открывшейся картины не может сдержать яркий смех, рвущийся наружу. джисон, от шока выронивший стакан и так и застывший в дверях с открытым ртом, медленно моргает, переводя взгляд то с феликса на хенджина рядом, то с хенджина обратно на феликса. повисает почти комичная тишина, за время которой хенджин успевает занервничать, взять его за руку, отпустить его руку, занервничать снова, а феликс только и может, что играть с застывшим джисоном в гляделки. — все хорошо? — наконец, нарушает молчание он, и джисон нервно сглатывает. — просто замечательно, — бледно отвечает хан, — а это?.. — о, джисон, знакомься, — феликс подтаскивает их обоих ближе, — это хенджин, мой кавалер, о котором ты столько спрашивал, хенджин, это — джисон, мой лучший друг, про которого я так много рассказывал, а теперь- хенджин даже не успевает как следует пожать руку своему новому знакомому, как феликс чуть ли не подпрыгивает, целуя его в щеку, и хватает джисона за руку. — я напишу тебе! — бросает он, — а ты, — джисон вздрагивает, — прости меня, я действительно должен тебе кое-что рассказать! пока! и он вытаскивает джисона с кухни, не давая вставить и слова, лицо украшает мягкая улыбка, когда он оборачивается и видит хенджина, так и застывшего, но ласково провожающего его взглядом. он знает, что все только начинается. и он действительно рад. он очень хорошо знает о том, что легко влюбляется. и даже влюбленностью это назвать было бы слишком — так, «мимолетные краши», как выразился однажды банчан. но сейчас? сейчас он счастлив от того, что «мимолетный краш» в одного конкретного выпускника хореографического так и не захотел пропадать.