Seven

— Тина, нам нужно расстаться. Прости меня за эти слова. Ты сегодня для меня готовила ужин, испекла курицу второй или третий раз в жизни. Она немного подгорела, но все же невероятная, потому что ты готовила ее с любовью. Ты одела красное облегающее платье, которое подчеркнуло твою изящную фигуру, нюдовая помада на губах и духи «Шанель», которые я привез из Франции для тебя. Ты засмеялась не поняв моих слов, подумала, что это дурацкая шутка, а потом улыбка с твоего лица пропала, когда заметила мой серьезный взгляд на себе. Твое тело прижалось в кресло, а в глазах читалась растерянность. — Почему? — единственный вопрос, который ты задала мне, но ответа я не смог дать. Эти слова мне дались не легко и очень больно. Знаю, в твоем сердце я оставил шрам, большой. Поверь, я этого никогда не хотел, но так будет лучше, ты будешь в безопасности вдали от меня. Сегодня я потерял весь мир — тебя, твою улыбку и звонкий голосок, твою нежность и любовь, твое сердце. Я ушел молча, а ты так и осталась сидеть за большим столом, на котором стояла бутылка красного и горели свечи.

***

Она же просидела полночи не сомкнув глаза, неподвижно, глядя в окно. Тина не понимала, почему Дан так поступил с ней, искала причину в себе, потом в нем, но так и не нашла логического объяснения. В небе начали собираться густые черные тучи и тихая ночь сменилась бурей. Она не смогла больше сидеть на месте и вышла во двор в одном летнем платье. Ветер колыхал цветы в саду в разные стороны, уже ощущалось приближение осени. — Тина Григорьевна, — позвал ее охранник, когда девушка выходила за пределы дома, — я сейчас возьму машину, подождите. Но Тина не ответила, только махнула рукой, останавливая его. Начался дождь. Она промокла насквозь. Раньше она любила гулять под дождем, любила целоваться под ним, а затем согреваться телами. Но сейчас он холоден и безжалостен. Перед глазами — белая стена, вокруг — тьма. Она смотрит вверх, молния яркой вспышкой разрезает чорное ночное небо и девушка обхватывает себя руками.

— Я люблю тебя! — кричал Дан, — Тина, я люблю тебя!!!

— Дан, Дан, тише, — заливалась она смехом, закрывая его рот своими ладошками, — кто-то услышит, — оглянулась вокруг.

— Разве что дельфины в океане, — смеется он, — пусть слышит весь мир, — притянул ен к себе поближе и нежно поцеловал, наслаждаясь моментом.

Она шла дальше, ступая в холодные лужи. Взгляд не живой, каменный. В мыслях ее — он, перед глазами — он, в сердце — он. А в душе уже пустота и это самое ужасное чувство, ты практически мертва. — Что я сделала не так? — прошептала она, — что не так я сделала в этой гребаной жизни!!! — закричала она, подняв голову в небо, — что… — бессильно упала коленями на асфальт. POV Дан. Зайдя в бар я сел за барную стойку и взял бутылку водки, сделав несколько глотков, под пристальным взглядом Марчела. — Что случилось? — спросил он, сев рядом. — Я с Тиной расстался, — сделал еще несколько глотков и выбросил бутылку в стену. Она громким звуком разлетелись на мелкие осколки, как и мое сердце. — Марч, я ее так люблю, она первая в моей жизни, что заставила почувствовать что-то необычное, — я взялся за волосы, — она такая… она настоящая, моя… знаешь, она любит дождь с грозой, — я перевел взгляд в окно, — она ​​бы точно сейчас схватила бы меня за руки и повела во двор, целоваться под ливнем. Она всегда говорит, что для счастья многого не нужно, только чтобы мы были вдвоем, держаться за руки и на небо смотреть под звуки грома, — я потер глаза в которых собрались слезы. — Так может ей стоит рассказать все? — Нет, — покрутил головой из стороны в сторону, — во первых она подумает, что я конченый ублюдок, который в казино на ставку ставит не деньги, а женщин, — сжал пальцы в кулак, что аж побелели костяшки. — Ты был молод, — вставил друг. — А во вторых, — проигнорировал слова Марчела, — если она поймет, подумает как ты, — уточнил, — то будет слишком рядом к Гене, а это опасно, она и так натерпелась… — Дан, решай сам, но мне кажется ты совершаешь ошибку, большую ошибку. Ты и себя и ее разбываешь о скалы, — наклонился ко мне чтобы видеть мои глаза, — любовь важнее. — Марчел, ведь я могу не успеть и тогда из-за меня она пострадает, я этого себе не прощу. А она еще будет счастлива с достойным для нее человеком… — А если мы ошиблись? — замялся друг, — и он просто хочет выйти и спокойно жить на свободе? — Это Гена, он никогда ничего не забывает и я уверен, он уже знает, где меня искать. — Тогда по плану действуем? — Да, — кивнул головой, — Вадим будет здесь, рядом с Тиной, а мы в Молдову, как и договаривались. Все время я переживал за нее, чтобы она не натворила глупостей. Хотел ей позвонить, постоянно смотрел в черный экран, но не мог. Я боялся услышать ее голос… я поступил как урод, не справедливо к ней… Тогда на лайнере я и подумать не мог, что сделаю отречения. Решил поговорить с Пашей. Он единственный человек, который сможет ее сейчас поддержать, насколько это возможно. Я рассказал Орлову, что мы расстались, он был шокирован, это еще легко сказано. Я и ему не смог объяснить, почему так поступил, но он и меня слушать не хотел. Только сказал одно: я тебе доверил хрупкий мир и ты его разрушил. POV Орлов. Меня розбудил звонок Дана. Я протер глаза и знатно напрягся, когда поднимал трубку. Услышав, что они расстались, мои мысли сразу заполнились ею, как она вообще, где она. Бросив трубку, я набрал ее номер, с шесть раз никто не поднимал. За это время я успел одеться, взять ключи от машины и открыть входную дверь. Но к счастью искать долго не пришлось. Она сидела на лестнице возле моей квартиры, вся промокшая и замершая. Я всунул телефон в карман и медленно присел возле нее. Все ее тело дрожало, лицо было опухшее от слез, а дыхание сбитое из-за всхлипов… — Девочка моя, пошли в дом, — я помог ей подняться и, поддерживая за предплечье, завел внутрь и усадил на диван, перед тем закутав в теплый плед. — Он меня бросил, он меня бросил, — повторяла как мантру, в то время, как я вытирал ее волосы. — Тебе нужно переодеться в сухое… — Нет, я не хочу, не хочу, — с ее глаз стекали слезы, как ливень за окном. — Кароль! — повысил я тон, — ты заболеешь, иди на верх и переоденься, — настойчиво попросил я. Она молча кивнула, глядя на меня выражением провинившегося ребенка, и ушла в ванную, перед этим взяв свои вещи. Честно признаться в этой квартире больше ее вещей, чем моих, от пижамы до зубной щетки и любимой кружки. Даже есть отдельная комната. За столько лет дружбы мы стали родными, астральными, поэтому мой дом – ее дом. Я ее видел разную, полностью разбитую, но такую ​​впервые. Раньше она все разрушала, кричала, спорила, что-то делала, показывая свою боль, сейчас минимум эмоций, только слезы текут по щекам, и она похожа на мертвеца. В ее душе пустота, потому что в последние месяцы она была наполнена Даном, он ей подарил множество эмоций и счастливых дней. Я даже представить не могу, что произошло между ними. И главное, как вывести ее из этого состояния, ведь это снова на моих плечах. И нет, я не жалуюсь, потому что я ее люблю по настоящему, не как просто брат... и я хочу чтобы эта девочка была счастлива. Мое сердце за нее болит больше всех.