Развлечения в Маунт-Мэссив

Это был обычный день в психиатрической лечебнице Маунт-Мэссив. Пациент Генрих Торрес сидел в палате с тремя другими сумасшедшими, ожидая очередной сеанс пыток, которые здесь называли лечением. Он был высоким, стройным голубоглазым парнем, до госпитализации сюда занимавшимся спортом. Вскоре к нему зашел санитар, который, как обычно, отвел его в душевую. Пожалуй, это была его любимая часть ежедневной рутины в этом месте. Возможность побыть одному, скинув с себя эту ненавистную больничную одежду. Если повезет, сегодня даже будет горячая вода. Он бы никогда не подумал, что будет рад такому «подарку» на свой 19 день рождения. Когда он уже заканчивал мыться, в коридоре зазвучали сирены. Не одеваясь, он выбежал из душевой, увидев, как двое пациентов избивают скорчившегося на полу охранника. В дальнем конце коридора так же какой-то пациент выкалывал доктору глаза ручкой, а из палаты за ним доносились жуткие крики. Генрих побежал в другую сторону. Нет, он не испугался, но здраво рассудил, что сейчас лучше всего чем-нибудь вооружиться. Завернув за угол, он увидел охранника с выпущенными кишками, а рядом – его дубинку. Взяв её, он направился в находящуюся в соседнем коридоре комнату отдыха персонала. Он надеялся встретить там своего «любимого» лечащего врача, обычно находящегося там в это время дня. Но Генриху повезло раньше, чем он туда дошел. Доктор Эльберг забежал в свой кабинет за секунду до того, как он оказался рядом с дверью. Генрих со всей силы ударил плечем в неё, и доктор, не успевший запереться, был сбит с ног, пытаясь подпереть её собой изнутри. – Ну что, док, готов к сегодняшней консультации? – с маниакальной улыбкой произнес он. – Генри, мальчик мой, не делай необдуманных вещей, – залепетал перепуганный врач. – О, поверь, то, что я с тобой сейчас сделаю я обдумывал полтора года, с того самого момента, когда ты назначил мне курс хирургического лечения, – сказал парень, показывая шрамы на животе и бедрах. – Генри, послушай, я желаю тебе только добра, хочу… Договорить он не успел, парень ударил его дубинкой в челюсть, ломая её. Доктор закричал, сплевывая зубы, а Генрих, не обращая на это внимания, снял с него халат и связал им руки своего мучителя. Затем он положил его на стол, начиная срывать с него всю оставшуюся одежду, используя её как веревки. Надежно зафиксировав доктора на столе, он принялся обшаривать ящики в нем. Он знал, что этот садист хранит свой любимый набор инструментов у себя в кабинете. Найдя его, он взял в руку скальпель, глазами выбирая, с чего бы начать. – Док, мне кажется, что ты серьезно болен, и, чтобы поставить верный диагноз, мне нужно заглянуть в тебя. В ответ Эльберг только что-то промычал, испугано выпучив глаза. Генрих начал разрезать его живот, весело смеясь и запуская пальцы внутрь. Его бывший палач кричал и дергался, еще больше раззадоривая его. Вытащив его внутренности наружу, Генрих подумал, что бы еще с ним можно было бы сделать. Осмотрев кабинет, но увидел удлинитель, и ему в голову пришла замечательная идея. Один его конец он привязал к трубе батареи, а другой обмотал вокруг шеи доктора. Затем он открыл широкое окно, занимающее почти всю наружную стену, и подтащил стол со своей жертвой к нему. Не без труда, но он смог поднять и просунуть в окно один край стола, к которому были привязаны ноги доктора. – Счастливого полета, сволочь, – сказал он, поднимая второй край стола и толкая его в окно. Доктор с громким криком полетел вниз, но вскоре провод натянулся, и крики резко оборвались. Выглянув в окно, парень увидел, что стол с доктором висит перед окном третьего этажа. В этот момент зазвонил телефон, который Генрих сбросил со стола. Из интереса он поднял трубку. – Доктор Эльберг, говорит начальник охраны, немедленно покиньте свое рабочее место и бегите в административный корпус. Ситуация вышла из-под контроля. Эвакуация закончиться через десять минут. – Доктор Эльберг уже никуда не побежит, – ответил Генрих и бросил трубку на пол. Раз уж эта психушка больше не под контролем охраны, думал парень, идя по залитым кровью коридорам, то можно, и развлечься немного. Его жутко возбуждал тот факт, что он разгуливает по больнице совершенно голый, а потому первым делом он решил найти, с кем можно потрахаться. Зайдя в одну из палат, он увидел в ней пациента в смирительной рубашке. Это был очень высокий, почти 2 метра ростом, широкоплечий чернокожий мужчина. Кроме рубашки на нем ничего не было. Внимание Генриха привлек его член. Он был просто огромным. Парень несколько раз видел такие у порно-актеров, но в реальности – никогда. – Мммм… ау… ау… мммб, – пробормотал великан, глядя на него. Генрих стоял и думал, стоит ли подходить ближе. С одной стороны, не просто так же на него смирительную рубашку надели, но с другой – этот слабоумный вряд ли агрессивный, учитывая, что в этой части отделения содержали самых спокойных пациентов. Подняв на него еще раз взгляд, парень увидел, что член его потенциального партнера уже вовсю стоит, поблескивая влажной от смазки головкой. Обойдя его сзади, Генри поднял край рубашки, разглядывая накачанные черные ягодицы. Он пару раз погладил их, в ответ на что мужчина промямлил еще какой-то бессмысленный набор звуков. – Привет, я Генри, а тебя как зовут? – ласково спросил он пациента, беря в руку его пенис и начиная поглаживать пальчиками головку. – Мбмм… мб… Майкл, – ответил тот. – Майкл, понятно, красивое имя. Слушай, Майкл, я хочу сделать тебе хорошо. Понимаешь, хо-ро-шо. – Хо… ро… шо, – повторил мужчина. – Да, очень хорошо. Приятно. У тебя такой большой и красивый член, я тебе даже немного завидую. Он опустился перед ним на колени, беря его достоинство в рот и начиная ласкать. Руками в этот момент он разминал его бычьи яйца, от чего этот черный великан стонал, закатывая глаза. Когда язычок Генри закрутился вокруг дырочки уретры, он двинул бедрами вперед, насаживая его рот на свое гигантское копьё. Размер, конечно, был для паренька непривычен, но, к счастью, это был уже не первый раз для него в этой чертовой лечебнице. Просунув руку ему между ног, он начал нежно гладить кончиками пальцев колечко ануса своего нового друга. Судя по стонам, тому понравилось, и Генри ввел в него два пальца, поглаживая нежные стеночки внутри. Мужчина от удовольствия чуть было не запищал, задвигав тазом в быстром, хаотическом темпе. – А теперь, Майкл, давай поиграем по другому, – сказал Генри, после чего отвел его к ближайшей кровати, держа за член. Усадив его, он переместился за спину пациенту, чтобы расстегнуть ремни, но тот вдруг начал сопротивляться, испуганно глядя на него. – Ммб… нек... некр… некрасивый… я, – пробормотал он. – Ты не хочешь, чтобы я тебя раздел? – спросил Генри. – Мббм… мммм… нек… некрасивый… не… пон… понр… понравлюсь. – Можно, я потрогаю тебя, я не буду снимать с тебя рубашку. Майкл пододвинулся ближе, и ркуи Генри начали исследовать его тело под одеждой. На груди и животе было несколько небольших шрамов, на правом боку ожог. – Послушай, Майкл, ты красивый, не надо меня стесняться. Вот, видишь, меня тоже врачи изрезали, – сказал он, проводя рукой по животу. – Просто закрой глаза, – сказал он. Майкл послушался, и Генрих быстро раздел его. Да, так точно было лучше. Его взору предстал живот в кубиках, узкая талия и накачанные руки. – У тебя красивое тело, Майкл, – сказал Генрих. Потом он уложил его на спину, немного растянул себя, и оседлал его. В первые минуты было больно, но он все равно начал двигаться на черном стержне. Майкл под ним радостно мычал какую-то чушь, показывая, как ему приятно. Немного привыкнув, он начал двигаться быстрее, не забывая ласкать собственный член, на фоне Майкла казавшийся совсем маленьким. Дыхание парня сбилось, а боль постепенно стихала. На её место приходило удовольствие, настолько яркое, что затмевало собой все ранние испытанное. Впервые не его драли, уткнув лицом в матрас, а он сам руководил процессом. И от этого становилось еще приятнее. Чувствуя приближающийся оргазм, он ускорил движения, от чего Майкл согнул ноги в коленях и обнял его, прижимая к себе. Он резко вдруг решил проявить инициативу, быстро задвигав бедрами, вознося Генри на новый пик блаженства. Чтобы кончить, ему даже не понадобилось рук. А Майкл все продолжал в него вколачиваться, глядя ему в глаза восторженным детским взглядом. Похоже, он еще не был даже на половину близок к финалу. Прижав к себе парнишку еще крепче, он с громкими стонами кончил прямо в него, после чего продолжил с удвоенной силой. Генри только поражался тому, насколько звериная сексуальная энергия дремала в нем. Член парня вновь окреп, а разум захлестнула новая волна похоти. Майкл перевернул его на спину, сел на колени между ног Генри и вновь принялся за дело. Генри обхватил его стройную талию ногами, сотрясаясь во втором оргазме, и, похоже, что это был далеко не финал. Третий оргазм настиг его минут через десять, а четвертый, почти сухой, вообще унес его за пределы разума. Наконец Майкла во второй раз настиг оргазм, ложась рядом и вновь начиная случайным набором звуков рассказывать, как ему понравилось. – Я же говорил, что будет хорошо, – отдышавшись, сказал Генри, – дай мне немного отдохнуть, и мы продолжим. Долго ждать не пришлось, так как вид обнаженного тела Майкла мог возбудить даже покойника. Генри попросил его встать на четвереньки, и тот с радостью выполнил просьбу. Облизав три пальца, он по очереди ввел их в тело афроамериканца, немножечко помассировав ему простату. Майкл радостно пищал, двигая попой навстречу его руке. Затем, придерживая одной рукой его за бедро, а другой лаская его член, Генри одним резким движением вошел в него. Тот, судя по всему, не испытал от этого никакого дискомфорта, и парень продолжил наращивать темп. Он брал его грубо и жестко, хотя, учитывая их разницу в росе и массе, Майклу было даже приятно. Рукой Генри ласкал его в таком же темпе, постепенно приближая к кульминации. Огромные яйца Майкла сейчас поджались, истратив большую часть скопившейся в них спермы. Когда Генри пощекотал ему ногтем головку пениса, тот, не выдержав приятной пытки, исторг из себя очередной поток белесой жидкости. В этот момент он сильно сжал мышцы ануса, заставив кончить и самого Генри. Однако Майкл совсем не выглядел удовлетворенным, его стоящий колом половой орган явно желал еще внимания и ласки. И тут Генрих заметил, что они больше не одни в палате. У входа стоял и дрочил обнаженный пациент. Внешность его была ничем не примечательной, но в целом он был симпатичным. – Присоединяйся, – сказал он, приглашая того жестом руки. Тот быстро подошел и забрался на кровать. Генри уложил его на спину под Майкла так, что его лицо было как раз под его гениталиями. Когда пациент принялся ласкать чернокожего, Генри сел спереди, положил руку на макушку Майкла и пригнул его голову к своей промежности. Как, оказалось, сосал Майкл просто отлично, за пару минут выдоив своего партнера досуха. Тогда Генри встал, обойдя его снова и сев сзади. Его взгляд упал на босые ступни мужчины, и он тут же принялся их щекотать пальчиками и язычком. Майкл засмеялся, когда юркий язык заскользил по его пяткам, а ноготки принялись щекотать своды стоп, иногда забираясь между пальцами. В добавку к этому безымянный пациент под ним с особым усердием принялся ласкать его гиганта, как будто поклоняясь древнему божеству. Вкупе это привело Майкла к самому сильному за сегодня оргазму, после которого он обессилено, рухнул на кровать. – И это все? – недовольно спросил третий пациент. – Нет, можешь пока развлечься со мной, – сказал Генрих, ложась на спину и раздвигая ноги, – кстати, как тебя зовут? – Пол. Он пристроился между ног Генри и без подготовки вошел. Парень был уже достаточно смазан и расслаблен, так что перенес это без особого дискомфорта. Пол трахал его в среднем темпе, не очень умело, но страстно. Генри не спеша мастурбировал, глядя на него и думая о том, в какие позы ставить их с Майклом дальше. Через пару минут Пол кончил прежде, чем Генри достиг оргазма. Но ему это было и не нужно, он просто, таким образом, подразнил себя, возбудив перед новым витком оргии. На этот раз он положил Майкла на спину, а Полу приказал сесть на него в позу наездника. Сам же он пристроился к заду Майкла, сразу начав жестко вколачиваться в него. Периодически он отвешивал сильные шлепки ягодицам Пола, что, похоже, возбуждало того еще сильнее. Он, как заведенный, скакал на члене Майкла, издавая громкие стоны. Генри обхватил его одной рукой за живот, а другой начал ласкать его пенис, каждый раз сжимая его у основания за секунду до оргазма, превращая секс в приятную пытку. Когда Пол сам тянулся к члену, Генри заламывал ему руку за спину, не больно, но показательно. – Главный тут я, понял? – тихонько шепнул он. – Да, понял, – ответил Пол. – Хороший мальчик, – похвалил его Генри, вновь запуская руку ему между ног. Первым кончил он, излившись на промежность Майкла, затем он позволил кончить Полу, и только потом с громким полу-рыком кончил Майкл. Они развлекались еще пару часов, после чего Генрих решил пойти помыться и поискать, чем тут еще можно заняться. Зайдя в ванную комнату, где раньше мыли пациентов в овощном состоянии, он увидел там странную картину. В одной из ванн лежал раздетый труп, а рядом сидел пациент и мыл его, говоря ему какие-то ласковые слова. Присмотревшись, парень понял, что труп явно не отсюда, этот псих притащил его откуда-то из другого места. В коридоре он видел огромную лужу крови, от которой тянулся след в сторону ванной. Это во-первых, во-вторых, подумал он, одежда этого пациента не запачкана кровью, значит, не он убил того беднягу. Решив не обращать внимания на него, Генрих подошел к свободной ванне и открыл горячую воду. – Ты хочешь быть чистеньким, утеночек? – вдруг спросил его тот пациент. – Да, – ответил он, продолжая набирать ванну. – Я помою тебя, и ты будешь чистеньким, как маленькая уточка, – с дебильной улыбкой произнес тот. – А как же твой друг? – спросил Генрих, указывая на труп в окровавленной ванне. – Он уже чистенький. Генрих еще раз глянул на сумасшедшего. Никаких острых предметов у него не было, следовательно, колотые раны на трупе не его рук дела. Следов асфиксии или перелома шеи также не наблюдалось, из чего он сделал вывод, что убивать его этот кадр точно не намерен. Что ж, можно попробовать замутить и с ним. – У меня не очень много времени, ты отпустишь меня, когда мне надо буде идти? – спросил он, все еще сжимая в руке дубинку. – Конечно, утеночек, конечно. Генри залез в ванну, расслабившись в теплой воде. Пациент подошел и сел на табуретку рядом, взяв в руки мыло. Но покрутил его в руках, после чего начал намыливать подтянутое, стройное тело. Генри не мог не отметить, насколько нежно и заботливо он это делает. Присмотревшись повнимательней к его лицу, он узнал в нем бывшего санитара, месяц назад переведенного в число пациентов. Кажется, его зовут Поль, он пару раз приносил ему таблетки. В отличие от коллег, он не бил его, когда он отказывался, есть эту гадость, а просто поговорил с ним, успокоил, погладил по голове и угостил после приема прописанной доктором Эльбергом наркоты жвачкой. Жаль, что с ним так вышло, похоже, за этот месяц он сошел с ума полностью. Нежные руки бывшего санитара оглаживали его тело, снимая усталость, накопившуюся за день. Вот он гладит живот, обводя пальцами контуры пресса, вот его руки перемещаются на спинку, разминают плечи. Он все время говорит что-то про утенка, про то, что он грязный и его нужно помыть. Генри в блаженной неге закрыл глаза, когда руки, блуждающие по нему, спустились ниже пояса. Поль начал мыть его бедра, постепенно перемещаясь к пространству между ягодицами. Чтобы ему было удобнее, Генри сел на колени, подставляясь ему и позволяя делать с собой все, что угодно. Потом он лег обратно на спинку, а Поль занялся его пахом. От нежных поглаживаний между ног у Генри опять встал. Поль принялся скользить по его эрегированному органу скользкой от мыла рукой, желая вымыть его. Боже, как же это было приятно. Генри буквально мурчал от удовольствия, как кот, которого чешут за ухом. Правда, Поль не довел дело до конца, но тут уже сам Генри взял дело в свои руки. Когда они закончили, Генри подошел к окну, увидев, как к зданию подъезжают бронированные автомобили. Пора было отсюда уходить. К счастью, у него уже был план. В подвале каждого корпуса был вход в тоннель, ведущий в подземный паркинг. Там точно должны были остаться автомобили погибших сотрудников кампании. Генрих направился к лифту, заглянув по пути в подсобку и взяв оттуда отвертку, пару кусков жесткой прволоки и строительный нож. В лифте он открутил панель управления, перерезал пару проводков и соединил их, заставив лифт поехать без ключа. Дальше все было делом техники. Дверь в проход для эвакуации оказалась запертой, но в подвале было несколько бочек с бензином для аварийного генератора. Генрих пододвинул их к двери, сделал из найденных тряпок фитиль, пододвинул к ним сзади тяжелые шкафы, чтобы создать направленный взрыв, поджог и спрятался в соседней комнате. Взрывом стальные двери вырвало с корнем, но в помещении разгорелся пожар. К счастью, вовремя сработала система пожаротушения, заливая комнату водой. В подземном паркинге на выбор парня оказалось два десятка машин. Выбрав ту, у которой были самые тонированные окна, он быстро открыл дверь отмычкой из проволоки, повторил то, что он сделал в лифте, заведя автомобиль без ключа, и вдавил педаль газа в пол. *** Когда он доехал до ближайшей заправки, от которой было недалеко до города Спринт-Сити, была уже глубокая ночь. Съехав с дороги в лес, немного не доезжая до неё, он оставил там машину, не забыв вытереть в ней свои отпечатки пальцев. За 15 минут он дошел до неё, наблюдая из леса. Он ждал подходящего посетителя, у которого можно будет забрать одежду. К счастью, буквально через 5 минут на заправку подъехал автомобиль, из которого вышли отец и сын. Сыну было примерно 17 лет, подходит. Отец пошел в магазин, а сын остался ждать возле машины. Идеально. Подкравшись к нему сзади, Генрих оглушил его ударом палкой по голове. Он не хотел вредить парню большее, чем необходимо. Быстро сняв с него одежду, Генрих надел её на себя и сел за руль, благо отец этого мальчика оставил ключ в замке зажигания. Удаляясь от заправки, в зеркало заднего вида он увидел, как мужчина выбегает из магазина и бросается к сыну. Сейчас он вызовет полицию. Генрих знал, что у него есть не больше 10 минут, чтобы бросить машину, иначе его остановят. Свернув с дороги, он, как и в первый раз, бросил машину в лесу, направившись пешком к городу. Из машины он прихватил кошелек, в котором было 234 доллара. В городе он зашел в первый попавшийся магазин одежды, купив самый дешевый спортивный костюм. Выкинув прежнюю одежду, Генрих направился к автовокзалу, где сел на автобус до города, расположенного на границе с соседним штатом. Сейчас ему нужно было оказаться как можно дальше отсюда, а потом, желательно, вообще покинуть страну. Главное не попасть снова в лапы Меркоф. В Нью-Мексико ему удалось попасть через три дня, а на то, чтобы добраться до мексиканской границы, ушло еще пять. Похоже, в Меркоф понятия не имели, кому именно из пациентов удалось сбежать и удалось ли вообще. Оно и не удивительно, учитывая, сколько в лечебнице осталось расчлененных и изуродованных до полной неузнаваемости трупов, а часть её еще и сгорела. Лежа на кровати в придорожном мотеле в Мексике, Генрих, а по новым документам Питер Роджерс, думал о том, чем заняться теперь. Благодаря парочке удачных краж в США у него были деньги на жилье, хватит на пару месяцев, так что он планировал залечь на дно где-нибудь в здешней глуши и устроиться на роботу кассиром или на похожую профессию. – Жизнь налаживается, – тихо сказал он сам себе.