Завтра

      Капли плюхались об одетые в дедовскую тяжёлую куртку плечи, навевая мысли о настоящем и прошедшем. Ни там ни там не думалось ничего положительного.       Тэа мажет губы тремя видами помад и думает, что нормально. Ресницы уже накрашены, комки с уголков глаз стёрты. А вот намазать улыбку на лицо почему-то не получается. Ей нравится естественность, но яркие губы и длинные ресницы не сочетаются с фиолетом под глазами и бледностью уставшего лица. Бракованная кукла, ей-богу.       Отражение в круглом зеркале спрашивет: «Зачем?». За шкафом.       Тэа вздыхает и пытается мысленно понять суть вопроса и продумать ответ. Когда не выходит, она просто делает то, для чего собиралась.       Запах вишнёвого мороженного и бесконечный поток информации из глаз напротив не оправдали ожидания. Да их, по сути, и не было. Мысленно её отражение усмехается, глядят на всё со стороны. И Тэе кажется, что не было в этот момент существа более жалкого, чем она.       Ей ведь, если по-честному, всё равно. Просто жалко времени с этим дурацким перемазанным лицом, благодаря которому расшатанное достоинство под руку с приличием прыгает с девятнадцатого этажа.       Подставляя взгляд падающим из темноты каплям, Тэа понимает, что ничего почти не изменилось. И что в покое легче и приятнее.       Хотя небольшая досада и оставила горьковатый привкус на кончике сознания вместе с неприятным осадком в груди, она осознаёт, что это отнюдь не первый и не последний раз, когда ей придётся столкнуться лицом к лицу с разочарованием.