Малолетний итальянский придурок

      Мария уже полторы недели жила в Италии. Здесь оказалось не так уж плохо. Аппартаменты были небольшими, но очень уютными и светлыми. Главным недостатком небольшой кухни-гостиной был непомерно большой старый деревянный стол, который контрастировал с бело-серым раем по-икеевски. Но именно этот стол особенно понравился девушке, он напоминал ей кухонный стол в доме, в котором она выросла. Расставляя посуду перед приёмом пищи, Мария словно переносилась в то время, когда у неё ещё была семья, когда она могла положиться на кого-то, кроме себя самой.       За всего лишь один короткий вечер после перелёта девушка успела обжить пустую квартирку, расставив по полкам свои вещи, застлав кровать любимым постельным бельем и небрежно кинув на диван в гостиной пушистый кофейного цвета плед. Этот плед был единственной небрежной вещью в жилище Марии, которая всегда сопровождала её, где бы она не останавливалась.       Район был тихим и довольно милым, соседи оказались очень приятными людьми, до работы можно было за десять минут дойти пешком, заглянув в милейшую кофейню за углом с самой вкусной выпечкой и кофе на свете. Новый офис был просторным, стены до сих пор немного пахли краской, лабиринт из столов быстро стал не таким запутанным, каким казался на первый взгляд. Сотрудники старались мгновенно впитать всю необходимую информацию. Одним словом, жизнь налаживалась.       Если бы не одно но. Нога болела. Она сильно ныла и иногда даже мешала сосредоточиться на работе. Что уж говорить о том, что Мария хромала, что не могло остаться незамеченным окружающими. В период, когда новые знакомства ворвались в жизнь, казаться хромой было не очень приятно. Девушка то и дело ловила сочувствующие взгляды, а хотелось бы замечать, если не восхищение, то хотя бы удовольствие от общения. И даже присланный Густавом на помощь давний знакомый, коллега по работе, Николас, изредка поглядывал на ногу Марии и еле слышно грустно вздыхал.       – Ник, хватит так делать! Я не умираю!       – Извини, просто не могу спокойно смотреть, как ты страдаешь. Тебе нужно обратиться к доктору. Может быть, нужна моя помощь? Я мог бы отвезти тебя, поддержать, ты же знаешь, что всегда можешь на меня положиться, – блондин крутил в руках карандаш, не поднимая взгляда на Марию.       – Спасибо, но я сама разберусь. Не нужно обо мне беспокоиться.       – Ладно, – расстроенно протянул мужчина, – но, может быть, хотя бы сходим вместе поужинать, тебе не помешало бы развеяться.       "И почему все в этой стране хотят меня накормить?!"       – Ты, как всегда, любезен. Но давай как-нибудь потом, – карандаш в грубых мужских пальцах замер.       Мария знала, что нравится Николасу. Он был бы отличным партнёром по жизни: успешный мужчина, в его копилке достоинств – хорошая должность, хорошая зарплата, хороший автомобиль, свое просторное жильё... Кроме того, он отлично воспитан и всегда был невероятно милым и внимательным. Но сердцу не прикажешь. Мария не хотела его обижать и старалась держать дистанцию, ни разу не перейдя черту "коллеги по работе".       Он появился в фирме почти одновременно с Марией, она – после вуза, а он – после сокращения в другой крупной компании. Николас с самого первого дня помогал девушке как можно скорее вникнуть в суть дела, показывал, как быстрее будет выгрузить отчёт, как рациональнее разложить документы, как эффективнее общаться с руководством и как извлечь пользу из пустой, казалось бы, болтовни с коллегами у кулера. Мария чувствовала, что они с Ником – команда. Но только после десятого принесённого невзначай для неё утреннего кофе, она заметила, что мужчина слишком часто заходит к ней в кабинет утром не для того, что справиться о делах рабочих, а, чтобы поболтать о жизни, попутно изучив каждый сантиметр её тела.       Николас не был ловеласом, он не раскидывал улыбки направо и налево, и даже, скользя взглядом по бедру Марии, мужчина делал это с такой заботой и нежностью, что просто невозможно было его в чем-то упрекнуть. Долгое время девушка отгоняла от себя мысли, что она может ему нравиться. Они же команда! «Я слишком долго была одна и потому принимаю вежливость и участие за нечто большее». Словом, ничего необычного. Так часто бывает, что все вокруг уже всё понимают, а девушка до последнего ищет причины не замечать очевидного.       Уже несколько лет тянулась эта безмолвная игра в кошки-мышки. Только вот кошка была слишком пассивной, а мышка делала вид, что дружба с кошкой – это общепринятая норма.       Мария радовалась, когда Густав сказал, что она едет в Италию. Это значило, что ей удастся хотя бы полгода отдохнуть от этого преследующего «команду» напряжения. Настроение было испорчено, когда выяснилось, что начальник принял решение перекинуть в Рим их обоих.       Очередное неловкое утро. Снова карандаш в нервных пальцах.       Не желая чувствовать себя виноватой перед Николасом за очередной отказ, девушка поспешно схватила охапку бумаг и вышла из кабинета, сделав вид, что это очень-очень нужно и очень-очень важно сделать прямо сейчас.

***

      Вечер был тихим и спокойным: фильм, отличная итальянская паста и удобный диван с мягким пледом, обволакивающим уставшие за день от каблуков ступни. Только вот нога не давала покоя. "Тебе нужно обратиться к доктору". А ведь Николас был прав. Мария решила посмотреть адреса клиник в путеводителе, который купила ещё до приезда в Италию. Девушка открыла боковой карман чемодана, достала небольшую книжечку и увидела, как на ковер выпал какой-то листок. Листок с номером телефона обидчика. "Все-таки нашёл способ!" – возмутилась Мария и слегка ухмыльнулась.       В большинстве клиник, в которые девушка позвонила, не говорили по-английски. «И как они только попали в путеводитель?!» В другой части не оказалось хирурга. В третьей – цены были такими, что даже при своей немалой зарплате Марии никак не хотелось выкладывать такую огромную сумму.       В итоге девушка расправила на коленке смятый листок со слегка смазанным номером телефона. "Раз он виноват, то пусть платит. Думает, что, если у него молоденькая симпатичная мордашка, то он обойдется ужином? Нет уж! Пусть платит!"       – Слушаю, – раздался в трубке мужской голос после пары гудков, прервав гневные мысли девушки. Решительность как рукой сняло, и Мария бросила трубку.       – Говорите, – снова раздался голос из телефона. Мария даже не заметила, как она успела принять решение снова набрать номер обидчика.       – Я... Это Мария, – выдавила девушка из себя.       – А кому вы звоните? – фраза сбила брюнетку с толку. Она не знала имени незнакомца.       – Тому, кто сбил меня верхом на чемодане в аэропорту.       – Оу... Привет. Я не знал твоего имени. Мария, – задумчиво прошептал парень, – очень приятно. Ты надумала поужинать со мной?       – Конечно же, нет! – "Что этот придурок о себе возомнил?!" – Нога болит, и ты должен отвезти меня в больницу.       – А после больницы мы поужинаем? – даже не видя лица, девушка могла поклясться, что на нём расплылась улыбка.       – Ясно. Разберусь сама! – Мария отнесла телефон от уха, чтобы нажать на кнопку завершения вызова.       – Подожди, подожди! Когда тебе удобно? Если я заеду завтра в пять вечера, подойдёт?       Девушка кивнула, забыв, что собеседник её не увидит.       – Диктуй адрес, – продолжил голос после секундной заминки.       "Как же он самоуверен!", – подумала Мария, диктуя адрес выбранной клиники. Разумеется, одной из самых дорогих.       – Буду вовремя.       – Надеюсь, не верхом на чемодане, – съязвила девушка и отбросила телефон в сторону.       Паста остыла, а фильм по ТВ закончился. Вечер был безвозвратно утерян.       Такая приятная жизнь в Италии оказалась недолгой, впереди ждут посещения врача, аптеки, лекарства и самое главное и самое неприятное, общение с тем, кто виноват во всём случившемся. Малолетний итальянский придурок.