Принятие всего

Гэвин ощутил сквозь сон, как к его спине прижимается горячая грудь. Рука же неминуемо движется по животу ниже. Но застывает прямо внизу паха и массирует. Чуть надавливает. Гэвин морщится и выдыхает сквозь сон: — Рич, что ты творишь? — Изучаю твою реакцию… Гэвин не особо вслушивался в слова андроида, ведь возбуждение уже захватило тело и разум. Он шумно выдохнул и завозился на кровати. Поджав ноги к груди, застонал. Неожиданный и утвердительный хмык на ухо. Гэвин вздрогнул и приоткрыл глаза. — Что не так? — Я заметил и сейчас получил подтверждение, — пальцы надавили на низ живота, прямо над членом сильней. — С переполненным мочевым пузырем ты возбуждаешься намного быстрее. Я также отметил, что ты почти всегда, осознанно или нет, не отходишь по естественным нуждам во время секса. — Чт..?! — Рид дернулся, но хватка андроида стала сильнее. Сон как рукой сняло. — Я могу выдать информацию в процентном соотношении. — Да нахуя мне это вообще слышать? — Рид начал раздражаться, и давление руки андроида нервировало всë сильней. — Я подозреваю, что у тебя есть скрытый кинк. Гэвин заткнулся, потея от желаний подрочить, оттолкнуть андроида и сбежать в туалет. Лицо покраснело, и мужчина дернулся. Что за хуйня с утра пораньше! Что ни день — то сюрприз. Мягкие губы коснулись загривка, и по телу пронеслась волна мурашек. Гэвин снова дернулся, когда вторая ладонь Ричарда опустилась на член, обхватывая плотным кольцом. Гэвин застонал и двинул бедрами. Его уже не держали, но желание кончить пересилило всë остальное. — Хороший человек. Тебе нравится это давление изнутри? — зашептал Ричард словно змей-искуситель. — Пошëл ты… — Остры слова твои, да мягок в постели, — мурлыкнул Ричард. — Это ты опять откуда-то вычитал? — пропыхтел Гэвин, подаваясь в ладонь андроида, только вот с каждым толчком давление внизу живота усиливалось. — Сам придумал. Гэвин уткнулся полыхающим лицом в подушку, чтобы заглушить рвущиеся из горла стоны. Ричард куснул в плечо, от чего тело словно прошило электрическим разрядом. Под одеялом стало жарко. До слуха донесся хлюпающий звук, еще больше вгоняющий в краску. — Ты сейчас намного мокрее, чем обычно. — Да понял я, понял, прекращай пиздеть! — только Гэвин обернулся, как его губы захватили в плен другие. И андроид снова целовался, используя свой юркий язык. Шея была вывернута в неудобном положении, но оторваться невозможно. Особенно когда тебя так засасывают. Рука задвигалась в неумолимом машинном темпе, надрачивая. Ритм никак не сбивался и продыху не было. Гэвин постанывал в поцелуй, вздрагивая и поджимая пальцы на ногах. А еще неумолимо хотелось в туалет, это добавляло перчинки. На грани… Пальцы сомкнулись на головке, скользя по предэякуляту, и Гэвин закатил глаза, дрожа. Сознание уплывало в совсем дальние дали. Все мысли отключили щелчком, и он глухо вскрикнул. Живот поджимался на каждом спазме, пока он кончал в кулак Ричарда. Большой палец, как назло, продолжал тереть головку. Будто хотел выдоить человека досуха. Что в принципе было недалеко от истины, потому что пальцы давили над мочевым пузырем с нестерпимой силой. Гэвин распахнул глаза, отрываясь от андроида, и соскочил с кровати. Спустя пару секунд скрылся в туалете. Облегчившись, прижался горящим лбом к стене. Чертов андроид. Гэвин залез в ванну и включил душ. Ему казалось, что он весь грязный, что самое постыдное уже случилось. — Люди так табуировали эту тему, что ты стыдишься даже андроида? — Это грязно, отвратительно и противно, — пробурчал Гэвин, смотря на прислонившегося к дверному проему Ричарда. — Гэвин, мне неважно все это. Для меня весь ты любим. Любой, — Ричард мягко улыбнулся и прошел к ванне, усаживаясь на бортик. Рид вздохнул и прижался к протянувшимся пальцами. Они погладили по щеке. Гэвин хмыкнул и прикрыл глаза. Любым, значит? Это всë же так странно. Вся эта тема с… Даже думать об этом стыдно. Ну, в чем-то Ричард прав — такая тема табуирована очень мощно. Настолько, что от одной фантазии передергивает, а сама возможность что-то такое испытать… Ощущение, что это останется пятном на репутации на всю жизнь, что об этом узнают все вокруг. — Боишься? — тихо спросил Ричард. — Это риторический вопрос, жестянка, — пробурчал Гэвин, краснея. — Я не могу устоять перед этим чувством. Твоя внешняя грубая и острая скорлупа. И то, как я проникаю в самое нутро, ощущая твою истинную мягкость и нежность. — Это звучало крипово, — фыркнул Рид, слабо отпихивая андроида. Настроение сразу поднялось. Ричард часто заводил свою шарманку про инородные чувства киберорганизма. Оргазма же у андроида нет, но удовольствие есть, и оно совсем иное. Ричард улыбнулся и перелез через бортик ванны. Сел прямо напротив, и уже по целеустремленному взгляду Гэвин понял, что у этого поехавшего появился очередной план. Ебанутый план, но от которого Рид не сможет отказаться. — У меня идея. Что насчет игры? — В смысле? — нахмурился Гэвин и уточнил. — Как ролевой? — Да, ролевая игра. Это что-то вроде чит-кода для твоего мозга. Всë не по-настоящему, никаких обязательств и строго в рамках определëнных правил. Но… — Физически это произойдет, — задумчиво протянул мужчина, откидываясь на спину и смотря в потолок. А ведь гениально… — Как бдсм-сессия. Контролируемая твоим стоп-словом. Так что думаешь? — Ричард приблизился, вклиниваясь между ног, опираясь руками о бортики ванны. Гэвин залюбовался. Ну до чего же красавец. Светлое, покрытое точками родинок тело, плавно изогнутое и слегка рельефное. Вот только это совсем не ангел, а дьявол в обличии человека. Недалеко от правды, ведь Ричард человеком не является. — Согласен. Это и правда звучит как выход. — Тогда обговорим правила. Я постелю на кровати специальную простынь, недавно прикупил… — Ах ты жестянка хитрющая! Ты всë продумал! — беззлобно надулся Рид. — Так вот, эта ткань не протечет, но зато впитает жидкость, — продолжил андроид, словно его и не прерывали, — также придется тебе выпить много жидкости. И скажи стоп-слово. — Демон, — мстительно выдал Гэвин и хлопнул андроида между ног, хватая за киберяйца. Ричард самодовольно улыбнулся, изгибаясь еще более заманчиво, и качнул бедрами. Да уж, андроиду такая прыть только в радость. — Значит, приступим. Давай приводи себя в порядок, я сделаю завтрак, и ты начнешь пить много жидкости, примерно через два или три часа захочешь в туалет, но я утащу тебя в кровать и буду заботиться о тебе там. И подливать водички, ведь чем больше, тем лучше, — Ричард оскалился. Ему и правда не хватало рогов и демонического хвоста. Гэвин кивнул вздыхая и отпустил андроида. Это всего лишь игра — от такой мысли становилось намного легче. Словно всë напряжение вытягивали. И правда как взлом. Через некоторое время он закончил с утренними процедурами и оделся. Заодно и подготовился к сексу, очистив себя изнутри. На кухне стоял запах его любимого бекона, но где-то к этому примешивался подлый запах чего-то овощного. Впрочем, Ричард делал вкусным всë, и от великолепных брокколи в соусе Гэвин не откажется ни за что. Сегодня был омлет с разнообразным наполнением. А еще вместо стандартного кофе был стакан воды. Гэвин пожевал губу, но покорно выпил жидкость. После завтрака Гэвин с очередным стаканом воды смотрел, как Ричард натягивает какую-то особую простынь с приписочкой “нано”. А еще андроид выставил на тумбочку смазку. Гэвин сейчас, конечно, без долгой растяжки может заниматься сексом, но он любил ощущать в себе пальцы Рича. — Ну что, опробуй новую постель, — Ричард отбросил одеяло, оставляя только подушки. — Пожалуй, чуть позже разденемся, не думаю, что для первого раза ты готов замарать одежду. — Для первого раза? — хрипло спросил ошарашенный Гэвин. Он плюхнулся на кровать и сразу схватил подушку, хмуря брови. — С высокой вероятностью тебе это понравится, и, возможно, мы даже минуем стадию отрицания благодаря игре. — Логично… Ричард улегся рядом, обнял за талию, улыбнулся и предложил посмотреть какой-нибудь сериал. Гэвин с радостью согласился на что-то отвлечься, вот только не получалось. Кадры сменялись, а в голове был только ветер и напряжение. Хотя поглаживания андроида всячески пытались его успокоить. Периодически Ричард вставал и приносил воду. Когда началась их игра, Гэвин не заметил. — Вот еще выпей воды, это способствует обмену веществ. И не будет обезвоживания. Гэвин только и делал, что булькал в бокал. Он ждал, пока организм подаст те самые позывы. Но он тоже играл, улыбался и жался к Ричарду. Было непривычно без обычных пререкательств. Они словно стали женатой парочкой… Из-за того, что Гэвин часто сдерживался, он не сразу отметил желание, скопившееся внизу живота. Так что нарастание пропустил и перепрыгнул сразу на этап “бежать на сверхзвуковой”. Ричард мгновенно заметил изменения и тепло улыбнулся, подцепляя край футболки. Гэвин послушно выпутался из одежды, то краснея, то бледнея. Телевизор затих, а когда Ричард принялся стягивать штаны с нижним бельем, сердце забухало в ушах. Андроид и сам избавился от лишней ткани, вжимаясь теплым корпусом в Гэвина. — Эм, Ричи, мне как бы надо отлучиться… — И куда же? — мурлыкнул андроид, утыкаясь носом в макушку человека, а руки его начали шарить по ягодицам, сжимая их. — В туалет, — сдавленно проговорил Рид. — Зачем? Если ты хочешь облегчиться, то сделай это прямо здесь. Гэвин задышал чаще и дëрнулся, пытаясь выбраться из кольца рук. На лбу появилась испарина. На губах андроида расцветала еще более широкая улыбка. Положение рук резко переменилось, и пальцы вновь давили на лобок и массировали. Другая рука гладила по спине. — Ты можешь не стесняться меня, любимый. Помочись прямо здесь, — Ричард, похоже, решил добивать и словами. — Нет, это… Это неправильно, — снова дернулся Гэвин, его бросало в жар. — Кто сказал? Здесь, в нашем доме, только наши правила, — шептал андроид, и это звучало так заманчиво. — Это неприлично, — рыкнул Гэвин, бессильно ярясь. — Для меня это слово по отношению к тебе неприменимо. Я принимаю любой аспект твоей жизни. Ведь всë это — ты, часть тебя. Захотелось рассмеяться, скорей истерично. Что, моча — это часть его? Как же комично, хотелось смеяться, рычать и вырываться. Мысли метались в голове, вдобавок волосы на затылке вставали дыбом от испытываемого ужаса. Он сделает это? Нет, ни за что. Нахуя?! Внутри борются две противоположности, сердце долбится внутри. Как же сложно переступать через этот барьер. Терпеть уже невмоготу, а Ричард продолжает свой чертов массаж. Гэвин сжал бедра, кусая губы, продолжая терпеть. Он перестал вырываться, хоть и хватка ослабла. Частью сознания он понял, что перестал трепетать в этих сетях. Ричард начал покрывать горящие щеки поцелуями. Так стыдно. Разнылся тут… Что там Ричард говорил про мягкое нутро? Гэвин вздрогнул, когда теплая ладонь обхватила вялый член, легонько сжимая. Рид как-то скуляще выдохнул,хватаясь руками за Ричарда. Губы сами собой просили остановиться, прекратить пытку. Хотя всего лишь одно слово — и всë закончится. Но Гэвин не говорил его. Потому что не хотел на самом деле прекращать эту сладкую пытку. В паху так ноет, он вздрагивает, уже с трудом сдерживаясь. В уголках вскипают слезинки. Так стыдно и одновременно хорошо. Рука Ричарда слегка гладит основание члена. — Ты хороший, Гэвин. И эта потребность не делает тебя плохим. Ты сможешь, я в тебя верю. Гэвин всхлипывает и жмурится, дергаясь. Последние остатки терпения сгорают мгновенно. Он утыкается носом в грудь андроида, мыча от удовольствия, которое прокатывается по телу волнами. Живот напрягся — и тело затопило облегчением. Гэвин закусил губу, ощущая, как по бедру течет тепло, а по простыне растекается лужица мочи. Гэвин мучительно краснеет, вжимаясь в Ричарда ещё сильнее, чувствуя, как его член приятно ласкают. Гэвин никак не может сдержать исторгаемую организмом жидкость. — Ты молодец, Гэви, ты прекрасен, ты смог сломать свою “стену”. Невероятный, нежный, мой человек, — мурлычет на ушко Ричард. — Ты возбудился, помочь? Гэвин угукает, всë ещë подрагивая, постепенно моча впитывается в специальную простынь, вот только ощущение липкости на коже и острый запах не пропадают. Стыдно… Но он молодец, он хороший. Ричарду Гэвин верит… Тем временем между ягодиц скользят мокрые от смазки пальцы. Одной рукой андроид продолжает надрачивать стоящий колом член, а другой проникает сразу двумя пальцами в анус. Гэвин стонет, выгибаясь, поднимая слезящиеся глаза на андроида. И тут неожиданно сам Ричард подхватывает стон, загоняя пальцы по самые костяшки. — Ты подготовился для меня, как же я тебя обожаю! Мой Гэвин, мой, я сейчас кончу от одного твоего вида. Гэвин не в силах выдавить хоть слово. Выгибается и запрокидывает голову для ласковых укусов, которые щекочут нервы. Внутри отдается разрядами простата, андроид гладит еë не прекращая, разводит пальцы, это невозможно терпеть. Из-за всего произошедшего он и так был на взводе, так что сейчас был готов кончить. Ричард прижал свой член к члену Рида, обхватив оба и ускоряя темп. Снова этот ебучий бешеный темп! Рот наполняется слюной. Скольжение кожи о влажный скин, по смазке, стекающей с членов… К тому же удовольствие от пальцев, вся ситуация. Это сносит крышу. Гэвин вскрикивает, сжимаясь и бурно кончая. Ричард шипит и тоже изливается в ладонь, покрывая пальцы спермой. Долбящие в зад пальцы вновь выдаивают до капли, заставляют подвывать, да и другая рука не останавливается. Ричард мучает его, пока Гэвин не обмякает безвольной кучкой. Лëгкие горят, он вдыхает терпкий воздух, пропитанный запахами Гэвина. Пальцы выходят с пошлым хлюпом. Перепачканной же ладонью Ричард мажет по животу Гэвина. В конце концов ладонь останавливается там, где недавно массировала и мучала Рида, что подталкивала обмочиться. — Как ощущения? — во вкрадчивых нотках слышится беспокойство. — Мне… Да, мне понравилось, — безвольно признается Гэвин и улыбается андроиду. — Ты был по всем пунктам прав. И надо потом повторить. — Ты быстро согласился. Гибкая человеческая психика, — урчит андроид, жадно оглядывая взъерошенного мокрого Гэвина, — это то, что я обожаю в тебе. Я тебя обожаю. — Я тоже тебя люблю, жестянка, — фырчит Гэвин и прикрывает глаза. Он так устал. — Давай отнесу тебя в ванную и обмою. А потом приготовлю твой любимый кофе и сделаю шоколадный пудинг. — Ооо, пудинг, это я люблю. И покормишь с ложечки, и надо сначала сериал посмотреть. Ричард хохотнул, шлëпнул Рида по заднице, а после подхватил и понёс в ванную...