светлое будущее

***

Хуа Чену 12. и прямо сейчас он предпочёл бы доиграть в приставку с Хэ Сюанем (тот должен ему реванш), или же наконец-то выгулять Эмина, да хоть заняться той отвратительной каллиграфией. он согласен сейчас на всё, лишь бы не находиться в этом скучном месте. слишком много людей заинтересованных в его личности. подросток уже сбился со счёта, сколько услышал пожеланий найти себе в будущем прекрасную жену, продолжить дело отца и бла-бла-бла. что эти люди вообще несут? мать его, ему всего 12. какая ещё к чёрту жена? да и бизнесмен из него так себе. но больше всего раздражают взгляды полные сожаления. что же послужило тому причиной? ах, точно, гетерохромия. ему искренне не понять, как люди могут быть столь необразованными, раз не знают, что гетерохромия-это не смертельно, и сочувствовать тут нечему. отец подзывает подростка к себе, и мягко придерживая за плечи, представляет очередным своим знакомым. Хуа Чена тошнит от всего этого. он уже тысячу раз слышал о том, как важно заводить новые знакомства, особенно если эти знакомства в будущем окажутся очень полезными. «выгодными», как любил говорить глава семьи. но тут брюнет слышит, как мужчина перед ними тоже зовёт кого-то знакомиться. не то чтобы Хуа Чен был очень общительным ребёнком, но найти кого-то своего возраста на этом ужасном мероприятии было бы отличным вариантом. но когда перед ним появляются двое малышей лет шести, Хуа Чен готов завыть волком. отлично, теперь он ещё и нянькой будет! краем глаза он отмечает, что дети подозрительно похожи друг на друга. близнецы, что-ли?! каштановые волосы, собранные в аккуратные хвостики, белоснежные костюмы (их даже одели одинаково, какой ужас), вздернутые маленькие носики и заинтересованные глаза. вот только кроме внешности, кажется, больше ничего схожего и нет. особенно это выделяется, когда один из них открывает рот. — что с твоим глазом? выглядит ужасно. — не то чтобы Хуа Чен за всю свою жизнь ни разу не слышал подобных слов в свою сторону, но услышать это от мелкого засранца было необычно. он даже опешил от неожиданности. — ты похож на одного злодея из ужастика. как его там звали... — Ци Жун, нельзя так разговаривать с людьми! мы же уже говорили об этом. — старший наконец обращает внимание на другого ребёнка, что смотрит своими большими глазами, кажется, прямо в душу. он мысленно подмечает, что глаза у младшего цвета карамели. Хуа Чен карамель любит. — простите, пожалуйста, мой брат ещё не понимает, как нужно вести себя. — тот же слегка толкает его в бок и злобно бурчит себе что-то под нос. — да, твоему брату не помешало бы научиться манерам. — маленький демон пуще прежнего начал бухтеть и злобно смотреть на старшего. кажется, он слышит что-то вроде «заткнись» и «сдохни». очень милый ребёнок. но подростка тот уже мало заботит, и он переключает всё своё внимание на более интересную персону. — моё имя Хуа Чен, но ты можешь звать меня Сань Лан. мне 12. — говорит и уверенно протягивает руку для пожатия младшему. тот несколько секунд хлопает глазами, наблюдая за рукой старшего. но быстро сообразив, обхватывает её маленькими ладошками и крепко прижимает к себе. — меня зовут Се Лянь. мне 6. — и для полной достоверности выставляет соответствующее число пальцев перед лицом. Хуа Чен никогда бы не подумал, что с каким-то шестилеткой ему будет интересно разговаривать. мальчик умён не по годам, знает многие известные книги. кажется, он ещё что-то щебечет про Древнюю Грецию и динозавров. последней каплей стали его глубокие познания о боевых искусствах и оружии. с каких пор маленькие дети знают так много? но тут их интеллектуальную беседу прерывает громкий крик. брюнет раздраженно переводит взгляд на братца своего «друга», повисшего на отце и громко рыдающего. следом слышится протяжный вздох. — опять он за своё. каждый раз, когда Ци Жуну не уделяют внимания, он начинает рыдать. жалко, но по всей видимости мы уже уходим. — Хуа Чен чувствует как его крепко обнимают за талию. маленький комочек что-то говорит про скорую встречу и обещает прочитать ту книгу про космос, которую ему посоветовал старший. наблюдая за отдаляющейся фигурой мальчика, Хуа Чен чувствует тоску.

***

Хуа Чену 13, и он честно пытается понять, как докатился до такой жизни. конечно же он был рад получить приглашение от Се Ляня на его день рождения (как примерный и самый-самый лучший друг, Сань Лан с большим удовольствием всю эту неделю бегал по городу, разыскивая подарок для младшего). но он даже и не подумал бы, что среди всех друзей младшего, окажется самым взрослым. ощущать на себе столько пристальных детских взглядов ему ещё не приходилось. это не то чтобы пугало, скорее нервировало. особенно напрягали те двое за столом, что смотрели на него, как на врага народа. хотя и выглядели не намного младше самого Сань Лана. но больше всего раздражал тот факт, что день рождения сегодня был не только у Се Ляня, но и у этого мелкого исчадия ада, Ци Жуна. исключительно ради своего удовольствия — над подарком второго он не запаривался. наверняка все дети любят тетради для каллиграфии. о-о-о, кто как не Хуа Чен понимал всю "ценность" такого подарка. так что, раз отгородиться от общества назойливой малолетки и не получится — старший хоть посмеётся с его злобной гримасы. с каждой проведённой рядом секундой, Хуа Чен всё больше убеждался в том, что из двоих близнецов — мозги достались только одному. при распаковке подарков, в комнате становится слишком шумно. Сань Лан замечает среди толпы детей знакомое лицо и ошарашенно наблюдает за Хэ Сюанем. тот в свою очередь настолько увлечён поеданием торта, что даже не замечает пристального взгляда. он то что тут забыл? но вопрос был исчерпан в ту же секунду: рядом со старшим буквально из ниоткуда появился Ши Цинсюань. о дружбе знакомого с младшим братом их одноклассника, Ши Уду, он знал давно, но встретить их здесь вместе он никак не ожидал. особенно припоминая угрозы того самого одноклассника придушить Хэ Сюаня, если тот снова будет ошиваться с младшим (как будто это происходит не наоборот). однако плюсы у этого дня всё же были. точнее сказать, один большой плюс. если бы у Хуа Чена однажды спросили о самых любимых воспоминаниях из детства, то помимо подаренного отцом пса, Эмина, он бы абсолютно точно назвал реакцию Се Ляня на его подарок. увидев в красивой упаковке целый набор комиксов Marvel, младший потерял дар речи. но через минуту всё же пришёл в себя и бросился на старшего с объятиями. Сань Лан тогда искренне смеялся, кажется, впервые после смерти матери. на следующий же день, они вместе смотрели новые выпуски человека-паука, параллельно обсуждая прочитанное.

***

Хуа Чену 14. он узнает, что Се Лянь мёртв. как и вся его семья. новости о покушении на главу известной компании разлетаются по стране в геометрической прогрессии. всё происходит слишком быстро. выходить из комнаты становится просто невыносимо, из всех дыр льётся ложная информация. неизвестно, кому можно верить, а кому нельзя. но когда на третьи сутки отец говорит о том, что в полностью сгоревшем доме не найдены только тела сыновей, Хуа Чен окончательно осознаёт, что это всё реально. выйдя из-за стола, он без слов уходит к себе в комнату. в тот же вечер случается первый нервный срыв. семейный врач говорит главе семьи об усталости и стрессе, убеждая того в необходимости продолжительного постельного режима.

***

Хуа Чену 16 и он всё ещё ждёт новостей о том, что сыновья Се чудесным образом выжили, и вот они живые и невредимые, забирайте люди добрые. но чудо не происходит, и два года спустя поиски ещё продолжаются. Хуа Чен старается хорошо учиться, а также занимается живописью, ведь помнит же, что Се Ляню нравится его творчество. Он до сих пор помнит тот блеск в глазах младшего, поэтому каждые три месяца рисует портрет друга и ко дню его рождения аккуратно упаковывает в отдельную упаковку. верит, что когда тот найдётся, вручит ему все подарки. а тот в свою очередь будет так же искренне рад, как и на своё семилетие. Сань Лан ведь на всё готов пойти ради одной улыбки младшего. но когда появляется новость о том, что в лесу за городом нашли тело одного из сыновей, он готов проститься с жизнью. только через несколько дней удалось определить, что тело принадлежит Ци Жуну. Хуа Чен впадает в безумство и на этот раз лишается правого глаза. врач настоятельно рекомендует пройти лечение у психолога. неделю спустя по всей стране поиски и вовсе прекращаются, и рядом с двумя могилами появляются еще два небольших гроба. вот только один из них всё также остается пуст.

***

Хуа Чену 17 и, кажется, он сходит с ума. они стоят в пробке уже полчаса. впереди случилась очередная авария. но удивительного ничего нет — на улице январь. снег лежит уже вторую неделю. аварии в это время дело привычное. парень прислоняется головой к стеклу и безэмоционально наблюдает за снежными хлопьями, что вновь кружатся в небе. он не любит зиму. она всегда ассоциируется у него с холодом и темнотой. из мыслей выводит силуэт молодой девушки. хотя девушкой её ещё не назовёшь: на вид девчонке не больше двенадцати. длинные каштановые волосы растрепались от быстрого бега, из теплой одежды только безразмерный белый свитер и такого же цвета штаны. на ногах обычные летние кеды, что достаточно странно для холодного времени года. она останавливается лишь для того, чтобы отдышаться. склонившись над землёй, шатенка жадно хватает воздух ртом, пытаясь восстановить дыхание. возможно, девочка сбежала из родного дома. но чем она думала, когда убегала в столь неподобающем виде? Хуа Чен думает о том, что это не его дело, но чем-то же надо себя занять в пробке. парень раздумывает о том, чтобы предложить ей помощь, однако чем он ей вообще может помочь? разве что одолжить что-то более тёплое из вещей. но когда девочка оборачивается, он невольно зависает. черты лица кажутся до боли знакомыми. парень замечает перемену в её лице в виде ужаса, и в ту же секунду она вновь срывается на быстрый бег. Хуа Чен забывает как дышать. он осознаёт, что видел уже где-то эти карамельные глаза. Се Лянь. Молодой человек быстро вылетает из салона машины, тут же бросаясь вслед за «незнакомкой». на его лице расцветает улыбка, когда он понимает, что не зря он всё это время верил и ждал. жив. Се Лянь жив. это явно был он. но завернув за угол дома, он видит лишь пустое поле и не следа от друга. Сань Лан отчаянно обегает всю территорию, но так и не может найти младшего. на глазах вновь наворачиваются слёзы, и он срывает голос в крике. ответа всё так же нет. в это же вечер лечащий врач предлагает пройти полный курс терапии, но внятного ответа от парня он так и не добивается. Каждый день к нему приходят друзья, пытаясь отвлечь. Хэ Сюань с грустью смотрит на своего давнего друга, но в ответ слышит лишь короткое «он жив». Му Цин впервые в жизни плачет на глазах у всех с просьбой перестать говорить о давно погибшем друге. Фэн Синь без слов уводит парня из палаты, крепко обнимая за плечи. отец же просит его не забывать про еду и подготовку к экзаменам. каждый раз мягко поглаживая по голове сына, он обещает ему, что всё будет хорошо. кажется, единственный кому Сань Лан искренне рад, так это Эмину, ведь тот разговаривать пока что не научился. да и слава богу, слушать тишину ему нравится куда больше, чем эти глупые разговоры о прекрасном будущем. так проходят еще три года. и наконец Хуа Чен признается для самого себя: он больше не верит. Се Лянь умер. Это просто нужно принять. он приносит на его могилу любимые цветы своей матери и картину, нарисованную еще семь лет назад, но так и не успевшую дойти до нужных рук. он готов сказать прощай. и, кажется, уже навсегда.

***

Хуа Чену 23. за его плечами один из лучших художественных университетов страны и он наконец-то может работать в своё удовольствие. его картины часто бывают на крупных аукционах, и, на удивление, к этому даже не причастен его отец (он лично выпытывал у него эту информацию). в скором времени парень планирует сделать свою собственную выставку картин, деньги с которой пойдут в благотворительный фонд. кажется, он впервые так гордится своими трудами. а еще он каждый год посещает могилу друга, рассказывая, как прошёл очередной год из его жизни. первое время было сложно появляться в этом месте, но сейчас ему уже намного легче. видимо, люди не врут, когда говорят, что время лечит. а еще антидепрессанты лечат, но это уже в прошлом. его жизнь действительно становится более-менее спокойной. он даже почти счастлив. почти.

***

— рад, что ты наконец-то вспомнил и заехал к своему старику. — по-доброму бухтит отец, на что Сань Лан слегка улыбается. — я съехал от тебя не так давно, а ты уже начинаешь, — но не успев договорить он слышит звук уведомления. на дисплее телефона виднеется сразу несколько сообщений от Му Цина. Коп 1 Приезжай в участок. Дело срочное. Сейчас. 12:46

Вы что уже случилось? я сейчас занят. это может подождать до вечера? 12:47

как эти двое вообще могли стать друзьями?! когда ещё с ними был Се Лянь, то тот на пару с Фэн Синем часто придумывал планы по тому, как уберечь милое невиное дитя от этого говнюка в красном. планы каждый раз проваливались, когда Се Лянь радостно кидался старшему в объятия. ну и как тут его уберечь, если младший сам от него не отлипал? после смерти младшего общее горе и свело их компашку вместе, так и провели они 9 лет, поддерживая друг друга. Фэн Синь и Му Цин уже год как работают в полиции. закончив полицейскую академию, те тут же обручились, чем повергли в шок абсолютно всех. учитывая их непростые взаимоотношения, общий шок был вполне оправдан. Хэ Сюань же с «Ветерком» (откуда вообще появилось это прозвище) работают в каком-то крупном модельном агентстве. если данный выбор Ши Цинсюаня был вполне понятен, то выбор старшего вызвал немой вопрос у всех. однако вечно безэмоциональный Хэ Сюань пользовался огромной славой в модельных кругах. его лицо частенько красовалось на многих баннерах страны. так, один из баннеров в магазине стащил Фэн Синь, когда был крайне пьян. Му Цин долго еще припоминал ему об этом. Хэ Сюань же молился, чтобы его лицо не висело в комнате новоиспечённой семейной пары. из размышлений брюнета выводит звонок отцовского телефона. тот без промедлений отвечает и отходит в дальний угол комнаты. по мелодии можно было понять, что это что-то крайне важное, поэтому Хуа Чен лишь молча ждёт, когда тот договорит. однако слух всё же напрягает. старая привычка. — узнайте его имя. вы уверены, что это действительно он? — Сань Лан не любит подслушивать, но интерес берёт своё. — хорошо. отвезите его в более безопасное место. и проследите, чтобы вас никто не видел. через час буду. — парень не слышит и половины диалога, но по лицу отца понимает, что дело очень важное. глава тут же возвращается за стол и принимается за еду. Хуа Чен сразу замечает изменения в поведении отца. слишком уж он рассеян. неужели настолько важное дело, что отец даже не в состоянии держать себя в руках. чувствуя на себе пристальный взгляд, мужчина всё же переводит всё своё внимание на сына. — что-то случилось? — но его тут же перебивают. — ты же помнишь Се Ляня? от одного упоминания сердце болезненно сжимается. нет. только не снова. Хуа Чену и без того было тяжело находиться на «похоронах» друга, но если он услышит хоть одно слово про его тело, всё опять пойдёт по наклонной. парень неуверенно кивает. отец хмурится и отводит взгляд всего на секунду, но тут же смотрит выразительно в ответ и говорит то, чего младший ожидал меньше всего. — он жив.

***

следующий час прошёл как в тумане. так и не поев, они отправились на встречу с давно пропавшим другом. он правда жив? так может в тот день ему всё же не показалось, и это действительно был он? Сань Лан чувствует укол совести за то, что сдался. если бы он тогда догнал подростка, всё было бы иначе. наконец-то оказавшись в нужном месте, парень понимает, что чувствует страх и нервозность от осознания того, что прямо сейчас он встретится с тем человеком, в котором так нуждался все эти 8 лет. на пороге их встречают знакомые лица — Фэн Синь и Му Цин. молодые люди ошеломлённо смотрят в глаза другу, поочерёдно открывая рот, чтобы выдавить из себя хоть что-то. безуспешно. кажется, Хуа Чен видит в глазах у одного из них слёзы. но в ту же секунду парень старательно их смахивает, расслабленно улыбаясь. — это он. чёрт возьми, ты действительно был прав. Се Лянь жив! он всё это время был жив! — кажется в словах Му Цина проскальзывают нотки истеричного смеха. но быстро взяв себя в руки, светловолосый спокойно продолжает. — он был на нервах, поэтому мы дали ему успокоительное и уложили спать. кажется, успокоительное здесь никому не помешает. в беседу тут же вклинился и второй полицейский: — Се Лянь рассказал, что их с Ци Жуном похитили прямо перед пожаром. А ещё он плохо помнит свою прошлую жизнь. даже на своё имя не сразу среагировал. но он спрашивал, где Ци Жун и здоров ли он. — вы рассказали ему? — конечно же рассказали, еще бы ему не понадобилось успокоительное. — мы осмотрели его тело, следов насилия нет. так что это хоть и не много, но успокаивает. однако, — Фэн Синь на секунду тормозит, неуверенно поглядывая на дверь. — не похоже, чтобы он вообще находился в плену. не то чтобы это плохо, но это как минимум странно. если он провёл там 8 лет, это должно было бы хоть как-то на нём отразиться. но он был лишь слегка напуган. разве что, волновался о том, что его кто-то может заметить. — идиот, что ты несешь? нам нужно радоваться, что он вообще жив! тот, кто его похитил явный псих. Се Лянь рассказал, что этот человек всегда ходил в маске и за всё это время даже имени своего не назвал. а ещё, он отдал мне это. — Му Цин аккуратно протягивает маленькую вырезку из журнала, «Глава компании Цзюнь У высказался по поводу смерти своего коллеги…» — как он отоспится, нам нужно узнать у него всё до мелочей. мы же не можем так просто ворваться в чужой дом и предъявить за всё. нам нужны весомые доказательства. а если учитывать положение Цзюнь У, дело может растянуться на более длительный срок, если он вообще не выйдет из всего этого сухим. — не выйдет. если это действительно дело рук этого урода, то я приложу все усилия, чтобы наказать его сполна. — голос отца звучит настолько угрожающе, что Хуа Чену даже на секунду становится не по себе. раньше он не слышал, чтобы тот с кем-то так разговаривал. глава семьи уводит Му Цина с «уликой» в сторону своих агентов. — можешь зайти к нему. только будь тише, чтобы Се Лянь не проснулся. мы пока его пытались уложить, я уж подумал, что он всё тот же неугомонный пятилетка. Хуа Чен благодарно склоняет голову и без слов уходит. в соседней комнате оказывается неожиданно темно. быстро привыкнув к отсутствию света, парень оглядывает весь периметр и замечает небольшой комочек на кровати. неуверенно подойдя ближе, Сань Лан принимается разглядывать родное лицо. пареньку на вид и 18 нет. за всё это время он особо и не изменился. все тот же маленький нос, мягкие черты лица, каштановые длинные волосы. но тут же старший подмечает ещё одну привычку друга — крепко обхваченную подушку под боком. от этого сердце Хуа Чена болезненно сжимается, и он вспоминает, почему тот так любит делать во сне.

***

предложение остаться на ночёвку у Сань Лана младший принял с радостью. быстро забравшись в постель друга, тот принялся кутаться в плед, блаженно улыбаясь. Хуа Чен на это лишь тихо посмеялся, залезая под плед рядом. пожелания младшего «спокойной ночи — хороших снов — пусть гэ-гэ приснятся милые бабочки и интересные приключения — обязательно потом расскажи, что приснилось» Хуа Чена явно развеселили. спустя несколько неудачных попыток уснуть, подросток всё же решается немного поиграть в телефон, но так, чтобы никого не разбудить. заканчивая уже второй тур, Сань Лан слышит тихое копошение рядом. в ту же секунду его что-то, а точнее кто-то, притягивает к себе. вытащив голову из-под одеяла, он видит как Се Лянь крепко прижался к его телу, при этом находясь всё также в сновидениях и радостно улыбаясь. Хуа Чен в ответ обнимает младшего за плечи и наконец засыпает. на утро он выслушивает уйму извинений от шатена, объясняющего свои действия тем, что с Ци Жуном они всегда спят в обнимку, поэтому он и привык. Сань Лан на это лишь заливисто смеется, представляя мирную картину. хоть в его голове и не укладывается то, что такой дьявол, как Ци Жун, любит во сне обниматься.

***

от воспоминаний старшего отвлекает движение снизу. опустив глаза, он сталкивается с испуганным взглядом. Хуа Чен замирает на месте, не смея даже вздохнуть. младший же отползает подальше от «незнакомца», натягивая одеяло повыше. минут десять они сидят в полной тишине. парень постоянно ловит на себе заинтересованные взгляды. кажется, младший пытается что-то вспомнить. — С-сань Лан? — старший забывает как дышать. сердце тоже готово отказать. как же он давно не слышал этот голос. естественно, он отличается от того высокого детского голоса. но услышав его сейчас, он кажется таким привычным и родным. молодой человек наконец находит в себе силы посмотреть в ответ и утвердительно кивнуть. — Се Лянь, ты меня помнишь?! шатен неуверенно подползает ближе, но следом вполне решительно обхватывает его лицо ладонями и притягивает к себе, пытаясь что-то в нём рассмотреть. — да, я помню твоё лицо. но что с твоим правым глазом? что случилось? как ты мог его потерять? — обеспокоенно спрашивает младший, в ответ получая лишь расслабленный выдох. мгновение спустя, его притягивают к себе, крепко обнимая. — Се Лянь, я так рад, что ты жив. Хуа Чен, кажется, начинает верить во все те слова о прекрасном и светлом будущем.

***

Хуа Чену 25, и находясь на свадьбе лучшего друга, он всерьёз задумывается о своём будущем. а точнее сказать, об их с Се Лянем будущем. в своих разговорах они никогда не затрагивали тему свадьбы. да и не приходилось ещё. как-никак, а в отношениях они всего лишь год. Сань Лан искренне рад, что дело с Цзюнь У было окончательно закрыто в их пользу. после всех этих событий, даже Се Лянь начал приходить в норму. за него старший особо беспокоился. он видел, как тяжело было младшему возвращаться в обычный мир. брюнет не выбивает из него откровения, ведь понимает, как сложно осознавать, что все твои близкие мертвы. но стабильные приёмы у психолога, поддержка друзей и самого Хуа Чена помогли парню избавиться от прошлых травм. и вот сейчас, мужчина пытается вспомнить, как они из просто хороших друзей превратились в ХуаЛяней (как любовно назвал их Ши Цинсюань). когда они вообще могли влюбиться друг в друга? быть может, это случилось тогда, когда они начали засыпать в одной кровати (вы не понимаете, мы не встречаемся. просто Се Ляню необходимо обниматься во сне, а я, как настоящий друг, всегда готов оказать помощь). а может это случилось тогда, когда он впервые просит младшего попозировать для новой картины (и нет, он попросил об этом именно Се Ляня не потому что влюблён, а потому что у него черты лица идеально подходят для этой роли. вы не понимаете, я художник. я так вижу). однако, это действительно случилось. не то чтобы Хуа Чена такой поворот событий не устраивал, напротив, он был очень даже доволен. по крайне мере, он без зазрения совести может оставлять многочисленные метки на теле друга возлюбленного, выслушивая потом недовольное бурчание: «гэ-гэ не стоило этого делать. как мне теперь на улицу выходить» он просыпается в крепких объятиях, и в них же засыпает. по выходным он учит младшего готовить. но как обычно что-то идёт не так, виной ли тому привлекательные губы младшего и оставленное на них что-то сладкое или же хитрые глаза, что с игривым блеском разглядывают старшего. каждый раз причины разные, но заканчиваются уроки кулинарии одинаково — сгоревшей едой и разбросанными продуктами в комплекте с испачканной одеждой. Хуа Чен находится на седьмом небе от счастья от осознания того, что даже разлука на долгие 9 лет не смогла ничего поменять в их общении. они всё так же понимают друг друга с полуслова, темы для разговоров кажутся бесконечными, о намёке на неловкость — и речи не может идти. с Се Лянем было комфортно. с Се Лянем было хорошо. но только сейчас старший думает о том, чтобы стать официальной семьёй с любимым человеком. почему-то ему думается, что младший будет не против этого. мысленно он уже выбрал кольца, составил список гостей и набросал несколько мест для проведения медового месяца. от приятных мыслей его отвлекают ладони на плечах и тихий голос: — Сань Лан не хочет со мной потанцевать? хочет. Сань Лан вообще на всё согласен, если это касается Се Ляня. мгновение и они кружатся в медленном танце. он чувствует, как младший неуверенно перебирает ногами, боясь наступить не туда. что же, видимо придёться научить парня не только готовить, но и танцевать. но Хуа Чен и рад поработать персональным учителем подольше. вечер заканчивается просто великолепно. хотя Сань Лан мысленно и успевает подметить, что он такой торт ни за что не заказал бы, свадебные костюмы друзей кажутся ему слишком строгими, а трюк с голубями вообще отмечает как что-то банальное. — надеюсь, что у нас на свадьбе птиц не будет. слишком уж заезженная тема. — говорит он на ушко младшему прежде, чем подумать. мгновенно осознавая свою ошибку, он замирает на месте. краем глаза отмечая, что шатен выглядит не менее шокировано. — у нас? — спрашивает тихо и от своих же слов заливается румянцем пуще прежнего. — это ты так шутишь или правда пытаешься сделать предложение? — неуверенный голос заставляет старшего наконец отодрать себя от стула и присесть напротив лица возлюбленного. — прости, я не так хотел тебе об этом сказать. сделаем вид, что этого разговора не было. — замечая расстроенный вид младшего, он тут же исправляется. — не в том смысле, что я не хочу. а в том смысле, что ты заслуживаешь лучшего предложения. с кольцом, музыкой, романтикой и так далее. но его речь прерывает тихий смешок и выразительный взгляд карамельных глаз. Хуа Чен чувствует холодные ладони на щеках, и тут же обхватывает их своими руками в ответ. — Сань Лан, мне без разницы как ты это хочешь сделаешь, — говорит младший и прижимается своим лбом к чужому, заглядывая в глаза. — для меня важен только ты. Хуа Чен соврёт, если скажет, что не готов расплакаться только от этого признания. но об этом лучше никому не знать. — господи, поберегите чужие глаза!вы можете хоть на секунду отлипнуть друг от друга?! — слышится где-то сзади голос Му Цина. — кто бы говорил. — безэмоционально отвечает старший, взглядом указывая за спину собеседника, где оперевшись на барную стойку и пьяно улыбаясь своему мужу, сидит Фэн Синь. закатив глаза на реплику друга, светловолосый хватает возлюбленного под локоть и утаскивает в сторону летних беседок. — до сих пор не могу поверить, что они обручены. — честно отвечает Се Лянь. — они же всегда как кошка с собакой грызлись, а тут прям одна семья. — а мы ведь тоже можем стать одной семьёй. — быстро переводит тему Хуа Чен, обхватывая талию младшего и быстрыми движениями проникая под рубашку, на что парень дёргается и пугливо оглядывается. — Сань Лан, не здесь же! — уже хочешь уединиться?! какой нетерпеливый мальчик. — хитро посмеиваясь, старший протягивает руку своему кавалеру. в ответ слышится излюбленное «каков хитрец», на что губы расплываются в довольной улыбке. Хуа Чену 25 и он чувствует себя самым живым и счастливым человеком на свете. виной ли тому крепко прижимающееся тело, или же тёплые губы, целующие так хорошо и правильно, а может и вовсе тихие сладкие стоны. Хуа Чен не знает точного ответа, но он уверен, что всё это так или иначе связано с одним и тем же человеком. и это старшего более чем устраивает.