рассветы краше в 5:31

самый лучший на свете месяц весны март, к сожалению, близился к концу и незаметно к студентам подкралась рубежная неделя с началом апреля. долгий зубреж билетов, подготовка к зачетам и бесконечным тестам днями напролет определенно были неким затишьем перед бурей, так называемой сессионной неделей, которая уже не за горами. на висках подступал пот, а душа покидала тело всякий раз, когда преподаватели друг за другом приходили и меняли предстоящие темы на экзаменах. любая оплошность и нежелательное высказывание в свою сторону мигом вычитывались из основного балла, поэтому сноровку нельзя было терять. не самое лучшее время любоваться весенней красотой. но эти двое находили счастье даже в тяжелые времена, не забывая обращаться к свету. рубежные недели для Джейка приходились как очередные самостоятельные работы в школе – ничего такого, что можно не знать, те же условия, та же тактика, такие же баллы, устои и процесс. в прошлом семестре были такие же рубежные недели, так чего бояться? сессий? если хорошо сдать один раз, можно и на автомат уйти, повторяет каждый раз Джейк про себя, и выходит сухим из воды. поэтому он половину своего свободного времени после пар проводит с Сонхуном. Сонхун по-своему же желанию зачислился в другой университет, общежитие которого находилось недалеко от корпуса Джейка. адаптироваться за неделю было определённо сложно, ведь новая обстановка, новые правила и новые люди. привыкать в первое время, конечно, будет сложно, однако Сонхун попал в хорошие руки и был окружен приятным кругом людей, принявших его без исключений тепло. хоть и сроки горели, его ситуация решилась достаточно просто – рубежная неделя у него снялась досрочно, так что он мог без опаски знакомиться с прошлым материалом и приспосабливаться к здешней студенческой жизни, а так же гулять с Джейком до вечера и зависать вместе с ним в общежитии. как же долго они могут разговаривать друг с другом... ни общих интересов, ни хобби, ни схожих взглядов на мир они не нашли, но как быстро они нашли общий язык просто обсуждая природу за окном и вечерний город очень поражает. Сонхуну не заставляло труда узнать у Джейка какую-нибудь интересную историю из его детства, разговорить его о увлечениях, вкусах в музыке и в кино, когда Джейк мог плавно повернуть стрелку на Сонхуна и слушать как он начинает с самого маленького и постепенно начинает загораться к новой истории. Джейк бывает пулей вылетает из корпуса под только прозвеневший звонок к остановке, чтобы доехать до университета Сонхуна и встретить того у самих ворот и не торопясь пройтись с ним до его комнаты в общежитии. не уступает ему в этом и Сонхун: когда у него мало пар, он заранее разбирается с заданиями, успевает заскочить в общагу и заодно переодеться, и ждёт Джейка на лужайке напротив их здания. они максимально сильно привязаны. они зависимы. ну а дома максимальный кавардак. с того злополучного дня, когда мать «угрожала» Джейку семейным разговором за ужином, прошло столько времени, что кажется он уже никогда не состоится. с той недели начались внеплановые проверки, розыгрыш тендера между компаниями и массовая подготовка к визитам зарубежных инвесторов. от этого последовала командировка заграницу на несколько дней, работы с бумагами в офисе ночь напролет и много всего, что заставляло родителей бегать кругами вокруг компаний. конечно же от этого пользы Джейку было с головой, даже чуточку с перевесом. однако у всего хорошего есть какой-никакой, но конец. именно на этой неделе Сонхун предложил, что хотел бы поехать на выходные к бабушке и, если возможно, то вместе с Джейком, чтобы заодно его познакомить и не заставлять бабулю переживать. это было настолько серьёзное и поражающе неожиданное предложение, но Шим никак не стал отказываться. он всеми руками и ногами был за, мигом же выкупил билеты, когда они сидели в парке и Сонхун только-только заикнулся об этом. тогда и в мыслях не было, что по приходу домой его будет ждать тётушка Ли с не очень приятными вестями и с очередной «кровавой» запиской от родителей. «этого разговора избежать не получится. мы поговорим с тобой завтра, и без отговорок. семья Лиён нам всё рассказала.» что же должен был в этот момент чувствовать Джейк? страх? безысходность? злость? или может быть апатия должна была его настичь? но вот сейчас, когда он один сидит за обеденным столом в гостиной, вилкой ковыряя мясо давно остывшего запеченного лосося, никакая апатия даже рядом не проходила. неделю назад он решил для себя, что теперь страх у него будет ассоциироваться ничем иным, как потерей только найденного соулмейта, поэтому даже разговор родителей не станет для него препятствием. столько уверенности и стойкости накопилось в этом теле с появлением Сонхуна в его жизни, что жизнь начала обретать новые краски. ему так нравилось идти наперекор всему, быть с чем-то несогласным и противоречить общественным стандартам. он решил, что теперь-то решать за себя будет он и только он. — ты тут. отлично, значит нам не придется за тобой следить, чтобы тебя поймать. Джехён, поторопись. слух резал неприятно напряженный голос матери, которая стремительно залетела в дом и всучила свои вещи домработницам, скидывая с плеч пальто и раздраженно усаживаясь напротив сына. на лице поселилось всё то же недовольство и видимо ярость, если оценивать по тому, как брови её грозно сомкнулись на переносице. отец не торопился, и зачем же ему вообще это: свой дом, никаких дедлайнов и иностранных инвесторов. он провозился с верхней одеждой, освободил себя от этого приталенного костюма и потом только присоединился к столу. — сразу к делу. я вроде просила тебя без всяких причуд, нет? что ты такое сделал, что Лиён решила разорвать помолвку и убежать из дому? – мать определенно видела ситуацию с одной стороны, поэтому сразу же перешла на личности. — кто сказал, что это моя вина? — Лиён девушка порядочная, карьеристка и думает только о благополучии родителей и семьи не то, что ты, Джейк. ты вероятно наговорил ей всяких колкостей, сломал её своими двусмысленными выражениями и оставил её там одну. без веской на то причины Лиён так просто не бросила бы свою семью и семейный бизнес, значит ты что-то с ней сделал тогда. — когда ты перестанешь говорить за кого-то, мама? – Джейк перебивает мать между паузой, отчего она замолкает на секунду. — что? – госпожа Шим вот-вот достигнет своего предела, а рядом сидящий отец ставит столовые приборы на стол и вопросительно смотрит на сына. — ты всегда так делаешь, особенно когда это связано с тем, чтобы меня обвинить в чем-то. ты там не была, не знаешь всей ситуации, однако ты ведешь себя так будто у тебя есть все полномочия говорить от лица Лиён. не знаю откуда ты взяла, что Лиён убежала из дому из-за меня, или как смогла госпожа надоумить себе такое, но я точно знаю, что это решение Лиён приняла уже давно и точно сама. она не маленькая и уж точно не слабая, чтобы так глупо, как ты говоришь, из-за моих «колкостей» убежать из дому. Шим выплёвывает всё в одно дыхание, совсем не волнуясь о посторонних глазах домработниц, то и дело бросающими взгляд полный ужаса и волнения за Джейка. а у него в голове лишь одна цель на сегодняшний разговор – довести всё до мёртвой точки так, чтобы у родителей появилось желание взять себе собаку вместо ребенка. даже при таких громких заявлениях у него был крайне спокойный и расслабленный вид, если не считать напряженные руки и ладони, которые еще чуть-чуть и превратятся в кулаки. — да как ты-! — а вот так, мама. я ничего ей не говорил, не успел и рта открыть, как она сама любезно объяснила, что не хочет всего этого, что у неё теперь есть другая мечта, что-то более ценное, чем семейный бизнес и вся эта заваруха. в тот вечер, за пять минут разговора, она помогла мне больше, чем вы вместе взятые за всю мою бесполезную жизнь. и знаете, я всю жизнь буду считать, что именно тогда я сделал самый важный и большой в моей жизни шаг, хоть вы и будете против этого. — Шим Джеюн, следи за языком! как ты смеешь повышать голос на свою мать! — больше я вам ничего не скажу, но хочу, чтобы вы знали об одном. Джейк встает с места, закатывая рукав своего свитера, и гордо показывая своё запястье, где до этого находилась нетронутая панель, а теперь от неё осталась лишь маленькое напоминание о достижении недельной давности. мама уже держалась за край стола и сразу же вскипела стоило ей понять, что этим имеет в виду Джейк. слов практически не было лишь отрывистое «ты!» «да ты!» и что-то вроде «Джехён, ты это видишь?», когда отец молча рассматривал руку сына. он промолчал весь разговор, и Джейк думает, что теперь молчать он не собирается, ведь тот отодвигает свой стул, просит тётушку принести воды для госпожи, а сам подходит ближе. — ты сделал свой выбор, и винить тебя я не в праве. он выдает это с легкой улыбкой на губах, поправляет ему свитер и, неожиданно для всех, заключает его в свои распростёртые объятия. Джейк опешил, не успел и дернуться, сказать, что не понимает, что он имел ввиду и вообще серьёзен ли он в своих словах, что воздух в легких застревает и теряется где-то в горле, а на глаза подступают слёзы. после того дня, как они с Сонхуном простояли в обнимку и плакали, он не думал, что в ближайшее время ему снова придётся плакать в чьих-то объятиях. поддержка, которая стоила ему всю его осознанную жизнь, пришла так же вовремя, как и внезапное чувство свободы и спокойствия. сердце теперь бьется в самом обычном темпе, наконец-то наслаждаясь гармонией внутри. отец держит его недолго, отпускает Джейка со словами «приводи его знакомиться, я поговорю с мамой, не волнуйся» и снова дарит свою когда-то потерявшуюся на десятки лет тёплую улыбку. Джейк вытирает с щёк мокрую дорожку, кивает отцу, так же сильно обнимает тётушку Ли и выбегает из дома, полной грудью вдыхая вечернюю прохладу. он мчится в сторону автобусной остановки, не разбирая дороги так же, как он летит в сторону общежития Сонхуна. заваливается к нему в комнату с крепкими объятиями и в самом хорошем настроении. готовивший до этого момента свою презентацию к завтрашней паре Пак в недоумении ловит внезапно явившегося гостя прямо в воздухе, в коридоре, и стоит в обнимку до того момента, пока Джейк не отпускает его, смотрит в его озадаченные глаза с самым счастливым взглядом и легонько целует в край губ. Сонхуну хватил даже этот мимолетный поцелуй, чтобы застрять в дверях, пока Джейк пытался его сдвинуть с места. Пак долго сидел с раскрасневшимися щеками и ушами, думая о неожиданном «приветствии» Джейка, однако, как только он начал говорить о разговоре с родителями, то всё внимание устремляется только на это. он ни раз слышал в разговорах, как Джейк с толикой грусти и сожаления упоминает родителей, и как они считают такие отношения неправильными, поэтому любой диалог о них был Сонхуну важен как-никогда. и видимо этот день наконец-то настал.

***

на выходных эти двое, как и планировали, с первыми лучами солнца и с первым поездом до городка Сонхуна, выезжают к его бабушке. домашние Джейка, в частности отец, без лишних слов отпустили его, не считая мать, которая тихо стояла в стороне и лишь проводила сына с недовольным выражением лица. так, он пообещал вернуться с Сонхуном в воскресенье вечером и познакомить их, если они не возражают. он быстро умотал из дому, оставив мать без единого шанса на свое «я бы хотела сказать», отчего ей снова пришлось жаловаться господину Шиму. — ты не обижайся, если она вдруг что-то не такое скажет. она любит временами что-то смущающее ляпнуть, всё-таки вырастила меня, - Сонхун говорит это Джейку, когда они подходят ближе к бабушкиному дому. по дороге они встречают других дедушек и бабушек, живущих по соседству, которые принялись охать и ахать, наконец-то увидев «нашего Сонхуна» с миловидным молодым человеком, — надеюсь, она не спит. госпожа Чхве, вы дома? — да-да, я дома. они заходят во двор дома, закрывая за собой калитку и слышат звук тапочек, шуршащих по деревянным половицам. сначала их встречает белоснежная кошка с пушистой шерстью, которая величаво ступая вышла к гостям, подозрительно мяукнула, а когда узнала в одном из них своего любимого мальчика, подбежала к его ногам и стала ласкаться. Сонхун поспешил её погладить за ушком и предложить замявшемуся Джейку подойти. Лулу сначала долго приглядывается к незнакомцу, вопросительно обходит его, но легко сдается его мягким касаниям. — золотце моё, Сонхун-а, это ты? – бабуля не сразу узнает макушку своего внука без очков. — бабуля! бедную Лулу забывают в миг, и она остается под неловкой лаской Джейка. Пак бросает свой рюкзак куда-то подальше, сгребает старушку в охапку и на секунду отрывает её от пола, на что та начинает хохотать и просит внучка быть осторожнее. Джейку ничего не остается как смотреть и улыбаться такой светлой и домашней картине, держа на руках Лулу, которая невольно напросилась, смотря как эти двое тепло обнимаются. — как же я соскучился, мадам Чхве, а прошла всего неделя. — вот именно, всего неделя, - снова смеется бабушка, разглядывая лицо внучка. — как ты, солнце моё? почему не позвонил и не предупредил, что приедешь? я ж чего-нибудь приготовлю, стол накрою, ты же наверно голодный. — хотел сделать сюрприз, а обед мы можем и сами приготовить, - Сонхун так же берёт лицо бабули в свои ладони и гладит по щекам большими пальцами. — ты же моё сокровище. заходи внутрь, быстрее. ой, Сонхун-а, а кто это…? – бабуля только замечает Джейка, который осторожно опускал Лулу на землю. — а, точно. познакомься, госпожа Чхве, это Джейк, - Сонхун подзывает ладошкой Шима ближе, который то и дело застеснялся и всё еще мялся рядом с деревом. Сонхун просит Джейка закатать рукав, что делает и сам, и протягивает руку бабуле, которая всё еще не понимала и глядела то на внука, то на молодого человека. заметив, как панель внучка и рядом стоящего Джейка одинаково светятся в светло-голубом цвете, у неё на глазах собираются слёзы, а на лице снова появляется улыбка. Сонхун спешит успокоить её, обняв за плечи и вытерев ей слезы, а сам непроизвольно улыбается такой милой выходке бабули. она сидит плача в плечо внучка еще несколько минут, а потом просит подойти Джейка поближе и обнимает его. — спасибо, что остался рядом с моим мальчиком, Джейк-а, - она гладит его по затылку, гладит по спине и тихо качает из стороны в сторону в своих объятиях. «я бы его никогда не оставил, бабуля», - шепчет Шим, и в ответ получает лучезарную улыбку от старушки. — давайте заходить внутрь, мальчики. госпожа Чхве долго расспрашивала Джейка. они с Сонхуном предложили приготовить что-нибудь вместе, а она посидит рядом и поговорит с ними. за разговором Джейк рассказал практически всё, что было до встречи с Сонхуном. спрашивать о том же, через что прошел Сонхун, было крайне неудобно, ведь отчасти вина за это лежит на его плечах. однако бабушка Сонхуна никак не выглядела злой или грустной, вспоминая как его внучок втихаря плакал по ночам, а наоборот с улыбкой рассказывала, как он должен был это пройти, чтобы сейчас обрести заслуженное счастье. не раз она указывала и на то, что теперь может идти на упокой к дедушке, на что внук долго таращился на неё, недовольно грозя ей пальцем. было около шести часов вечера, когда к дому подъезжает незнакомая тонированная черная машина. можно ли сказать, что это было вдруг? внезапно? неожиданно? или всё-таки уверенно запланировано судьбой? они тогда вместе сидели в гостиной и уплетали мороженое и фрукты, за которыми недавно сходил Сонхун в магазин, вместе смотря любимое шоу-викторину бабушки. второй раз за день, самой первой приезд незнакомцев заметила Лулу, которая мяукнув выпрыгнула из объятий Сонхуна, на что тот взволнованно побежал за ней. сначала он долго стоял, разглядывая подъехавшую иномарку, думая, что это обычный визит сына старика Хона, проживающего по соседству, потому что никто из неё так и не вышел. но когда дверь отворяется и к ним во двор заходит статный молодой человек, одетый во всё такое крутое, Сонхун оседает на пол. — простите, а Пак Сонхун здесь проживает? – спрашивает незнакомец, прищурив глаза и пытаясь понять человека в доме. — Чонсон-а… у Сонхуна это имя вылетает из уст без всякого сомнения. человек напротив был полной взрослой копией маленького Чонсона, который любил так же стильно одеваться во всё новое и который всегда так корчил нос, потому что успел испортить зрение с самого детства. брюнету приходиться подойти ближе так, чтобы солнечные блики не мешали виду, когда он наконец разглядел в тени Сонхуна, рядом с которым кругами ходила кошка. осевший приятель подрывается с места и бежит обнимать старого друга, не давая ему возможности закончить своё не совсем уместное для приветствия «неужели, Сонхун-а, сколько лет». — это и правда ты. Чонсон! — это и вправду я, Сонхун, - Чонсона отпускают не сразу, ведь Сонхун открыто висит на нём, еле стоя на земле. — ты как… что… почему? – в голове Сонхуна штурм мыслей, а язык заплетается, не в силах выбрать ни одну внятную фразу. — я вернулся, это главное, не думаешь? Чонсон улыбается во все тридцать два, треплет волосы друга, создавая полный бардак, но от этого ни ему, ни Сонхуну ни холодно, и ни жарко. они просто рады встрече друг друга как никогда и всё. — Сонхун-а, внучок, ты куда убежал-то? – на пороге виднеется госпожа Чхве, с пустым подносом в руках. — это что… Чонсон-а! милый мой, неужели ты? — здравствуйте, бабушка Чхве. — Чонсон? кто это? – за бабушкой заинтересованно показалась фигура Джейка, который нес за бабулей остатки кожуры, а когда заметил в госте знакомое лицо, то с грохотом уронил мусорный пакет со словами: «хён…» — Джеюн-а? Шим Джейк не знал, сколько он простоял в объятиях своего брата, ведь не мог ничего разобрать из-за своего плача. и в который раз он уже плачет? он не знал. но он знал, что теперь будет плакать когда захочет. он заплачет снова, когда придёт осознание того, что ему в кои-то веки выпал шанс увидеть хёна в живую после стольких лет. он заплачет, когда увидит за его спиной еще кого-то и узнает, что это парень брата. он заплачет, от счастья, когда узнает, что Чонсон-хён официально Джей по американскому паспорту, и что Пак он теперь, потому что когда-то так хотел дедушка. они будут плакать все вместе и от счастья, и из-за внезапной волны осознания, когда узнают, что друг детства, теперь по совместительству и «зять» Чонсона. столько причин появится за один обычный весенний апрельский день, что даже усталости и разочарованию у этих двоих не останется времени. они провожают брата и его молодого человека ближе к ночи, крепко-крепко обняв их напоследок. брат обещает остаться еще на неделю, потому что у Чонвона сейчас мини-академическая командировка, и так же обещает вместе с ними поехать завтра вечером к родителям. после, бабушка предлагает мальчишкам пойти прогуляться по ночному мосту и сходить к морю, на что они молча соглашаются и уходят. тогда, на мосту, каждому из них приходит осознание настоящего. моё сердце обрело умеренный ритм, когда в моей жизни появился Шим Джеюн, думает Сонхун, положив голову на плечо Шима. всё хорошее пришло, когда я встретился с Пак Сонхуном, думает про себя Джейк, когда они до самого утра сидят на берегу моря, довольствуясь тишиной. « и рассветы определённо краше в 5:31, когда рядом моя первая и единственная любовь», - думают они, встречая первые лучи солнца, крепко сжимая ладони друг друга.