Сердце Скорпиона

Четырнадцатая глава.              Мужчина метался по кровати. Струйки пота стекали с лица, пальцы впивались в ладони, тонкий стон вырвался из горла. Её рука горела огнём. Браслет усиливается с каждым днём. Нужно что-то с ним делать. Все потом, сейчас Дэвис. Аврора забралась на широкую постель, чтобы дотянуться до него.       — Марк, Марк! Вставай, это только сон, — она сжала лицо мракоборца, пытаясь добудиться. Волшебница не успела произнести ничего больше, как оказалась на животе, прижатая всем его телом и с заломленной наверх рукой. От неожиданности девушка вскрикнула.       — Рори?! Мерлин, извини, — Дэвис отпустил ее и перевернул на спину.       — Что тебе снилось? — блондинка быстро пришла в себя.       — Леденцы на палочке, — эту серию ее любимого сериала она заставила пересмотреть трижды, и ответ вырвался сам собой.       — Мне кажется, или я плохо на тебя влияю? — Аврора удобно устроилась на бок, подперев поднятую голову ладонью. Дэвис не ответил. Во сне он был ею — маленькой девочкой, которую упекли в психушку собственные родители.       — Мааарк, — растягивая гласную, позвала Малфой. — Так что тебе снилось?       — А ты бы ответила, если бы я спросил?       — Смотря какие заклинания ты бы использовал, — честно ответила Аврора, принимая его право на тайну.       — Ясно, — он растер предплечья, словно проверяя, если на них остались жесткие ремни. Маг вспомнил, как ее трясло в старом доме, когда он надолго оставлял ведьму одну. «Дьявол. Она должна была сказать. Раньше же такого не случалось. Раньше ты ее и не привязывал», — сам себе сказал мракоборец.       — Какая у вас интересная беседа, — голос чародейки отвлек от размышлений.       — Что? — Дэвис не мог понять, о ком идет речь.       — Ты и твой внутренний голос. Судя по выражению лица, он тебе те ещё нотации прочитал, — пошутила аристократка. Не так часто она видела его настолько… несобранным? Расстроенным? Разочарованным?       «Может, это просто кошмар? Может мне приснился ее страх? Не могли же они запереть ребенка в психушке?». Перед глазами всплыло дело преступницы. На первых же страницах упоминалось лечение в клинике для душевнобольных, но насколько он понял, речь шла о сеансах терапии. Только и всего, никаких лекарств, никаких пут.       — Рор, ты… Мммм, тебя… — почему-то сейчас подобрать слова оказалось невыносимо сложно.       — Не припомню, чтобы ты так волновался со времен вступительных в твой отдел, — чародейку интересовало, о чем же хочет спросить брюнет. И страшило, что вопрос станет слишком сложным, чтобы ответить.       — Утро в башне с видом на лес и озеро. Комната в сине-серебристых тонах. У тебя разрисованное лицо и обрезанные волосы. — каждая обрубленная фраза заставляла вспоминать то, что хотелось забыть больше всего на свете. — После финала по квиддичу. Там были Поттер, Забини, директор и…       — Мои родители, — волшебница легла на спину, уперев взгляд в расписной потолок. — Ненавижу этот браслет. Что ты хочешь знать?       Резкий переход к вопросу удивил мракоборца. Он ожидал чего угодно — тишины, шутки, сарказма, но не готовности поделиться.       — Всё, — честность всегда была лучшим оружием.       Блондинка потерла пальцами закрытые веки. Он хотел знать все. Как невыносимо сложно и как типично для него. Как будто знания чем-то облегчат жизнь. Если так, она давно бы стала счастливейшим человеком на Земле.       — Они не справлялись со мной и решили, что профессионалы смогут помочь. Те не смогли, — в том, чтобы резюмировать важное, Авроре не было равных.       — Как долго? — в этот раз Марк лежал на боку и смотрел на блондинку.       — В первый или во второй раз? — безразличным голосом спросила воровка. Мужчина промолчал.       — Прости.       — Не стоит. Они меня туда упекли. Или ты за обещанную тобой камеру в будущем извиняешься? Право, не стоит, туда я не попаду, — она попыталась весело рассмеяться. — Уже решил к кому мы пойдем в Лютном?       Столь быстрый переход явно показал, что на сегодня с откровенностью они закончили.       — Да, — немного подумав, сказал Марк. Ведьма заметила его сомнение.       — И с какой проблемой мы имеем дело?       — С хорошим мракоборцем, — образ Поттера возник перед глазами. Слишком высокая вероятность, что Гнарек ему все расскажет. Только вот, если тот нашел подход к гоблину, стоил ли искать кого-то другого? Шансов проверить уличных торговцев нет, а с ним хотя бы есть уверенность, что тот сможет достать необходимое.       — Кажется, дядя Гарри произвел на тебя неизгладимое впечатление, — усмехнулась девушка.       — Будь с ним осторожнее.       — Я сама осторожность, ты же знаешь.       Марк не выдержал и засмеялся.       — Эй, ну чего ты? — такое искреннее возмущение в голосе вызвало еще один приступ смеха. Глядя на его лицо, Аврора тоже прыснула.       — Хорошо, хорошо, я поняла.       — Мисс Доу, господин Малфой желает с вами увидеться. В кабинете. Сейчас. — Дэвис быстрым движением поднялся с кровати и уже держал в руке волшебную палочку. Но домовику было плевать, казалось он вообще не заметил угрозы и смотрел исключительно на девушку.       — Хорошо, я приду туда через 10 минут, — в отличие от мужчины, блондинка слишком долго жила в мэноре, чтобы удивляться неожиданным появлениям эльфов.       — Сейчас, — упрямец не желал возвращаться к хозяину с пустыми руками.       — Передай мистеру Малфою, что я встречусь с ним через 20 минут. Если продолжишь в том же духе — время будет увеличиваться. — Существо молча кивнуло головой и растворилось в воздухе.       — Они так и будут появляться без приглашения? — непривыкший к домовикам Марк задал давно интересующий его вопрос.       — Нет, он попытался нас подслушать сначала, но из-за наложенных чар вылетел прямо в середину. А так зависит от формулировки приказа. Можешь им запретить и тогда они будут стучаться в дверь, но замучают каждый раз спрашивать разрешение на посещение, — уточнила волшебница. — И когда в сотый раз на день ты услышишь можно ли зайти в комнату протереть канделябры, ты поймешь, что они как целители. Их не надо стесняться.       — Разве он не знал, что гостевые под защитой?       — Те, что нам приписаны, знают. Только вот домовик дедушки слишком важный, чтобы спрашивать остальных, вот и попался.       — Что он хочет от тебя?       — Марк, иногда меня действительно удивляет твоя вера в мое всезнание. Не скажу, что она беспочвенная, но все-таки и у меня есть границы. — она хотела бы увидеть смущение на его лице, что угодно, но, как всегда, он молча проглотил шпильку. — Схожу — узнаю.       У ведьмы возникло в голове несколько вариантов их будущей беседы, но говорить об этом не имело смысла. Дедушка любил ее, как и она его. Представлять что-то другое оказалось физически больно.       Минуты тянулись бесконечно долго. Малфой чувствовала на себе задумчивый взгляд Марка. Постоянный поиск и обработка информации — таким он был еще до поступления в авроры. Служба только усилила эти качества. А становиться непосредственным объектом изучения не хотелось. Слишком многое поставлено на кон. Опять потерять брата она не сможет. Необходимо избавиться от браслета или попробовать контролировать его работу. И нельзя забывать ради чего волшебница здесь. Не отвлекаться, не думать, не мечтать. Для нее счастливый конец незапланирован. Марка нужно отсечь в нужный момент. Еще раз. Он не заслужил. «Боллокс, как сложно», — простонала про себя ведьма.       Безмятежное лицо блондинки не выдавало никаких эмоций. Привычная картина, но мракоборец слишком хорошо ее знал. Может встреча с дедом и не волновала девушку, но сказанное им наверняка. Он злился на незнакомых ему людей за еще даже не принятые решения. Как они могли так поступить?       — Аврора, время, — голос Марка прозвучал как в тумане. Девушка встряхнула головой и крупные локоны упали на лицо. Приготовиться к боли невозможно. А дедушка, пусть и не зная, кто она в действительности, сделает ей больно.              ***       — Кажется, у вас интересные гости, — Паркинсон, держа в руках стаканчики с кофе, вошла в лабораторию. Малфой оторвался от котла, в котором кипело незнакомое ведьме зелье. Прежде, чем глотнуть, он все-таки спросил:       — Просто кофе?       — Мы всегда можем превратить его в эликсир храбрости, — Пэнси склонилась над варевом в надежде вспомнить, если видела что-то похожее. — Что это? Кажется, я видела цветные отблески и запах… Перечная мята?       Ни на что не похожее зелье — очередное творение Драко Малфоя.       — Сыворотка правды, дурманящая настойка и эликсир радости, — немного отпив бодрящего напитка, ответил маг. Аристократ привык работать много, но с Поттером его понимание, что такое много расширилось. Слишком сильно. С этим надо заканчивать. И чем скорее, тем лучше. Скоро будет как Гермиона — засыпать в пергаментом в руке.       — Хм, для кого такой коктейль? — она видела разницу между зельеваром, экспериментирующим с новыми составами, и тем, кто хотел получить что-то очень конкретное.       — Для дорогой сестрички. Разве Блейз не рассказал? — еще несколько капель эссенции для ускорения созревания и можно накрыть крышкой и ждать. Через три дня она расскажет все. Против такой комбинации никто не устоит. Какой бы способной ведьмой не была блондинка.       — Он поведал о вашем веселом завтраке, но потом в клуб вошел кто-то более интересный, чем я, и Забини меня покинул, — девушка не обижалась на друга. Когда происходило что-то серьезное, он был рядом.       — Ясно. Если захочешь посоревноваться в остроте и язвительности, то милости прошу присоединиться к нам на наши завтраки и ужины. Ну и конечно полюбоваться копией Поттера, куда без него, — добавил мужчина. — Тебе идет.       Паркинсон автоматически прикоснулась к волосам. Прошло несколько дней, прежде чем она привыкла к этой легкости.       — Блейз рассказал, что случилось, — в глазах мага сквозила обида и непонимание.       — Они на тебя слишком много влияют, — глядя на непонимающее лицо Малфоя, волшебница продолжила. — Гриффиндорцы. Где слизеринская изысканность и стиль?       — Ты уже вторая, кто мне это сказал, — может язвочка была в чем-то права. — И если бы твой парень не загружал меня заданиями, у меня было бы больше времени все красиво обыграть.       — Он не мой… — Пэнси замолчала, не зная, что сказать. Ему было не плевать на нее. Новости о помолвке его взбесили. И он хотел найти выход из этой ситуации. — В общем, неважно.       — Серьезно? Вместо того, чтобы прийти ко мне, ты закупаешься какой-то дрянью, которая могла тебя убить? — художницу всегда поражало, как его глаза могут темнеть от ярости.       — Нотации мне уже прочитали, — выслушивать наставления еще от друзей девушка не хотела.       — Оставлю это Поттеру. Если тебе плохо и тебе нужны зелья, ты приходишь ко мне.       — А ты бы мне их сварил? — шатенка не чувствовала в них потребности, но не спросить не могла. Неужели ее друг приготовил бы для нее запрещенку?       — Альтернативу, которая тебя не убьет, но даст спокойно спать, — отрезал Малфой. — Твои родители не властны над тобой.       Как всегда — в самую цель. Только такой же чистокровный как она сама, сможет понять, в чем корень проблемы. Только такой самоуверенный мужчина как Драко, может думать, что всем под силам выбраться из-под их контроля и влияния.       Хотя, может быть…       — Значит, бедняжке предстоит вкусить твоего авторского гения, — волшебница пришла не для того, чтобы обсуждать свои проблемы. В принципе, и на эту парочку в отличие от всех остальных ей было плевать. Но как тема для беседы они подходили отлично.       Драко самодовольно усмехнулся. Девчонка, решившая, что она самая умная, скоро попадется как нюхлер на блестяшку и даже не поймет, что произошло. Никто не смеет играть с его близкими. Даже новоявленная родственница.       Пэнси видела эмоции, промелькнувшие на бледном лице аристократа.       — Тебе ее не жаль? — любопыство взяло верх. Что бы она делала, если бы в ее жизни появилась сестра или брат? Посочувствовала и посоветовала бы бежать. Так далеко, как только можно.       — Нет, — времени на размышление не потребовалось. Возможно, если бы она пришла и все рассказала сама… Условия игры задала Аврора. Ей же и отвечать.       — Хозяин, хозяин! Ой! Госпожа Паркинсон, — Милли подпрыгивала на месте, борясь с желанием сразу рассказать все, что узнала, и правилами приличия.       — Можешь говорить, — видимо, эльфийка получила особое задание.       — Господин Малфой позвал к себе мисс Доу. Но Милли туда не может пройти. Простите, хозяин, — бедная девочка сильно расстроилась, не выполнив, как она думала, задание полностью.       — Все хорошо, ты молодец, — Малфой мог прикрываться сколько угодно влиянием Грейнджер, но Паркинсон точно знала, как ему важен домовик. Эльфийка буквально засияла от похвалы и растворилась в воздухе, возвращаясь к своему поручению.       — Пэнси, извини, этот разговор мне нужно знать, — мужчина быстро вышел из комнаты, оставив девушку одну.       — Надо было захватить эликсир храбрости, — ведьма вздохнула и, бросив последний взгляд на мирно кипящий котелок, направилась к камину.              ***       «Главное, не назвать его дедой. Главное, не назвать его дедой», — в очередной раз повторила про себя Аврора, настраиваясь на встречу. Щиты поставлены, улыбка наклеена, готовность отвечать на неудобные вопросы на максимуме.       — Господин Малфой. Прекрасный день, как ваше здоровье? — если бы глаза могли метать молнии, то она бы пылала ярче волшебного огня.       — Прекрасно, — сквозь зубы прошипел мужчина. — Присаживайтесь.       Он не назвал имени. Еле терпел само ее присутствие в доме, рядом с его семьей, настоящей семьей. Что бы она не вообразила, от нее надо избавляться. И чем скорее, тем лучше. Ведьма широко улыбнулась и плюхнулась в кресло. Словно нарочно перекрестила ноги так, что стали видны подошвы грубых кроссовок. Широкая рубашка в мужском стиле должна была скрывать изгибы фигуры, но вместо этого подчеркивала тонкие ключицы и запястья. И она нацепила маггловские штаны. Как будто так и должно быть. Полное отсутствие вкуса и воспитания.       Единственное, что здесь не хватало — так это колдографий. Их дни рождения, первый поезд в Хогвартс, Рождество. Когда мать их делала, дедушка повторял про сентиментальную чепуху, но новые карточки появлялись на его столе быстрее, чем где бы то не было.       Не в это время.       Она еще не любимая звездочка, а нарушительница спокойствия и семейного счастья.       Надо приготовиться к удару.       — Малфои принадлежат к числу древнейших и уважаемых семейств Европы, — какое знакомое начало. Словно она малышка, чьи ноги еще даже не достают до пола, из-за проделок Скорпиуса слушающая очередную нотацию о недостойном поведении. — Наша репутация и доброе имя широко известно. Приверженность традициям лежит в основе рода. Не так много линий волшебников, равных нам по статусу. Всего 28, если быть точным.       Когда она была маленькой, никто даже не смел подумать о чистоте крови близнецов. За одно упоминание их смешанного происхождения старший Малфой мстил. Тщательно, обдуманно, без единого шанса выяснить, кто стоит за неприятностями, которые преследовали несчастного, задумавшего использовать в их сторону слово полукровка.       Сейчас же он еле сдерживается, чтобы не бросить презренное ругательство ей в лицо. Забавно.       — Как же вам наверное тяжело видеть с вашим сыном, единственным наследником, госпожу Грейнджер? — какое же искренне беспокойство прозвучало в голосе. Словно ей действительно было не все равно, словно ее беспокоило, что его сын связался с недостойной.       Аврора обещала Марку быть более осторожной. И в очередной раз не сдержала слова. Не могла. Быть дома, с ними… Самое тяжелое испытание в жизни. Нападение — лучшая защита. Все шпильки и уколы служили щитом. Они должны ненавидеть ее. Презирать. Что угодно. Лишь бы не узнали правды, не лезли в душу. Оставили одну. Как тогда. Волшебница справится. У нее есть план, и она его выполнит.       — Мисс Грейнджер — героиня войны и многообещающая ведьма. Ее история, достижения и репутация заслуживают самых высоких похвал, — видимо, все действительно плохо, раз дед так нахваливает мать. Сколько Аврора помнила, их отношения всегда были на грани. Недовольство медленно переросло в подобие признания и даже уважения. До того дня, когда все изменилось. Старший Малфой так и не простил родителей, ставя им в вину произошедшее.       — Для магглорожденной небывалый результат.       — Вы правы. Не всем удается добиться подобного, — как тонко пройтись по ее успехам, точнее их отсутствию, как он думал.       — Кому-то и громкая фамилия не поможет, — на виске явно проступила тонкая голубая жилка. Один из предков недовольно закашлял, кто-то пробормотал о неуважении, презрительный взгляд Абраксаса морозил даже с противоположной стороны стены.       — Сколько? — она довела его быстрее, чем думала. Девушка решила немного поиграть в невинность и оскорбиться столь мерзким предложением.       — Не понимаю вас. Драко, — при звуке столь фамильярного обращению к его сыну, старший Малфой стискнул сильнее бокал бренди в руке. — пригласил нас с мистером Дэвисом в мэнор, чтобы ближе познакомиться, уберечь вас от угрозы со стороны Дэлфи.       — Я не боюсь ведьмы, которая появилась вместе с вами.       Аврора проигнорировала вторую часть предложения:       — Вам стоит. Если не бояться, то остерегаться. Она опасна для семьи Малфоев.       — Только вы к нам не принадлежите.       От Круциатуса не было так больно.       — Еще раз повторю, сколько?       — Достаточно, — Драко громко захлопнул за собой дверь.       — Не вмешивайся, — Люциус не выдержал и повысил голос. — Так сколько? Миллиона достаточно?       — Аврора, прошу извинить отца, последнее время ему тяжело, — молодой человек встал рядом с ее креслом и впер холодный взгляд на старшего Малфоя.       — Это мой дом. И я все еще остаюсь старшим в роду…       — Я сказал, достаточно, — его рука непроизвольно опустилась на плечо девушки. Сидеть в этом кресле и слушать недовольство Люциуса было испытанием даже для него. Неподготовленной девчонке вдвойне тяжелее. — Аврора, не могла бы ты нас оставить?       Блондинка быстро поднялась и пошла в сторону двери.       — Тогда амулет? Достаточная цена, чтобы уйти из нашей жизни?       — Не слушай…       Волшебница замерла на месте и медленно повернула голову. С пугающей улыбкой на лице она сказала:       — Когда мне понадобиться артефакт, я его заберу. Не стоит беспокоиться.       Двери разлетелись в стороны от выпущенной непроизвольно магической волны. Не утруждаясь их ремонтом, чародейка с высоко поднятой головой ушла в сторону своих комнат.        Сдерживать себя было легко. Этому его учили с детства. Он дождался, когда утихнут звуки ее шагов, и наконец-то произнес:       — Зачем? Я сказал, что все решу.       Отец недовольно поморщился и в очередной раз отпил из бокала. Мальчишка не дал им даже выбора, притащив с собой этих двоих. Что бы он не говорил о том, что девчонка не причастна к нападению, Люциус не верил. Таких совпадений не бывает.       — Она только что угрожала взять артефакт, и ты ничего не сделал. Что ты творишь? — зло прошипел мужчина. — Мало тебе одной грязнокровки, так нужно всех в дом брать?       Стресс и алкоголь мешали думать, оставались только эмоции. Скрытые за маской вежливости и приличий, но вырывающиеся наружу в моменты злости и отчаяния. Ее не должно было быть. Их не должно было быть.       — Не смей так говорить про Гермиону, — старого пса нельзя научить новым приемам. Что должно произойти, чтобы закостеневший аристократ как его отец перестал видеть в людях родословную до 15 колена?       Люциус усмехнулся. Любовь застилала глаза. На сколько ее хватит, прежде чем он поймет, что они не пара?       — Девчонку…       — Аврора. Твою дочь зовут Аврора, — в глубине души Драко мог понять желание отца избавиться и забыть про волшебницу, но он не позволит этому случиться. По-меньшей мере, пока не разберется со всем. Нельзя закрывать глаза на проблему и делать вид, что если ее нет на виду, она исчезла.       Недовольное лицо послужило ответом. Старший Малфой надеялся, что сын поддержит попытку подкупить ведьму. Очередная ошибка.       — Ничего кроме неприятностей от нее ждать не приходится! — не выдержал аристократ. — Ее необходимо устранить из нашей жизни. Не стоило ей здесь появляться.       Люциусу уже было плевать на то, что она дважды спасла жизнь Драко, что спасла его самого. Свидетельство глупой ошибки молодости разгуливало по широким коридорам мэнора и ничего, кроме угрозы в себе не несло. И он никак не мог понять, как сын этого не видит.       — Дать ей денег или чего она там хочет и отправить на все четыре стороны, — он должен был получить поддержку от Драко. — Салазар, я готов ей выплатить целое состояние, лишь бы она не портила нам жизни. Мало кому могло так повезти!       Младший Малфой чувствовал необходимость, даже желание, защитить Аврору от Люциуса. Видимо, влияние магической связи, возникшей на Аукционе.       «Надеюсь, им и ограничиться».       — Ей не повезло в одном — оказаться твоей дочерью.       Слушать возражения слизеринец не стал. Ничего нового он не услышит. Все сказанное отцом лишь буря эмоций из страха и опасений за свою репутацию. Тот мог держать лицо перед величайшими волшебниками столетия, но юная ведьма выбила из него дух. Если бы она тихо пришла за ним, он мог бы быстро решить проблему, но девчонка предпочла громкий выход. И теперь в это оказалась втянута толпа людей.       «Ничего. Еще несколько дней и все раскроется. Тогда и решу, что с ней делать», — Драко поспешил в лабораторию. Зелье уже не требовало внимания, но нужно было чем-то занять руки.              ***       Огромный стол в центре комнаты был завален всевозможными бумагами, расчетами, артефактами, свидетельствами. В этом казалось бы хаосе прекрасно ориентировались трое магов. Гермиона в очередной раз просматривала списки обрядов на крови и искала те, в которых могли понадобиться пропавшие сильные артефакты. Как сообщали источники, интерес к ним неожиданно вырос и награда за возвращение утроилась. Когда Пожиратели смерти готовы выложить такие деньги, это нужно рассматривать на самом высоком уровне. «Бывшие Пожиратели», — сама себя исправила волшебница. Пока нет доказательств обратного, никого нельзя голословно обвинять.       Дин старался придумать, как точнее настроить поиск на след от волшебной палочки Дэлфи. Слишком редкие вспышки, чтобы было можно точно зафиксировать место, а диапазон поисков слишком большой даже для расширенной команды авроров. Но что более отвратительно — в тех местах обитали темные. Бывшие пожиратели, преступники всех мастей, изгнанные оборотни — идеальные условия для поисков сообщников.       Начальник штаба пытался оценить целую картину и у него ничего не получалось. Слишком много неизвестных. Даже знакомство и допрос парочки с Аукциона ничем не помог. В какой-то мере, даже больше запутал. Если информация о Дэлфи начала подтверждаться — следы непростительных заклятий, нападение на Малфоя, предположительная активность в сомнительных кругах, то история Дэвис и Доу трещала по швам. Их нужно было на чем-то поймать.       — Кажется, у меня что-то есть, — медленно проговорила Гермиона, чем моментально привлекла внимание мужчин.       — Эти артефакты: цепочка Андора и компас Эрсо они могут служить проводниками энергии, — девушка не отрывала взгляд от бумаг, в сотый раз проверяя свою догадку.       — А что инталия Имве? — перебил ее Дин.       Именно недавно появившаяся информация о поиске третьего артефакта позволила гриффиндорке найти общее основание. И самое интересное — вместе с магической брошью появился заказ и на Дэвиса с Доу. Получается, что они имели непосредственное отношение к кражам у чистокровных. По-крайней мере, так решили заказчики. И приказ у них был только один.       — Тоже. Если я права, то речь не идет о том, какие заклинания на них наложены и что с их помощью можно добиться. Важно только то, что эти вещи могут вбирать, передавать и преобразовывать магическую энергию огромных потоков.       — Им все равно, — медленно проговорил Гарри, вспоминая подробности разговора с Гнарекем. — Любой из названных артефактов подойдет.       — Она хочет что-то усилить с их помощью или что? — Томас начал думать над вариантами.       — Их возможно использовать для усиления действия чар или зелья, — подтвердила Гермиона. — Но кроме это, они могут преобразовывать энергию в нужную форму. Грубо говоря, делать из черного белый, из воды — огонь, из птицы — рыбу, из живого — мертвое.       Гарри внимательно посмотрел на подругу.       — Я нашла это в одной книге, — ответила девушка на молчаливый вопрос. Гриффиндорец сразу понял, где та могла найти подобную литературу и не стал расспрашивать дальше.       — Есть список подобных вещей? — если Дэлфи так это нужно, то можно попробовать заманить ее в ловушку. Или по меньшей мере, определить, куда она может направится в следующий раз. Волшебница отрицательно покачала головой.       Очередная провальная идея.       — Но она же их как-то выбрала? — возникло в голове у маг-исследователя.       — Если… Не думаю, что можно найти список, но… — девушка прикусила губу, старательно думая над ответом. — Они все старинные. Секреты изготовления давно утеряны. То есть все современные работы можно отбросить. Но даже так, волшебники слишком скрытные и могли просто не сообщить о владении таких редкостей. Гоблины о содержимом сейфов в Гринготтсе нам ничего не скажут. Даже если заставить лаборантов просмотреть все, что у нас есть, у нас не хватит сил и времени быстро проверить данную информацию.       — Там есть еще что-то общее? Один и тот же автор? Кому они принадлежали? Материал изготовления? Хоть что-то?       — Мне нужно время, — именно то, чего им так не хватало.       Хуже всего — Гарри знал, что Дэвис и Доу об этом точно что-то знают. Нужно найти способ их разговорить. Может, Малфой догадается, что делать с их невосприимчивостью к сыворотке правды.       — А что амулет Ситха? — вспомнил Дин.       — Он не вписывается никак, — огорчила его волшебница.       — Он и не должен, — уставившись в одну точку, проговорил Гарри. — Дэлфи было на него плевать. За ним пришли эти двое.       — Но они сказали…       — Солгали, — перебил коллегу Поттер. — Они все время нам лгали. Амулет нужен им самим, а не темной. Гермиона, в каких ритуалах могут пригодиться артефакты?       — Во всех, — кратко ответила девушка. — Нужно что-то еще, чтобы начать исключать неподходящее.       Гарри надавил на виски. Его задача — определить первоочередные цели. Теперь же он чувствовал себя как на 6 курсе во время урока зельеварения, когда не смог справиться с заданием по третьему закону Голпалотта. Только подсказка Принца-полукровки помогла тогда. Сейчас учебника с ответом перед ним не было.       — Командир, к вам посетитель, — серебристый патронус возник перед Поттером. Крейн бы не стал отвлекать по пустякам. Мракоборец молча вышел, оставив коллег корпеть над бумагами. В его кабинете стоял домовик-полукровка. У Гнарека что-то для него есть. Существо подняло на мага свои темные глаза и хриплым голосом произнесло:       — Если мистер Поттер поспешит, он может успеть поймать охотников на американца и его подружку.       У тех был один приказ — убить.