Сердце Скорпиона

Двадцать четвертая глава.       Драко не мог найти ее. Он знал, что магия должна была перенести его к дочери, но никак не мог найти Аврору. Их объединяла не только кровь, она спасла ему жизнь. Дважды. Образовалась особая связь, что позволила пройти через все щиты. Осталось только найти девушку. Еще есть время – он чувствовал это. Не так много – огонь пожирал все вокруг, и только заклинания позволяли ему оставаться в сознании.       - Аврора! – в очередной раз закричал маг, усиливая палочкой звук своего голоса. Бесполезно. Слишком большой особняк, чтобы успеть обыскать его весь. И Адский огонь не погасить так легко. Малфой вспомнил, как Рори поглощала это заклинание чем-то новым, чем-то, что еще никогда не видел. Когда слизеринец вытащит ее отсюда, он обязательно научится ему. Сразу после того, как выяснит какого дементора ведьма влезла во все сама и не позвала никого на помощь.       - Туда, туда, - один из портретов замахал рукой, показывая направление. – Туда, двери открыты!              Последние слова образ прокричал уже из глубины картины, устремляясь в другое место, чтобы спастись. Малфой побежал в указанную сторону. Безумное пламя заметило резкое движение и потянулось к волшебнику. Заклинание головного пузыря практически не помогало. Тяжело дышать. Жар воздуха палил кожу. Наконец, он заметил ее светлые волосы. Ведьма не двигалась, распластавшись по полу. Проклятие не видело бездвижную жертву. Только это сохраняло жизнь волшебницы. Слизеринец вызвал огромную волну воды вокруг нее, чтобы отогнать языки пламени подальше от девушки.       - Аврора, - Драко прикоснулся к теплой щеке. Она дышала. Аристократ сразу почувствовал облегчение, страх все еще бился в его сердце, но вместе с ним была и вера, что он справится. Мужчина почувствовал прилив адреналина и подхватил ведьму на руки, настраиваясь на перемещение. Спокойно выдохнуть, не позволить себя ничему сбить, не дать ее расщепить.       - Драко! – Гермиона подбежала к ним и начала быстро взмахивать палочкой, проверяя состоянии Авроры.       - Что с ней? – Дэвис не мог подняться с кресла. Со лба падали крупные капли пота. Лицо бледное настолько, что казался мраморной маской. Их связь сильно ударила по нему. Поттера в комнате не было. Как и Пэнси с Блейзом. Нарцисса стояла рядом, готовая помочь Грейнджер. Люциус замер на месте, словно все происходящее его не касалось. Только хорошо знавшие мужчину люди понимали, насколько тот был напряжен. Взгляд мага замер на хрупком теле девушки, которая так и не пришла в себя, несмотря на усилия волшебницы.       Палочка Гермионы чуть дрожала, пока она колдовала над Авророй. Понадобилось три заклинания, чтобы та пришла в себя. Мысль, что лучше было бы перенести ее в больницу и довериться целителям, появилась только сейчас. Блондинка зашлась в сильном кашле, переворачиваясь со спины на бок и опираясь ладонями об пол. Последнее, что помнила Малфой – голос Скорпиуса. Тогда почему волшебница здесь? Почему она не с ним? Тишина, в которой она слышит только свой кашель, не сулит ничего хорошего. Вместо того, чтобы залечь на дно и отдохнуть, ведьма постоянно тратила силы на эти игры. Сейчас начнется очередной допрос от родителей, дяди и, конечно же, Марка, который уже наверняка понял, зачем преступница туда отправилась. Воровка, что оценила артефакт выше жизни своей крестной.       - Рори, нам нужно в Мунго, - на кисть опустилась ладонь отца. От него также сильно несло дымом, мантия была подпалена, а на руке виднелся свежий ожог.       Получается, это его она слышала там. Волшебница устало замотала головой:       - Я в порядке.       Кажется, мама и бабушка собирались что-то сказать, но выразительный взгляд Драко заставил их замолчать. Но не Люциуса:       - Целитель Малефик сможет прийти в ближайшее время. Проводи Аврору наверх.       Слизеринец почувствовал, как вздрогнула рука дочери. Еще одна тема, которую они должны разобрать.       - Нет необходимости. Если Рори почувствует себя плохо, она скажет, - уверенно произнес Драко, прекрасно понимая, что вероятность данного события стремится к нулю. Скорее гоблины начнут заниматься благотворительностью по велению сердца, а не из-за налоговых послаблений. И, возможно, Люциус возразил бы и начал высказывать свое мнение, но Дэвис пришел в себя настолько, чтобы сам начать задавать вопросы.       Марка трясло. От перенесенного припадка до сих пор дрожали мышцы и хрипел голос. Абсолютная беспомощность. Мужчина ничего не мог сделать. Ни помочь себе, ни ей. Чаша терпения переполнилась. Это происходило все чаще и чаще. Может, магия парных браслетов. Может, Аврора и ее присутствие. Мысли дождаться, пока они останутся наедине, даже не возникло. Здесь и сейчас.       - Что ты творишь? – сквозь зубы прошипел мракоборец. Вопрос, который маг задает с завидным постоянством.       Драко совершенно не понравилось ни то, что Марк говорит, ни то, как он это говорит. Даже тот факт, что Малфой сам хотел знать, почему дочь так поступила, не давал право отпрыску Поттера вести себя подобным образом.       - Аврора еще не пришла в себя, - отрезал аристократ, помогая девушке подняться. Та еще пошатывалась, но лежать и смотреть снизу вверх на остальных, явно не собиралась. Волшебница продолжала держать его за руку. Возможно, даже не осознавая этого, она крепко схватилась за ладонь. Ведьма знакомо прищурила глаз и слегка приподняла нос. Так Аврора делала, когда разговаривала с ним и Гермионой. Ставила ментальные щиты и готовилась к неприятной беседе. То же самое делала и сейчас. Только в этот раз врагами были не они.       - Заботилась о тех, кто мне дорог. Знаешь, люди иногда так поступают, - почему Марк не мог принять ее такой, какая она есть на самом деле. Аристократка давно поняла, что не способна соответствовать его запросам. В очередной раз видеть разочарование в глазах, мучиться осознанием, что усилия, которая ведьма прикладывает, никогда не будут достаточными. Как бы волшебница не старалась отпустить Дэвиса, убедить саму себя, что это все неважно и не имеет никакого значения – у нее не выходило. Противостоять пусть и обоснованным претензиям не получалось. И Аврора выбирала знакомый ей путь – встречной атаки.       Марк ненавидел, когда свои грехи и преступления прикрывают громкими фразами и надуманными причинами. Попытки обелить свои действия ничего кроме раздражения не вызывали. А она именно так и поступала. Ведьма не только лгала, но и подвергла опасности невиновных и себя. Что бы стало с ним, если бы волшебница не вернулась? Поправка. Если бы Малфой не вытащил ее. Почему с ней все так сложно?       - И самое лучшее решение было промолчать и полезть туда самой, наплевав на то, что ты не боевой маг, - начал перечислять мужчина все, что накипело. – Не думая о жизнях других, о том, что мы могли схватить Риддл и остановить это безумие. Мы могли бы тебе помочь. Я всегда был рядом, чтобы спасти тебя. А ты опять решила по-своему!       - Я сделала то, что было нужно! – перебила его волшебница.       - Ты слепо кинулась в неизвестность, просто понадеявшись на удачу, - он отчитывал ее как провинившуюся школьницу, но последние слова вызвали такую волну эмоций, что воровка не сдержалась.       - О, нет. Нет, нет, нет. Это не я, а ты выпил столько Феликса, что сейчас твоя жизнь зависит только от моих способностей и желания, - ядовито прошипела ведьма, почувствовавшая, что нет сил терпеть несправедливость обвинений.       Если остальные маги молча стояли, не решаясь вмешиваться в ссору Марка и Авроры, то Драко больше не собирался слушать такое. Их нужно оставить, прежде чем они скажут то, о чем будут сожалеть всю оставшуюся жизнь.       - Достаточно, - лед в голосе мог порезать. – Вам нужно отдохнуть. Я свяжусь с Поттером, и мы решим, что делать дальше.       Марк с каменным лицом тяжело поднялся с кресла и вышел из комнаты. Аврора, словно опомнившись, отпустила его руку и, не смотря по сторонам, выбежала прочь.       Слизеринец устало провел по лицу. Если то, что дочь выпалила правда, то у них только что появилась еще одна большая проблема. Нужно сказать Поттеру.       - Ты нужен ей, - Гермиона прикоснулась к плечу мужчины. – Меня она даже не будет слушать.       Горечь сквозила в каждом слове, но Грейнджер отлично осознавала происходящее. Ее Аврора к себе не подпустит, но у Драко был шанс. И сейчас появилась прекрасная возможность сблизиться. Пусть и при таких чудовищных обстоятельствах.       - Нужно передать Поттеру...       - Я знаю. Не только ты один был хорош в зельях, - Гермиона слабо улыбнулась. – Иди. Мне надо в Мунго.       Когда комната опустела, Нарцисса чинно присела на диван, вызвала домовика и попросила принести чай. Жизнь стала походить на полеты на драконе с резкими подъемами и оглушительными падениями.       - Дорогая, ты все еще думаешь, что наш сын и мисс Грейнджер смогут справиться с воспитанием ребенка? – тема, которая уже много раз поднималась между ними, оставалась все такой же болезненной. Миссис Малфой внимательно посмотрела на мужа, слегка приподнимая бровь.       - Я думаю, что Драко уже находит путь к ее сердцу, - от взгляда Нарциссы не ускользнуло, как девушка держалась за руку Драко и оставалась под защитой его спины. Предстоял еще долгий путь, но начало было положено.       - С учетом обстоятельств, этого явно недостаточно, - Люциусу не нравилось смотреть на то, что происходит с семьей, и он желал немедленно все исправить. Но молодость руководствовалась эмоциями и чувствами.       - Лучше, чем было, - спокойно ответила Нарцисса, медленно отпивая любимый зеленый чай.       - Им нужно жить здесь, - уверенно произнес аристократ и, глядя в лицо жены, уточнил. – После свадьбы Драко и мисс Грейнджер следует переехать в мэнор.       Решение пришло давно. Нельзя допустить, чтобы Аврора выросла, так относясь к собственной семье. Осталось только убедить упрямого мальчишку, что это единственный приемлемый вариант. Или же придется искать менее подходящие альтернативы.              ***       - Со мной все в порядке, в этом нет необходимости, - в очередной раз повторила Пэнси, когда целительница протягивала склянку зелья.       - Здесь укрепляющая настойка, мистер Поттер сказал....       - Моргана! Давайте уже, - не выдержала волшебница, практически вырывая ее из рук женщины.       Очередная фанатка спасителя, готовая ради его похвалы сделать что угодно. Таких всегда видно. В том, с каким придыханием они произносят имя, как мечтательно улыбаются, как светятся, стоит ему обратить на них внимание.       - Немного крови для анализов и можете отдыхать, - взмах палочкой и склянки наполняются жидкостью. Практически безболезненно и целительница наконец уходит, оставляя ведьму одну. Пэнси чувствовала себя изнуренно. Обессиленно она села на кровать и прислонилась к спинке. Воспоминания о произошедшем нахлынули волной. Родители позвали ее на ужин для близких, но когда волшебница пришла, Пожиратели уже захватили их. Потом был кошмар. Спасение пришло оттуда, откуда она никак не ждала.       - Здесь зелья на эту неделю. Нужно принимать каждые 12 часов, - главный мракоборец нес в руках небольшую коробку. – Потом необходимо прийти на контроль.       Он поставил ее на стол и притянул Пэнси к себе. Уже готовая что-то сказать девушка, замолчала. Аврор уткнулся ей в волосы и крепко обнял.       - Прости меня, - наконец сказал мужчина.       - Поттер, перестань с самобичеванием. Тебе не идет.       Гриффиндорец отпустил Паркинсон и сел рядом, профессионально отмечая все следы произошедшего. Раны уже залечили, но виднелись дыры на платье, слегка покрасневшие участки кожи от ожогов, в воздухе витал легкий запах гари от волос.       - Как ты? – ничего лучше самого банального на свете вопроса он придумать не смог.       Слизеринка не стала отвечать. Жива, практически здорова, переживала и не такое.       - Родители? – не так, чтобы ее слишком волновало их состояние.       - Мракоборцы сопроводили их в летний дом, - Гарри успел пообщаться с ними. Учитывая те яростные и полные презрения взгляды, что они бросали на него, его первоначальный план придется немного подкорректировать. Можно, конечно, понадеяться, что подобная реакция вызвана нападением и уничтожением родового гнезда, но внутреннее чутье подсказывало, что нет. Хотя, стоит признать, что чувства были взаимными. Гарри так и не смог понять, почему Паркинсоны даже не зашли к дочери, а новость о том, что она жива восприняли как нечто самой собой разумеющееся.       Пэнси даже не удивилась. Семья никогда не славилась привязанностью. В отличие от Малфоев, матери Забини, родителей Поттера, в ее роду главное было следование традициям и жертва в угоду интересов дома.       - Как они там оказались?       Главный аврор тоже очень бы хотел знать ответ на данный вопрос. Он знал, что представляют из себя родовые чары. Кто-то помог им туда попасть. Осталось выяснить кто. Крейн справится с допросом Паркинсонов. Если нет, Гарри присоединится. Сейчас же нужно позаботиться о Пэнси и Марке, проверить Аврору и Драко. Гермиона послала ему патронуса, что те живы, но мракоборцу нужны подробности.       - Я работаю над этим.       Шатенка кивнула, устало наклонясь вперед и прижимаясь к торсу мужчины.       - Хочу домой, - прошептала девушка.       - Пэнси, лучше будет остаться в больнице под присмотром целителей.       - Со мной все в порядке. Сам видишь, - слизеринка с детства не любила такие места. – Ты... Блейз за мной присмотрит.       Гарри заметил, как она исправилась. Ему это не понравилось. Он не хотел быть ни запасным вариантом, ни тем, с кем не считаются. Маг должен был быть первым, к кому Пэнси шла бы за помощью.       - Я...       Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Гермиона.       - Я пытался ее остановить, - следом зашел Блейз.       - Что произошло? – сердце замерло. Он не мог помочь Драко и не стал ждать его возвращения. Припадки Марка закончились, и сын решил остаться в мэноре, чтобы убедиться, что с Малфоями все в порядке. Паркинсон же нужно было в больницу. Они переместились втроем с Забини, и пока целители осматривали девушку, мракоборец успел организовать охрану свидетелей и начало расследования.       - Аврора и Драко вернулись. С ними все в порядке, но Гарри.., - Гермиона замялась, пытаясь понять, как лучше преподнести открывшуюся правду. Сразу, лучше сразу. – Рори сказала что-то, что ты должен знать. Марк принимал Феликс Фелицис.       - Зелья удачи? – Поттер вспомнил, как на шестом курсе использовал его. Это приятное чувство наполненности и безграниченных возможностей, легкости и понимания, что нужно делать. Если Гермиона пришла в больницу, чтобы рассказать это, значит есть что-то еще.       - Да. Гарри, его нельзя принимать постоянно. Марк...       - Что с ним будет? – сердце замерло, он едва почувствовал прикосновение теплой ладони Пэнси на своей руке.       - Мы что-нибудь придумаем.       - Герм, что?! – ему не нужны надежда и утешения, важны ответы.       - Последствия могут быть разными, начиная обычным невезением, - девушка тяжело сглотнула. Когда она мчалась сюда, ей в голову не пришло подумать, как сказать все Гарри.       - Смерть, - Блейз не был так хорош в зельях, но быстро понял, к чему вела Гермиона. Гриффиндорка молча кивнула.       Гарри закрыл глаза и потер виски. Почему с ними все так сложно? На что они надеялись, скрывая такое? Как ему со всем справиться? Мужчину душило постоянное ощущение, что не он не успевает. Как будто аврор упускает из вида что-то действительное важное. Что стоит ему остановиться и весь мир рухнет.       - Возможно, то зелье, что варит Аврора, может помочь, - проговорила подруга.       - Иди, - уверенный голос Пэнси вернул его в палату. – Я в порядке, Блейз останется со мной, ты нужен сыну.       Чувство вины грызло сердце. В какой раз он оставляет ее?       - Поттер, я не люблю повторяться, - она это произнесла очень тихо, едва слышно, прежде чем легко поцеловать. Мужчина печально улыбнулся и прикоснулся губами к костяшкам ладони. Гарри обязательно вернет ей все – время, внимание, понимание.       - Блейз,...       - Идите уже, - перебил слизеринец, понимая, что и Гермиона тут не задержится.       - Умеешь же ты выбрать, - Забини вспомнил слова Дина. Казалось, еще так недавно сказанные, но по ощущениям прошли недели, если не месяцы.              ***       Аврора плакала. Громко, навзрыд, как маленькая девочка. Истерично всхлипывая и хватая ртом воздух. Смешалось все. Адреналин сражения, мысли о смерти, неожиданное спасение. И Скорпи. Он становился сильнее. Чары истончались гораздо быстрее, но даже сквозь их защиту она слышала его голос, его мольбы и просьбы, чувствовала его слезы и его боль. И в стенах когда-то родного дома, без дисциплины и магии учителя, все начало ломаться.       - Затопишь мэнор, - отец стоял, прислонившись к косяку дверей в лабораторию.       Ведьма вытерла лицо своей же рубашкой в глупой попытке не показывать свои чувства.       - А еще есть эклеры! – в комнате появилась Милли с пятым по счету подносом, наполненными сладостями. Эльфийка восприняла наследницу как самую младшую Малфой и относилась к ней немного как к ребенку. И поэтому пыталась ее утешить самым действенным способом – лучшими в Англии десертами. Совсем молодая по меркам домовиков, она еще не научилась привычному раболепию и заискиванию.       - Спасибо, Милли, мы справимся, - Драко прошел в комнату и сел на пол рядом с рыдающей девушкой. Домовиха исчезла, не забыв поставить перед ними поднос с пирожными и чаем.       - Надеюсь, мне не надо объяснять, что отчитывать меня не самое умное занятие, - Авроре потребовалось пару минут, чтобы прийти в себя и сделать вид, что так и надо. Сидеть на холодном полу, в окружении подносов с десертами, с размазанными по всему лицу следами гари.       - Не собирался, - честно признался Драко. Блондинка недоверчиво посмотрела на него. Очевидно, не тот ответ, что она ожидала.       - Зачем тогда ты пришел?       Нетерпеливая Рори. Он давно приметил эту черту у нее. Порывистость, не только в движениях, но и в мыслях, словах. Даже в зелья ведьма добавляла ускоряющие процесс ингредиенты.       - Чтобы быть с тобой, - в общении с ней Драко больше не поднимал ментальные щиты, открывая двери собственного сознания нараспашку. И впервые в жизни ему хотелось, чтобы кто-то, она, прошли ими.       - Зачем? – волшебница ненавидела себя за дрожащий голос, но ответ был ей так нужен.       - Потому что я не могу оставить тебя одну. Я не хочу, чтобы ты страдала. Рори, я хочу помочь тебе.       «Поверь, пожалуйста, перестань сомневаться в нас и поверь».       Блондинка зашмыгала носом, пытаясь совладать с эмоциями. Привычные упражнения окклюменции должны были помочь.       - Не закрывайся, - резкий голос отца вывел ее из равновесия. – Я знаю, что ты делаешь – не надо. Я тебе не враг. Тебе это не нужно.       - Что мистер Малфой не полезет мне в мозги? Неужто? Что же такое произошло?       - Рори, хватит ерничать, - усмехнулся аристократ. В такие минуты она напоминала ему самого себя. Только вот у него был шанс справиться со своими травмами, а у нее, видимо, нет. – Зелье, что ты готовишь – это противоядие для сына Поттера?       - Раньше он тебе больше нравился, - не выдержала и отметила волшебница.       - Раньше я не знал, что ты моя дочь.       - Ничего не изменилось, - упрямо заявила девчонка.       - Все изменилось, - ответил Драко и, прежде чем их разговор перешел на совершенно ненужный лад, продолжил. – Покажешь зелье?       Аврора поднялась и, схватив с подносов одну из пирожных, подошла к столу. Малфой был хорошим зельеваром и, несмотря на то, что изобретенное ей лекарство действовало, не помешал бы взгляд со стороны.       Начинать разговор всегда тяжело. Особенно когда не знаешь, что сказать. Еще хуже – когда хочется высказать все, что накипело на душе. Именно это старательно душил в себе Гарри, повторяя, что ничего не добьется таким подходом. Только вот тревога за только найденного сына перевесила всю рациональную сторону.       - Значит зелье удачи? – первое, что мракоборец сказал, врываясь в покои Марка в мэноре. Мужчина, до этого лежавший на постели, молча поднялся и встал напротив, скрестив на груди руки.       - Это мое решение, и в тех условиях оно было оптимальным, - холодно ответил Дэвис. Мало того, что до сих пор в присутствии главного мракоборца он чувствовал себя новобранцем, готовым подчиняться, так к этому прибавилась целая гамма непонятных ему эмоций. Да и вообще, какое Поттеру дело?       - Оно перестало им быть в тот момент, когда вы попали сюда, - отрезал Гарри. – Вы должны были нам сказать. Сами. Словами через рот. Как взрослые люди, а не тинейджеры с кучей подростковых комплексов и проблем.       - Все, что Вам необходимо знать, мы уже сказали.       «Да в кого ты такой упрямый ?!». Гарри хотелось кричать в голос от непробиваемости сына. Только он поверил, что тот начал открываться, как необходимо все начинать сначала.       - Марк, ты умираешь? – ходить вокруг да около Поттер не умел.       - Аврора готовит противоядие, - уверенно произнес мужчина, полностью проигнорировав сам вопрос.       - Как ты думаешь работать вместе, если не доверяешь мне?       - Что? Это никак не связанные вещи!       - Если бы ты доверял мне, то рассказал бы, что с тобой происходит. Я не прошу открывать секреты Авроры, но твое здоровье и жизнь слишком важны.       - Я..., - американец не знал, что сказать. Слишком привык быть один. Полагаться только на себя. Ему и в голову не пришло рассказать о Феликс. Только он один в ответе за свои поступки.       - Марк, сядь, нам надо поговорить.       И сново дурацкое чувство новобранца, и вместе с этим – вина. За тех мракоборцев, что Дэвис подставил своим решением молчать. За людей Малфоя, что понятия не имели против кого идут и на что способен противник. За Пэнси и ее близких, пострадавших из-за их выбора не рассказывать, за чем может охотиться Риддл. За Драко и Гермиону, которую не находили себе места. За Аврору, что могла и не вернуться с того сражения. Марк должен что-то рассказать. Что-то, что хоть немного уравняет шансы. Про Скорпиуса и артефакты нельзя, это секрет Рори, но Поттер прав – информация слишком важна, чтобы утаивать ее.        ***       Она вошла, не постучавшись, и замерла у двери. Признавать ошибки всегда нелегко. Пусть и в порыве эмоций ведьма раскрыла чужой секрет. Опять причинила боль дорогому ей человеку. Страшная привычка. Столь необходимая, чтобы держать всех подальше от себя, но сейчас Аврора ничего этим не добилась. Только в очередной раз нанесла удар по доверию Марка.       Мракоборец даже не повернул голову в ее сторону. Он и так знал, кто пришел. Мужчина продолжил лежать на постели и играться со снитчем, выпуская его из рук, чтобы через мгновение вновь поймать. Наконец, волшебница нарушила тишину:       - Извини, - признание далось ей нелегко, но это то, что она должна была сделать. Дэвис замер на мгновение и отложил игрушку в сторону. Аврор ожидал чего угодно, но не извинений.       - Иди сюда.       Малфой оторвалась от двери, подошла к кровати и, стянув с ног кеды, легла рядом. Думать, размышлять, планировать совершенно не хотелось. Постоянная борьба с самой собой, с братом, семьей и Марком выматывала. Чем дальше она шла, тем больше препятствий встречала на пути. Не хватало учителя, того, кто бы поддержал ее в принятых решениях. Иногда мелькала мысль все рассказать, попросить помочь, но Аврора знала, чем все закончится. Ни он, ни родители не позволят осуществить задуманное. В голове даже звучала фраза, которую бы могла сказать мать. Твоя жизнь слишком важна... Кажется, что только Джордж Уизли по-настоящему мог понять, что она переживает, и что задуманное стоит того. Отец и Марк скорее бы заперли ее в комнатах мэнора, не позволяя подвергать себя опасности.       Волшебница прижалась к боку Марка, наслаждаясь теплом его тела и такой недолгой тишиной. Не тот человек, что оставит ситуацию без внимания. В окружении ведьмы таких не было. Все хотели, чтобы та оставалась в безопасности, и каждый считал своим долгом, защищать ее. Они не знали, что уже слишком поздно.       - Что там произошло? – вопрос не заставил себя долго ждать.       - Я вспылила.       - Я про особняк Паркинсонов, - он обнял девушку за плечи, прижимая еще ближе к себе. Так близко, что казалось, что она слышит размеренное биение его сердца.       - Мммм, переместилась прямо в эпицентр событий, пришлось много импровизировать.       - Почему ты никого не позвала? – список вопросов мракоборца никогда не кончался.       - Привычка, - слегка пожала плечами ведьма, выводя пальцем на груди одной ей известные узоры. Это действительно стало привычкой. Рассчитывать на себя. И на учителя. Единственный, кто понял и принял ее решение.       - Аврора,...       - Я бы ничего не изменила. Чтобы ты сейчас не сказал, - отрезала волшебница. - Знаю, - пора уже признать самому себе, что ее не поменять. Просто быть рядом, чтобы в нужный час спасти. И надеяться, что она сможет снова довериться ему.        Преступница приподняла кудрявую голову. Магу действительности удалось удивить ее.       - И что? Не будет советов, нравоучений, морали? – не сдержалась Малфой.       - Поможет? – если бы существовал хоть один шанс, он бы им воспользовался, но слова не тот инструмент, что сработает в общении с ней. Самое страшное, что Дэвис понятия не имел, что бы подошло. Как вбить ей в голову, что она важна им. Она важна ему.       - Нет. Как общение с Гарри?       - Понятно, почему у него такой уровень раскрываемости, - немного расплывчато ответил Марк. Тот, пусть и короткий, но очень пристрастный допрос, что устроил Поттер еще надолго останется в памяти. Он размяк. Стоило только узнать правду, как от профессионала осталось одно воспоминание. По крайней мере, на его строгий взгляд. Мужчина отметил, как в ехидной улыбке расплываются губы Авроры.       - Бедняжка, наверное, неприятно, когда тебя допытывают и никак не оставят в покое!       Очередная колкость на которую Дэвис только усмехнулся и неожиданно для них обоих поднял руку и провел кончиком пальцев по розовым губам девушки. Девушка замерла, ошарашенная неожиданной лаской. В комнате не горел свет, и полутьма многое скрывала. Как на щеках расцвел румянец, как расширился зрачок, как перехватило дыхание.       «Опасность», - кричал внутренний голос знакомой интонацией учителя. Тот всегда повторял, насколько близкие люди могут быть опасны для выполнения поставленных целей. Блондинка резко отпрянула в сторону, увеличивая между ними расстояние. Марк поднялся, стараясь быть немного ближе.       - Ты спрашивала, что будет после того, как мы вернемся. Есть еще один вариант, - сделка, о возможности которой его начальник упомянул лишь однажды и ради которой мракоборец был готов многим подступиться. – МАКУСА готова предложить свое покровительство в обмен на работу на них.       - Операция «Скрепка» на магический лад. Ощущаю себя нацистской преступницей, но признаю, тебе удалось меня удивить. Не так часто это случается.       - Вариант Фрэнка Абигнейла тебе больше нравится?              - Мммм, величайший мошенник 20 века? Уже ближе. Как понимаю, ты себя видишь агентом ФБР, что его поймал?       - Рори, тебе не нужно будет возвращаться в Англию. Тебе дадут определенную свободу передвижений, нормальную работу, возможность создавать новые заклинания, - Дэвис старался придать голосу столько убедительности, сколько мог. Чтобы она хотя бы рассмотрела данный вариант.       - Менять одну клетку на другую? Отсутствие выбора, и ты это сам понимаешь, - волшебница не стала говорить, что для нее будущего не было. Признаться в этом значило бы потерю всех надежд на спасение Скорпиуса. Приходилось делать вид, что ей не все равно на то, что с ней станет.       - Если ты покажешь готовность сотрудничать и с твоими способностями, то ты сможешь очень быстро договориться на лучшие условия. Расширить границы. Подумай над этим.       Малфой молча качала головой. Как он мог подумать, что этот вариант ей подойдет?       - Рори, пожалуйста. Я буду с тобой. До конца.       - Ты оперативник или какая у вас там классификация. Ты не сможешь постоянно следить за мной...       - Я могу оставить службу и перейти на работу в офис, - перебил ее Марк.       Волшебница замерла. Она знала, как много работа значит для него, как он ненавидел перебирание бумажек за столом, что начальником штаба стал только, чтобы самому возглавить охоту за ней.       - Не надо жертвовать собой, - прошептала преступница. – Никто не оценит. Со временем ты возненавидишь меня, а я вновь тебя предам.       - Рори, - ведьма не заметила, как мужчина подвинулся к ней и уже считанные дюймы разделяли их. – Это мой выбор.       Так сложно игнорировать его близость, желание прижаться к нему, поцеловать.       - Так забавно. Вы все мне в нем отказывает, но ждете, что я спокойно приму ваш.       Произнеся последние слова, Аврора поднялась с кровати. Она не играла в игры, где могла проиграть. И сейчас волшебница могла проиграть.