Забыть и вспомнить

Наступило бесконечное тяжёлое молчание. Саске выронил кружку из рук и схватился за голову. — Тупые отродья, — прошипел он сквозь боль. — Саске, ты в порядке? — Хината подскочила, но сразу осела: Саске исподлобья взглянул на неё ненавистно, как смотрел только однажды. Он поднялся на ватных ногах, всё вокруг двоилось, ему резко стало жарко, а руки чесались от чьих-то невидимых прикосновений. Едва не упав, он ухватился за дверцу холодильника. — «Что я тут делаю? Для чего я приехал? На похороны старика? Кто эти люди? Кто, черт возьми, для меня эти люди?» Он хватал окружающих за подбородок в поисках ответа и, не найдя, откидывал за ненадобностью. — Эй, чувак, ты уже ведёшь себя странно, — Чоджи потянул руку, пытаясь взять парня за плечо, но Саске дёрнулся назад. — Не делай этого. Глаза закатывались, тревога нарастала. Вдруг его зрение прояснилось: он круто обернулся на холодильник. На букве «Е» всё так же криво висела школьная фотография. Он потянулся, оторвал её от холодильника и пытливо приблизил к себе. Взгляд сразу упал на центр фотки. В груди защемило. Учиха дрожащими руками потёр центр, пытаясь что-то вспомнить, что-то, что мозг отчаянно блокирует. Но стена, возводимая годами, уже треснула. — Кто это? — Саске обернулся на стоящего позади Чоджи. Чоджи приблизил фотографию и истерично улыбнулся: — Ты, верно, шутишь? Акимичи приложил ладонь ко рту, когда увидел лихорадочное лицо Саске и осознал жуть происходящего: на шутку это не похоже вовсе. Учиха озлобленно выхватил фотографию, как найденный раритет, и положил на стол: — Кто это? — хрипло закричал Саске. Он кричал из последних сил, чувствуя, что сил у него совсем не осталось: чудовищная боль терзала его сердце, ощущение мёртвого холода прошлось по его душе. Он поднял свой взгляд на сотни, казалось ему, округлившихся глаз. Все смотрели на него, как на ребёнка, которому сейчас надо сказать, что его щенка сбила машина. Чоджи поддерживал его сзади, чтобы тот ненароком не упал. — Саске.. не говори, что.. — Ино схватилась за рот. Слова встали колом в горле. — Да кто он та.. — глаза закатились, и наступило беспамятство.

***

— Тупой наряд, тупой танец, тупой бал, чёрт возьми, да не нужен мне этот лак, — Наруто злился, оттягивал тугую бабочку и растрëпывая залакированные волосы. — Успокойся ты уже, — шикнул Саске, — втянул же и меня в это. — Раз, два, три, четыре, — Наруто пародировал учительницу Шизуне, максимально утрируя каждое движение, — нет, не так, мистер Узумаки, в темпе, в темпе. Саске прыснул в кулак. — Смотрю, вам весело там? У нас осталось всего пару дней, а вы ещё ничего не умеете! — крикнула Шизуне и, свойственно учительской манере, топнула ногой. Наруто закатил глаза, ещё раз взглянув на Саске, дескать: «Вот опять». Учиха пожал плечами.

***

— Зайдём ко мне? — Я не надоел твоим родакам? — укутываясь в шарф, протянул Наруто. — Нет, они считают тебя «Наруто хороший мальчик, воспитанный», — кривляясь проговорил Саске, пальцем поправляя воображаемые очки. — Так у твоей мамы же нет очков, — Наруто засмеялся. — Не расходимся сегодня, мы должны отрепетировать! — строго объявила Сакура, постучав по парте. Дверь в кабинет хлопнула. — Кто смылся!? — Наруто и Саске, — захихикал Киба. — Опять, — Сакура выдохнула и устало упала на стул.

***

— Тётя Микото, здравствуйте! — воскликнул Наруто, только появившись в прихожей. — Наруто, Саске, вы уже пришли? Я как раз мясо потушила, мойте руки, садитесь! — Как всегда восхитительно, — Наруто накручивал макароны на вилку и с явным аппетитом уминал. — Не подлизывайся, — ткнул его в бок Саске. — Никогда, — насупился Наруто. Микото по-матерински улыбалась: — Кстати, Наруто, твои родители точно не против, что ты проведёшь новый год с нами? Чувство, что забираю чужого ребенка! —Абсолютно не против! — успокоил Наруто, — говорят, развлекайся. — Может, хотя бы позвонить им? — В порядке всё, честное пацанское, — Узумаки показал большой палец, и Микото наконец расслабилась. Дни летели одинаково. Наруто в компании антивлюблëнного Саске проводил большую часть своего времени. Хоть и предложения Саске иногда и казались ему напористыми, он всегда соглашался и был рад лишний раз провести время с кем-то и вне дома. Он рад просыпаться утром, рад жить этим днём. Его не трогали тирады отца, не трогали его холодный взгляд и отвешенный подзатыльник, Наруто даже показалось, что тот стал добрее, чем ранее. Словно ему дали второй шанс, дали наслаждаться жизнью, а не тяготиться ею. Вот он, стоит перед зеркалом в подсобке, выглаживая складки на синем костюме. Впереди танец, праздничный стол, дом Учих, а дальше...Новый Год. Поистине новый. Узумаки обещает себе, что он возьмёт от жизни всё, прежде чем ему будет уготована его неопределëнная, как говорит кофейная гуща, судьба. — Идёшь? — Шикамару выглянул из-за стеллажа, — Цунаде убьёт нас, если опоздаем. — Я? — Наруто выдохнул, — иду. Они зашли в большой зал, и Шикамару сразу же растворился в толпе. Наруто потоптался на месте, схватил сок со стола и начал пробираться сквозь людей. Развернувшись, он стукнулся об Саске. — Осторожнее! — Это же ты в меня врезался! — Не я! Кто-то просто носится по торжественному месту чересчур быстро. — Кто-то чересчур ахуел. — У кого-то чересчур много зубов. — А у кого-то чересчур не хватает мозгов. — Кретин! — Гнида! Они замолчали и, прищурившись, смотрели друг на друга. Затем вздохнули и уже по-родному, крепко обнялись. В последние дни одноклассники никак не могли встретиться. Каникулы наступили, и Саске почти всё своё время помогал по дому, а Наруто устроился в ларьке. Продавал фейерверки, салюты и петарды. В зимний сезон спрос на них был невероятный. От сигарет Узумаки частично отказался, копил на подарки друзьям, старался. — Всё, всё, Саске, отпускай. — Как ты? — Могло бы быть лучше, если бы я снял эту дурацкую бабочку, — проворчал Наруто, — а ты? Саске ответить не успел, разгневанная Шизуне летела расцеплять их и раскидывать в разные углы зала: — Саске, сиди вот тут со своей первой частью группы, а ты, — Шизуне повела Наруто за барную стойку, там, где Саске был вне зоны его видения, — а ты, Наруто, вот тут. И не смей куда-то деваться. Голову оторву! Через десять минут выступаем, я вас ещё построю. А пока лучше прогони танец в голове. — Вот же коза, — возмутился Наруто, оборачиваясь на сидящую рядом Хинату. Хьюга неловко улыбнулась, а Узумаки махнул рукой, отвернулся и сполз по стульчику. Цунаде, как директор, открывала зимний бал. Говорила она много – половину Наруто не понял. Дальше шли выступления. Все классы танцевали практически один и тот же танец, но учителя восторженно хлопали после каждого. И вот, заиграла до тошноты знакомая мелодия. Шизуне быстро выстроила их, и они появились в центре зала. По правую руку Наруто держал Хинату. Они медленно закружились по площадке. Их танец выглядел и правда красивым, Сакура хорошо постаралась, поставив его. Девушки кружились, шелестя пышными платьями. Узумаки плохо знал движения, так как пропускал большую часть репетиций. Однако выходило у него неплохо, а если где-то он и ошибался, то Хьюга сглаживала острые углы. Наруто подобрал Хинату поближе за талию, так как чувствовал что между ними неловкое расстояние. Ему было действительно неловко. Он смотрел на Саске, его это успокаивало, а Саске смотрел на него. Учихе тоже было спокойнее смотреть на родное лицо. Они не отрывали друг от друга взгляда на протяжении всего танца. Музыка, напряжённое дыхание, шелест одежды, звук шагов – всё стало закадровым, едва слышным фоном. Хината вытягивала шею, пытаясь сфокусировать внимание Наруто на себе, но сникла опечаленная. Он ни разу не взглянул на неё. Последние секунды танца были сложнее всего: Хина порывисто отскочила в сторону, будто пыталась взлететь, Наруто удержал её за руку. Он поддержал её, разворачивая к себе. Она откинулась на руку Узумаки и руками почти коснулась пола. Зал стих и через секунду наполнился новыми, взбудораженными овациями. Саске отчужденно наблюдал за этой картиной. Хината случайно поймала его взгляд и, оцепенев от таких холодных глаз, отшатнулась. Под шум волны Наруто спешил покинуть зал, но его перехватила Цунаде и усадила возле себя. Наруто умоляюще посмотрел на Саске, сидевшего почти в другом конце стола. — «Ну что за праздник!», — обозленно фыркал Узумаки. Цунаде встала, взяла со стола бокал и вновь начала рассказывать о нелёгкой дороге жизни, о том, что нужно быть сильными и хитрыми. Наруто махнул в её сторону Саске и щёлкнул себе по шее. Саске улыбнулся и утвердительно кивнул головой. Саму речь Узумаки дальше не слушал: он, прищурившись, оглядел стол и, приметив недалеко от себя пироги и курицу, с жадностью напал на них. Через двадцать минут Саске нарочито громко уронил вилку на тарелку. Наруто обернулся на него, и Саске стрельнул глазами в сторону выхода. — Да наконец-то, — облегченно прошептал Узумаки. Первым из-за стола вышел Саске под щенячьими взглядами девушек. Наруто заëрзал и через минут семь вылетел сам. Учиха стоял в конце коридора, где едва различался его силуэт. Он махнул Наруто головой и скрылся за поворотом. Наруто нахмурился и последовал за ним. Преодолев лестничный пролёт он наткнулся на открытую дверь крыши. — Саске, ты что? — Наруто вышел к нему, улыбаясь. Ступив на снежную поверхность, он почувствовал обжигающий крепкий мороз. Саске сидел на кровле здания, хлопья снега уже покрыли его макушку белой шапкой: — Давай сюда. — Тут холодновато, — уже озябший Наруто сел рядом. Саске вынул из-за пазухи жестяную флягу и протянул другу. Узумаки удивлённо покосился на Учиху и на предложенное, но не отказался. — Откуда у тебя? Парень сделал большой глоток. Горло обожгло, он зажмурился и уткнулся в рукав. По телу приятно разлилось тепло. — У отца много водки, если ты об этом. Хотя здесь лучше не пить, мало ли к чему приведёт имитация согревания. — А зачем ты вообще меня сюда притащил? — Наруто покосился вниз. Улицу освещали яркие фонари. Не было почти никого, только дворник счищал снег с тротуаров. — Да так, — Учиха пожал плечами, — тут красиво. Наруто отхлебнул ещё раз и передал флягу. — Ты ещё не передумал праздновать с нами? — Почему ты так паришься? Я же твёрдо тебе ответил. Я не передумал, Саске. — Хорошо, — Учиха запустил пальцы в волосы и опёрся о свои колени. — Ты чего сегодня? — Наруто обеспокоенно перехватил его кисть, — Что с тобой? — Наруто Узумаки переживает за меня, это что-то новое, — Саске улыбнулся всеми зубами, — кто бы мог такое представить. Появился в нашем классе отчужденный, пугливый мальчишка, который только грызся со всеми. А сейчас, посмотрите, смиренный. — Придурок, я могу перестать это делать, — Наруто отбросил его руку и поднялся с пола. — Подожди, — Учиха потянул его за пиджак, — Наруто, пожалуйста, не уходи. Узумаки обернулся на него, собираясь выдернуть одежду, но безвольно опустил руку. Саске смотрел на него страдающими глазами. Он опустился перед ним на колени смятенно, с ужасным волнением. С болезненным чувством всматривался он в это бледное, худое лицо. В эти тёмные глаза, не выражавшие ничего и в то же время дающие ответ на миллион вопросов. Узумаки уже давно понял, что Саске не на шутку пьян. С минуту они смотрели друг на друга молча. — Видимо, я сошёл с ума, — еле пролепетал Учиха, — помнишь, самый ужасный секрет Учихи Саске, который ты так хотел узнать? Ты всё ещё хочешь, а, Наруто? Наруто вздрогнул. Что-то безобразное и вдруг понятое с обеих сторон, проскользнуло между ними. — Понимаешь? Саске схватил его за шиворот и притянул к себе. Наруто на всю жизнь запомнил эту минуту. Горевший и пристальный взгляд Учихи смотрел ему в самое нутро. Саске прижался всем телом, зная, что только секунда, и его оттолкнут. Секунда, и они больше не будут прежними. Ни-ког-да. Чертова секунда, один миг! Язык протолкнулся в рот. Он впился резко и больно, слегка ударив зубами, но поцелуй тут же стал нежным и трепетным. — Блять, — Наруто ударил его в грудь и в ужасе отполз назад. Саске так и остался сидеть на четвереньках. Узумаки плюнул на пол и в панике тëр губы рукой. От страха скрутило живот, и парень побледнел как мертвец. — Что ты натворил!? Да если бы нас кто-то увидел, понимаешь, что бы было!? Если отец узнает, он меня убьёт, живого места не оставит! — Не узнает, — с мизерной надеждой покачал головой Саске. Он хотел подползти к Наруто, но тот выставил в руку вперёд. Узумаки подскочил на ноги закрыв рот рукой. Он был напуган так, как никогда раньше. Развернувшись, парень побежал прочь, всё ещё чувствуя горячие слёзы Саске на своих щеках. В воздухе заплясали фейерверки. На дороге смеялись дети. Саске, дрожа, упал на снег. В груди чертовски болело. Когда Узумаки пришел к своему дому, виски его были смочены потом, и дышал он тяжело. Он спешно вбежал в незапертую квартиру и закрыл её на ключ. Затем испуганно стянул с себя всю одежду, словно рабочую кожу, надеясь, что паршивое ощущение соскользнëт вместе с ней. Наруто забился в угол комнаты. — Хорошие времена, кого я пытался обмануть...дерьмо. Измотавшись от собственных мыслей Наруто уснул.