Под песнь лиры...

Этим теплым вечером «Доля ангелов» была доверху наполнена посетителями. Луди Гарпастум — ежегодный праздник вина и песен в городе ветров. Поэтому люди самых разных возрастов пришли хорошенько его отметить. Подростки ограничились разными безалкогольными коктейлями, пока взрослые пили напитки покрепче. За барной стойкой ухмыляющийся Кэйа в очередной раз соревновался с мужчинами в культурном выпивании алкоголя. Капитан кавалерии получал огромное удовольствие, смотря на этих бедолаг, которых после второго бокала «Полуденной смерти» уже клонило в царство снов. По-соседству виднелись три макушки, две из которых были светлыми, а третья закрыта бирюзовым беретом с торчащим цветком сесилии. Паймон и Люмин сидели со стаканами яблочного сока и наблюдали за турниром «Двух алкашей». Таким названием его наделила Паймон. А бард в этот момент выпивал то ли третью, то ли пятую кружку одуванчикового вина. Путешественница уже сбилась со счету. — Уверен, ты была бы хорошим личным сомелье. — Венти поправил съехавший головной убор. — Хотел сказать собутыльником? — хозяин, до этого натирающий до блеска бокалы, при виде довольного юноши хмыкнул. — Как будешь платить в этот раз? — Люмин за тебя не будет платить, бродяжка. — грозно, насколько это возможно с ее маленьким тельцем и писклявым голосом, произнесла Паймон, — И вообще! Нечего последнюю мору на алкоголь тратить. Сначала Архонт хотел состроить щенячьи глазки и попросить Люмин оплатить это недешевое удовольствие, но вспомнил, что путешественница не только почти всегда оплачивала ему выпивку, так еще и несла пьяного в зюзю до дома. Причём даже не к нему, а в чайник. Потому у Венти теперь имеется там собственная комната. Он задумчиво потер рукой подбородок. Вскоре слегка улыбнулся. — Я спою! — настолько громко закричал мальчик, что все посетители обернулись на него. Люмин и Дилюк кинули на него косые взгляды. Даже рядом сидящий капитан кавалерии, который всегда был за любые мероприятия, презрительно сощурил глаз. Паймон впритык подлетела к юноше. — Нет уж, бродяжка. Хватило этой таверне твоих пьяных песен. — Не переживай, малышка Паймон. Я спою что-то более адекватное, чем пьяный бред. — потрепал ее по голове, чем заслужил недовольный писк и взялся за инструмент. — Тем более, я еще не так много выпил. — Сейчас начнётся шоу. — иронично протянул Кэйа, отпивая напиток. За это он получил несильный подзатыльник от путешественницы. В прошлый раз паренёк заплетающимся языком почти всю ночь распевал пиратские песни. Тогда его еле сняли с барной стойки и уложили спать. Пальцы мягко коснулись струн. По заведению разнеслась мягкая мелодия лиры. Через несколько секунд ее подхватили люди. Постукивали в такт по столу или хлопали в ладоши. Люмин и ее летающая подружка тоже присоединились к ним. — Пришел как-то солдат, что нес могучий меч. — раздался звонкий голос барда, — Разрушит город твой, о лэй, а лай, о Лорд! Вприпрыжку он бродил по таверне. Широкая улыбка сияла на лице, глаза цвета чистой бирюзы будто светились от счастья. Люмин редко видела его таким. Да, Венти всегда был с ней веселым и открытым. Часто поднимал настроение рассказом прошлых лет или играл мелодии, что когда-то услышал, но странница из иных миров прожила на этом свете не меньше архонта, оттого читать людей она могла очень хорошо. В его глазах Люмин часто замечала многовековую печаль. Сейчас же в таверне был не могучий архонт ветров, потерявший единственного друга в войне. Сейчас здесь был никто иной как Венти. Юный бард с забавными косичками и анемо глазом бога. Слоняющийся по людным улочкам Мондштадта и распевающий всем свои песни. Любящий семь раз на неделе выпить одуванчикового алкогольного напитка или наблюдать с рук статуи Барбатоса за уходящим солнцем. — Пришел следом поэт, чье оружие стихи. Убьет тебя строкою, о лэй, о лай, о Лорд! — О лэй, о лай, о лэй, о Лорд! — громко подпевала толпа барду. — Убьет тебя строкою, о лэй, о лай, о Лорд! Венти распахнул дверь, выбежал на улицу и махнул головой, намекая повторить за ним. Люди постепенно выходили из заведения. Улица была увешана разноцветными флажками с золотыми узорами и гирляндами. Из широкой дороги напротив получилась неплохая площадка для танцев. Некоторые посетители и уличные гарпастумы сели за инструменты, что стояли у входа в таверну, и весело подыгрывали мальчику. Другие образовали пары и пританцовывали. Цокот их каблуков смешался с громкой мелодией. — Откуда здесь инструменты? — феечка пыталась перекричать музыку. — Луди Гарпастум в первую очередь праздник песен и танцев. Инструменты стоят у каждой таверны, чтобы любой бродячий музыкант или просто прохожий мог показать свое мастерство. — пояснила странница, придерживая подружку за синий плащ. — Потом пришел правитель, корона на лорде том. — Бард вручил свою лиру Дилюку и за руку потащил Люмин в гущу толпы. Девушка и пискнуть не успела, как оказалась среди танцующих пар. — В масле как Давидов сын, о лэй, о лай, о Лорд! — Я не умею танцевать! Венти, пусти! — путешественница пыталась выбраться из цепкой хватки юноши, но после третьей неудачной попытки она оставила эту затею и отдалась течению людей. В одном из миров близнецы были на похожем празднике и даже станцевали народный танец. У Люмин это выходило отлично, а Итэр после того, как оттоптал ноги сестры и разок чуть не полетел с помоста, решил постоять в сторонке. Мондштадтский не отличался от прошлого сильной сложностью, так что спустя несколько секунд Люмин на пару с поющим бардом порхала по площадке. Венти уверенно вел спутницу. Три шага, затем прокручивал вокруг своей оси. Мозолистая от частой игры на лире ладонь лежала на ее талии. Вторая сжимала чужую. Ее руки почти ничем не отличались от его. Такие же стертые, только уже от долгого использования оружия. Люмин восхищалась тем, что даже во время танца его голос оставался ровным и мелодичным. Теперь и сама странница на это мгновение позволила забыть о своих проблемах. Забыть о поручениях из гильдии, которые уже порядком надоели. Или как вместо миллелитов и рыцарей Ордо Фавониус спасает жителей регионов от опасности. Даже позволила забыть о брате. О том, что пока девушка пыталась найти хоть зацепку для его поисков, Итэр вместе с орденом бездны разрабатывал план по свержению богов Селестии. Позволила думать лишь о Венти и близости между ними. При виде его взгляда, полного искреннего счастья, сердце делало переворот на триста шестьдесят градусов, а бабочки в животе мгновенно взлетали. Она уже давно поняла, что чувствует к нему не просто дружескую привязанность. Да и не только она. Весь штаб Ордо Фавониус, во главе главной свахи Лизы, часто посмеиваются на ней и бардом. Но говорить ему об этом, по крайней мере в ближайшее время, точно не планирует. «Зачем Анемо архонту какая-то путешественница из другого мира». — разок пронеслось в ее мыслях. Музыка закончилась и по улице разнеслись громкие аплодисменты. Венти неосознанно обнял девушку. Уткнулся подбородком в ее плечо, гладил открытую спину. Люмин перебирала в руках кружево его накидки. После он неловко отпрыгнул от нее. Щеки каждого немного окрасились в красный. Обсуждая великолепную игру барда, все начали заходить обратно. За спиной ребята услышали глухие хлопки. На лице владельца таверны растянулась еле заметная ухмылка. — Сегодня выпивка за счет заведения. — С тобой приятно иметь дело. — воскликнул Венти. — Это в последний раз. — красноволосый зашёл за остальными. Мальчик вглядывался в небо. Все это время Паймон нарезала круги вокруг него. — Чего ты там высматриваешь? — феечка тоже пыталась там что-то увидеть. — Паймон, держи. — он кинул ей небольшой мешочек моры, — Можешь купить то, что захочешь. Мы с Люмин сейчас придем. — Куда?! — последнее, что услышали архонт и путешественница, прежде чем он вновь потянул ее за запястье. — Венти, куда мы так торопимся? — отдышка мешала ей говорить, — Эй, больно! Руку ведь оторвешь. — Прости, Люмин. — они встали напротив статуи Барбатоса, — Мы пришли. И даже успеваем. — притянул за талию, — Держись крепче! Ветряной поток подбросил их вверх. От испуга Люмин сильнее вжалась в грудь мальчика. Пара секунд и они оказались точно в протянутых руках каменной скульптуры. — Мог хотя бы предупредить, — буркнула странница, поправляя мятые складки платья, — Так что мы здесь делаем? — Как что? Будем смотреть на закат. Солнце начало заходить за границу земли. Небо постепенно окрашивалось во все оттенки красного и оранжевого, потому и плывущие облака стали розоватого оттенка. Несколько минут и полая луна сменила яркий желтый круг на небосводе. — Хотел тебе показать. — нарушил тишину бард, — С такого ракурса смотреть за заходом солнца намного прекраснее. — Но почему мне? — Я вижу в тебе отражение себя. Потому мне очень хорошо, когда ты рядом. — погладил ее сбитые в кровь костяшки. Венти всегда был один. После смерти друга он так и не смог стать счастливым. Вечно забывался игрой на музыкальном инструменте и кружкой крепкого алкоголя. Так было, пока не пришла путешественница. Потерявшая брата и теперь застрявшая здесь без своих истинных сил. Хоть Люмин нашла общий язык почти со всеми жителями города свободы и имеет под боком летающего компаньона, она чувствует себя одиноко. И бард понимает ее как никто другой. Раньше она путешествовала с Итэром. С того времени почти ничего не осталось. Теперь блондинка лишь бегает по всему Тейвату и выполняет поручения гильдии. Люмин любила брата всем сердцем. Иногда рыцари или просто знакомые кидали в его сторону оскорбления. Тогда девушка яро вступалась за него. Даже когда узнала, что все это время Итэр был с орденом бездны, не стала его ненавидеть. Лишь желание помочь ему возросло в несколько раз. Странница тепло улыбнулась ему. Прилегла на плечо и под плавную песнь лиры задремала. Венти отодвинул пряди челки и поцеловал открытый лоб. — Спи спокойно, ветра будут охранять тебя.