недопонимания

— я дома. солнце потихоньку заходило за горизонт, собираясь наконец отправиться на боковую и хорошенько отдохнуть. правильно это, правильно, все звезды должны хотя бы с малой долей периодичности отдыхать. ни солнце, ни какая-нибудь леди гага не исключение. горо тут же себя поправил. что значит «какая-нибудь»? язык бы себе за подобное оторвать, ну! песни леди гаги сопровождали его со школьной скамьи и вплоть до сегодняшнего дня: первый провал, первый экзамен, первый прогул, первый поцелуй и первая работа. в данный момент, когда его жизнь остановилась на примерно нейтральном уровне, леди гага все равно продолжала петь свои замечательные песни в его наушниках с одним работающим динамиком. так что чем он хуже леди гаги? тоже отдохнёт. горо стянул с себя пальто и устало расправил плечи, проходя сразу в ванную комнату, дабы вымыть руки. привычка хорошая, привитая ему в долгой процессии привыкания к совместной жизни, так что никаких «против» в голове никогда не возникало. к тому же, в случае нарушения негласного кредо могли последовать наказания, о которых парню порой и вспоминать стыдно. кстати о наказаниях. а где казуха? казуха работал фрилансером, часто писал статьи на заказ, создавал дизайны для сайтов и в целом творил на полную катушку. при этом он умудрялся удивлять своей сдержанностью и перфекционизмом, от которого голова шла кругом. мылу свое место, зубной щетке свое, в холодильнике все строго по правилам (выдуманным им же), а про гардероб вообще заикаться не стоило: все по цветам, размерам и качествам ткани. по началу было тяжело, но горо хороший мальчик, он быстро привыкает ко всем изменениям. горо не может привыкнуть к одному – тишине. так просто не бывает! в их квартире никогда не бывает тихо, это какой-то нонсенс. на фоне всегда должна играть мелодия со старой пластинки, ретро радио или джазовая музыка, а в воздухе витать аромат благовоний строго по понедельникам, средам и субботам. чувствительный нос юноши попросту не выдерживал более частого контакта с инородными запахами. специально проверил, сегодня пятница, но это не отменяет первого обязательного фактора их жилища. резко в другой комнате слышится чих и горо не на шутку пугается. неужели казуха заболел? может он лежит там сейчас с высокой температурой, пересохшим горлом и совсем без сил, да никак не может его дозваться! правда на памяти юноши казуха никогда не болел, но все бывает в первый раз, верно? как у него с леди гагой, например. горо быстро проскакивает из ванной в их общую спальню и видит, пожалуй, самую странную картину в мире: казуха сидит весь мокрый, его футболка порвана в трех местах сразу, на голове бардак, а в руках нечто – свёрток из пледа, его старого полотенца и простыни, которую они когда-то не смогли отстирать от пятна вина и оставили на тряпки. — казу..? — тихо зовёт парень, боясь даже как-то приближаться к нему. каэдэхара выглядел настолько умиротворенно и преисполненно, словно это новый вид его излюбленных медитаций. но стоило горо позвать своего парня, как тот мигом открыл глаза и приветственно улыбнулся. как ни в чем не бывало. словно это не он сейчас противоречит всем существующим и созданным им же законам. — привет, малыш, — искренняя улыбка буквально блестит счастьем. слишком ярко, слишком много света, слишком не похоже на его казуху. столько вопросов и так мало ответов, а ведь горо всего лишь вернулся со смены в барбершопе вместе с их любимыми пирожными, купленными в пекарне в центре города. он ведь специально пораньше освободился, простоял в пробке, выдержал километровую очередь и купил самый вкусный десерт в мире, чтобы провести вечер пятницы вдвоём: поедая пирожные, запивая их травянистым чаем под тихий фон пластинки. или леди гаги. но казуха выглядит так неестественно и так чертовски пугает! горо осторожно подходит к сидящему парню и опускается рядом на постель. смотрит обеспокоенно, глаза в глаза, он бы честно заскулил, если бы мог. надо держаться, а главное узнать причину одухотворенности. — ты в порядке? — внешний вид каэдэхары все-таки оставляет желать лучшего, поэтому поинтересоваться в первую очередь о его состоянии кажется нормальной вещью. но срываемое с чужих уст теряет всякий смысл: — у нас с тобой будет ребёнок. и горо резко задыхается, воздуха катастрофически не хватает, а с его уст, в отместку, срывается разве что кашель. какой-то бред! конечно, юноша не был биологом и вообще плохо знал о внутренностях людей, но это изначально переходит все границы! во-первых, они оба парни, а во-вторых... горо узнал бы в первую очередь, если судить непосредственно по тому как именно появляются дети у женщин с мужчинами. неужели его бедный казуха сошёл с ума..? нет-нет, этого не может быть, все ведь было нормально. ещё утром с казухой все было отлично: он заварил ему чай, помог справиться с заевшим замком брюк, поправил его бабочку и даже поцеловал на прощание. он просто не мог сойти с ума! конечно, горо всегда был сильно обеспокоен психологическим состоянием парня и часто волновался по поводу и без. да те же благовония порой заставляли содрогнуться. свеж в сознании тот вечер, когда каэдэхара рассказал ему об этой странной привычке его погибшего лучшего друга, но на то и были установлены границы. их отношения не были идеальными, иногда недопонимания давили на обоих с такой силой, что и дышать становилось тяжело, но они все преодолели. по крайней мере, горо так думал. — казу, но ведь... какой такой ребёнок? — парень старается говорить аккуратно, боясь ненароком задеть. ему ли не знать как легко простое слово может стать катализатором для плохих воспоминаний. в плохие дни казуха всегда обнимал его за плечи, гладил по волосам и успокаивающе нашептывал свои стихи. и пускай в составлении рифм горо не шибко хорош, он обязан постараться помочь своему дорогому человеку. и все бы ничего, но весь фарс нарушает один громкий и звонкий гав. просто... «гав». горо с удивлением опускает глаза на свёрток тканей в руках своего парня и замечает мордочку щенка. светло-коричневую, с двумя белыми пятнышками под глазами, явно влажного, словно после длительного нахождения под водой. — ты только посмотри как он похож на нас. заходила бэй доу и вручила мне его со всеми пожитками, сказав, что щенок будто наш с тобой ребёнок. правда ведь похож, — каэдэхара горбится и проводит указательным пальцем по маленькому носу, а ответом ему приходится ещё одно звонкое гавканье. щенок. бэй доу. ребёнок. в голове все стремительно складывается в общую картину, позволяя горо наконец облегчённо выдохнуть. надо же, успел придумать целый ворох плохих исходов, а на деле все гораздо проще. в голове появилась тысяча и один вариант что делать в подобной ситуации, как помочь любимому вернуть рассудок и вообще... казуха тянется чуть вперёд и целует горо в щеку, заметив его необычную скованность. будто они на пару минут поменялись ролями. но все возвращается на свои места и слава богу. — как хочешь назвать своего сына, а, папа? — парень смеётся над чужой растерянностью и передаёт свёрток с щенком в неумелые руки. горо теряется, охватив его до жути неуклюже, но крайне старательно, в то время как казуха поднимается на ноги и подходит к шкафу, чтобы привести себя в порядок. тишина какое-то время висит между ними, прерываемая глухим хлопком спадающей одежды и редкими поскуливаниями, пока горо неуверенно не выдает: — мы же не можем назвать мальчика леди гагой, да? так они и жили. казуха, горо и мистер гага.