Времяворот

- Что за нужда тебя ко мне привела нынче, Фёдор? - подивился Бомелий немало, Басманова перед собой увидев. И немудрено - в час этот Фёдор обычно к государю поспешает, а нынче с чего-то к лекарю явиться решил. - Не занемог ли? - Не занемог, да только сон мне ныне чудной привиделся, - глядит Фёдор на Бомелия очами огневыми не как опричник на лекаря царского, а как чародей да Змей Огненный на наставника своего прежнего. - Снов пустых у чародеев не бывает. Сам, поди, помнишь, как в Колдовстворце толкованью сновидений учили? - Помнить-то помню, да только сон мой нынешний, поди, и сам Собор Чародейный не истолкует. Привиделось мне, будто б стена в покоях царских прозрачнее воды родниковой стала, и за стеною той само грядущее явилось в обличье невиданном. И не чародеи грядущие то учинили, а... Как там на землях-то твоих не-чародеев кличут, Елисей? - Маглами, Федор. Так, стало быть, виделось тебе, что в грядущем маглы волшебством овладели? - Овладели иль нет, а только государь наш Иван Васильевич в то грядущее попал, и выбраться не смог, а наместо него в палаты царские самозванец пробрался, на престол воссел... - Самозванец? Тот магл, чародейством овладевший? - будто усмешку Бомелий прячет. - Не он. Другой. Тот, что с государем ликом, как брат родной схож. А с ним еще один, князем прикинулся, да не князь он, а тать злодейский, руками так и тянется прибрать, что плохо лежит... - Грядущее и для чародеев туманом сокрыто, Фёдор, - Бомелий молвил. - И всякое в нём случиться может, да одно тебе сказать могу - не стать маглу чародеем, а тем паче - в дни минувшие не попасть. О чуде таком и в землях моих чародеи едва-едва задумываться начали. А уж маглам диво такое истинно лишь во сне привидеться и может. Не тревожься ты зазря, Фёдор, к государю ступай, заждался он, поди. Чуть только двери за Басмановым затворились, дрогнула вдруг рука у Бомелия, коснулась суетливо оберега на груди, в ладанку для потаенности сопрятанного. Осторожнее впредь быть следует. Воистину, времяворот - диво в мире покуда невиданное, и не только на три часа минувших, но и в грядущее дальнее отнести способен. Видно, и вправду лучше его Собору Чародейному передать. Те хоть бед по крайности не натворят, и пускай уж сами решают, как с даром Елисеевым быть. Может, и на Руси такой же создать сумеют. А в покоях царевых Федор Басманов на полслове замолк, вино хмельное мимо уст пролил - вон он, государь-надежа Иван Васильевич, на престоле своём восседает, а лик-то светлый ныне тряпицей неказистой с чего-то обмотан, будто боль зубная вдруг одолела...