Стокгольмский синдром или вынужденная любовь.

Дома, Тина заставила себя принять горячую ванну, мысленно укоряя себя за то, что позволяет своему телу наслаждаться комфортом, в то время, как Вене, вероятно приходиться очень не легко. Ей необходимо было расслабиться, казалось, каждый нерв был натянут до предела, девушка втирала масло мелиссы в виски, голова казалась свинцовой. День выдался отвратительным, не теряя надежды узнать какие либо новости о сыне, она разбила телефоны, всех, кто по ее мнению мог оказать помощь в поисках Вениамина. Решив что вино избавит ее от мрачных мыслей, накинув на еще влажное тело халат, Тина спустилась за бокалом «красного». Обессиленно преодолев последнюю ступеньку, ведущую на третий этаж, она подумала, что постарела лет на десять за один кошмарный день. Алкоголь разлился по телу, разгоняемый кровью, приятно согревая, смешивая в одну сплошную массу: муки самобичевания, переживания, лица и события, и унося их в небытие.  — В одиночестве пьют только алкоголики. — Заметил насмешливый мужской голос.  — Я ждал тебя на банкете, но ты не соизволила явиться. От неожиданности выпустив бокал из рук, Тина повернулась в сторону, откуда исходил раздражающий её уши звук. Бордовая жидкость перемешавшись со стеклом, растекалась по белой плитке, в знакомом кресле сидел знакомый незнакомец. Тимур Евгеньевич напрягся,  — Не двигайся, тебе лучше сесть. В два прыжка преодолев пространство комнаты, мужчина подхватил на руки девушку, которая от пережитых ею потрясений, перемешав иллюзию и реальность, нервно смеялась.  — Ужасный сон, лучше уж не спать совсем, — заплетающимся языком пробормотала Ти.  — Забавно, и давно вы пьёте? — улыбаясь, Тимур Евгеньевич усадил её в кресло, которое прошло учиненное им проверку на профпригодность.  — Ах., ты просто скверный сон, тень, дым, не больше…  — не считая нужным отвечать что-либо плоду своему воображения, бредила Тина.  — А ты вовсе не такая фурия, какой кажешься на первый взгляд, — насмешливо изрек он, наблюдая за тем, как она воюет с чертятами в своей голове. Тина казалась ему совершено очаровательной в своем домашнем халатике, с разметавшимися по плечам, влажными волосами, без напыления сценического грима и кольчуги от известных дизайнеров. Всем своим видом она производила впечатление маленькой девочки, беззащитной и слабой. Мужчине вдруг захотелось встать на ее сторону, обнять, закрыть собой от коварного, несправедливо обижающего её мира. Потихоньку возвращаясь к действительности, и не понимая, почему навязчивый фантом не исчезает, девушка с удивлением рассматривала хитрые карие глаза напротив. Внезапно ущипнув себя и убедившись в подлинности субъекта напротив, Тина вскочила, или по крайней, ей так показалась, потому как ноги ее, как и все тело, ослабленное, продолжало пребывать в царстве Морфея распростертое на кресле. Подогреваемая прошлой обидой, Кароль взорвалась с шумом, как перекаченная шина.  — Я вас ненавижу! Дикарь…подонок, как вы посмели вернуться сюда? У вас нет ни капли чести и уважения к частной жизни одинокой женщины! — ругательства сыпались из нее, как из рога изобилия. Тина мгновенно вспомнила все крепкие словечки и матерные выражения, вытесненные из ее жизни образом чопорной леди и ролью образцовой матери, и обещая обрушить на него и небо в придачу, выплеснула ему в лицо поток эмоций. Задыхаясь от гнева и стыда, она постаралась посильнее запахнуть халат, ватными руками стягивая концы мягкой материи на талии. Её застали врасплох. Злая на себя, за свою несдержанность, и на человека, который увидел ее в таком неприглядном виде, она густо покраснела. «Пьяная, растрепанная, и ужасно злая», — вынесла себе приговор Тина, — ну и пусть! Мужчину же, вся пикантность ситуации напротив забавляла, ничуть не расстроившись, он хохотал, согнувшись пополам.  — Тише малышка, ты от меня живого места не оставишь, пощади старика. Разве я заслужил все Египетские казни на свою голову?  — Я прошу вас, пожалуйста, уходите, — понимая что физически она заранее проиграла, решила сменить тактику Ти. Слезы подкатывали к горлу, от обиды и бессилия. Она боялась что снова сорвётся прямо перед ним, ей не хотелось свидетелей своей слабости.  — Я знаю про твоего сына, сочувствую! — в миг став серьезным, приглушенно произнес миллиардер.  — И возможно, даже знаю где он сейчас, — добавил Тимур Евгеньевич. Певицу словно окатили ведром ледяной воды, моментально протрезвев, она недоверчиво покосилась на него. Мужчина вручил ей небольшой, но толстый крафтовый конверт. Обнаружив внутри фотографии, она не могла поверить своим глазам. Вот синяя, родная курточка Вени, вот он садиться в черную машину, вот темное помещение, где еле-еле вырисовывается такой знакомый ее сердцу силуэт. Она готова была разрыдаться от счастья и жалости к маленькому человечку, с которым так несправедливо обошлись.  — И, — решив добить ее окончательно, — возможно, я знаю как ему помочь, — лукаво подытожил он. Тина, которая уже мысленно определила его судьбу, решила повременить со сдачей в полицию «гадкой гориллы», как она про себя его окрестила. Лучик надежды затеплился в ее, истерзанной переживаниями и сомнениями груди, поняв что этот человек может оказаться соломинкой для нее и Вени, она осторожно решила прощупать почву.  — Что вы хотите, получить за свою помощь? — слаще меда спросила девушка.  — Так то лучше, хорошая девочка, — улыбнулся мужчина,  — Но сначала, ответь, какую цену ты готова заплатить за благополучие своего сына. Деньги, недвижимость, карьера, и прочие безделушки меня не интересуют,  — отрезал он, красноречиво прожигая ее нахальным взглядом. Тина колебалась, она чётко понялане двухсмысленный намёк в свою сторону.  — «Сейчас не время жалеть себя», — успокаивала себя Ти, «подумаю об этом когда Веня будет дома… Я скорее дам распять себя, чем ему навредить». ⠀ — Могу… предложить себя, — с трудом выговорила девушка смущенно опустив ресницы. Все не имеет смысла, если его нет рядом, он — моя плоть и кровь!  — Я ожидал услышать такой ответ, — удовлетворённо сказал мужчина, хищно облизнувшись.  — Я негодяй? — Да, возможно, и не желанный гость а этом доме. Но только у меня есть возможность найти и помочь твоему сыну, это большой риск для меня, игра ва-банк. Вопрос лишь в том что я получу за свою бесценную услугу?  — Это все что ты можешь мне предложить? — боюсь даже ты, малышка не покроешь всех убытков. Ти заерзала, надежда грозила вот-вот растаять. Она не могла не предпринять последнюю попытку.  — Разве я вам не нравлюсь?! Вы не находите меня красивой? — Она плавно провела рукой по оголенному плечу, стыдливо придерживая на груди ворот халата. Вы ведь здесь не просто так, верно? Потому что заинтересованы во мне, иначе зачем вам предлагать мне помощь. — она сделала милое личико не обременённой извилинами, невинной девочки.  — Верно, лисичка, — не отрывая взгляда от её движений, согласился он, но мне этого мало, и поразмыслив немного добавил.  — Не так конечно я себе представлял этот момент, но я предлагаю тебе брачный контракт.  — Видишь ли, я большой ценитель искусства, красоты и жуткий собственник. Мне не достаточно будет твоего тела. Я хочу обладать тобой полностью, твоей жизнью, мыслями, желаниями, хочу, чтобы ты принадлежала только мне, как красивый трофей. Не волнуйся, я позабочусь о твоем сынишке, а так же о достойной огранке своего бриллианта, — ухмыльнулся мужчина.  — Что скажешь? — Он гипнотизировал ее взглядом. Кароль почувствовала, что ловушка захлопнулась. Что-то в словах этого сильного человека было такое, что вселяло в нее уверенность в успехе предприятия и не оставляло ей выбора.  — Хорошо! — покорно выдавила певица, — Если вы вернёте мне сына в целости и сохранности, я выйду за вас замуж. Но только в этом случае! Вы должны мне пообещать, гарантировать его безопасность!  — Договор! Надеюсь ты сдержишь свое слово, потому что я -да! — он облегчено выдохнул.  — Тогда до встречи под венцом, женушка, обещаю быть самым нежным мужем в первую ночь, он со смехом попытался поймать её руку для поцелуя, но она отдернула её. — Что ж, после свадьбы нужно будет поработать над манерами, — на ходу бросил он.  — Постойте! Ответьте на один вопрос, — Кароль решилась спросить, о том, что не давало ей покоя.  — Как вы все же, проникли сюда? На улице с десяток профессионалов следят за домом!  — Элементарно, — усмехнулся миллиардер, — это мои люди.  — Что-о-о? Я лично нашла и наняла их, — недоумевала Тина.  — Все охранные предприятия в этом городе — мои! — самодовольно заявил мужчина. Когда Тина осталась одна, ей стало не по себе, кажется, только сейчас она поняла, что ввязалась во что-то то серьёзное. Перспектива принадлежать этому грубому и нахальному «человеку –горилле» ее не радовала, от слова совсем. Отогнав дурные мысли, она приказала себе не раскисать, главное чтобы Веня был в порядке! Потом она обязательно что-нибудь придумает!