Последний бросок

Один шарик в его руке. Последние три банки из семи поставленных в пирамиду. Но расстояние приличное. И если он не попадет — потеряет не только Лизу, но и свою жизнь. Хотя, она без нее и гроша ломаного не стоит, все же умирать не хотелось. И он стоял и примеривался. Братва скалилась кровожадными зубами. Крылатый, сложив руки на груди, смотрел не на цель, а прямо на него. И это действовало угнетающе. Руки дрожали, мысли рисовали безрадостные картины, в одной из которых Крылатый отрезал ему поочередно пальцы рук и ног. Это расплата за посягательство на его территорию. А Лизу он считал своей территорией. Все вокруг хотели крови. Крылатый выжидал. Перед ним невозможная мишень — банки слишком далеко друг от друга. Скорее всего он ее больше никогда не увидит. Пора попрощаться со всеми. — Не могу поверить собственным глазам! — этот голос он бы узнал из тысячи. И он звучал совсем рядом: — Просто не могу поверить! Развлекаетесь. Хотя.. ты, Крылатый, не открыл для меня ничего нового. Но ты, Женя! От тебя я такого не ожидала. Так не дорожить собственной жизнью. И мной. Чего молчишь, не знаешь, что сказать? Она подошла к парню вплотную: — На меня ставили? Прозвучало так мерзко, что он отвел глаза. — Отлично. А меня поставить в известность никто не собирался. Хотя, Крылатый не привык ни с кем считаться. Но как ты мог так со мной поступить? Зачем она так... — Уходи, прошу тебя, пожалуйста... — тихо произнес Евгений. Между Лизой и главарем давно ничего не было, и у него был только один шанс ее забрать. Но тепеть Крылатый не отпустит ее из принципа. А скорее всего, убьет их обоих. Ему остается только просить ее бежать, и не видеть, как его приговорят. – Я уйду, — она развернулась, — но только вместе с ним! Крылатый, ты не остановишься, пока не прольется чья-то кровь, но подумай, не все ли тебе равно, расстатья со мной сейчас, и с хорошими воспоминаниями, или же расстаться с холодным трупом? Что она творит? — Между прочим, я тебя за язык не тянул! –никто и охнуть не успел, как Крылатый достал нож и очутился рядом. Как через масло прошло лезвие через куртку девушки. Женя с ужасом смотрел на расширившиеся зрачки, разошедшиеся на груди куртку и блузку с проступающим пятном крови. — Вали, пока я не передумал. — Главарь развернулся и отошел. Лиза стала сползать вниз, подхватить мешал шарик в руке. Женя кинул его в сторону. Он подхватил и прижал к себе драгоценную ношу и, услышал через стон свое имя. Пошагал прочь. Бедная его малышка: на коже шрам останется, как и на её душе... цену их свободы и счастья пришлось вот так заплатить. Банда моргала и переглядывалась, пока Крылатый вытирал нож. Забывая, что знал, насколько глубоко под курткой её кожа, чтобы сильно не навредить. Забывал, как и саму Лизу: три последние банки валялись опрокинутыми с остальными пятью, шарик медленно, но победно завершал свой путь. — Значит все так и должно было... — задумчивао произнес главарь, подтверждая для всех присутствующих, что они теперь свободны.