Лишь фантазии и сны…

      Какой странный кастинг. Так много желающих я еще не видел. В Сиаме собралось около тысячи претендентов. Вообще ситуация необычная, почему сменили актеров, почему решили все переделать? Я смотрел первый сезон, хорошая работа, актеры симпатичные, очень неплохо справились, тогда зачем новый набор? Непонятно. Но свой шанс я попытаюсь не упустить.       Толпа движется хаотично, люди из стафа пытаются навести порядок, их громкие голоса, на фоне гула проходящих кастинг, звучат пронзительно, заставляя вздрагивать и отрываться от чтения текста, который раздали при регистрации. Мне интересны все роли, ну кроме, наверное, Вайо и Кита. Не мой типаж, не смогу показать себя в таких образах. Лучше всего Форт. Вот он – это я. Правда, иногда бывает, что я думаю точно так же. С этим персонажем я чувствую какое-то родство. Должно получиться, я почти уверен.       Выкрикнули очередной номер. До моего еще далеко. Обвожу взглядом лица претендентов на роли. Как много красивых парней. Никогда бы не подумал, что в Бангкоке может быть такое количество красавчиков. Я не такой, я обычный, это слегка напрягает, но что может красота без таланта и харизмы, а этого у меня в достатке. И я ведь не хвастаюсь, зачем? Взгляд цепляется за очень необычное лицо. Будда, таких не бывает! Высокий, стройный парень с такой внешностью, что у меня не хватает слов, чтобы описать. Таких я не видел. Он что, не таец? Судя по всему, совсем молодой, но держится так, как будто по подиуму идет. Так, хватит, не хватало только чтобы из-за разглядывания красивого парня я пропустил очередь, или забыл текст.       И вот испытание позади. Менеджер, режиссер и автор новеллы составляли костяк отборочной группы. И судя по их довольному виду, у меня не все так плохо. На улице зажглись фонари, уже совсем поздно, я пришел в Сиам к 7 часам, кастинг начался в 9, а сейчас уже почти двадцать один час. Я оглядел оставшихся парней, и вот он! Этот поразивший меня симпатяга! Судя по его взволнованному лицу, он тоже жаждет узнать результат.       В топе оказались двадцать четыре человека, в числе которых оказались я и красавчик. Почти сразу же начались воркшопы. Мы пытались общаться, выполнять какие-то немудренные действия, важно было показать взаимодействие. Я узнал, что понравившегося мне парня зовут Арчен Вирафакул, а по-простому Джун. Имя ему шло, хотелось повторять его много раз, и чтобы на каждый повтор видеть удивленный взгляд и задорную улыбку. И вот, очередной отбор. Не надо было сидеть в душной приемной и ждать своей участи, нет. Просто звонок, но как прожить эти несколько часов и услышать - «Мы рады будем с Вами сотрудничать». Я не отходил от телефона два часа, и когда раздался долгожданный звонок, я не мог сразу нажать кнопку приема, руки тряслись неимоверно. Все в порядке, вот они, заветные слова, но мне было мало, я вежливо попросил оказать мне услугу, и назвать имена остальных счастливчиков. Имя Джуна было вторым, и дальше я не прислушивался. Дождавшись, когда все имена будут произнесены, я поблагодарил и получив инструкции, закончил разговор. Вроде бы рано, но сердце ликовало от того, что нам придется работать вместе, а там уж я найду способ. Кто бы знал, как я ошибался…       Еще вчера я был свободен и беспечен, а сейчас мне казалось, что я расплачиваюсь за все прегрешения мира. Фотосъемки и читки, интервью и первые пробные кадры, а главное – мастер-классы. Времени больше не было ни на что, мы жили все в одном доме, ели вместе, спали вповалку. Где придется и когда получится, а у многих еще и учеба была. На мастер-классах было тяжело. Мы должны были поднять свой уровень актерской игры, и времени на это было всего два месяца, поэтому заниматься приходилось всегда и везде. Нашим учителем был Анусорн Сойса-нгим, режиссер нашего сериала. Он сам и его близкие звали его Аам, мы же – Пи Со. Пи был известным режиссером и снял несколько значимых работ в жанре БЛ. Он точно знал, что хотел от нас, и охотно делился своими знаниями. Нам же все было ново. Взаимодействия и разговоры, взгляды, жесты. Очень трудно было привыкать к прикосновениям, не дергаться, не вздрагивать и не шарахаться. Задания на классах были временами трудными, временами веселыми и занятными. Однажды Пи Со сказал, что хочет посмотреть, как мы будем действовать в такой ситуации. Он велел нам представить себя детьми. Кто-то сразу начал дурачиться, кто-то сюсюкать и выглядеть идиотом, но Пи велел всем лечь и для полного погружения выключил свет. Я не знаю, что происходило с другими, но я уже настраивался, вспоминая свои детские годы, как отсутствие света выдернуло из глубин памяти то, как я боялся спать в темноте. Ужас сковал тело, и я не удержавшись заплакал. Свет включили. Но восстановить душевное равновесие сразу не удалось. Меня утешали, расспрашивали, и только Пи стоял в стороне и чему-то улыбался.       Подружились мы все достаточно быстро, выхода другого не было – мы были заняты практически все время, лишь урывками пытаясь отдохнуть. Парни попались на редкость приятными и дружелюбными. Однако, когда нас разбили на пары и велели больше общаться друг с другом, что бы на экране все выглядело правдоподобно, мое мнение изменилось.       Бенджамин Бразье и Тирапат Рынриткун, Бен и Эрт, они же Фа и Вайо. Эта пара меня не касалась. Мы приятельствали. Бен красив и харизматичен, Эрт милый и некоторые считают его очаровательным, не знаю, не на мой вкус. Парни быстро сблизились и почти все время проводили вместе, если кто-то пытался покуситься на их маленький мир, оба бесились, и все отстали.       Арчен Вирафакул и Кончит Бунсатхипакди, Джун и Найн, в сериале Минг и Кит. Джун, как только влился в коллектив, показал себя во всей красе восемнадцати лет. Он ребенок, и этим все сказано. Непослушный, упрямый мальчишка. Если где-то слышен смех и недовольные возгласы, можно быть уверенным – Джун опять кого-нибудь разыграл. Или дразнит. Он в этом большой специалист. А еще, он похож на щенка большой собаки. Не маленькой, комнатной, а крупной, рабочей. Он доверчив и ласков со всеми, а этот его удивленно-недоуменный взгляд из-под длинных ресниц? Им он может добиться у всех всего, чего не пожелает. Ну, а если он в игривом настроении, то прячьте мебель, обязательно что-нибудь разобьет или сломает. Однако он трудяга, работоспособность Джуна можно записывать в учебники и ставить его в пример младшим. Что еще, да, я узнал, что он долгое время жил с семьей в Турции. Теперь я точно уверен, откуда у него эта харизма. Он впитал ту культуру, и хоть сейчас уже во всем истинный таец, но нет-нет, да и промелькнет что-то такое во взгляде, в повороте головы, в жесте. Тайские мужчины так себя не ведут. Это очень горячо, девчонки из стафа, попав под этот взгляд, просто визжат и бьются в истерике. А меня это заводит необычайно.       Найн. Невысокий, тихий, серьезный. Но иногда из него прямо прет высокомерие. Часто бывает раздражен и ругается на всех, кто помешал ему на площадке или во время занятий. А кто больше всего попадает под горячую руку? Правильно, Джун. Как же я злюсь, когда он кричит на бедного парня, а тот стоит и не понимает, что же он сделал настолько плохого, что заслужил такой нагоняй. Чем дальше они общаются, тем четче видна указующая рука Найна. Младший впитывает все, как губка, а тот и рад стараться, командует и попрекает. Вот уж кто на сто процентов попадает в роль, ему даже играть не надо!       И наконец, мой партнер - Воранат Рататханапат, он же Дом, он же доктор Бим. Когда я увидел его впервые, то подумал, как этого богатенького красавчика сюда занесло? Он был серьезным, взрослым джентльменом, не отвлекался на шалости, был погружен в улучшение своих навыков, в перерывах делал домашние задания по учебе или читал учебники. Узнавая Дома все лучше, я никак не мог понять, как мы будем играть пару? Он такой мужественный, мы похожи и в суждениях, и во взглядах на жизнь, а еще, от его улыбка кружит головы всем девушкам в окружении. По очаровательности он мог поспорить лишь с Джуном, а все остальные и рядом не стояли. Очевидно, Дом совсем не мой типаж, как я не старался не мог представить нас вместе. На рекламных снимках нам надо изображать чувства, но как, когда их нет и в помине, когда по душе совсем другой?       С каждым днем, проведенным на площадке, мне было все сложнее сдерживать себя. Одно успокаивало, совместных съемок с предметом моих грез у меня было немного. Но мы почти все время проводили вместе, то на площадке, то на постоянных фотосессиях, да и проживание в одном месте не делало мою жизнь простой и удобной. С каждым днем мне приходилось наблюдать, как сближаются Найн и Джун. Это меня расстраивало, я срывался, грубил стафу и Дому, ну ничего не мог с собой поделать.       Вот наконец последний съемочный день. Праздник, устроенный в честь этого события, должен был стать грандиозной попойкой. Все расслабились, вели себя непринужденно. И только я неотрывно следил за интересующим меня парнем. А он ничего не подозревал, обхаживал своего старшего, висел на нем, обтирался. Я чувствовал, как закипает все внутри. Это было неправильно, я не имел на него никаких прав. Но ведь сердце не выбирает, оно просто любит. Я все чаще стал признаваться себе, что чувствую к этому человеку далеко не дружеские чувства. Не находя в себе сил сдерживаться ускользнул в туалет. Там сунул голову под струю холодной воды, пытаясь привести в порядок свой внутренний хаос. Ну да, я конечно же забыл, что мы со съемок, что на мне слой косметики толщиной в палец. На меня из зеркала глядело воспаленными, красными глазами нечто, слабо напоминающее Павла Нарета Промфаофана. Судорожно выхватывая салфетки из пачки, я попытался привести это безобразие в порядок, как дверь открылась и на пороге возник Дом. - Что с тобой происходит, Пум? - Я же просил, тысячу раз просил не называть меня так! - Хорошо, хорошо, пусть будет Павел, если уж тебе так хочется, однако вопроса это не снимает. Почему мне весь вечер было неудобно смотреть на тебя? Ты сам не замечаешь, что у тебя на лице все написано? Прости, что напоминаю, но вокруг люди, мы уже примелькались, и если завтра твои фото появятся в интернете, то твои взгляды, направленные не на меня, будет трудно объяснить начальству. Нас уже не единожды предупреждали. - Я все понимаю, но что же поделать? Он мне нравится, даже больше, чем нравится, а ты мне друг, я не могу ТАК смотреть на тебя. - Пффф, тренируйся! Ты решил сделать карьеру в этом бизнесе, а значит должен владеть и своими чувствами и главное выражением лица, особенно в публичном месте. У нас еще контракты, вы будете сталкиваться в дальнейшем чаще, чем сейчас, когда пойдут тренировки к фанмитингам, и разным программам. - Сколько? Сколько мне еще жить и не иметь возможности ничего сделать? А вдруг бы у нас все сложилось? Я не имею права даже узнать его мнение? - Почему же не имеешь? Пожалуйста, иди, поговори. Только я уверен, что ничего из этого не выйдет. Ты же видишь, как он себя ведет. Мальчишка первый раз почувствовал на себе чье то внимание. У него никогда никого не было, даже первый поцелуй достался Найну. Он скорее всего влюблен и ответит тебе отказом. Пока эта пара не распадется сама собой, ты ничего не сможешь поделать, поэтому соберись, ты не девчонка, убивающаяся по неудачному выбору, ты сильный, ты можешь ждать. - Если бы ты знал… - А я знаю… Меня занимали лишь собственные страдания, и я не обратил внимание на его последние слова.       Наш сериал вышел на экраны, и можно было бы сказать, что на следующий день мы проснулись знаменитыми. Можно, если бы это меня хоть чуточку занимало. Да и что с той знаменитости, когда жизнь превратилась в кошмар. Нам нельзя было появляться в публичных местах, нельзя говорить что-то без заранее продуманного текста, даже одеваться так, как хочется, было нельзя. Медийность хороша в меру, но фанаты меры не знали и наши лица мелькали на тв чаще, чем новостные программы, а интернет просто кишел фото и видео. Невозможность быть честным в своих чувствах угнетала, а невозможность побыть в тишине и одиночестве просто убивала. Попадая домой лишь к ночи, от усталости хотелось свалиться в постель и заснуть, только куда деться от мыслей? В голове постоянно крутились моменты наших тренировок. Я закрывал глаза, и видел только его. Джун оказался на редкость пластичным, он отлично двигался и танцы в его исполнении завораживали. Сон мог свалить меня только если физических сил не останется совсем. Я начал таскать железо и посещал спортзал чаще, чем столовую. Это не прошло зря, я привел тело в такую форму, что худосочный Найн проигрывал на моем фоне.       Именно в зале мне пришла в голову мысль, что надо поменять стиль поведения. Я все обдумал, и уже на следующий день все увидели совсем другого Павла. Я больше не оставался в тени. Мои навыки в танцах, мой внешний вид, а также постоянные подшучивания над всеми, не остались незамеченными. Количество народу, внезапно захотевшего быть моими друзьями возросло до каких-то нереальных размеров. Однако цель моя была в другом. Я должен был приучить всех вокруг, что мои действия не несут за собой ничего, кроме шуток и розыгрышей. И это сработало неожиданно быстро. Теперь я мог безнаказанно подойти к объекту моего вожделения, погладить по голове, прикоснуться, взять за руку, и даже, о Боги, коснуться губами его щеки. Он так мило стеснялся, а я поддерживая свой имидж, лишь смеялся, но не оставлял своих попыток. Я приручал его, старался, чтобы он не дергался в моем присутствии, чтобы я мог делать все, что захочется. А хотелось всего и сразу. Голова и сердце перестали главенствовать, внезапно подключилось тело. На одной из тренировок к очередному фанмитингу, я подключил свой айфон к колонкам, и когда все расселись по полу блаженствуя в недолгом отдыхе, а Джун присев на стул, что-то смотрел на телефоне, я очередной раз решил развлечь компанию, и полапать ничего не подозревающего младшего. Все вышло, как и задумывалось, если бы не одно но! Кружа вокруг Джуна я старался, что бы движения были как можно более эротичными, и сам не заметил, как засмотрелся на его недоуменную улыбку, и ЧЕРТ!!!, весьма заинтересованный взгляд. И тут я почувствовал, что интерес был не только в его взгляде, посмотреть на всю эту вакханалию решил и еще кто-то. В штанах стало тесно, и мне пришлось кое как скомкать танец и сбежать в туалет, чтобы совсем не опозориться.       Вот так закончился период романтических мыслей и началась тяжелая работа. Удержать собственное тело, которое, оказывается, может реагировать не только на визуальный раздражитель, а и на запахи и даже ассоциации. Проводить по полдня в душе или туалете и не погореть, оказывается неимоверно сложно. Пришлось срочно придумывать россказни про аллергии и слабый желудок, хотя до этого было все в порядке. Странно было то, что все верили, жалели и давали кучу советов по облегчению моего «состояния». Сам я тоже пытался найти хоть какую-нибудь информацию. Ведь живут же люди, общаются. Работают, а не проводят дни пытаясь унять возбуждение. Читал все подряд, от медицинских сайтов до гей-форумов. Ничего не помогало. А потом, в одной из групп, где общались такие же, как и я, неофиты, мне сказали, что от этого только одно лекарство. Я, конечно, подозревал, но как реализовать такое? Это просто не умещалось в моей бедной голове. Я никогда не общался с мужчинами в этом смысле. Как подкатить к девчонке, позвать на свидание, предложить никого не обременяющий секс, это знает каждый мало-мальски нормальный парень. А что делать в моей ситуации? Я не знал… И поговорить было не с кем.       Как-то, когда я «привычно» проводил время в одной из кабинок туалета, после очень жаркой, полуголой фотосессии, и услышал характерные звуки за одной из закрытых дверей. «Везет же кому-то» подумал я, выходя к раковине и включая воду. Ну почему я не влюбился в кого-нибудь более доступного? Может и не пришлось бы стирать руки до мозолей, пытаясь принести себе хоть какое-то облегчение. Однако, мне стало любопытно, кто это там притаился. Кто в нашей компании еще ведет себя «нетрадиционно»? Стараясь выбросить из головы тут же возникшую и царапающую сердце пару, я притаился за полузакрытой дверью в гримерную. Ждать пришлось минут десять. Наконец из туалета появился… Дом??? Этого я никак не ожидал. Да, он не вел себя, как испуганная школьница, когда на съемках какого-нибудь интервью, я поглаживал его по спине, или тискал за задницу, но все это оговаривалось заранее. Когда мой партнер по фильму прошел мимо, глядя под ноги и не заметив меня, я решил еще подождать, и посмотреть, с кем «зажигал» в студийном туалете этот «скромник». Прождав еще минут десять, решил проверить, и каково же было мое изумление, когда войдя в туалет, я не обнаружил там никого.       Любопытство, разожженное произошедшим, заставило меня забыть о собственных проблемах и отвлечь от невеселых дум. Мне показалось, что я должен разгадать эту загадку немедленно. Может ничего и нет, может понравилась какая-нибудь симпатяжка из стафа, а может просто снимал напряжение. Дождавшись, когда парень останется один в зале, я быстро подошел и шутливо припер его своим телом к стене. - Ну, Дом, признавайся, что это было? - Что было? - То самое, в мужском туалете, полчаса назад. Дом побледнел, но лицо его окаменело в неприступной гримасе. - Какое тебе дело? - Есть дело, раз спрашиваю. Кто это? Она или он, кто так тебя возбуждает? - А если он, что тогда? - Да ничего, просто мне любопытно, расскажи, я же не отстану! Я начал щекотать парня, стараясь расслабить его и вызвать на откровенность. - Прекрати, Пум… - Опять? Сколько можно просить? - Не важно, отстань от меня, я ничего не скажу, это не твоего ума дело. - Не моего, но ты не представляешь, как я рад, теперь я могу с тобой поговорить, а то варился один, мозг уже не справляется. Мы же друзья, скажи мне, я никому никогда не расскажу. - Не расскажешь, я знаю, но я не собираюсь с тобой ничего обсуждать. - Да почему? - Да потому, что это ты! Присосался к своему мелкому, не видишь ничего, не замечаешь того, что другие уже поняли. Ты думаешь, что я там делал в этой кабинке? Я тебя ждал, знал, что сейчас придешь, знал зачем, хотел хоть так, но быть с тобой. Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать! Дом, парень с которым я провел столько времени рядом, с которым жил в одних номерах гостиниц, в одних комнатах дома, с которым столько пережили вместе. Он же никогда ничем себя не выдавал. И как с этим быть?       Мы все еще стояли у стены, и мое тело было слишком близко от его. Я почувствовал горячие ладони на своей спине, попытался отодвинуться, но Дом был силен, его руки тисками сдавили мою спину не давая сделать ни малейшего движения. - Давай переспим… Его шепот обжог мне щеку. Он не пытался ни поцеловать меня, ни прижать сильнее, лишь шептал, даже не стремясь дотянуться до уха. - Давай, ну что тебе стоит. Мы же скоро расстанемся и неизвестно, встретимся ли вновь. Зато я буду знать, каково это, как бы все было, если бы не было этого проклятого мальчишки. - Но я к тебе ничего не испытываю! Ты перепутал меня с Фортом? - И что? Я не требую от тебя чувств, мои же при мне и останутся. Можно подумать, что ты никогда ни с кем не спал просто так, хотя бы ради любопытства? Я никак не мог отойти от шока. - Мне не нравятся мужчины! - Ааа, ну да, ты же у нас поклонник женщин, который внезапно воспылал чувствами к пацану, которому даже признаться боишься!       Под моими руками под гладкой, слегка влажной кожей, перекатывались литые мышцы. С этой спины можно писать картины и лепить скульптуры. Я прошелся поцелуями от шеи до самых ямочек, которые так и манили провести по ним языком, а потом спуститься ниже, к двум прекрасным полушариям, на которых уже виднелись следы моих поцелуев и нежных укусов. Однако, я поднялся вверх, где требовали моей ласки крылышки лопаток и широкие плечи. А так же нежные розовые ушки, выглядывающие из-под мокрых, спутанных волос. Я благодарил небеса, что послали этого человека на мой жизненный путь. Он совершенство, и секс с ним шикарен настолько, что не остается ничего, кроме восторга и всепоглощающей нежности. Я плотнее прижался к прекрасному телу под собой и потерся бедрами. Желание вновь прошлось огнем по животу, подтягивая мышцы и скручиваясь в клубок, где-то внизу. - Джун… - Мммххх… Его стон был восхитительной музыкой, и я сорвался…       Глаза открылись резко и сразу, не давая и капли надежды на продолжение бесподобного сна. Как всегда, на самом интересном месте. От обиды и досады я не смог сдержать вырвавшиеся слезы. Ну почему все так хорошо только во сне? После того разговора с Домом прошло пару недель. Я до сих пор вспоминаю свои ощущения. Гнев, страх, брезгливость. Многое я чувствовал тогда, когда вырвался и ушел, так хлопнув дверью, что, вероятно, слышно было во всем здании. Я был настроен категорически прервать все отношения со своим, теперь уже, бывшим партнером и другом. Думаю, мне грозили санкции и пришлось бы придумывать какую-нибудь историю, почему я так поступаю, но меня спасла эпидемия. Всех закрыли на карантин. И теперь, сидя в одиночестве у себя дома, мне только и оставались, что сны и фантазии. Потеряв возможность общаться лично, я зависал часами в интернете, выискивая новые фотографии, лайвы или просто видео. Мы пытались общаться по телефону, но не имея возможности увидеть и прикоснуться моя жизнь стала напоминать кошмар. Тягучие, бесконечные дни в мыслях о любимом и прекрасные ночи, где мы наконец то были вдвоем.       Я сильный, я дождусь, когда кончиться эта проклятая пандемия, и тогда, первое, что я сделаю, это поговорю с Джуном. Он должен знать, что я чувствую, и если он не откажет мне, то счастливее не будет человека под этим небом. А пока лишь фантазии и сны…