Только Мой.

Осень в этом году морозная, за ночь холодеют лужи, оставленные вчерашним дождём. Утром будет приятно растаптывать белую корочку льда. Мимо проезжают автомобили, подсвечивая недавно выложенный асфальт и теряются где-то вдали, распыляясь в подступившей темноте. Сяо нервно выдыхает, доставая из кармана полупустую пачку сигарет, и не отводит глаз от ночного пейзажа, проступающего сквозь окно подъезда. На уши давят волны громкой музыки, исходящей откуда-то выше. Выдыхая клубы дыма, он с досадой хмурится… Да, Итэр пригласил его. Он не мог отказать этим привлекательным глазам и мягкой улыбке. Воспоминание тонкой нитью стянуло сердце юноши, сдавливая до режущей боли. Он сместил взгляд на сигарету меж фалангами пальцев. А причина вечернего перекура сейчас веселится где-то наверху, с другими людьми, другой компанией, пока Сяо давится сигаретными дымом и ядом собственных мыслей. Это обижало. Он раздражается поведением Итэра, отчаянно хочет сорваться и выть от несправедливости. Как он может так с ним поступать? Приглашать на вечеринку, чуть ли ни на коленях ползать, чтобы Сяо пришёл! А затем так просто заменить его на эту незаметную Эмбер? Что такого особенного в ней, чтобы забыть о своем лучшем друге? Гортанный рык сорвался с губ. Под аффектом чувств, действия стали рваными, резкими; кончик недокуренной сигареты прошёлся вдоль потрескавшейся краски старого подъезда. Душа болела от желания. Он ещё не определился, от желания быть рядом с Итэром или желания убрать всех от него. Ноги сами повели его по ступенькам вверх. К нему. Музыка становилась громче, вибрацией по телу распространялись басы, тряслись даже стены. Гости наслаждаются жизнью, их голоса — то единственное, что слышно в беспорядке звуков. Сяо нервно вздыхает носом, когда перед ним больше нет прохода, кроме как старой двери, за которой находился его собственный котелок с Ада. Рука неуверенным, заторможенным движением легла на холодную алюминиевую ручку, не торопясь её открывать. Контраст температур отвлёк, но лишь на секунду, пока в голове не всплыла яркая ассоциация металлического ножа. Он почти взаправду ощутил его блеск, текстуру, остроту… Сяо морщится, встряхивает головой, отгоняя неугодные мысли, и наконец поворачивает ручку, впуская гостя внутрь. Музыка звучит громче, почти осязаемо, пульсирует в барабанных перепонках. Внутри полумрак, освещенный только мигающими огнями, бегущими по танцполу, которые едва видны сквозь густой дым. Вокруг одни пьяные подростки, празднующие начало учебного года. Кто-то напивается до беспамятства, кто-то просто веселится, а кто-то, подобно скромной тени жмётся к стенам, избегая людского внимания. Под недолгие вспышки, ему таки удаётся разглядеть знакомую копну светлых волос… И она тоже никуда не делась. Всё ещё кружит над ним, распыляя феромоны, словно бы всё ещё весна. Какое право она имеет касаться его вот так, словно он уже принадлежит ей? И этот её взгляд… Такой горделивый, недалёкий, словно она действительно считает себя интересным собеседником, заполучившим внимание школьного красавчика. И эта её смелость выводила из себя. Бесило то, как свободно она брала его под руку, поправляла пиджак и позволяла сокращать расстояния их лиц. Всё то, что Сяо боялся бы сделать с Итэром, но именно то, о чем он фантазировал и чего жаждал. И вот это делает кто-то другой. Ноги увязли в зыбучих песках его мыслей, внутри поселилась паника. Жуткий страх того, что вот-вот его возлюбленного заберут, словно он уже заранее проиграл, потерял всё то, что держит его в этом чёртовом грязном мире и то единственное, что дарило тепло, вот так нагло вырывают из его рук. Оживлённая толпа отпечаталась в голове, как движущаяся куча безлицых существ, среди которой, словно под ярким прожектором зависли те двое, а золотистый взгляд темноволосого не смел отрываться от этой пары на другом конце. В голове мысли мечутся, всё стучит от грома собственного сердца. — Сяо! — Чья-то рука оборвала пристальный взор Алатуса, пролетая несколько раз перед его глазами. — Ты чего завис? — замаячили знакомые голубые косички и обеспокоенные бирюзовые глаза. Ответом был лишь тупой взгляд на своего давнего друга, ни слова в ответ. — Опять на Итэра палишь? — Догадался Барбатос, хмуря осуждающе брови. — Знаешь, многие сочтут это жутким, — Он попытался быть строгим, но глаза выдавали бесконечную тревогу за друга. — Давай-ка лучше пойдём выпьем, — Потянул тот за рукав Сяо, ведя к своеобразной барной стойке. — Знаешь, алкоголь хорошо помогает забыться, смотреть на мир проще, — Улыбчиво протараторил Венти, хватая подготовленные две небольшие бутылки с градусом и почти насильно втискивая одну из них в руки Сяо. Тот хотел было возразить, но писатель приложил палец к своим губам, в знаке тишины, не принимая отказа. Сяо с тяжелым вздохом принял спиртное, заливая в себя как можно больше. Новый глоток на старую рану и повторно. Ни Сяо, ни Венти ничего не говорили. Стояли рядом, когда первый повторно проводит взглядом комнату. Огромная увесистая люстра, которая походила на те самые люстры из театров смотрелась совершенно неуместно среди обшарпанных стен и обблёванных полов. Новый глоток высокоградусного напитка обжигал грудь, оставляя после себя приятное теплое ощущение. — Лучше? — Прихлёбывая своим напитком поинтересовался Венти. — Ни капли, — Пряча хмурое выражение лица за ещё одним глотком, процедил Сяо. — Это каламбур или мне неуместно будет посмеяться? — В ответ заулыбался парнишка, но не увидев взаимного веселья в чужих глазах, упрятал смех за неловким кашлем. — Знаешь, я никогда не видел, чтобы кто-то так… был зациклен на человеке, как ты на нём. — Спасибо, что подбираешь слова, Вен-Вен. Я зациклен на Итэре не больше, чем ты зациклен на алкоголе, — огрызнулся в ответ парень, отводя золотистые глаза обратно в толпу. — Значит ты просто без ума от него, хах… Ты знаком с Итэром всю жизнь: ты знаешь его вкусы, пристрастия, неужели тебе сложно позвать его на свидание или подарить ему подарок, чтобы сблизиться? Писатель подпрыгнул, услышав грозное стуканье бутылки о стол, когда Сяо повернулся к нему с нахмуренным взглядом. — Я не в настроении для выслушивания твоих любовных советов, Венти. Ты никогда не поймёшь этого. — Конечно, я не пойму, ты мне ведь даже ничего не рассказываешь! — Просто ты не любил кого-то сильнее собственных чувств. Не боялся сделать больно или навредить, я просто трезво оцениваю себя и его. И ему не нужны мои чувства. — Это он тебе лично сказал или твоя собственная трусость за тебя решила? — На этот раз тон повысил уже Венти; он вытянулся, выпятив грудь вперёд, словно готовый вступить в конфронтацию и расставить по полочкам весь тот бардак в голове Сяо. На секунду, казалось, парень задумался: он хмуро уставился в пространство, увязнув в пучине своих мыслей. Почти вживую можно было видеть, как крутятся шестеренки в его голове. Но только недовольно цыкнув, он встал и ушёл, оставив Барбатоса позади с растерянным видом. Без объяснений, без предупреждений, Сяо скрылся в толпе. Не готов он слушать про Итэра, про свои чувства к нему. Сяо слишком грязный для кого-то вроде Итэра. Он хочет оставить его себе, а не спугнуть своей тьмой внутри. Парень ушёл от толпы, слоняясь у стен в нервных перебежках, куда-то, где не будет видно ни Венти, ни, тем более, Итэра с его пассией. Как растерявшийся зверь бродил вдоль стен, пытаясь протиснуться куда-то, чтобы сбежать. Остановился у какой-то железки с тугой верёвкой, опёрся о неё, пытаясь восстановить дыхание от нарастающей паники. Отвратительный день. Зачем он только согласился пойти на эту вечеринку, если Итэр почти даже не говорил с ним?! Пройдёт не много времени, как его глаза снова начнут выискивать блондинистую макушку среди толпы. Нервно теребя край своей рубахи, брюнет по новой выискивал блондинистую макушку. Зачем? Чёрт его знает. Быть может, сам того не зная, он оказался мазохистом? Или его околдовали злые чары и теперь и минута без вида на прекрасного — мука больше, чем видеть его с другой? … Она улыбалась ему, с трепетом и нежностью касаясь его волос. Взгляд её пьяный, движения смелые, она совсем не постеснялась притянуть чужое лицо к своему, попытаться поцеловать… Сердце Сяо болезненно сжалось, прежде, чем разжаться и уже без боли смотреть на эту сцену. Холодная, морозящая кожу ярость пронизывала тело Алатуса. Его рука резким ударом прошлось по железке рядом. Скрип… Треск. С одним только щелчком натянутая верёвка механизма близь Сяо оборвалась. Одно лишь слово «осторожно» повисло в воздухе, перед шумом разбившейся люстры… Уже не такой неуместной. Громкий удар. Звук разбитых осколков, стекла, испуганных вздохов подростков. Крики людей, продолжающаяся музыка, присутствие которой теперь напрягала. Даже Сяо пришлось потратить больше времени на то, чтобы осознать происходящее. Итэр стоял совсем близко, кто-то вовремя оттолкнул парня, но Эмбер… Вес всей люстры пришёлся на тело бедной девушки. Её не было видно, лишь цвет волос и порванное платье дали понять, что той была она… Та, которая лежала в осколках стекла и луже собственной крови. К горлу подкатывала тошнота… Парень панически выдохнул и, словно ошпаренный, отскочил от уже сломанного механизма. К его счастью, если его кто-то и мог видеть, то пьяные подростки вряд ли бы запомнили его. Скрываясь в туалетной комнате, он только сейчас увидел, как сильно дрожали его руки… Он хватался за лицо, щипал, шлепал себя по щекам, как дурак, пытавшийся очнуться ото сна. Золотые зрачки в ужасе дрожали, когда он смотрел в отражение перед ним: с покрасневшими пятнами на лице, взъерошенными волосами, мятой одеждой… И человеком, которым он не являлся прежде. Убийцей. «Она умерла?» тихим тонюсеньким голосом скрипит парень, глядя в грязное зеркало. Что он сейчас должен чувствовать? Страх? Отчаяние? Сожаление? Возможно, так и должно быть, но то, что он чувствует… Облегчение? Он выдохнул, более спокойно и расслабленно, будто этот несчастный случай — не по его вине произошедший. Лёгкий истеричный смешок раздался в пустой комнате. «Я больной…» *** Звуки сирен за окном, красно-синяя мигалка, допросы и носилки, уносящие тело девушки. И Сяо, стоящий перед Итэром со сверкающими от радости глазами, но бесконечно сочувствующим голосом снаружи… — Главное, что ты цел, Итэр, — Поддерживающе шептал Сяо, рукой касаясь чужой ладони. — Это случилось так быстро, так непонятно, — Наладив зрительный контакт, парень нервно сглотнул. — У меня нет осознания, что она… Ну… — Я представляю… Я так забеспокоился о тебе, когда понял, что случилось, — Руки Сяо по-родному, уже знакомому чувству, обхватывает плечи своего друга и притягивает близко к себе, прижимая к груди. — Я рядом, Итэр… Мы переживём это вместе. Остальная часть ночи прошла, как в тумане. Расспросы полиции, напуганный Итэр, взгляд Венти со страхом… Иным страхом. Страхом к Сяо. Алатус не возражал, с этим он разберётся после… «На улице Х произошла авария. На вечеринке подростков трос, удерживающий тяжелую люстру, не выдержал, упав прямо на толпу второкурсников. Обнаружилось десяток раненых, из которых — одна девушка, доставленная в больницу в тяжелом состоянии. Врачи борются за жизнь пациентки. Следователи объясняют, что из-за старого здания и отсутствия слежки за оборудованием, верёвки не выдержали веса люстры.»