Котя

— Мин-и? — Юнги растерянно хлопает глазами, смотря на своего молодого человека, тело которого так и источает напряжение. Чимин почти в бешенстве, о чём говорят широкий оскал и недобро темнеющий взгляд. Когда он начинает натурально рычать, чуть подаваясь всем телом вперёд, Юнги почти рефлекторно хватает его за плечо и прижимается к нему ближе. — Что такое?.. Тэхён в долгу не остаётся: тут же реагирует на открытую агрессию в свою сторону, громко шипя и притягивая к себе охнувшего от неожиданности Чона. — Не смей открывать свой рот на чужой территории, — сплёвывает Ким и растягивает губы в усмешке, добавляя тихое, но чёткое, — глупая псина. — Сука, —Чимин звереет мгновенно. Чонгук и сообразить толком не успевает, когда Тэхён отталкивает его куда-то в сторону дивана, а сам, увернувшись от кулака Пака, бегом бросается в коридор. Опьянённый яростью Чимин бежит за ним следом, проигнорировав испуганное и до ужаса взволнованное «Чимин-и, успокойся!». Столкнувшись ошарашенными взглядами, мужчины напряжённо вслушиваются во внезапно воцарившуюся в квартире тишину. Чонгук слышит только своё бешенное сердцебиение. Однако очень скоро пронзительный кошачий визг вперемешку с собачьим воем становятся для него отличным сигналом, чтобы подорваться со своего места в коридор.

***

— Может, ты перекинешься? — устало просит Чонгук, слегка дрожащими руками почёсывая Тэхёна за ушком. Тот, кажется, намеренно игнорирует просьбу своего парня и просто продолжает громко мурчать, удобно располагаясь на любимых бёдрах. — И ты, Мин-и. Пожалуйста, — выдыхает Юнги и поджимает губы, когда Чимин, восседающий рядышком, на полу, громко лает. Мин трёт ноющие виски и смотрит на точно такого же вымотанного Чонгука. — Я понимаю, что у тебя стресс… у вас обоих стресс. Но вы должны перекинуться и нормально поговорить. А то эту вражду и стычки можно продолжать до бесконечности… Поддерживая старшего, Чонгук молча кивает головой. Он понимает, что как Чимин, так и Тэхён сейчас действительно испытывают стресс, поэтому находиться в своей животной форме им намного легче и спокойнее. Однако разговор, который расставит всё на свои места, должен состояться сейчас. Кот что-то недовольно мявкает, но всё же спрыгивает с удобных коленей на менее удобный диван. И наконец-то возвращается в свою человеческую форму. Быстро бегая взглядом по любимому хмурому лицу, Чонгук несдержанно выдыхает. Новых ран он, к счастью, не замечает. Всё-таки повезло, что он и Юнги успели разнять агрессивно настроенных парней до того, как те вцепились бы в глотки друг друга. — Теперь ты, — говорит Мин, выразительно глядя на так и не сдвинувшегося с места ретривера. — Чимин. Пёс фыркает, но послушно выполняет просьбу своего мужчины. Такому тону, как ни крути, он не может противиться. Тэхён смотрит на Чимина как на врага народа. Чимин смотрит на него точно так же. И никто из них не желает подавать голос первым. — Чимин, — давит Юнги и сам же передёргивается плечами от перенапряжения. Его кот, между прочим, тоже достаточно сильно стрессанул от всего этого всплеска феромонов и агрессии. Пак цокает и поднимается с пола, сразу же пересаживаясь к своему мужчине. Он обнимает его за руку, переплетая пальцы и укладывая свою голову на плечо Мина. Чимин чувствует усталость старшего, и ему правда совестно за это. — Ладно, Ким… Тэхён. Давай говорить. Совсем немного подумав, Тэхён кивком головы соглашается. И решает рассказать первым, в чём же дело.

***

День Тэхёна не задался с самого пробуждения. Он впервые за долгое время умудрился проспать из-за того, что слишком увлёкся просмотром какого-то популярного сериала, название которого он уже и не вспомнит. А Чонгук ведь просил, чтобы младший не засиживался, говорил, что добром это дело не закончится, о чём Чон и не постеснялся напомнить матерящемуся и негодующему Киму. Это спровоцировало словесную перепалку, которая окончательно испортила Тэхёну остатки нормального настроения. Приятным сюрпризом стало и то, что Ким впопыхах благополучно забыл свою транспортную карту. Возвращаться домой не было ни единого желания, так что, плюнув на всё, Тэхён около получаса топал до университета на своих двоих. Уже сидя на скучнейшей лекции по философии, Тэхён постепенно начал обдумывать произошедшую утром мелкую ссору. И злость с раздражением ушли, оставляя после себя только сожаление и грусть. Чонгук ведь правда хотел как лучше, потому совсем не вносил в свои слова осуждение. Просто смирение и недовольство: всё же Тэхён и ночные марафоны — вещи почти неделимые, Чон давно осознал это и смирился. А Ким вот… вспылил. И начал очень жалеть об этом. Пусть их небольшую ссору можно было отнести к разряду «со всеми бывает», совесть всё-таки нашёптывала ему, что прощение у Чонгука стоит попросить. Именно в размышлениях об этом Тэхён и провёл весь остаток учебного дня. В конечном итоге Ким решил особо не мудрить, а просто купить любимые старшим сладости вместе с приторно сладким карамельным латте. Вариант беспроигрышный. Но ведь день у Тэхёна не задался с самого утра, верно? Потому все сладкие покупки до квартиры так и не добрались, оставшись в университетском кафетерии. Погрязнув в своих мыслях, Тэхён умудрился споткнуться о собственную ногу и, чтобы хоть как-то удержать равновесие, схватился за чью-то руку. От падения это не спасло ни пирожные, ни Тэхёна, ни попавшего под руку Чимина. Последний, кстати, был больше всех недоволен произошедшим. — Твою мать, — Пак погладил пострадавшую от падения задницу и перевёл взгляд на свою перепачканную в чём-то сладком и липком рубашку. — Твою мать! — Я… ох, — выдохнул Тэхён, узнавая в пострадавшем своего одногруппника. Они не общались никогда и не то чтобы горели желанием это сделать. Но надо же как сложились обстоятельства. — Прости, я… — Да что мне от твоих извинений! — вспыхнул Чимин, щёлкая челюстью от негодования. Растерянный до этого Ким нахмурился, не понимая, откуда взялся настолько враждебный к нему настрой. — Вот все, все вы такие! Кошаки несчастные… — Извини? Я всего лишь испачкал твою одежду. Это не повод переходить на личности… — А мне плевать, — фыркул Пак и с презрением осмотрел сидящего перед ним одногруппника. — Такие, как ты, только и делают, что портят всё! Всегда и постоянно! Чёртовы кошки, бесите… — Слышь, псина, — прохрепел Тэхён, начиная закипать. Он многое может стерпеть, но оскорбления в сторону своей сущности он не переносит буквально на уровне инстинктов. Не реагировать на подобное для любого оборотня практически невозможная задача. — Ещё одно слово и… — И что, котик? Давай, напугай меня, — Чимин состроил невинные глазки, вот только явная ухмылка усугубила всю ситуацию. — Сам напросился, — прошипел Тэхён перед тем, как накинуться на не успевшего сообразить Пака.

***

— … теперь, узнав твою пару, я очень удивлён твоим словам, Пак. Неприятно удивлён, — хмыкает Тэхён, изложив всю историю так, как видел её он. — Оскорблять котов, учитывая, что твой парень и есть кот… надо же. Тишина накрывает комнату сразу же, как Ким замолкает. Чонгук пытается переварить чужой рассказ, а Чимин с Юнги выразительно переглядываются, будто бы мысленно общаясь. Тэхён же сканирует их внимательным взглядом, словно пытаясь выяснить, что у них в головах. — Может… послушаем версию Чимина? — тихо предлагает Чонгук, привлекая к себе взгляды всех присутствующих. — А ты мне не веришь, хён? — Ким складывает руки на груди и обиженно щурится. — В моих словах нет ни капли лжи. Как я тебе говорил ранее, спровоцировал меня именно… Чимин. Первым накинулся я, да, но я не вижу в этом своей вины, уж извините. Тем более, что я изначально готов был мирно решить проблему, заплатив за химчистку, поэтому… — Это моя вина в большей степени. Простите… Тэхён переводит изумлённый взгляд на Юнги, который выглядит до боли виноватым и подавленным. — Юнги… — начинает Чимин, но продолжить ему не даёт ладонь, накрывающая его губы. — Чимин был зол в тот день из-за меня. Мы, как и вы, повздорили. Сильно повздорили, — выдыхает Мин, опуская виноватый взгляд. — Это долгая история, но в общем… я по своей глупости удалил папку на компьютере. Там был важный рабочий материал, который Мин-и собирал в течение нескольких лет. Я пытался восстановить эту папку, но… из-за волнения и… испуга, наверное… окончательно всё стёр. На компьютере ничего не осталось от него. И мы поругались… — Эти файлы нужны были мне через пару дней, поэтому я сильно вспылил. На эмоциях много всякого наговорил, мне до сих пор очень жаль. Прости, — грустно улыбается Чимин, заглядывая в глаза старшего и мягко переплетая с ним пальцы. Он смотрит на удивлённого Тэхёна. — На тех же эмоциях я и на тебя набросился. Тогда я совсем не думал о том, что говорил. Мне просто хотелось сорвать злость на ком-то, а тут ты прямо… вовремя появился. Тэхён открывает рот, но молчит. Совсем не знает, что сказать в данной ситуации. — Извиняться перед тобой я не буду, — Чимин широко улыбается, ставя Кима в ещё больший тупик. — Считай, что мой сломанный нос и больная нога — идеальная моральная компенсация, немного омрачённая и твоими побоями. Думаю, мы квиты? Тэхён пару секунд смотрит на протянутую ему руку и, усмехнувшись, крепко пожимает её. — Квиты, Чимин. Будет сложно первое время, особенно нашим вторым сущностям, но… думаю, мы привыкнем к друг другу. Чонгук улыбается, наконец-то чувствуя облегчение. Лучше и быть не может.

***

— Хён, ты подавлен, — утверждает Чимин, когда они уже едут на такси домой. Весь остаток вполне дружеской беседы Юнги молчал, изредка согласно кивая и натянуто улыбаясь. — Дай угадаю. Снова переживаешь о тех файлах? Юнги качает головой, но по его осунувшимся плечам и так становится всё предельно очевидно. — Прости. Моя глупость повлекла за собой столько проблем, я… — Хэй, — Чимин быстро чмокает старшего в губы, чтобы остановить его виноватое бормотание. — Всё, что происходит, всё к лучшему, слышишь? Я не злюсь на тебя, поэтому ты не должен винить себя. Ни в чём. В противном случае я тоже начну заваливать тебя извинениями за свою несдержанность, агрессию и прочие характерные мне штуки. Хочешь? — Нет, но… — Никаких «но», Юнги. Ты и твоё состояние дороже мне любых файлов, хорошо? — Я люблю тебя, — тихо всхлипывает Мин, тут же утопая в любимых объятиях. Чимин целует его в макушку и улыбается. Больше ничего не имеет значения.