Зелье «любви»

Сильвер, как обычно искал что-то перекусить, чтобы перед ужином приготовленным Лилией, суметь хоть как-то спасти свой желудок. На кухне был необычный порядок и чистота, даже следа старика не было. Только шкафчик открытый и пирожные в нем. Стоп, пирожные? Сильвер замер и снова обратил свой взор к заинтересовавшей его вещи. Там и правда находились пирожные, которые и по запаху и по виду были съедобные, что означало одно — их готовил не старик. — Так значит пока мы пытаемся не отравиться его готовкой, он покупает себе сладости и ест? Надо будет рассказать Маллеусу, чтобы он поговорил с Лилией и запретил тратить деньги факультета на это. Или хотя бы делился со всеми. — добавил в конце серебряноволосый парень и взял в рук тарелку с пирожными. От них исходил сладковатый аромат апельсинов и ванили. «Вкусно!» — восхитился мысленно Сильвер и ушел вместе с пирожными в Хартслабюль, поскольку был приглашен на чаепитие. Прибыв на место, парень поздоровался с хозяевами и предложил свое угощение и конечно же староста общежития от них не отказался. Вкусив первым сладость гостя, Риддл отдал указ вторым угоститься Сильверу, что тот и сделал. Но стоило ему откусить кусочек, как Розенхартс потерял сознания, а за ним и сам Сильвер.

***

Лилия сидел у кровати своего подопечного, а у окна стоял молчаливый силуэт Маллеуса. Его рога, устрашающе, для зрителя, поблескивали в лунном свете, что пробивался сквозь шторы. — Лилия-сан, признайтесь, это вы снова готовили? — спросил наконец-то Дракония, но сам понимал, что такие пирожные вице-староста приготовить не мог. Вряд-ли он вообще взял бы в руки рецепт, что уж говорить о правильных ингредиентах. Ванруж молчал. Он не чувствовал вины или особой грусти. Сильвер не умрет от приворотного зелья и даже не почувствует его, ведь не имеет чувств к Розенхартсу. Так думал Лилия. На самом деле, ситуация складывалась по-другому и обрадовать вампира удачным экспериментом поспешил уже Джейд, прокравшись в спальню вице-старосты, ночью. — Джейд? Ты, что здесь забыл в такое время? Джейд? Что…? — оказавшись снова на мягкой перине, Лилия полностью проснулся и смотрел во все глаза в немного возбужденные глаза мурены. Осознав за секунду до непоправимого, что произошло, Ванруж поспешил сменить позицию и придавив Лича лицом к подушке, выдохнул и зажег лампу. — Итак, у нас проблемы.

***

Лилия смотрел на мурену под собой и словил себя на мысли, что наслаждается видом подчиняющего Джейда. Ванруж ощутил легкий восторг и возбуждение, которому, впрочем, не хотел подчиняться. Лич что-то сказал в подушку и вампиру пришлось его отпустить. Через секунду он уже об этом пожалел. Джейд перекинул вице-старосту на спину и оседлал, прижав руки к кровати, чтобы тот не смог сопротивляться. Конечно, Лилия мог справиться с муреной без особых усилий, но мысль о том, что он больше не увидит такой взгляд у своего партнера и друга заставляла его смириться и позволить Личу делать то, что он хочет. Однако! Насиловать себя он позволять был не намерен, а действия голубовласого вели как раз к этому. — Так, сменим-ка позиции… — вздохнув, Лилия произнес заклинание на древнем языке и его тело начало меняться: тело становилось больше, лицо становилось взрослее, а волосы длиннее. Уже через несколько минут под удивленной муреной лежал взрослый Ванруж во всей своей красе: на лице играла хитрая и самодовольная улыбка, в глазах сверкали искринки, а руки теребили волосы Джейда. — Вот теперь можно продолжить, Джейд. — Он приподнялся к лицу Лича и провел язычком по дрожащим устам мурены, от чего тот приоткрыл рот, позволяя Лилии продолжить. Ванружа не пришлось приглашать дважды и уже через секунду он принялся ласкать язык Джейда своим. Руками же вампир сильнее прижал к себе разгоряченное тело, не забывая скользить пальцами, чтобы раздеть и расслабить прекрасный стан голубовласого. От таких действий Лич и правда расслабился, но возбудился еще больше. Он с легкостью отвечал на поцелуи вампира, а сам же терся о длинные ноги, пытаясь намекнуть тому, что ему мало одних прикосновений и поцелуев. Ванруж понял чего хочет Джейд и принялся расстегивать рубашку, снимать галстук с упругой груди парня. Сняв верх, Лилия разорвал их поцелуй и посмотрел на накаченный пресс и маленькие, словно кнопочки соски цвета спелой малины. Проведя рукой по одному из них, он услышал приглушенный, произнесенный сквозь зубы стон. Джейду нравились движения Ванружа, но было мало и мурена поспешил об этом сообщить неоднозначным движением таза. — О, неужели маленький Джейд такой нетерпеливый? — улыбнулся Лилия вглядевшись в разноцветные глаза. Тот тяжело дышал, а от этих слов пустился в слезы, не внятно проговаривая: — Лилия-сама-а…простите… Лилия-сама-а…я…я…хн… — Поток его речи прервал поцелуй Лилии, позже Джейд оказался поваленным на спину, а вампир тем временем стянул с него штаны и принялся любоваться результатом приворотного зелья и поцелуя. Бедра мурены покрылись чешуйками и были влажными от предэкулята. Хмыкнув, заметив неловкую попытку Джейда прикрыться, Ванруж приподнял одну ногу Лича и поцеловал внутреннюю сторону бедра, оставив легкий засос на котором тут же появились чешуйки. Лилия лизнул эту чешуйку и продолжил целовать ноги партнера, пока не дошел к самому интересному и милому местечку Джейда. Возбужденный член мурены подрагивал, выделяя прозрачную жидкость, а малиновый цветочек сжимался от предвкушения и страха. Запечатлев эту картину у себя в голове, вампир наклонился и легко прикоснулся губами к крайней плоти Лича, та тут же взорвалась, выпуская эякулят, а из уст мурены вырвался стон, чем-то схожий с именем Ванружа, но сам Лилия не слишком обратил на этом внимание, играя пальцами с семенной жидкостью Джейда. Посмотрев на лицо вздрагивающего красавца, Ванруж усмехнулся: — Как думаешь твой вид нуждается в смазке? — Наблюдая, как лицо Лича заливается краской, Лилия опустил руку к заветному цветочку и, поглаживая, медленно растягивал и входил пальцами в дырочку. Как и ожидал вампир, много смазки не потребовалось — тело Джейда приспособилось к этому заранее и теперь Лич мог принять Ванружа полностью. Джейд неожиданно прикоснулся к волосам Лилии и пробормотал: — А вы…? — Ванруж удивился, но поняв, чего хочет мальчишка, снял с себя одежду, оставшись прикрытым лишь собственными волосами. Лич покраснел и отвернул лицо в смущении, а Лилия в это время достал специально приготовленное для таких случаев зелье и выпил. Далее без каких либо стеснений и задержек вошел в Джейда. Сопутствующий этому стон взбудоражил душу Лилии и вампир начал двигаться, сначала в медленном темпе, постепенно увеличивая его под стоны Джейда, который больше не старался прятать лицо или задерживать дыхание. Он получал удовольствие, которое ждал все это время, но сам же себе врал. «Боже…он…он…касается там…» — ему было трудно думать или говорить. Он ощущал все большее и большее удовлетворение от того, что Лилия-сан касался того самого откровенного места внутри мурены. Подходя к наивысшей точке наслаждения, Джейд, сам этого не замечая, обнял всем телом любимого и прикоснулся губами к шее вампира, оставляя на ней укус. В это же мгновение, он излил свое семя на Лилию, а тот лишь усмехнулся, убирая липкие от пота волосы со своего лица. Лич, удовлетворившись потерял сознание и Ванружу оставалось самостоятельно привести парня в приличный вид, но сделал это со всем присущем ему энтузиазмом, оставаясь при уме. — Джейд… Кто же мог догадаться, что тебе нравлюсь я? — поглаживая сухие, вымытые со всей любовью, волосы Лича, улыбался Лилия. — Надеюсь позже ты не пожалеешь о своем выборе… — поцеловал, улыбающуюся мурену, вампир вышел, чтобы удостовериться в своем плохом предчувствии.