Зелье «любви»

.После того случая в пустом кабинете, Лилия стал чаще заглядывать в класс Джейда и они все больше проектов делали вместе. Флойд, который был в курсе дел, а это логично, ведь живут в одной комнате, наблюдал за влюбленным братцем с легкой расслабленной улыбкой на лице. Ему нравилось, что больше никто не добавлял грибы в его блюда и не заставлял их потом есть. Поэтому близнец влюбленного каждый раз, когда Лилия крал у Октавинелля Джейда, успокаивал Ашенгротто. Но однажды Азул все же не выдержал и закрыл Джейда в его же спальне, пригрозив, что не выпустит пока они оба не придут к нему и нормально не объясняться. Несколько дней парочка пребывала в дали друг от друга и эффект зелья успел поутихнуть, что помогло Ванружу и Личу снова здраво рассуждать — Не-неужели я вел себя так целых две недели??? — Шокированно хватаясь за голову, причитал Джейд, ведь такое поведение резко контрастировало с созданным им образом. — Наверняка ходил со странным выражением лица и хихикал! Да? — Дже-ейд, ты слишком нагнетае-ешь… — Протягивал в своей обычной манере, Флойд каждый раз. — Лучше поскорее приходи в себя и решись поговорить с Азулом. — Я знаю, но не думаю, что Лилия-сан думает также… — Вздохнул он и провел пятерней по волосам. — Скорее он считает эту ситуацию забавной и будет ждать её кульминацию. И он был прав. Ванруж в самом деле считал ситуацию в целом занятной, а вмешиваться большого желания не было. Намного приятнее наблюдать за развитием событий и появиться во время её кульминации. К сожалению, зависимость Лилии от Джейда стала слишком большой, что мешало ему продолжать молча наблюдать за напряженным Октавинеллем. Поэтому собрав все свои лучшие качества в кулак, он направился в Октавинелль с целью добиться расположения брата-близнеца и строгой «мамочки» Азула. — Определенно не ощущаю нужды добиваться расположения его брата и друга, но с другой стороны это решит проблемы в будущем. Да и Октавинелль будет хорошим союзником в плане махинаций в колледже. — Размышлял по дороге Ванруж, а переступив порог Мостро Лаунджа, удивился: — Странно, что в такое время здесь тихо и пусто. Неужели на посетителей повлияло мое пребывания здесь? Надо бы извиниться за причинённые неудобства. — Решил про себя Ванруж и постучал в кабинет Азула. Двери сразу отворились и в дверном проеме возник высокий голубовласый парень, который был словно зеркальное отражение Джейда. Лилия добродушно усмехнулся Флойду и попросил: — Флойд-чан, пропусти меня к Азул-чану, пожалуйста. — Голос его, словно мед, лился из уст, пытаясь согреть не настолько доброе сердце Лича. Тот медленно и вальяжно улыбнулся, пропуская 158 сантиметров наглости в кабинет к осьминогу. Мурена закрыл дверь и уселся в кресло, ожидая представление, которое не заставило себя долго ждать, ведь, раздраженный поведением голубков, Азул на повышенных тонах произнес: — Я понимаю всё: вашу любовь, что окружает весь мир, желание быть вместе навеки вечные и так далее, но! Это переходит границы! Вы мешаете мне вести бизнес. Клиенты перестали приходить из-за страха быть побитыми известным воином-полторашкой, который побил группу саванакловцев! Мостро Лаундж из-за вас несет огромные убытки! — Кинув на стол, перед Лилией, бумаги, закончил нотацию Ашенгротто. Ванруж медленно перевел взгляд красных глаз с лица осьминога на документы и обратно, после чего нагло усмехнулся: — Тогда у меня к вам предложение. Не против ли вы сотрудничать со мной, юный Ашенгротто? — Его низкий, с лёгкой ноткой приказа, голос будто окутал старосту с ног до головы и, не осознавая собственные действия, он согласился. Позже он определённо разберётся почему согласился и как поддался воздействию магии, а сейчас ему было интересно узнать, что же задумал, нашумевший в колледже, Ванруж.

***

Джейда наконец-то выпустили из комнаты и наказали строго придерживаться своей работы, а не пытаться в очередной раз сбежать. Да и Лич не хотел уже сбегать. После долгих размышлений, он пришел к выводу, что не нужен Лилии, как партнёр и, что его место, в зале Мостро Лаунджа. Каково же было удивление, когда вместо Флойда, на раздаче блюд, был Ванруж, полностью одетый в костюм Октавинелля. — Ах, какой он милый в нашей одежде! Так бы его и затискал… Ох, нужно выбросить такие мысли из головы. — Встряхнув головой, он приветственно улыбнулся: — Добрый день, Лилия-сама, вижу вы решили развлечь себя работой в нашем ресторане? — Собственные ноги предательски подкашивались каждый раз, когда Лич пытался вдохнуть воздуха, чтобы продолжить разговор. Лицо, волосы, хрупкие плечи, тонкая талия укутанные в одежды его общежития завораживали взор, при этом не позволяя сосредоточится на главной цели разговора: что тут делает Ванруж. Сглотнув засевший комок в горле, Джейд нервно ожидал ответа. Было слишком страшно смотреть в красные глаза, которые могли отображать все, что угодно, кроме искренней правды — Джейд был уверен, что во многом, что когда-то говорил маленький воин, было много лжи и тайны, покрытой шуткой и неверием окружающих. Правда взор все также затуманил образ Лилии в серых одеждах, которые уж слишком сильно хотелось снять. Нет, не снять. Сорвать, оставляя рваные куски, будто хрупкой жертвы под руками жестокости и разврата. Размышляя об этом, Лич немного успокоился, расцветая в все более и более привычной улыбке, что не могло быть сокрыто от проницательных глаз вампира. — Пытаюсь заработать благословение твоей семьи на то, чтобы забрать тебя себя. — Просто и без предысторий улыбнулся Лилия. Было довольно занятно наблюдать за меняющейся муреной, что сладко улыбалась, глядя на него. Его привлекала эта улыбка все больше и больше и, казалось бы, зелье уже перестало действовать, но так и хотелось окропить эти наглые улыбающиеся губы в вине и поцелуе. Будь его воля, он бы в ту же секунду прильнул к устам Джейда, заставляя постанывать и желать большего, чего не мог получить в этом месте, полном клиентов, что могут ужаснуться такой развратной картине двух старших учеников. Подавив в себе желание овладеть высокой фигурой любимого, Ванруж продолжил свой рассказ: — А также хочу заработать у тебя очки благосклонности не учитывая зелье, что мы выпили. Все таки мы вели себя слишком опрометчиво, не обсудив все формальные детали нашей жизни. Это мое упущение. Сказать, что Джейд был шокирован, значило совершенно ничего о нем не знать. Он будто догадывался о том, что собирался сказать маленький воин, но вместе с тем, никак не ожидал, что такие слова и впрямь слетят с губ мудрого и рассудительного фейри. Это одновременно пугало молодого человека и согревало и без того колотящееся от любви и восторга сердце. Оно кричало о любви к вампиру, а разум отвечал: «Нет! Это действие зелья! Успокойся! Нельзя!». Было сложно остановить эту внутреннюю борьбу и, хоть Джейд и понимал всю суть происходящего, сердце все равно побеждало над разумом, даря незабываемые ощущения любви и счастья от того, что Ванруж настолько в нем заинтересован, что готов был опуститься до обычного ухаживания и прислуживания перед ними, морскими жителями, что не были даже королевской крови. — Вы так откровенно говорите, Лилия-сан… Даже не скажешь, что вы шутите. Слишком сложны они для простых умов. — Лич решил не слишком надеяться на чудо и поиграть немного того, кто вполне адекватно может воспринимать ситуацию. Хотя по правде говоря, ему хотелось уже сейчас встать на колени и отсосать своему маленькому мужчине так, чтобы поглотить все соки, что только мог выпустить фейри из своего члена. — Ну, а кто сказал, что я шучу? — Немного раздраженно, что было ему несвойственно, ответил Ванруж и, взяв парня за руку, мягко провел кончиками пальцев по ладони, наслаждаясь шелковистостью кожи. Для него она была самой прелестной и идеальной и будь на ней тысячу рубцов и морщин, он бы все равно желал целовать их и любить. Таков был его уклад — люби до конца жизни, раз решил любить и убивай пока не убьешь, раз решил отомстить.