Будешь?

      По улице гуляла весна. Питерская, холодная, но такая долгожданная многими весна. Конечно, мало людей выходило на улицу прогуляться, в основном это были собачники и те, кому действительно надоело торчать дома, и они добровольно пошли на улицу проветрится. Илья был вторым типом, вот только его выволокли принудительно. Этот ушастый — Муромов, конечно, так не считал, но любил поддразнивать блондина, иногда насмехаясь над его лопоухостью — очень резко и неожиданно вломился в чужую квартиру, чуть ли не на коленях молил в прихожей, ведь, вероятно, другие его друзья, живущие ближе, чем Илья, давно послали парня далеко и надолго, закрыв перед его носом дверь. Конечно, будь это кто-то другой, а не Фил, Муромов сделал бы так же и не пожалел, но как он мог отказать этим большим, глубоким голубым глазам, чуть ли не сверкающим от слёз, и дрожащей в мольбе улыбке. Эта блондинистая сволочь знала, что перед таким его лицом парень точно не устоит и растечётся в маленькую лужицу прямо тут, на коврике в прихожей.       Не тратя лишнее драгоценное время, Илья быстро оделся во что-то тёплое, накинул поверх осенне-весеннюю куртку и, попрощавшись с котом, вышел из квартиры вслед за Черных. Погодка на улице не была приятной. Ветерок, тормоша волосы, залетал под куртку, вызывая рой мурашек по спине. Щёки быстро мерзли, а про руки вообще можно начинать отдельный абзац, но Илье было всё равно. Его грела большая до ушей улыбка Фила, который как ребёнок удивлённо смотрел на только проклюнувшуюся зелёную травку и почечки на веточках деревьев. Ни одна лужа не была пропущена, в каждую блондин норовил наступить, хотя он и был в каких-то легких, явно не предназначенных для этого кедах.       — Успокойся, ребёнок, — усмехнувшись, сказал рыжик после очередной лужи. — Если заболеешь, никто тебя лечить не будет, — на это замечание Фил громко чихнул, ловя на себе настороженный взгляд.       Решив немного отдохнуть, уже достаточно замерзшие парни зашли в небольшое круглосуточное кафе недалеко от парка, куда они планировали пойти дальше. Муромов не стал выдумывать что-то необычное и просто заказал карамельный латте, а вот Фил долго решал, что ему больше хочется, то и дело указывая в меню и смотря на друга вопросительно.       — Боже, бери любой, — улыбнулся Илья, наблюдая, как Фил пальцем тыкает в меню, указывая, что он хочет, заказывая при этом не один и не два десерта. Муромов шокировано попивал свой кофе, наблюдая, как в течение пяти минут их стол наполнился сладостями. — Ты платишь.       Конечно, как и предполагалось, за пятнадцать минут Фил смог съесть только два десерта, и то с одним ему помог Илья. Ещё три тарелочки с какими-то разными тортиками стояли нетронутыми, и Черных грустно смотрел на них, понимая, что больше ни один кусочек не влезет в него. Рыжик не смог долго смотреть на эту картину и, допив свой латте, подозвал официантку.       — Упакуйте нам, пожалуйста, эти три десерта с собой, можно в одну коробочку, и принесите счёт. Оплата картой., — девушка улыбнулась и, кивнув, забрала всю грязную посуду и три тарелочки с десертами тоже. Её не было минуты три, за это время парни успели накинуть свои куртки, которые они снимали на время, пока сидели за столиком, и принялись ждать официантку. Она была быстрой, и уже совсем скоро парни выходили из кафе, блондин держал свою коробочку с десертами. До парка они дошли мигом, всего-то надо было перейти дорогу. Людей было ну очень мало, что только сделало эту прогулку тихой и спокойной. Фил наслаждался шорохом ветра, ощущением влажности в воздухе и этими ароматами весны, а Илья наслаждался Филом. Ни на секунду не спустив глаз с профиля блондина, Муромов рассматривал каждый миллиметр его лица, пересчитал все реснички до единой. От этого действия его отвлек Фил, легонько дёрнув за рукав и кивая на скамейку. Они присели, блондин положил свои десерты в то пространство между ними. Запихнув руку в карман и заинтересовав своим действием Илью, Фил достал оттуда жвачку. Обычный мятный дирол. Выдавив пару пластинок себе на руку, закинул их в рот, жуя. Немного прикрыв глаза, довольствуясь приятным холодком во рту, Черных повернулся к другу, протягивая ему жвачку, предлагая.       — Эмм… Нет, спасибо. Как ты вообще можешь есть эту гадость, особенно когда на улице так холодно. Нахер себе горло застудишь, — хмыкнул Муромов, смотря, как Фил пожимает плечами, хитро улыбнувшись. Парень зажимает зубами самый краешек пластины, придвигаясь к чужому лицу. Их носы соприкасались, что заставило Илью густо покраснеть. Не теряя времени, Черных положил руку на блондинистый затылок, притягивая парня к себе, утягивая его в поцелуй. Опешив, Муромов не сразу понял, что происходит, но быстро втянулся, наконец углубляя поцелуй. Мятная слюна смешалась с его собственной, вызвав у парня лёгкий рвотный рефлекс. Холодок распространился по всему рту, но Илья не спешил отстраняться.       — Фу, гадость, — сплюнув мяту, прошептал Муромов, когда отстранился, разорвав поцелуй. — Никогда так больше не делай, — его злой взгляд вызвал у Фила лишь лёгкую улыбку, и он одними жестами сказал «прости».