Город, в котором каждый будет счастлив

Никого не обнаружил. Тарталья пропал, оставив после себя лишь почерневшую кровь. Тошнота резко подкатила к горлу, заставила алхимика отшатнуться. Лицо сильно побледнело… А где же сам Аякс? жив ли он? И кто мог сотворить с рыжим нечто, что заставило его потерять так много крови и почти умереть на этой самой кровати, в полном одиночестве? Не стоило его отпускать… Останься он у Альбедо и Кэйи — не стало бы хуже… Для них обоих он был довольно близок… Альбедо тот час рванул вниз, почти спотыкаясь о выступы ступеней, выбежал на улицу… Если и искать… То точно где-то снаружи… --- Белые простыни, с маленькими яркими красными каплями, точно пёстрые бабочки на белых цветах. Дуновение ветра заставляет белые тюлевые шторы колыхаться, ветер завывает свою бесконечную песнь. За окном — ночь. Наверное потому, от ветра в комнате становилось очень холодно. Мягкое пуховое одеяло не давало ему замерзнуть. Какая забота… Рёбра всё ещё невозможно сильно ныли, но как-то по-другому. Да и место было незнакомое. Медленно разлепив веки парень окинул взором маленькую комнатушку. Вон там, неподалеку, почти прямо пред ним — большая дверь из темного дуба. Чуть повернешь голову и увидишь огромные шкафы, доверху забитые книгами. Цветастые корешки, золотистые буквы… Интересно, все ли из этих книг, были прочитаны? или только малая часть? Сколько времени нужно потратить, чтобы усвоить всю информацию из них, и являются ли они хоть чуть полезными? Сверху стеллажей, стояли какие-то фотографии, на которых был толстый слой пыли, и даже будь у него самое что нинаесть потрясающее зрение, он бы всё равно не смог бы их рассмотреть. Даже легких очертаний не виднелось, настолько их заволокло пылью… Дальше, рядом с ним, находилась тумба, на которой были все различные антисептики, марля, вата… Кажется, что для промывки чего-то. Сил двигаться не было, потому, взглянуть на собственное тело, а именно, сильно интересовавшую его боковую поверхность грудной клетки, ребер он не смог. Аякс не понимал как он выжил… Но вот то, что в комнате становилсоь холоднее — вполне ощущал. И то, его совсем не радовало… Дверь приоткрылась. Чайльд разглядел фигуру, уже такую знакомую для его глаза… Чжун Ли, собственной персоной, зашел к нему, дабы проведать. Тарталья не был рад ему. Напротив, всем сердцем надеялся, что это лишь галлюцинация. -Проснулся? — стук сапогов по полу эхом отразился от стен. -Как ты себя чувствуешь? Они сделали всё что могли и не обещали твоего пробуждения. — Аякс молчал, продолжая пилить шатена взглядом, на что тот отреагировал страдальческим вздохом. Рука легла на оконную раму, изрядно потрёпанную, с облупившейся от старости краской, и медленно толкнула ту вперед. Так как температура в комнате сильно понизилась, а чтобы Тарталья ещё и заболел, не хотелось, первым делом он занялся закрытием окна. А огненно-рыжий парень, всё смотрел темными, точно глубины океана глазами на того, кто доставил ему столько боли. Ли, был сильно виноват. Не просто виноват, он чёрт возьми почти убил Аякса. Такое невозможно было простить, если ты конечно не сумасшедший. -Обиделся? — вновь раздаётся мужской голос, но ответа на свой вопрос, тот явно в скором времени не получит… Нет, конечно, Чжун Ли и сам понимал, что натворил… Иначе бы Тарталья не лежал здесь, пред ним. Он бы просто не пошёл за этим рыжим парнем, не чувствуй мужчина вины. А груз её, ни за что не был для него лёгок. -Я понимаю, что виноват. — произнес тот, неторопливо подходя ближе, точно боясь спугнуть Аякса. Медленно опустившись рядом с рыжим, мужчина протянул руку к чужим волосам, аккуратно провел по ним пальцами, перебирая пряди. Парень пред ним, был смертельно бледен, скулы ярко выразились, за счёт того, что тот сильно исхудал… Замученный голодом и постоянной работой, он и не мог выглядеть лучше, в отличие от на вид, прекрасного мужчины. Да, Чжун Ли действительно выглядел хорошо — его кожа была естественного цвета, под глазами не было ужасных теней, скулы почти не выделялись… Да и, честно говоря, выглядел мужчина куда опрятнее… -Чайльд… — негромко произнес Ли, рассматривая безразличное к любому его слову лицо. -Я погорячился, трогать твоих не стал… Честно. Они оба в порядке и… Я действительно виноват. — Тарталья тяжко выдыхает, закрывая глаза, делает глубокий вдох. -Я не верю. — он сильно хрипел, ресницы чуть дрожали, были пушистыми и чуть растрепанными. А ведь действительно, за что он так с ним? Рассказал и рассказал, какая разница?! Как он мог его избить, вообще мог подумать о том, чтобы причинить Тарталье вред? Неужели он ничего, совсем ничего не видел за собственной яростью, на незначительную вещь, потому и позволил себе же так себя вести? Непозволительное поведение, для того, кто является архонтом… Вина ударила по самолюбию, ком застрял в горле. Пальцы продолжали нежно перебирать чужие волосы. Ещё не скоро он сможет полностью искупить свою вину перед Аяксом, не, скоро сможет позволить себе нечто большее, кроме слов извинений и лёгких поглаживаний по волосам. -Уходи. Мне неприятно твоё присутствие тут. — Сказал, как отрезал Чайльд. И ведь действительно — Тарталья не был готов к разговору с его убийцей и спасителем в одном лице. По крайней мере не сейчас. Даже видеть его лицо было неприятно… Он показался ему высокомерным, не ценящим жизнь, мелочным и просто отвратительным… И Чжун Ли действительно поднялся и ушел. Но, перед тем как покинуть комнату, произнес очередные пустые для Аякса просьбы его простить...