Во власти твоей

Еще месяц назад мысль о переезде в другой город, казавшаяся нереальной, сейчас воплощалась в жизнь. Руки с силой сжали руль. Я намеренно не обращала внимания на побелевшие костяшки. Это помогало сдержать удушающие слезы. Тяжело оставлять привычный мир. Я приоткрыла окно слева от себя, позволяя ночному, по-осеннему холодному воздуху ворваться в салон авто. Всматриваясь в мелькающую белоснежную прерывистую разделительную полосу, ухмыльнулась мысли о том, что именно так выглядит и моя жизнь: короткие вспышки чего-то светлого непременно обрывались обстоятельствами, переворачивающими быт с ног на голову. За плечами остался неудачный брак длиной в семь лет. Шестилетний период сожительства (не люблю обманываться термином «гражданский брак»), после чего я настояла на официальной регистрации отношений, отчетливо понимая, что вскоре будет и развод. Зачем мне это было нужно? Хм. Сказать сложно. Хотя кому я вру? Во мне бурлило невероятное желание показать место будущей свекрови, которая все шесть лет усердно совала нос в семью сына. Женщина околачивала пороги местных бабок и колдунов, надеясь, что те помогут «вправить» мозги ее неразумному дитятке. И делала она это отнюдь не из хороших побуждений, а в большей степени в усладу нездорового эгоизма, не позволяющего потерять власть над сыном. Затем хотелось наказать «избранника» за потакание матери, за измены и за полнейшее пренебрежение ко мне, как к женщине, которую он искренне (а в этом не было никакого сомнения) любил. Брак продержался год и распался по причине моей измены. Не думаю, что не поступила бы также, вернись время вспять. Признаться, я не испытывала стыда перед ним, скорее наоборот. Новый роман завладел мной, и я потеряла покой. Кажется, впервые за двадцать три года я была на седьмом небе от счастья. Узнала, что значит быть любимой… и как любить. Но сказка быстро разлетелась на осколки, когда вскрылась правда. Милый оказался зависим от запрещенных средств. Он тщательно это скрывал. И с тех пор понеслось… Нездоровые, ненормальные отношения: безумная страсть между двумя людьми сжигала все вокруг, нанося непоправимый вред психике. Очередная пара лет, похожая на сказку и на кошмар одновременно. Я, как множество женщин, прошедших через подобные отношения, верила в спасение партнера. Понимая головой, что лучше расстаться, боролась с сердцем и все время проигрывала в этом бою. Однажды, произошла ссора, итогом которой стало разбитое моей головой окно на кухне. Продолжать отношения не имело смысла и становилось опасным. Но он был с решением не согласен. В ход полетели многочисленные угрозы, периодически сдабриваемые словами любви. Откровенно говоря, я боялась. Боялась за себя и родных. В итоге судьба распорядилась иначе, и, незадолго до моего дня рождения, я получила информацию об остановке сердца мучителя. Не могу с уверенностью сказать, что почувствовала в тот момент. Но знаю, что в урагане эмоций, наравне с болью и горем, ощутила облегчение. Это длительное время меня преследовало угрызением совести. Жизнь замерла на год. Затяжная депрессия периодически подбрасывала мысли о суициде, но ответственность за родных цепко удержала в этом мире. Затем жизнь столкнула с другим мужчиной. Он был внешне похожим на того, кого я, как ни странно, не переставала любить. Так завязались новые отношения, продлившиеся три года. Здесь было и откровенное использование друг друга, и неприкрытое лицемерие, периодически сводимое к занижению моей самооценки. Последние полгода мы жили под одной крышей, как соседи. Конечной точкой послужила ситуация, когда избранник, прилично набравшись, заявился домой и стал требовать близости, на что получил решительный отказ. Не могу до сих пор вспомнить, как так получилось, что он начал меня душить, но никогда не забуду, с какой силой боролась за жизнь. Словно побитая собака, с синяком на пол щеки я отсиживалась на даче, рыдая от беспомощности и унижения под звуки осеннего дождя. В тот момент, казалось, что я закончилась. Были исчерпаны все внутренние ресурсы. Я была растоптана. Возможно, если  бы моим поведением правила глупость или я намеренно провоцировала мужчин на подобные действия насильственного характера, то и не стоило бы жаловаться. Нет же, напротив! Меня воспитывали в осознании собственной индивидуальности и самостоятельности, приучали к полной независимости от кого-либо. Это помогало продвигаться по карьерной лестнице, но разрушало личную жизнь. Возможно, сильный характер привлекал ко мне внимание таких мужчин, которые хотели самоутвердиться за чужой счет. Не желая копаться в истинных причинах, я заколотила суровыми досками свое сердце, надежно спрятав воспоминания, обиды из прошлых жизней в дальний угол моего потрепанного сознания. Так стало проще. Юбилей (тридцать пять лет) я встретила в официальном статусе бездетной одиночки-разведенки. Плевать! Чем хвататься за хлам, валяющийся на моем пути, лучше уж быть в вечном поиске. Так не больно и не страшно. Жизнь тянулась серыми днями, периодически приправляемая различными форс-мажорами: то сорвавшиеся «рога» троллейбуса на пустой парковке разнесли «зад» моей машине; то недоделанный «Отелло» через меня пытался отыскать сбежавшую от него пассию, по случайности работавшую лет пять назад в моем подчинении; то различного рода опасности, в которые я могла угодить, но в последний момент успевала избежать страшного, будто ангел-хранитель отводил беду. Кстати, про последнего. Всю сознательную жизнь чувствую, что рядом кто-то есть незримый. Он помогает и оберегает. Не дает опустить руки в минуты отчаяния. Направляет, когда чувствую, что сбилась с пути. И, вот, судьба добралась до работы, не оставив иного выбора, как переезд из мегаполиса в тихий городок по соседству. Терзаемая сомнениями, я заручилась поддержкой матери и бабушки, что облегчило морально грядущие изменения. Идея о релокации страшила неизвестностью. Получится ли прижиться в новом регионе? Сложатся ли взаимоотношения в коллективе? Смогу ли я в полном одиночестве быть самодостаточной? Мысли о предстоящей смене места жительства одновременно волновали возможными перспективами и обездвиживали страхом, что не справлюсь одна. Хотя, люди, например, проживающие в Подмосковье, тратят на дорогу в Москву порядка четырех часов ежедневно, чтобы кормить семьи, а я отдалялась от родного города лишь на двести пятьдесят километров. Ничего не мешало на выходные дни уезжать домой и помогать родным. Яркие фары фуры на встречке на мгновение ослепили меня. Инстинктивно нога переметнулась на педаль тормоза. Пытаясь проморгаться, съехала на обочину и затормозила. Не мешало бы размять затекшие мышцы спины и ног. Я отстегнула ремень безопасности и включила аварийку, чтобы авто было заметным для других участников дорожного движения. Встав на мокрый асфальт, сделала глубокий вдох холодного воздуха, расправляя грудной отдел. Тело благодарно отозвалось приятным покалыванием, которое можно почувствовать, потягиваясь каждой мышцей. Стало очевидным, что даже пальцы свело от напряжения, с которым я долгое время держала руль. Пару раз присев и сделав наклоны, кажется, я даже стала бодрее. Осматриваясь по сторонам, первым, что отметила — убранные в зиму поля. Во мраке они казались пугающе бескрайними. Глаза невольно переместились на темный небосвод, где мерцали миллиарды далеких звезд. Удивительно, как давно их не видела — городские огни скрывают от взора эту древнюю, завораживающую таинственностью красоту. А ведь в детстве я могла часами валяться на балконе второго этажа дачного домика, разглядывая различные созвездия, рисуя невероятные картинки мысленно соединяя небесных светлячков невидимыми линиями. Вот и сейчас, будто проводя мостик в далекое прошлое, где было место безмятежности и невероятной любви и заботе обо мне, я вспоминала причудливые картинки, что воображала детская фантазия, чувствуя, как наполняюсь теплотой и тоской одновременно. — Вам нужна помощь? — на пустую ночную дорогу меня вернул незнакомый мужской голос. Недоумевая как могла не услышать рев мотора приблизившегося мотоцикла и не заметить яркого света одинокой фары, я уставилась на парня в черном шлеме со вскинутым тонированным защитным стеклом. Уверена, что до него доносился громкий, учащенный от испуга стук моего сердца. Какая же я безрассудная! Остановиться ночью на трассе, чтобы попялиться на звезды, забыв обо всех мыслимых и немыслимых принципах безопасности — почему бы и нет?! — Я проезжал мимо, увидел машину на аварийке, — поспешил пояснить незнакомец. — Поздний час. Тем более вы одна. Что-то случилось? — С чего вы взяли, что я одна? — в голове перемкнуло от страха. Несмотря на темноту, благодаря мигающим желтым светом фарам, было заметно крепкое телосложение мотоциклиста, одетого в специальный черный костюм. Мужчина гораздо выше меня. Его руки, крепко удерживающие руль спортивного байка, скрыты в жестких перчатках. Особенное впечатление производил его взгляд. Темные глаза, будто сверкающие изнутри, всматривались в меня. Еще большей сосредоточенности придавала поперечная морщинка, сформированная стянутыми к переносице черными бровями. — Вы зря здесь встали, — проигнорировав вопрос, отозвался мотоциклист. — Небезопасная локация для разглядывания звезд! Парень взмахом руки вернул стеклянное забрало на место, скрыв глаза, и с визгом прокручивающихся на асфальте покрышек рванул, стремительно оставляя меня в замешательстве позади. Трясущимися руками открыла дверь и поспешила заблокироваться в машине, периодически озираясь по сторонам. — Вот же черт паршивый, нагнал жути и свалил! — меня всегда успокаивало проговаривание мыслей вслух. И в этот раз это подействовало. Я перевела дух и завела машину, попутно включая левый поворотник. Авто плавно набирало скорость, монотонно шелестя резиной по дорожному покрытию. Организм быстро поддался на убаюкивающие покачивания. Чтобы не провалиться незаметно в сон, погромче включила музыку и принялась без малейших намеков на комплексы подпевать во весь голос знакомой песне. Вторым методом борьбы с дремой стал свежий воздух, что слегка поглаживал мои волосы. Спустя пару десятков километров, в глаза бросился лежащий на обочине мотоцикл. Тот самый спортивный байк, что недавно урчал мотором рядом со мной. Но сейчас он смотрелся бесхозным, ведь ни один мотоциклист не позволит себе вот так неаккуратно бросить любимого «коня», не поставить его на «подножку». Приближаясь к транспортному средству, с накатившим ужасом заметила куски черного пластика и фар на проезжей части. Догадки сошлись на том, что парень мог попасть в аварию, а виновник скрылся с места происшествия, боясь ответственности. Не задумываясь ни на секунду, выкрутила руль вправо и съехала на обочину. Уверена, если мотоциклист жив, то ему нужна помощь и как можно скорее. Выскочив на улицу, параллельно, включая фонарик на смартфоне, я поспешила к предполагаемому месту аварии. Руки от волнения тряслись, как у эпилептика. Пытаясь унять нахлынувшие эмоции, всматривалась во мрак. Парня нигде не было. Это не укладывалось в голове. Неужели виновник ДТП скрылся с места, прихватив с собой тело? В этот миг из кювета послышался мужской хрип. Не сомневаясь ни доли секунды, бросилась вниз, подсвечивая себе под ноги — завалиться, споткнувшись обо что-то, навряд ли поможет. — Потерпи, — я причитала, слыша панику в своем голосе. — Немного потерпи… Спустившись с дороги, очутилась на поросшей высокой травой поляне. Всматриваясь в темноту, пытаясь подсвечивать фонариком, я вовсе не замечала, как от соприкосновений с мокрыми стеблями многочисленных растений на мне промокали джинсы и кроссовки. Надо срочно найти пострадавшего парня. Будто прочитав мои мысли, он снова прохрипел. Быстро сориентировавшись, я последовала на звук и вскоре обнаружила мотоциклиста. Честно признаюсь, меня никогда не страшил вид крови. Даже травмы не производили пугающего эффекта. Наоборот, во мне что-то переключалось, и наступало острое осознание, что человеку нужна помощь. Часто приходилось слышать, что я загубила в себе врача, выбрав в качестве профессии банковское направление. Отчасти, в глубине души, я согласна с этим. Но, что сделано — то сделано. — Подожди, я вызову скорую, — пробормотала я, параллельно осматривая парня. — Не надо… скорой… — сухо прошипел мотоциклист. Его лицо по-прежнему скрывал шлем. Незнакомец попытался встать, но я поспешила помешать его замыслу. — Не шевелись! — я смотрела на чернеющую в его боку палку, отдаленно напоминающую сломанный черенок от лопаты. — Прошу тебя, не шевелись. Руки потянулись к его голове — парню нужен свежий воздух. Неизвестно, какие внутренние повреждения еще были. Я осторожно потянула черный шлем, следя за реакцией мужчины, но ее не случилось. — Ты можешь пошевелить руками? Ногами? — я задавала вопросы, всматриваясь в скованное болью красивое, но крайне мужественное лицо, незнакомого мне человека. — Все в порядке, — отозвался тот и сделал еще одну попытку встать. На этот раз мои руки не смогли удержать мужчину. С трудом выпрямившись, мотоциклист резким движением вырвал из плоти торчащий кусок дерева, чем вызвал мой вскрик. — Ты с ума сошел? Тебе нужна срочно помощь! — я орала, как одуревшая, подскочив на ноги. — Ты понимаешь, что может быть внутреннее кровотечение? — Все в порядке… — процедил парень и шатающейся походкой направился в сторону дороги, бросив через плечо. — Спасибо за помощь. — Какая на хрен помощь?! — не унимаясь, я побежала за ним. Человеческий организм — удивительная штука. Известный факт, что на адреналине смертельно раненные люди могут проделать невероятный путь или поступок, после чего упасть замертво. Я семенила за мотоциклистом, боясь хоть на мгновение отвести от него взгляд. Какой же он упертый и безбашенный! — Ты никуда не поедешь! — я заорала на парня, поняв, что тот хочет вновь сесть на байк. — Ты не в себе! Позволь тебе помочь, ведь времени может быть мало. — Возможно ты права… — на бледном лице появилась тень сомнения. — Я отвезу тебя в больницу. До Барнаула остался десяток километров, — я тараторила, подхватив бедолагу под руку. Очевидной была огромная кровопотеря. Парень бледнел на глазах. Уложив раненного на заднем сидении, я вдавила что было сил педаль газа в пол. Красная стрелка на спидометре взлетела с невероятной скоростью, моментально перевалив за 150 км/ч. — Как тебя зовут? — не отвлекаясь от темной дороги, задала вопрос, невольно ловя себя на мысли, что проверяю жив ли пассажир. — Роман… — хрипло отозвался ответ. — Приятно познакомиться, Роман, — нарочито веселее заверила я, понимая, что голос предательски дрожит. — А меня зовут Катерина. — Не самое… удачное… знакомство… — парень, несмотря на тяжелую травму, пытался даже пошутить. — Ничего не знаю, Роман! — уверенно заявила я, удивившись дальнейшему своему заявлению. — Дай слово, что позовешь меня на чашку кофе! — Я… не привык… нарушать обещания… — голос с заднего сидения заметно становился тише. — Рома, — чуть громче призвала я, не отвлекаясь от дороги, и вдавила газ еще сильнее в пол. — Не молчи. Просто говори со мной. Черт с ним, с этим кофе! Мы уже скоро приедем! Не смей сдаваться! Я почувствовала, как страх завладевает мной, разливаясь дрожью по телу. Но чего я боялась больше: неминуемой ответственности в случае смерти мужчины в моей машине, попавшего в ДТП; варианта, что в аварии обвинят меня; того, что я не смогу ему помочь? Мысли кружились дьявольской каруселью в голове, сбивая дыхание, захлебывающееся от невероятной скорости сердцебиения. — Открой… окна… и… не… бойся… — до ушей донесся шепот. Роман будто почувствовал ужас, завладевший мной всецело. Или это я незаметно для себя размышляла вслух в попытке успокоиться? В любом случае, его голос, хоть и слабый, но все же говорил о том, что время впадать в отчаяние еще не настало. Я поспешила опустить тонированные стекла до максимума. Холодный воздух вихрем ворвался в салон машины, пронизывая насквозь теплую кофту, надетую на мне. Но адреналин в крови на время лишил тело восприятия к изменению температуры. На горизонте появились городские огни. Впервые они меня так сильно манили. — Скажи… ей… адрес… — послышалось позади. Парень слабой рукой протянул мне дорогостоящий смартфон. Чуть сбросив скорость, я перехватила гаджет, на экране которого виднелся какой-то номер. Из динамика раздался необычайно низкий мужской голос. Он отчеканил адрес, после чего связь прервалась. Трясущейся рукой я вбила название улицы в навигаторе. На самостоятельные поиски нужного дома времени не было, да и город я, мягко говоря, не знала. Пару секунд «подумав» навигатор указал маршрут. Я быстро домчала нас двоих до пункта назначения. Розовым неоном улицу освещала вывеска ветеринарной клиники с милым названием «Пушистый хвост». Я припарковала автомобиль в «кармане», ища глазами что-то похожее на вход в госпиталь. — Сколько времени прошло? — подпрыгнув от неожиданности в кресле, тут же узнала этот бас. У двери стоял внушительных размеров мужчина. Глубоко посаженные черные глаза, буравящие меня, заставили поежиться. — Не знаю, — промямлила я, но тут же собралась. — Примерно 30-40 минут назад… Я выскочила из машины в тот момент, когда здоровяк уже открывал заднюю дверь старенького внедорожника. — Ну как же так, Роман? — с отцовской заботой в голосе произнес мужчина и на руках вынес пассажира. Удивленная невероятной силе здоровяка я таращилась на происходящее. В Романе было минимум килограмм девяносто живого веса, а он его с такой легкостью держал на руках. Мужчина же, будто не замечая замешательства на моем лице, направился в сторону ветлечебницы. — Постойте! — я преградила путь здоровяку. — Ему нужен врач, а не ветеринар! — Вы сделали все правильно, — мужчина говорил монотонно, не отводя с меня суровых глаз. — Садитесь в машину, езжайте домой. Забудьте этот адрес. Будто под воздействием гипноза, я отступила и направилась к машине. В голове крутились мысли, внутренне я кричала на себя, что нельзя уезжать, что это неправильно, но тело безвольно подчинялось каким-то неведомым силам. Осознавая каждое движение, я не могла контролировать тело! Вот, рука повернула ключ в замке зажигания. Защелкал поворотник. Нога мягко опустилась на газ. Красный свет на светофоре. Тело надавило на тормоз, остановив внедорожник перед стоп-линией. Раз перекресток. Два перекресток. Поворот. Еще один. Снова поворот. Ужасное чувство, будто мной руководил незримый кукловод, ловко дергая безмозглую куклу за нужные веревочки.