О настоящей итальянской дружбе

То, что вечеринка начала перерастать в оргию, Томас понял слишком поздно. Он-то, как нормальный человек, кайфовал в бассейне с бутылочкой пива и перетирал с заехавшим погостить Николя за татуировки, безо всяких там непристойных мыслей. Но пиво закончилось, бултыхаться в воде надоело, зато появилось настроение сыграть парочку песен из классической итальянской эстрады, которые так бесили Вик, или, может, потискаться где-нибудь в уголке со своей девушкой. Проблема выявилась внезапно - его девушка уже тискалась с кем-то другим. То есть, это, конечно, проблемой не было, но конкретно сейчас Томас слегка расстроился, ведь Лавиния у него была самая-самая красивая и очень вкусно пахла. Присмотревшись, Томас опознал в нарушителе планов Анжелику, розоволосую подружку Этана. Он огляделся, но самого Этана не увидел, зато увидел Вик, увлеченно сосущуюся со своим бывшим. К Нику, оставшемуся бороздить просторы бассейна, успел подгрести Лелло - он возлегал на надувном матрасе и плескал ножкой в проплывающего мимо парня, кокетливо потягивая коктейль через трубочку. Присоединяться к кому-то из них у Томаса особого желания не было. В другой день он бы на Вик, например, залез, просто от жадности, или замутил тройничок с Лави. Но на бывшего Вик у него не стоял, а Анжелику он немного побаивался, да и обламывать своей девушке секс было против его правил, даже если этот секс намечался не с ним. Уперев руки в бока, Томас задумчиво посмотрел на милующихся в воде друзей. Лелло оторвался от коктейля, скорчил морду и показал ему фак. - Да и ну вас всех нахуй, - Томас махнул рукой и, прихватив со стула полотенце, пошел в дом. По пути так и не решив, чего хочет больше: побренчать на гитаре, нажраться или найти себе кого-нибудь для согрева, он вперся в пустую кухню. Куда подевались остальные, догадаться было не трудно: раз уж во дворе все разбились по парочкам, то в доме и подавно творится бесстыдство и разврат. Томас порадовался, что хотя бы на кухне в этот раз никто не ебется. Радость эта была лицемерной, потому что тогда на кухне ебался он сам, нагнув Дамиано над посудомоечной машиной. Они изгваздали всю дверцу, и Вик потом неделю орала, что не притронется теперь к тарелкам и есть будет исключительно доставку из экологически чистых контейнеров. Спать с ними обоими ей это не мешало. Вик вообще часто грозилась какой-нибудь фигней. В гостиной обнаружились тела различной степени раздетости. В спящих в обнимку на диване Томас опознал Джанис с сестрой и Джорджию - из них троих полностью обнаженной была она одна. Покрывало бесполезной тряпкой скатилось с ее ног, так и не скрыв ни сантиметра зачетной фигурки. В кресле у камина на коленях у кого-то из друзей Дами сидела младшая сестренка Виктории - и тот факт, что его руки находились под ее юбкой, не оставлял простора для фантазии. У Томаса присутствие Ники на их вечеринках до сих пор вызывало ханжеский ужас: он и сам задолго до совершеннолетия успел поучаствовать не в одной дружеской групповушке, но видеть, как кто-то трахает девчонку, которую он знал еще совсем мелкой, было выше его сил. Спрятав голову в полотенце, он поспешил убраться подальше от этой травмирующей сцены. В коридоре на втором этаже прямо на полу разложили настолку дружки Этана. - Ай, блядь! - запутавшись в полотенце, Томас наступил прямо на горку каких-то пластиковых флажков. Выковыривая ебучие флажки из пятки под аккомпанемент возмущенных воплей, он прислушался: из-за соседней двери доносились женские стоны. Дикость! Только отбитые этановы задроты могли штурмовать рисованные средневековые крепости, пока все нормальные люди разнузданно трахаются. Покрутив пальцем в ответ на предложение сыграть с ними, раз уж он, гад такой, запорол партию, Томас плюнул на все и решил окопаться у себя и, если повезёт, даже выспаться. Уже на пороге Томас понял, что все его решения сегодня можно смело засунуть в чью-нибудь задницу. В его койке, скинув на пол все подушки (в свежих, между прочим, наволочках!), кувыркались Этан и Дамиано. Одеяло тоже наполовину свалилось, на нём висел, упираясь одной рукой в ковер, Этан, в которого сзади долбился мокрый, как псина, Дамиано. - Ну, ребя-я-ат, что за херня! - обнаруживая себя на грани между недовольством и внезапным желанием подрочить, возопил Том. Подметающий волосами пол Этан головы не поднял, только провыл что-то в матрас, зато Дами его появлению очевидно обрадовался. - О, Томми, иди-ка к нам, - Дами втащил Этана на кровать и завалил себе на грудь, откинувшись на изголовье. - Отсоси ему, а? Он никак не кончит, а я скоро сдохну, клянусь! Инфаркт от переёба в двадцать два года! У Этана между разведенных ног все блестело от пота и смазки, покрасневшие края дырки натягивались вслед за движениями члена Дамиано, и если бы у Томаса с собой был телефон, он бы точно сделал фотку-другую, чтобы было, на что любоваться редкими одинокими ночами. Стояк Этана возвышался над всем этим великолепием, поблескивая открытой головкой. Томас облизнулся и поскреб в затылке. Если сейчас немного поебаться, то потом же дадут поспать, да? Словно читая его мысли, Дамиано сказал: - Да свалю я, давай только с Этаном закончим, - и прихватил его за колено, заставляя сильнее раскрыться, теряя опору. У Этана на лице не было написано ничего вообще - ровно с таким же выражением он мог бы резаться в дебильную настолку или жевать спаржу, - но к этой стремной особенности Томас уже привык. Почти. Когда они занимались сексом, он все-таки предпочитал смотреть ему в спину, ну, или же в постель. Сейчас, в принципе, наверх можно будет глаз и не поднимать, тем более что внизу вид был на порядок живописнее. Томас влез на кровать, устроился поудобнее и взял его член в рот, сразу же втягивая щеки. За резким выдохом Этана последовал стон Дамиано, и когда Томас нырнул пальцами под тяжелые поджатые яички, он понял в чем было дело: Этан сжимался, реагируя на стимуляцию. Заглотить его целиком у Томаса не вышло бы ни за что, но языком он работать умел и, если судить по судорожным постанываниям над головой, вполне неплохо. Он обнял двумя пальцами ходящий туда и обратно член Дамиано вокруг кольца презерватива, и удвоил старания, подстраиваясь под ритм. Собственный стояк уже натягивал ткань плавок, но Томас, по правде сказать, был больше заинтересован в том, чтобы эти двое поскорее кончили и освободили спальное место. Наконец, Этан вздрогнул всем телом и согнулся вперед, отталкивая его от себя. Сперма выстрелила из его члена, заляпывая Томасу шею и грудь. Последние капли вязко потекли по стволу, и он не удержался, смахнул их языком и засосал головку. Дамиано под его рукой замер, войдя до конца и прижав его пальцы к скользкой, натруженной коже промежности. Раскинувшийся на нем Этан уперся Томасу ладонью в лоб, заставляя выпустить чувствительную головку изо рта, но на большее его не хватило. Томас рискнул поднять глаза - барабанщик, слава богу, лежал без чувств на плече Дамиано, и лицо его было наполовину скрыто спутанными волосами. Зато бешеный взгляд Дами ничто не скрывало. Он дернулся было опять, но Томас не дал - вытянул его член из истерзанной дырки, стащил резинку и в несколько движений довел до оргазма. Мутные белесые капли на порозовевшей коже смотрелись красиво и крайне возбуждающе, они стекали на бедра Дамиано по ягодицам Этана, склеивая их тела. Дами со стоном столкнул с себя расслабленное тело и уложил его на бок, проведя напоследок ладонью по ребрам и куснув в плечо. - Спасибо, дружище, - протянул он, скатываясь с постели на нетвердых ногах, и кивнул на палатку в его трусах. - Ты как? Помочь? Томас окинул взглядом засыпающего Этана. - Да нет, чувак, я в норме. - Как знаешь. Пойду к девчонкам тогда, вдруг им без меня скучно. Девчонки без него скучали вряд ли, но Томас не собирался мешать ему попытать счастья. Одевшись, Дами стырил у него из рюкзака пачку сигарет и свалил, оставляя наедине с заебанным барабанщиком. Пока он снимал плавки и раздумывал, беспокоить ли его, подрочить самому или вообще забить и лечь спать, на предплечье опустилась мозолистая ладонь. - Томми, иди сюда, - сонно позвал Этан и потянул на себя. Куда именно, Этан не уточнил, поэтому Томас плюхнулся ему за спину и обвил руками - это было хорошо и приятно, мешали только вездесущие волосы, которые липли к коже и лезли в уши, но этой мелочью можно было пренебречь. Член ладно укладывался в ложбинку между ягодиц, удачно проскальзывая по сперме и смазке, но натягивать Этана ещё раз Томас пожалел - он по себе знал, что безудержное веселье в постели весьма печально сказывалось на пятой точке. Тем более, что и сил-то особо не было, а спать уже хотелось сильнее, чем трахаться. Этан облапал его за задницу, прижимаясь к его паху и устало качнул бедрами. Быстро сообразив, что ему предлагают, Томас немного съехал вниз и приподнял его ногу, чтобы удобнее втиснуть член. Головка проехалась по податливому ещё отверстию и уперлась в мошонку. Сон, в принципе, мог немного и подождать. Было тесно, мокро и горячо, Этан больше не двигался, предоставив ему полную свободу действий, и только дышал громче обычного, сжав в кулаке простынь. Он весь пропах потом и Дамиано, в волосах на шее, куда Томас зарылся носом, завяз терпкий аромат табака - ничего общего со сладким травяным ароматом духов Лавинии. Стояло у Томаса и на то, и на другое одинаково крепко. Помогая себе рукой, он кончил прямо на припухший анус, самую малость умирая внутри от мысли о том, какие же они все ебанутые. Пару минут спустя, когда из головы немного выветрился оргазменный туман, Томас на последних крупицах энергии перевернул Этана и уложил себе на грудь. Тот послушно перекинул через него руку и сразу же засопел в плечо. Одеяло так и валялось на полу вне зоны досягаемости, но волосы Этана, укрывшие пологом едва ли не половину тела, согревали под собой, а не остывшая еще от возбуждения кровь разгоняла это тепло дальше. Во дворе кто-то снова врубил музыку. Послышался визгливый смех Дамиано и череда громких всплесков - вечеринка пошла на второй круг. Томас выдохнул и от души зевнул. Самое время использовать так кстати подвернувшийся шанс и бесславно отрубиться. Проснулся он от хлопка двери. Со стоном продрав глаза, Томас приподнялся на локтях. Было еще темно, Этана рядом не обнаружилось, зато посреди комнаты стояла Вик в одном купальнике и с решительным выражением на лице. - Я хочу с тобой спать! - заявила она, раздеваясь. - Да ради бога, только не ори так, женщина, - Томас потянулся, морщась от хруста суставов, и потому не успел поймать прилетевшее в голову одеяло. - Э? Вик! Виктория устроилась на нем сверху, как наглая кошка, и просунула руки под шею, фиксируя намертво. Ледяные ступни пробрались под колени, мягкая грудь прижалась к ребрам. - Удобно? - Помолчи, я сплю. Закатив глаза, Томас цыкнул и комом набросил на них провонявшее сексом одеяло. От Вик разило хлоркой и алкоголем - совсем не та комбинация, что располагала бы ко сну, но Томасу это ничуть не помешало снова провалиться в его объятия. Со своими ему было хорошо всегда.